Причина быть с тобой

Джинни с Гермионой общались не так часто, ведь восстановили тренировки по Квиддичу, и младшая Уизли часто пропадала на поле, как раз таки со слизеринцем. Всё началось безобидно, с какого-то спора, касаемо игры, потом совместные тренировки. Гермиона не вникала в это. Блейз не скрывал своих взглядов в её сторону, Уизли же думала, что это потому, что она обыграла его пару раз. — Джинни, тебе не кажется, что это выходит из-под контроля? — Гермиона сидела с ней в спальне и перебирала её волосы, пока подруга лежала у неё на коленях. — Отстань, Грейнджер, это ничего не значит. — ухмыляясь и отводя взгляд, сказала она. — Ты уже, блин, говоришь как он! — шуточно ударяя её по лбу, сказала она. — Он помогает мне. Он такой смешной, ты себе не представляешь. Сложно обозначить наши отношения одним словом. — поднимаясь, сказала рыжая. — Джинни, прошу тебя, не наделай глупостей, — советуя это, она поняла всю серьёзность своей истории с Тео. — Я не спорю, что Блейз такой распрекрасный, хороший, смешной, красивый, заботливый и бла бла бла, но пожалуйста. Чтобы ты потом не пожалела, — лицемерие. Всё это сплошное лицемерие. Сама то она ничем не лучше.

24 октября.

Тео шёл рядом с ней, рассказывая очередную глупую историю, которая приключилась с Блейзом. Он очень ценил Забини и они были близки. Тео рассказал одногруппнику про их общение с Гермионой почти сразу, как оказалось, тот же в свою очередь без умолку говорил про Джинни. Гермиона завидовала их дружбе. — Я ему говорил, что чем больше времени он проводит с рыжей, тем храбрее и отважнее он становится, — он усмехнулся, вспоминая друга. — А сам то? Они проходили мимо их гостиной в подземельях и услышали шаги, Гермиона замедлилась и схватила Тео за рукав его мантии. — Малфой, — произнося его фамилию как оскорбление. — Уже давным давно пора запомнить время, после которого нежелательно покидать гостиную своего факультета, — натянутая ухмылка, как так и надо. — Нотт, а ты никак не запомнишь, что меня не особо волнует это. Гермиона поняла, что нужно спасать ситуацию, поэтому подмигнув Малфою, чем сбила его с толку, дала понять что сейчас они с Тео уйдут и им желательно это сделать без жертв. — Тео, давай пойдём просто дальше, на первый раз можно и простить его, подумаешь, не уследил за временем. У Малфоя скрутило все внутренности, когда он услышал её слова. Он не мог и не хотел допускать то, что она уйдёт с ним. Да, они старосты, у них это ёбаное патрулирование. Ему насрать. Он не подумав сказал: — Грейнджер, я, кстати говоря, вышел чтобы найти именно тебя. Надо поговорить, — недоумённый взгляд. Нет, не так. Недоумённые взгляды. Хотя это частичная правда, он действительно вышел, в надежде на то, что они с Тео разделились и он снова встретит её где-нибудь за углом, проведёт до портрета Блевотной Дамы, разговаривая о какой-то херне. Потом он вернётся к себе и сладко проспит до утра, без единой тревожной мысли перед сном. — О чём это тебе надо с ней поговорить? — он сделал шаг в сторону Малфоя, и стало ясно всем, что ничем хорошим это не закончится. — О, прошу тебя, не будь идиотом, — блондин напрягся, но не подал виду. Он ещё сам не придумал, что будет говорить, а ему уже нужно отчитываться перед очередным цепным псом Гермионы Грейнджер, ну конечно. — О, прошу вас, не будьте идиотами оба, — она скривилась и идя к лестнице добавила. —Малфой, идём, у тебя минута. Они отошли к лестницам, чтобы Тео их видел, но не слышал. Драко чувствовал её запах, видел как свет факелов отражается в её глазах и радовался, что она выглядит не такой испуганной, как в прошлую их встречу. После того, как он тогда её провёл и им пришлось говорить чуть ли не о погоде, чтобы было не так неловко находиться друг с другом, он возвращался в приподнятом настроении и спал всю ночь как младенец. Давно такого не было, со времён четвёртого курса, наверное. Прекрасное было время, тогда он перед тем как заснуть вспоминал её. Её в платье, после бала. Её смеющуюся в компании ёбаного Крама. Её, такую живую и искреннюю, не умеющую скрывать ни одной своей эмоции. Он перестал подавлять мысли о Гермионе почти сразу, спихивая всё на юношеский максимализм. Перестал удивляться тому, что не контролировал себя и свои мысли, когда вспоминал о ней. Драко чётко осознавал, что никогда не расскажет ей об этом, никогда она не узнает, что когда-то там, на четвёртом курсе, он мечтал оказаться на месте Крама, но не как все, из-за Квиддича, чемпионата или того, что тот являлся лучшим учеником Дурмстранга, а чтобы быть рядом с ней, не боясь осуждений. Почувствовать лёгкую материю её платья, ощутить её гладкую кожу своими ладонями, прижимая к себе во время танца. Малфой слишком часто это представлял, и если бы кто-то среди ночи его разбудил и спросил, чего бы он хотел больше всего в жизни, он бы сказал именно это. Он никогда не хотел с ней встречаться, понимая, что не получилось бы ничего нормального из этого, сделав только хуже и себе и ей. Но когда он думал, что, возможно, она будет с Уизелом, возможно, выйдет за него замуж. Возможно, у них будут дети. Рыжие и кудрявые. Интересно, они были бы умными? Он бы вряд ли смог отпустить это. Отпустить её. Но он знал, что ей так будет лучше. С самым бестолковым из Уизли было стабильно, спокойно и, наверное, Грейнджер это и нужно. Сырость подземелий пробирается сквозь его чёрный свитер, который покалывал кожу, что ему даже нравилось, будто даже одежда пытается его контролировать, чтобы он не расслаблялся. — Твоё время пошло, — она злилась. Гермиона не понимала, какого чёрта между ними происходило, но её успела выбесить их игра. В её голове не мог сложиться паззл. Что ему нужно от неё? Зачем он искал её? — Малфой, я серьёзно, если ты решил пошутить, то это не смешно. — Нет, я не шутил, — блондин отвёл взгляд в сторону Тео. — Хотел убедиться что ты не одна шатаешься по Хогвартсу. Что? — Что? — она не дышала, не двигалась и, наверное, даже не моргала. — Дебилов хватает, Грейнджер, это не безопасно, — скрещивая руки на груди, он сделал шаг назад. — Хорошо. То есть, спасибо тебе, конечно, за заботу, но всё в порядке, Тео сегодня со мной. — Ты уверена в нём? — в его глазах заплясали черти, даже слепой заметил бы. — Твоя минута подошла к концу, — почему он спрашивает? Она почувствовала, как раздражение и злость тихонько подкрадываются к ней, поэтому она решила не отвечать и закончить этот разговор. — Отправляйся спать, если не хочешь чтобы я доложила о твоих похождениях, — она не дождалась ответа и просто пошла в сторону, где стоял Нотт. Она была уверена в нём. Знала, что он не подведёт, не будет подвергать опасности, не позволит причинить ей боль. Тогда откуда такая реакция на этот вопрос? Может быть, это реакция на того, кто спросил? Грейнджер искала подвох во всём, о чем говорил Малфой. Она всегда пыталась понять его, всегда пыталась оправдать его перед Гарри, который подозревал его во всём на свете. Хотела, чтобы всё это оказалось неправдой. Боялась, что он на самом деле выбрал стать тем, кем стал. Когда Гермиона слушала Гарри о том, как он чуть не убил Драко в заброшенном туалете неизвестным им заклинанием, она чувствовала страх. Страх за Драко. Она не спала почти всю ночь после того, как Поттер его чуть не убил. Она благодарила Снейпа у себя в голове за то, что тот совал свой нос везде и это спасло жизнь. Жизнь человека, которого она должна была ненавидеть, но видела в нём частички себя. Видела в нём то, чего не видели её друзья. Видела в нём просто парня, за которого было всё решено. Отцом, матерью, тётей. Он выбрал семью. Как и она.

