Причина быть с тобой

Когда Блейз с Тео вернулись в спальню в тот самый вечер, обсуждая Гермиону, Драко удивился, думая, что Забини выпил лишнего. Друг почти не общался с ним в этом году, но при этом между ними оставалось доверие, которое было нерушимо, благодаря всему, что они пережили. Тео ушёл в гостиную, после чего Блейз сказал: — Чувак, он поцеловал Грейнджер. Прикинь, что за пара выйдет. Распиздяй и заучка. Он смеялся, пока у Драко в ушах стоял звон и после слов о поцелуе он мало что понимал, из того что говорил мулат. Ком подступил к горлу. То ли его тошнило, то ли он настолько напрягся, что, кажется, чувствовал каждый свой орган внутри. Поцеловал. Судя по отдалённо напоминающим слова звуки, который он мог логически связать, Блейз был во-первых рад этому, а во-вторых это было ожидаемо для него и для рыжей. Самая главная часть этой истории, а главное заключительная, так это то, что Грейнджер была не против. С одной стороны Драко понимал, что всё лучше, чем с ним. С другой же стороны он готов был придушить Нотта. Спустя ещё пару часов цикличных мыслей, которые все приводили его к выводу, что такой исход вполне неплох для Гермионы, он начал выстраивать стены в своей голове, закладывая кирпич за кирпичом, будто хороня заживо Грейнджер. Выстраивая из этих рыжих уродских камней маленькую комнатку без окон и дверей, внутри которой навсегда останется она. Со своим этим взглядом. Губами, волосами, руками. Со всем, что было в ней. Он заложил её внутри своей головы, оставляя снаружи лишь презрение и раздражение, которое она должна испытывать. Эти стены не сломает никто. Никогда. И никому он не позволит узнать о ней. Гермиона была его маленьким секретом. Секретом, который он нёс за собой с детства. Он думал, что она с рыжим. Почти смирился с этим. Почти был готов к новостям в Пророке о их свадьбе. Блять, да он даже смирился с тем, что скорее всего ему бы пришлось присутствовать на этом мероприятии, благодаря роману Блейза с младшей Уизли, которая наверняка подавала бы молодожёнам кольца. Как мило. Драко завидовал Забини, который открыто мог говорить о своей новой девушке, о том, как он понял, что влюбился в эту неугомонную бестию. — Блять, Малфой, ты себе даже не представляешь, но она так хороша в Квиддиче! Я не понимаю, у них дети через одного получаются нормальными или как? — Забини рассказал о Джинни не сразу, но когда начал, один Бог знает, когда он теперь заткнётся о ней, будто она — главное, что происходит в его жизни.

***

Гермиона не видела Тео с того вечера. Тогда они неловко переглянулись, даже не успев попрощаться, как Джинни подхватила её под руку и они ушли в гостиную. — Ну ты даёшь. Я ставила на то, что это произойдёт под конец года, честное слово, — они поднимались в спальню и Джинни всё никак не могла замолчать, слава Богам она додумалась обсуждать это шёпотом. — Отвали, я не планировала сразу после такого обсуждать это с тобой, — в её шёпоте проскользнула нотка неловкости, будто она сделала что-то незаконное. — Господи, ты даже не можешь нормально сказать, что это был поцелуй. И мне что-то подсказывает, что он был лучшим. Был ли он лучшим? Гермиона даже наверное не успела подумать об этом во время того, как их губы соприкосались, и по ощущениям это было похоже на столкновение огня с глыбой льда. Был ли он лучше, чем с Виктором или Роном? Однозначно. С Роном это было иначе. Словно, если бы они не поцеловали друг друга в этот миг, то солнце бы столкнулось с землёй. Они будто нуждались в этом больше, чем в победе. Это было уместно именно тогда, в следующие же два раза столкновение их губ можно было назвать сплошной неловкостью, которая ощущалась повсюду. С Виктором же было по-детски, она была ребёнком. Гермиона даже, наверное, не была влюблена в него. С Тео были бабочки в животе, мурашки по коже, ощущение, будто они не в Хогвартсе даже. У неё подкосились ноги, вряд ли от неожиданности, он слишком медленно это начал, будто давал ей возможность оттолкнуть его и напомнить о том, что они друзья. Прижал её к себе, но сделал он это так, будто просто хотел поделиться своим теплом, разделить с ней всё, что он чувствует. Тео целовал так, будто его целью было навсегда запомнить этот момент, и, видимо, чтобы и она запомнила.

27 сентября.

