Разделённые. Книга первая

      Когда Рафаэль получил сильный толчок в спину, он даже не удивился. Наверняка посланный за сывороткой агент был не один. Рявкнув, здоровяк резко обернулся, готовясь нанести сокрушительный удар. Но неожиданно промахнулся. Там, где ещё секунду назад стоял противник, оказалась пустота. А чёрный силуэт легко, как будто ничего не весил, возник вдруг где-то наверху, на металлических фермах под самым потолком. Странно крупный парень, больше человека, с ног до головы скрытый черным комбинезоном, с рюкзаком за спиной. Отдаленно напоминавший ниндзя с картинок в книгах или в кинофильмах, если бы, конечно, не габариты. "Крадущийся" таких размеров просто не мог быть незаметным. Хотя… Рафаэль ещё мгновение снизу вверх смотрел на него, не понимая, что привлекло его внимание, отвлекая от задания. Фигура стояла неподвижно, тоже наблюдая. А потом обоих заставил отвернуться грохот и звон битого стекла.       Кто-то громадный ввалился в лабораторию, влетев на мощном тросе в окно. Рафаэль злобно сощурился: маска мешала рассмотреть нового противника, эти треклятые маскировочные приблуды не давали нормально работать. А новый персонаж тут же увидел Рафа, потом, запрокинув голову, — чёрную фигуру, с неожиданной ловкостью пробирающуюся по фермам. Присвистнул. И из-под ярко-оранжевой балаклавы раздался весёлый, молодой голос:       — А вечер обещает быть интересным!       Рафаэль опытным взглядом окинул форму новенького. Первоклассная броня, лёгкая и удобная. Нашивки. Штаты. Ухмыльнулся: ты смотри, как сыворотка всех заинтересовала! Его внимание привлёк всё тот же пресловутый рюкзак за спиной военного. Раф никогда бы не заострил на этом внимание, если бы не одно «но». Для того, чтобы вынести из лаборатории капсулу с сывороткой, хватило бы маленького поясного кармана. А его собственная форма выглядела точно так же. Имитация рюкзака была необходима — чтобы скрыть панцирь.       Мутант танком попёр на нового врага, но тот неожиданно ловко увернулся от рукопашного боя, ответив только на один удар и отступая.       — Дико извиняюсь, я не к вам! Мне вон к тому парню!       Рафаэль быстро обернулся: агент клана Фут был уже в закрытом отсеке и, спеша, вскрывал автоматическую систему защиты. К нему двигался по фермам черный «якудза», как про себя окрестил его Раф. И новоприбывший военный спешил туда же, не вступив в бой. Рыкнув, Рафаэль кинулся следом, понимая, что эти двое с рюкзаками сбили его с цели. Это его-то!       Якудза соскользнул вниз, уцепившись какими-то крюками за опорный швеллер. Выхватил из заплечных ножен катаны. Обернулся, оценивая расстояние между собой и другими преследователями. Легко ввинтился в следующий отсек. Рукоятью меча разбил крышку на кнопке автоматической блокировки.       — Стой, падла! — вскрикнул Рафаэль, когда металлическая решётка и стеклянный армированный экран стремительно перекрыли вход. Он и военный с силой ударились об экран, но, конечно, разбить его не смогли. Якудза удовлетворённо кивнул и уже не спеша последовал за шпионом клана. Рафаэль с силой плечом отпихнул солдата, но тот ответил таким же мощным толчком.       — Не лезь! Сыворотка моя! — прорычал темперамент.       — Пока что шансы у нас равны, — неожиданно миролюбиво отозвался противник. — Ай, да не толкайся, бро! Как вскрыть эту систему, ты знаешь?       — Взорвать! — огрызнулся темперамент, срывая с ремня ручную гранату. — И дело с концом!       — Идея зашибенная, только вот вопрос. Не разорвёт твоя прибамбасина и нас, и сыворотку заодно? — насмешливо отозвался военный. — Тут бы что похитрее. Погоди-ка ты со своей бомбочкой!       Он встряхнул правой рукой, и в ладонь легло скрытое в манжете лезвие. Неожиданно край его вспыхнул слепящим белым светом, и военный принялся резать защитный экран лазером. Рафаэль, злобно скалясь под шлемом, только наблюдал, нервно переступая на месте. Он ненавидел бездействие! Надо будет сказать Михалычу, что неплохо бы тоже разжиться такими штуками. Хотя тут подошло бы что-то более основательное. Сейчас этот иностранный бой распилит стекло, а дальше что? Что у него есть против решётки? Рафаэль обернулся в поисках подходящего тарана. Лабораторный стол на мощном металлическом каркасе, прикрученный к полу, вполне подходил. И, пока военный занимался художественной резкой по стеклу, здоровяк подошёл к столу. Обхватил его мощными руками. Рванул. Вены вздулись от напряжения, но Раф был бы не Раф, если бы стол не поддался. Брызнули в стороны выдираемые из пола винты. Заскрипел, взвизгнул металл.       — Брось игрушку, малыш. Помоги-ка своему приятелю.       Неожиданно спокойный голос, раздавшийся откуда-то со стороны двери, заставил Рафаэля оторваться от своего занятия. Но обернуться мутант не успел, потому что военный сбил его с ног. Оба повалились на пол, обернулись. В дверях стоял странный симбиоз человека и робота, какой-то горбатый стальной макет, в центре которого был запечатан оператор, полностью скрытый экипировкой и металлом. Именно он отшвырнул солдата, сбив с ног обоих. Приблизившись к экрану, он что-то нажал на панели управления своим роботом. Тот приложил металлическую клешню к стеклу, и оно как по волшебству осыпалось на пол. Рафаэль вытаращил глаза. Не, лучше заказать Михалычу такую фигню! Не дожидаясь, пока противники поднимутся на ноги, оператор на своей чудо-машине снова что-то переключил. В несколько секунд контур робота стал сверкающе-красным, и он легко, как сквозь масло, прошёл сквозь металлическую решетку. Прошел — и устремился вслед за якудзой и агентом калана Фут. Рафаэль и военный вскочили на ноги. Оплавленный по контуру робота металл решётки капал на пол…       — Что это за чувак?! — воскликнул солдат. Рафаэль, не дожидаясь новых вопросов, отшвырнул оппонента (надобности в нём всё равно больше не было) и кинулся следом. Услышал за спиной сердитое, — эй, это не спортивно!       Но ему было недосуг отвечать. Не в песочнице, в конце концов, чтобы дружбу заводить!       Когда Рафаэль ворвался в лабораторный зал, там уже вовсю кипел бой. Якудза и солдат клана отчаянно дрались; в руках каждого сверкала в искусственном белом свете галогеновых ламп катана. Робот подоспел, видимо, недавно и подключился к драке. Раф не сразу понял, у кого находилась сыворотка. Потом заметил стальной блеск капсулы в узком поясном кармане у футклановца. И, не мудрствуя лукаво, выхватив из ножен мощный нож, кинулся на врага. Только неожиданно встретил сопротивление в лице якудзы, который умудрялся обороняться ото всех разом. Раф сразу понял, что ни силы, ни мастерства воину не занимать. Но в данной ситуации это был минус. Особенно когда катана неожиданно легко чиркнула его по предплечью, разрезая форму, обнажая и вспарывая кожу. Раф ахнул, но не остановился, не перестал нападать. А якудза… растерялся. Он отступил, всего на секунду опустив оружие и как-то странно глядя на врага. Рафаэль видел, как от удивления распахнулись его светло-голубые глаза.       «Кожу увидел!» — пронеслось в голове.       Мгновенное замешательство не прошло якудзе даром — робот сделал резкий выпад и отшвырнул врага в дальний угол лаборатории с такой силой, что тот и подняться сразу не смог. Рафаэль обернуться не успел, как удар такой же мощи настиг и его. А робот легко развернулся, царапая плиточный пол. В несколько ударов загнал футклановца в угол. Металлическая клешня ухватила человека за горло, пришпилила к стене. А вторая с невиданной лёгкостью для такой крупной машины сорвала поясную сумку с капсулой. Рафаэль уже поднялся на ноги, но тут ловкий военный, ворвавшийся в зал и сразу разобравшийся в ситуации, влез. На ходу упал на пол, проскользнул между широко расставленными ногами робота и выбил сумку из клешни.       — Благодарю! Очень кстати, — рассмеялся и кинулся к выходу.       Рафаэль не смог отказать себе в удовольствии и с размаху припечатал кулаком дезориентированного якудзу, который пытался подняться. Поспешил за солдатом, но робот опередил его. Выпустив футклановца, подсёк военного и подтолкнул в рюкзак, отчего тот грохнулся на пол. Но сразу вскочил. Однако при падении сумка раскрылась, и капсула со звоном полетела по полу. Все пятеро кинулись за ней. Рафаэль получил неожиданно сильный удар в панцирь и услышал, как рвётся ткань. Злобно обернулся. Якудза как будто нарочно распорол на нём защитный костюм. И, кажется, удовольствовавшись этим, перескочил через противника, обгоняя. Солдат в балаклаве и робот, похоже, начали соревноваться в ловкости: один пытался автоматом отбивать удары, а