Реинкарнация. Тени прошлого

      Вода полощется в граненом стакане. Каждый её плеск сливается в унисон с потоком крови по венам. Я пячусь назад, но невидимые руки тисками зажимают тело. Сглатываю, стараясь не дышать. Но даже так я ощущаю гниль. Жжёт глаза, а к горлу поступает склизкий комок. Дёргаю ногами идущие в сопротивление веревки, сжимая губы плотнее.       — Это поможет тебе вспомнить.       Дергаю руки, ощущая, как нарастает дрожь. Тень подходит ближе, неся стакан, как нечто ценное. С каждым её шагом сердце ускоряет ритм. Попытки раскачать эту рухлядь становятся активнее. Вопреки ухмылке твари и тугим верёвкам, игнорируя трение и боль, я чувствую прилив сил, позволяющий работать быстрее. Природа позаботилась об инстинктах и не зря.       Тень заботливо подносит стакан к губам.       — Пей.       Отворачиваюсь, мысленно прощаясь с завтраком. Тогда мне снова суют вязкую жижу под нос. Мотаю головой, отчаянно не желая даже смотреть на эту дрянь. Неведомая сила надавливает на лёгкие так, что из меня вышибают воздух. Сгибаюсь пополам от подлого трюка. Меня грубо поднимают за подбородок. Делаю неосознанный вдох, за секунду до того, как мои щеки сжимают до хруста кости.       — Пей!       Прежде чем осознаю, в меня насильно вливают домашний эликсир. Вспышка подрывает мозг, стоит жидкости попасть на язык. Протестующие кричу, захлебываясь в льющейся воде. Конечности лихорадочно дёргают персональные оковы, повинуясь дикому порыву. От моих конвульсий стул давно должен был упасть, но я всё ещё сижу, вместо того, чтобы биться в агонии на полу, сдирая горло в кровь. А может, парю в невесомости? Острые ногти тени впиваются мне в кожу, доставая до мяса, но я этого не чувствую. Сквозь слезы глотаю мерзкий отвар, перебивающий подступающую рвоту, которому нет конца и края. Перед глазами стоит непроглядная алая пелена. Наконец, тварь ослабляет хватку. Понимая, что свободна, первым делом вновь сгибаюсь пополам. Оскверненный завтрак украшает и без того грязный пол. Шум в ушах перебивает язвительный голос:       — Очищение требует жертв.       Слезы украшают смердящую лужу. Спазм в желудке теряется на фоне нового порыва.