***

— Я буду дурой, если не спрошу, ты же понимаешь, — Гермиона не посмотрела на него ни разу с того момента, как они вышли из подземелий и поднялись на этаж выше. — Что между вами произошло? — Ничего. Абсолютно, понимаешь? Все думают, что мы дружили или типа того, но нет. Мы никогда не дружили и почти не общались. Я не понимаю его, он не понимает меня, всё, — тут было не так сыро и не так холодно, но она всё равно зарылась носом в воротник свитера, который ей подарила Молли на последний день рождения. — Ладно, просто вы ведёте себя как дети, которые не поделили единожды лопатку в песочнице и теперь между вами война. Спустя время они закончили и Тео провёл её к башне. Между ними ничего такого не произошло, но именно сейчас она не знала, что ей делать, как с ним попрощаться и что сказать. — Ты слишком много думаешь, Гермиона, — не успев даже понять, о чём именно он говорит, как вдруг он подошёл ещё ближе к ней. Бабочки в животе. Её взгляд пытался зацепиться за что-то, но она не могла успокоиться. Слишком близко. От него пахнет сандалом, в его глазах плескается уже знакомый ей пожар. Спокойный и тихий. Но пожар. Он наклонился, провёл большим пальцем по её скуле, разглядывая россыпь веснушек. Как-то раз он даже попытался сосчитать сколько их на её лице, но отвлёкся на то, что она ему рассказывала, понимая, что это что-то важное. Она всегда говорила о важном. Тео ощущал под большим пальцем её бархатистую кожу, сделав ещё небольшой шаг к ней, отчего их тела почти соприкоснулись, он чувствовал как Гермиона волнуется, но он знал что лучше момента не будет. Вдыхая глубже её запах, почти дотрагиваясь своим носом до её, он закрыл глаза и подался вперёд. Их поцелуй был нежным, будто она боялась, что это вот-вот закончится. Он целовал её аккуратно, думая, что она почти хрустальная и может треснуть, если сделать что-то не так. Она сжала его волосы на затылке, углубляя поцелуй, но почти сразу же Грейнджер отстранилась, но не отошла. — Боже, что мы творим, — не вопрос. — Тебе не кажется, что всё так и должно было быть? — он обнял её, утыкаясь носом в её макушку. — Ну слава тебе богу. Джинни, с тебя пиво! — будто из ниоткуда голос Забини. Чёрт.