второй норовил выбить из рук тот самый автомат. Причём было видно, что противники настолько увлечены друг другом, что даже не думают применить настоящую силу. Военному хватило бы одной точной очереди, чтобы убить оператора. Тому не составило бы труда расплавить парня лазерами. Но, видимо, у обоих был другой приказ. А оставленный без внимания солдат клана Фут подхватил капсулу, подбежал к окну и, сгруппировавшись, выскочил в ночь, осыпаемый градом стеклянных брызг. Все четверо подбежали к разбитому окну. Рафаэль видел, как неожиданно раскрылись за спиной солдата кожаные на металлическом каркасе крылья, вмонтированные в комбинезон, и он легко спланировал вниз. Туда, где с дикими завываниями сирен начинала съезжаться полиция Лиссабона. Футклановец нырнул в темноту проулков и скрылся, никем не замеченный. Раф понял, что пора убираться. Не хватало ещё, чтобы он засветился тут! Напоследок мутант обернулся.       Якудза исчез, как будто его и не было. Оператор робота взглянул на них равнодушно; конструкция вокруг него собралась в металлический диск. Подбежав к окну, он прыгнул вниз. Раздался мерный рокот, и оснащённый пропеллерами робот скользнул над крышами в ночь. Военный снова присвистнул, выпустил из пояса страховочный трос, который ушёл на крышу соседнего здания и, металлически звякнув, закрепился в парапете. Обернулся и шутливо козырнул двумя пальцами:       — Рад знакомству, бро!       Он скрылся, а Рафаэль скрипнул зубами. Упустил сыворотку. Был унижен количеством изобретений, которые ему, как на ярмарке талантов, продемонстрировали конкуренты. А ещё впервые в жизни ему придется писать отчет о проваленной операции. И об испорченной в бою форме. Ему — писать! Чёрт бы их всех побрал! От того, чтобы сплюнуть, Рафа удержало наличие шлема. Мутант мотнул головой и, раскрыв руки, прыгнул вниз. Перевернулся в воздухе, вонзив нож в стену здания. С галечным перестуком полетела с лабораторного комплекса мелкая плитка. В уровне второго этажа, сильно оттолкнувшись от стены, здоровяк перескочил на крышу военной машины, оттуда — в темноту ночных узких улиц города. Не прислушиваясь к крикам, устремился туда, где оставил замаскированный ветками крошечный военный самолёт. Пора домой.       Мерно рокотал двигатель, самолёт шел на автопилоте. Мутант невидяще смотрел в ночную мглу. Дело было сработано плохо, грязно, а следов оставлено слишком много. Осмотр разорванной формы дал понять: якудза видел и зелёную кожу, и костяной панцирь под макетом рюкзака. И в этом было бы ещё полбеды, если бы Рафаэль хоть примерно представлял, кто этот субчик и на кого работает. Тогда можно было перестать дёргаться, а просто выследить этого пестрожопого щегла и разобраться с ним. Но Раф ничего не знал. Форма намекала, конечно, что парень прибыл с далёких островов, но быть уверенным в этом мутант не мог. Мало ли, какой-нибудь фанатик. Может быть, организация, на которую он работает, расположена в Старом свете, в Новом, да хоть на никому неизвестных островах, если такие ещё есть. Мир не так уж мал, когда надо найти одного плохого парня без особых примет. В том, что парень плохой, Раф ни секунды не сомневался: хорошему сыворотка бы не понадобилась.       С остальными двумя всё было понятно. Кроме того, кажется, особой внимательностью они не отличались, потому что ни кожу в разрезе ткани, ни костяные пластины под повисшим фестоном муляжом рюкзака не заметили. С солдатом в дурацкой оранжевой балаклаве было ясно с самого начала. И по поведению, и по акценту, и по показательно обшитой форме. С оператором робота тоже. Рафаэль, обладавший отличным зрением, рассмотрел на одной из клешней конструкции с внутренней стороны выгравированный герб. "Изумрудные острова". Но это уже неважно, потому что и те, и другие остались ни с чем. А вот якудза… он Рафаэля напрягал настолько, что скользнула даже нелепая мысль. Не умолчать ли о нём в рапорте. Сказать, что их было четверо вместе с футклановцем, а форму мутанту разорвал робот.       И ещё эти рюкзаки… Мозг у Рафаэль разрывался между вопросами без ответов. Костюмы его, военного из штатов и якудзы — это ладно, допустим, необходимость. Ему — для маскировки панциря, им — для снаряжения, что не удивительно. Но почему такая же странная форма с выгнутой спиной была создана и для робота? Что там, горбатый оператор, что ли?.. Раф задумчиво потирал пальцами висок. Так, как там учили. Систематизировать. Что он имеет от операции в сухом остатке.       