Машинка

      На автозаправке воняет бензином и выхлопами. Он сидит, скрестив ноги, перед байком, что-то чинит. Владелец мнётся сзади, иногда поглядывая, что же высоченный парнишка задумал, но, не выдерживая неловкой атмосферы, идёт в туалет. Доракен еле слышно выдыхает.             — Долго ещё? — Не менее высоченный парень у рядом стоящей колонки, облокачиваясь на одну из бетонных ног, держащих крышу, ждёт пока машина полностью заправится. Доракен ведёт плечом, убирает гаечный ключ обратно в ящичек и поднимается.             — Почти закончил. — Он кивает. Другой ждёт клиента и косо смотрит на то, что недавно чинил. Расплатившись с появившимся, он садится в машину одного из братьев Роппонги и уезжает.

***

            — У Мицуи всё в порядке?             — Лучше не бывает.       Дальше они едут в молчании. Рюгуджи не о чем говорить с Хайтани, учитывая, что до недавнего времени, да и сейчас, Поднебесье и Свастоны не прекращают вражду. И кто бы мог подумать, что в этом злосчастном треугольнике будет виноват всего единственный, знаменитый среди байкеров и подростков, Курокава. Нет, конечно, Кен может что-то поспрашивать на счет байков, но с его стороны это будет слишком глупо, учитывая, что он разбирается в них лучше Рана, а растягивать время дурацкими «как тебе погодка?» уже просто тупо. Единственный вопрос, который крутится на языке Жёлтого Дракона это то, каким ебанным способом один из командиров Свастонов связался с верхушкой Роппонги. А от него уже тянутся другие: зачем, когда, как, почему.             — Направо. — Я знаю.       Ран останавливает машину у закоулка, недалеко от которого расположен дом Майки. Как мелированный блондин оказался в их «жопе» мира оставалась только гадать. То ли у него дела с местными распоясавшимися якудза, то ли он припёр чисто почилить. А может и к Така-чину (а заправка, выходит, одна из далёких… и тут Жёлтый просто поднимает брови. Казалось, куда выше?). Доракен вылезает из машины, кивает и уходит. Что понадобилось Сано Манджиро от него днём он знать не знал, учитывая что дел у них накопилось довольно много. Но, прожив не один год с блондином, Кен и не станет спрашивать, ведь Майки может быть до ужаса не читаемым. То ему его рыбёшек принеси, то причеши посреди разгара, то собрание, а то и ради простецкой драки, проучить придурков. Их, к слову, не мало. Чего стоил только тот пацан, загнавший на крышу котёнка… Да и его сон много раз после душа, когда Жёлтый рвёт зад побыстрее добраться и отказать настырным клиентам, заводил на пиздюли. По-дружески…             — Простите за вторжение! — Кен снимает обувь, приветствуя деда Сано. — Майки дома?             — Вроде да, он сегодня не спускался. — Дедушка улыбается в ответ, уходя в сторону кухни.       Доракен поднимается в комнату Манджиро и, не на удивление, его там даже нет. Ни спящего, ни обедающего… никакого… Кен вздыхает, кладёт чемодан с инструментами у двери и плюхается на кровать.       Через время дверь скрипит, открывается, пропуская хозяина.             — Я грязный…             — Помойся?             — Это всё из-за тебя…       Майки бросает полотенце на шкаф. Дракон раздраженно сипит.             — Нам нужно кое-куда сгонять.             — М?             — Иди помойся и пошли.       Доракен встаёт, недовольно пожимая плечами.             — Так куда нам надо, скажи хотя бы.       Майки не отвечает. Рюгуджи хочет послать его, но скрывается за дверью, уходя в душевую. И на что он променял клиентов…

444

      Байки. Почему он их любил? Брат Манджиро тому виноват, у которого они любили тусить в мастерской, или просто душа лежит? Или и то и другое? В любом случае, они были его призванием и сердцем. Почти как девушка. Может, почти как Эма. Хотя до конца он не уверен (и тут бы для всей чувственности грусти отвести взгляд на балкон какой-нибудь пары с котиком, что счастливо ластится у двух влюбленных, но Кен не уверен, что справится с управлением, да и такие сопли точно не его часть, поэтому он вдавливает педаль в байк посильнее и встречает попутный ветер).       Майки сворачивает, Дракон хвостом цепляется за ним, пытаясь догнать. И это почти выходит, но стоит приблизиться хоть немного к командиру Тосвы, как он сразу же увеличивает скорость. Скоро поездка просто напросто превращается в погоню, где побеждает маленькая выскочка Майки, петляя перед машинами, что сигналят сумасшедшему в спину. Но кто сказал, что Драконы тоже будут всегда сзади? Вот и Доракен всё-таки нагоняет его, а потом и обгоняет с довольным оскалом.       Но длится это недолго.       Они заворачивают в парк, останавливаясь на парковке.       Прохладный ветер обдувает со всех сторон, Кен прикрывает глаза на пару секунд, наслаждаясь моментом. И он уверен, не будь его мысли заняты, в них бы точно гуляло то мельком пробежавшее воспоминание про пару и кота. Чем он сейчас отличается от него? Ну…             — Ты хотел погулять, или у нас тут стрелка? — Майки слезает с байка, заговорщически ухмыляясь и пихая руки в карманы.       Высоченный Рюгуджи следует за ним по асфальту, недовольно пихая руки в карманы. Серьёзно, ради чего они тут? Он надеется на лучшее и то, что у Манджиро просто настроение молчуна, что довольно несвойственно вечно ворчащему парню.       И, наконец, он отвечает: — Просто я подумал, что у нас появилась возможность разорвать вражду Тосвы и Поднебесья… Только не до конца уверен.             — Да?! И как же?!       Они идут ещё недолго, а потом Сано останавливается в кустах. Кен вопросительно поднимает брови, смотря на дерево. Изана… Ладони машинально сжимаются в кулаки будто бы сейчас начнётся драка. Но Курокава подозрительно спокоен, как и Манджиро. На его губах скучающая улыбка, в глазах бесоватые огоньки, но он не действует.             — Ты че тут забыл, — Кен напряженно прячет кулаки в карманы, поджимая губы. Проглатывает набежавшую слюну. Поворачивается назад…

и чувствует

тёплые губы

трепещущие ресницы

прохладные руки в кольце

      И чувствует как его ладонь, словно чугунная, тяжело и почти во всю силу бьёт его по лицу.             — Это чё за хуета, Майки?! — Конечно, с одной стороны ему приятно, а с другой до ужаса отвратно.       Изана смеётся: — Походу, я выйграл. Он тебя отшил, ха-ха!             — Чё за…       Майки потирает щёку, недобро поглядывая на него. И дуется. Ребёнок… Изана подходит к нему, смазливо целует в щёку и, что-то прошептав на ухо, уходит.             — Ну вот, теперь Поднебесье точно не отстанет.             — Майки… — Рычаще.             — Доракен. — Серьёзно.             — Ты… — Напряженно.             — Я… — Устало.       И в ответ никто не бьёт, хотя блондину хочется дать за леща.             — Ты уёба. — Майки усмехается.             — Тогда почини меня, как тебе будет правильно казаться. — Два брата. Два врага. Похожие. Разные…       Доракен морщит нос: — Да пошёл ты.       И не собирается его чинить. Он ведь его за это полюбил, не так ли?..