Гермионе снился Малфой. Почти всю ночь она наблюдала за тем, как блондин играет на фортепиано и напевает что-то себе под нос. Мелодию она не запомнила, зато в её голову так едко въелся его голос. Они с Джинни уже шли в сторону Большого Зала, когда к ним подбежал Блейз, обнимая Уизли так, что тут и не поймёшь, это они так дружат или тайно встречаются весь месяц и тут решили это всем показать. Хитрец. — Здравствуй, Грейнджер, — в шутку наигранная вежливость, ну как она могла на него злиться за его эти дебильные шутки на счёт Нотта? — Хотел сказать, что мы с Джинни идём в Хогсмид в эту субботу. Ах, ещё туда идёт твой любимый, поэтому и ты с нами идёшь. Она не успела ответить, что не может, потому что уроки. Что Тео не её любимый. На самом деле дело в том, что уроки были готовы, а в страхе, что между ними с Тео больше нет той связи. Гермиона думала, что возможно это было его какое-то эмоциональное решение, о котором он жалеет. — Забини, хватит заниматься благотворительностью и пошли есть, — Драко подошёл к мулату со спины, отчего тот немного испугался. Он посмотрел в сторону Джинни и аккуратно ей кивнул, как бы так своеобразно здороваясь. Но посмотрев на Гермиону он немного скривился, сразу же отводя взгляд. — Конечно, милый, как скажешь, — съязвил Блейз. — Он у меня так любит держать всё под контролем. — Ну конечно, — У Гермионы это вырвалось случайно, будто на автомате. — Послушай, Грейнджер, тебе обязательно бесить меня этой хернёй? — Драко посмотрел на неё, будто она прокажённая. Шок. Буквально пару дней назад он беспокоился о том, чтобы она не ходила одна, а тут ведёт себя так, будто если посмотрит на неё дольше двух секунд, то заразится какой-то чумой. — Отвали, Малфой. Иди ешь. — Ты не забывай, что я разберусь и без твоего носа, который ты везде суёшь, что мне нужно делать. Я не один из твоих псов, которые и в туалет, наверное, ходят по твоей команде, — Джинни и Блейз смотрят на это, будто впервые видят этот спектакль. Давно они вот так не беседовали, не вспоминали её друзей, не оскорбляли друг друга. Какая прелесть. — Какой же ты мерзкий. И сколько бы времени не прошло, я всегда буду считать тебя жалким идиотом, который самоутверждается за счёт других. Слабак, — она и не заметила, как подошла ближе и тыкала пальцем прямо ему в грудь, не касаясь. — Ты слишком хорошего мнения о себе, кому вообще есть до тебя дело? Если бы я выбирал, за чей счёт самоутверждаться, ты была бы последней, — пока она искала в голове ответ на очередной выброс дерьма Малфоя, они успели уйти к своему столу. Ну и пошёл к чёрту.

***

Весь день прошёл как в тумане, Драко хотел выплеснуть на неё всё, что у него внутри. Она как бы и не виновата в том, что он чувствует теперь, но так хотелось, чтобы она его ненавидела. Чтобы смотрела на него с отвращением. Будто так ему станет легче. Не станет. Какого хера вообще он решил, что они чем-то похожи с ней? Какой же он идиот. Гермиона же была на нервах, всё валилось с рук. Тео не было на занятиях сегодня, она была даже рада этому, ей надо было время, чтобы отойти от этого всего. В коридоре, по дороге на совместное занятие со слизерином, она заметила как Блейз направляется в её сторону. — Грейнджер, нужна твоя помощь. Нужно написать эссе, — он догнал её и шёл с ней рядом, будто они так всё время и шли вместе. — Мне пришлось прогулять пару занятий, чтобы провести время с твоей подружкой, сводить на свидание, напоить маминым вином. Я надеюсь ты не хочешь, чтобы я продолжил рассказывать всё, чем мы занимались? — усмехнулся и подмигнул, ну прям комплект. — Боже, Забини, прошу тебя. Избавь меня от этих подробностей. — Так что? — он придержал для неё дверь в кабинет, не отставая. — Хорошо, передашь через Джинни тему и нужные конспекты, я всё напишу. — О, — Малфой. — Снова ты с этой. Не боишься, что Уизлетта будет ревновать? — Ты, дружок, не перегибай. А то мне кажется это ты ревнуешь. — Блейза редко можно было увидеть таким серьёзным, но, кажется, влюблённость меняет людей. Не всегда к лучшему, кстати. — Ещё чего, — он нахмурился. — Мне кажется все, кто смотрят на неё как на девушку, а не как на энциклопедию на ножках, должны сбегать к Помфри и проверить зрение. Или голову. Она не выдержала. Психанула. Просто развернулась и пошла вон из кабинета. Никогда ей ещё не говорили такого. Да, про энциклопедию она слышала. От него же. Но остальные его слова отражались эхом. Возможно, причина её реакции была в Тео, который ни разу не заговорил с ней. Да что уж там, он даже ни разу не появился у неё на глазах. Где-то в глубине души, она была даже согласна с Малфоем. Кому нужна такая девушка? Рон мог сказать только, что она выглядит неплохо, когда она надела платье на свой день рождения и немного подкрасила глаза. Она никогда не думала даже о том, что у неё ни разу не было свиданий, прогулок за руку с человеком, который видел бы в ней не только кучку знаний. Который видел бы в ней девушку. Мысли лезли в голову, не жалея. Гермиона признала себя слабой сейчас. Она так нуждалась в поддержке, в том, чтобы ей сказали, что всё будет хорошо, пока она будет тихонько хлипать, пытаясь успокоиться. Ноги несли её в выходу из замка, ей хотелось оказаться как можно дальше от этого места. Она вытерла слёзы и открыла дверь, выходя на улицу, сразу зная, что она ужасно хочет сесть возле Озера, и плевать, что на улице почти мороз.