Сыворотка у клана Фут, если только солдата не догнал кто-нибудь из его, Рафа, конкурентов. Если это так, то капсула попала либо на острова Старого света, либо в Новый свет, либо — куда угодно. Долбанный якудза!       Почти идентичная форма у всех, кроме футклановца. Но это ладно. Допустим, мелочь.       Якудза. Узнать бы, откуда этот голубоглазый говнюк взялся и почему предпочёл раскроить форму Рафа на лоскуты. И ведь создавалось ощущение, что знал, куда смотреть. Сначала распорол рукав. Мог бы (для верности), оторвать, например, штанину. Но нет. Ему нужно было увидеть панцирь. Или же это колоссальное совпадение, которых, положа руку на сердце, не бывает.       Солдат прикольный. Рафаэль слабо усмехнулся при воспоминании о военном. С таким, пожалуй, можно было бы найти общий язык в прямом и переносном смысле. Он показался мутанту каким-то бесшабашно-отчаянным и весёлым. Словом, оказаться снова на разных сторонах баррикад с таким было бы жаль.       Оператор и робот. Редкая штука, которая, в случае чего, может стать серьёзной проблемой. Если таких наштампована целая армия, то не мешало бы своим и подсуетиться. Не самое приятное соседство. Рафаэль нахмурился и мысленно поставил галочку: про робота в рапорте расписать как можно подробнее. Написать… может быть, удастся упросить кого-нибудь из девчонок в штабе написать за него. Не его это дело, руки в чернилах пачкать.       В своем отряде Рафаэль был настолько удачлив и профессионален, что даже забыл, когда в последний раз отчитывался о проваленном задании. Об успешных операциях — что там, два слова могут черкануть секретари. А после провала с таким оглушительным треском — хочешь не хочешь, отчитывайся сам. Хуже того, придётся объяснить Михалычу, что он ввязался в драку с представителями других держав (привет, международный скандал), упустив главного похитителя. Конечно, тут же полетят два запроса с обвинением в срыве операции. И этот забавный военный из штатов, чего доброго, получит по башке. Надменного кельта не жаль, пусть получает. А якудза вообще останется безнаказанным, потому что куда писать? На деревню к дедушке? Раф подумал, что было бы неплохо точно так же обезличить и его форму. Полезно. Иногда.       Самолет заходил на посадку. У Рафаэля аж зубы заныли от досады. Представил, как войдет в штаб, где все ждут отличных новостей, представил лица друзей, которые так и видят, как он вытащит из кармана капсулу и небрежно, как само собой разумеющееся, отдаст её Михалычу. Всё, что Раф сейчас мог вытащить из штанов… Мутант зло рыкнул. Выключал приборы, останавливал двигатели. Полетали. Прилетели.       Ночь была беспокойная. Его таскали по всем кабинетам штаба, заставляя пересказывать подробности неудачной вылазки снова и снова. Суровый генерал с багровой шеей, перетянутой воротником рубашки, исподлобья сверлил мутанта взглядом и назвал остолопом. Раф с трудом, но стерпел — что поделаешь, сам виноват. Выходя, хотел на память проломить кулаком дверь. Но тут неожиданно прямо перед ним возникла Наденька и предусмотрительно придержала створку. Пошла рядом по длинному коридору.       — Пойдем в столовку, тебя там все ждут.       — Что, до сих пор не в курсе? — огрызнулся темперамент.       — Да нет, как раз в курсе, поэтому и хотят послушать и посмотреть на тебя. Видишь ли, до нас донеслись слухи о каком-то азиатском солдате, который умудрился тебя почикать.       — Я понятия не имею, кто он, — Раф всё ещё злился. Настолько, что даже не попытался шагать помедленнее, хотя девушке пришлось почти что бежать рядом с ним. Но она привыкла, тряхнула тёмной чёлкой, догоняя.       — Так сказали, вроде, якудза.       — Он был так одет. А о национальности я ничего не знаю!       — Так что, не придёшь? — она благоразумно отстала.       — Нет! — гаркнул Рафаэль и свернул, чтобы поскорее остаться в одиночестве.       Наручные часы показывали половину седьмого утра. Весь штаб стоял на ушах, негде было укрыться от надоедливых взглядов: любопытствующих, понимающих, сочувствующих, злорадных. Рафаэль зашагал в подвальные помещения, громыхая по железным лестницам. Туда, где располагались просторные спортивные залы для силовых занятий и стрельбища. Войдя в одно из тренировочных помещений, отвел душу — со всей силы шарахнул металлической дверью. Но такой желанный грохот не принёс облегчения. Сдирая через голову военную разорванную куртку, оставшись в штанах и высоких мощных ботинках, мутант зашагал к боксёрской груше. На ходу сорвал перчатки, кинул на пол. Бинты наматывать не стал. Требовалось немедленно дать выход испорченному настроению. И, пользуясь отсутствием зрителей, воин принялся колотить снаряд с такой силой, точно перед ним внезапно возник давешний якудза.       Костяшки кровили. Сколько прошло времени, мутант не знал. С удивление обнаружил и на кожаном боку груши кровавые разводы. Только тогда остановился, устало опершись о снаряд рукой и опустив на нее голову.       — Ну что, сынок, остыл?       Рафаэль медленно поднял глаза. В зал, неслышно прикрыв за собой дверь, вошёл командир его отряда, Михалыч. Невысокий дядька с седыми усами и железобетонным терпением. На вид добродушный и мягкий, как домашний сытый кот. Если бы не глаза, чёрными булавками впивавшиеся в каждого. Рафаэль к этому взгляду за долгие годы привык и точно знал, что ничего не стоит утаивать. Всё равно старший всё узнает. Подойдя, Михалыч остановился рядом, быстро взглянул на грушу.       — Как ты думаешь, чему так удивился этот парень в чёрном комбинезоне? — спросил он.       Рафаэль дёрнул плечом.       — Тому, что я черепаха, видимо. Но знаете… Мне показалось, что не сам факт, что я мутант… а… чёрт, не знаю, как сказать!       — Упор лёжа при-и-инять, — спокойно скомандовал мужчина. Рафаэль открыл рот, закрыл и, рыча, улёгся на пол — отжиматься. Ругаться при старших запрещалось. А Михалыч присел на корточки и сказал:       — Тебе показалось, что он уже видел таких, как ты?       — Да, — отжимаясь и пыхтя, отозвался Раф. — Типа того.       — Что его удивило не появление черепахи, а очередное появление черепахи?       — Ну что вы… словами играетесь, шеф! Да, я так и подумал!       Михалыч пропустил реплику мимо ушей.       — Как думаешь, вы могли встречаться раньше?       — Никогда, — уверенно отозвался Раф. — Я бы… запомнил такого. Он слишком… хорош.       — Внешне? — мужчина усмехнулся в усы. Раф уселся на пол и укоризненно взглянул на начальство.       — Очень смешно!       — Ну-ну, не сердись. Ты слишком нервный вернулся. Чтобы с тобой поговорить, мне нужно, чтобы ты сначала успокоился. Ребята ждали тебя в столовке добрые два часа. И, раз ты не пришел после операции выпить чаю, значит, дело плохо.       — Да какой тут чай, — Рафаэль отмахнулся. — Всех упустил — по дурости!       — Ну, двоих, положим, мы обнаружим и по твоему рассказу. За якудзу тоже можешь не беспокоиться, мы знаем, где его искать. Наденька (я слышал ваш разговор) как в воду глядела. Он действительно работает на правительство страны восходящего солнца.       — Вы что… вы знаете, кто это? — Рафаэль весь обратился в слух.       — Ну, знать не знаем, но догадываемся. Видишь ли, были уверены, что мальчик уже лет семнадцать, как мёртв. И остальные двое тоже. А они живые и бодрые. Не знаю, как другие, но якудза скоро наверняка захочет встретиться с тобой. Очень его заинтересовал твой панцирь, я уверен. Не удивлюсь, если ради вашей встречи он попробует пренебречь даже военными приказами. Впрочем, как и ты.       — А чего это я должен за ним гоняться? — фыркнул здоровяк. — Мне он не настолько интересен!       Михалыч помолчал.       — Рафаэль, послушай меня, сынок. Знаешь, почему твоему противнику нужно было удостовериться в том, что ты — не человек? И в том, что ты именно черепаха?       — И почему? — мутант напрягся, ожидая ответа.       — Потому что он такой же черепаха-мутант, как и ты. И сегодня произошло то, что однажды должно было произойти. Волей случая и благодаря важности задания вы встретились лицом к лицу. Он понял, кто ты, а ты только начал догадываться. Так что второй вашей встречи не миновать. Начальство против, но я хочу, чтобы ты знал и был готов. Хотя бы на этот раз.       Поражённый, Рафаэль молчал. Вопросов стало ещё больше. И теперь он знал, что не даст Михалычу уйти, пока тот не расскажет всё. От начала до конца.