***

— И куда ты меня ведёшь? — Не знаю, на самом деле. Просто хотел, чтобы мы ушли оттуда, — он остановился возле входа в Запретный Лес, недалеко от Хижины Хагрида. — Прости. Она знала, что Тео сейчас скажет. О том, что он не должен был её целовать, это было ошибкой и так далее. Это добило бы её, наверное. — Ты не должен извиняться, я сама виновата. Я ведь ответила. Слёзы снова подступали, ком в горле становился всё больше. К ней пришло осознание, что ей хотелось, чтобы он не жалел. Наоборот. — Ты о чём вообще? — его брови поползли вверх. Он подошёл ближе и взял её за руку. — Я извиняюсь за то, что пропал. Я должен был наверное найти тебя сразу, а не прятаться от тебя в подземельях, как первокурсник. Он ощущал себя полным дураком, после того, как поцеловал её. Гермиона наверняка не оттолкнула его, лишь бы не обидеть. Он знал, что если бы она не хотела его целовать, то всё равно целовала бы. Такой она человек. А если бы хотела? Тео сам себя запутал, поэтому решил дать ей время. Если она потом будет его избегать, то, очевидно, что она не в восторге от его решимости. Ему было так хорошо с ней. Он ни с кем себя так не чувствовал, никому так не доверял. Хотелось носить её на руках, дарить ей цветы, говорить каждый день какая она невероятно красивая. Держать её за руку, целовать Гермиону в макушку, обнимая со спины. Произносить её имя каждый день. Каждое утро, просыпаясь в одной кровати. Просыпаться раньше, чтобы просто лежать и без конца вдыхать её запах, пока она спит. Грейнджер была ужасно мерзлячей, ей всегда было холодно, а Тео хотел согревать её. Неважно как, заклинаниями или объятиями, главное, чтобы ей было теплее. Он был уверен, что ей всё это не нужно. Что Гермиона Грейнджер не та, кто будет желать такого. Нотт решил посетить их совместное занятие, чтобы после него поговорить с ней, но придя в кабинет, опоздав на десять минут, он её не застал. Блейз рассказал ему, что случилось между ним и Малфоем. Идиот.

Надо срочно поговорить.

Тео.

Он передал записку через Блейза и вышел из кабинета, якобы в туалет. Стоял и ждал, как идиот. — Чего тебе, Нотт? Был ли смысл отвечать? Нет. Он чуть ли не подбежал к нему, сжавши кулаки и ударил в нос. — Пошёл ты нахуй, Малфой. Ты не достоин её. Никогда не был достоин. Не смей больше открывать свой поганый рот в её сторону, поведи себя хоть раз достойно, — не желая слушать даже, что Драко скажет в ответ, он развернулся и пошёл к лестнице.

Он видел, как она выходит из замка с окна одного из коридоров и уже знал, что она пойдёт на своё любимое место.

***

— Пожалуйста, выслушай меня сейчас, — он положил её руки себе на плечи, обнял её за талию и заглянул в красные глаза, ненавидя себя за то, что опоздал на сраный урок и не смог защитить её. — Я поцеловал тебя тогда, потому что хотел. И сейчас хочу. Буду хотеть ещё долго, поверь. Хочу, чтобы ты была рядом, всегда, — он шептал ей это в губы, смотря в глаза. Её взгляд оживал с каждым его словом. — Ты очень красивая, мне нравятся твои волосы. Они живут своей жизнью, но без них ты была бы не собой, — Тео знал, как она иногда ненавидела свои волосы. — Пожалуйста, я хочу чтобы ты была со мной. Она не знала, что ему ответить. Не знала, что сказать. В голове было пусто. Точнее, нет. В голове она прокручивала его слова снова и снова, сомневаясь в том, что это всё реально. Тео никогда не мог похвастаться своим умением читать людей по глазам, как и сейчас, он не понимал, что у неё в голове. Поэтому он решил действовать. — Я могу поцеловать тебя? Гермиона наконец выдохнула, будто впервые за последние пару минут. Она даже мечтать не могла, что он ей это скажет, поэтому Гермиона моментально успокоилась, встала на носочки и коснулась своими губами его. Они стояли возле леса и целовались, а она наконец поняла, что это нужно было сделать очень давно.