Carpe diem

20 Декабря 2020 года POV Айбике HarikaSun: Сегодня в 21:00. *адрес дома* Значит сегодня я, наконец-то, смогу найти хоть что-то на Толгу, и в конце мы с Харикой поставим его на место — он отправится в колонию для несовершеннолетних, где должен был оказаться уже очень давно. Но то из-за чего меня всё утро потряхивает, это далеко не из-за Толги, или из-за того, что меня могут поймать, нет, я об этом сейчас вообще не думаю. Я волнуюсь, что увижу как и Берк вместе с Толгой будет принимать наркотики. Это самое страшное для меня, ладно, просто знать, услышать от кого-то, что он далеко не идеален, но видеть это собственными глазами — совсем другое. После вчерашнего, из-за того, что он ничего не ответил, не объяснился. Я более чем уверена, что он принимает их на постоянной основе. Но так хочется верить, что Берк просто растерялся, и это всё равно не правда, простая клевета. Я так не хочу ещё больше разочаровываться в нём. Но сейчас не место и не время думать об этой ситуации. Сейчас у меня дела поважнее. После моего первого провала я решила, что ещё раз попробую подать пакет документов в Лондонский колледж искусств и литературы. Поэтому сейчас я сижу перед ноутбуком и заставляю себя нажать на эту злосчастную клавишу, чтобы отправить их на почту колледжа. Но почему всё ещё так страшно? Айбике, соберись, пожалуйста. — Нет, я не могу. — проговорила я и отьехала на кресле назад, оборачиваясь к двери лицом. — Ай, ну, почему так страшно? Я говорю сама с собой только, когда слишком волнуюсь. Но разве сейчас такой момент? Так, надо решаться, поэтому я в последний раз выдохнула и, резко встав, подбежала к клавиатуре ноута, и, закрыв одной рукой глаза, оставив небольшое пространство между указательным и средним пальцем, чтобы хоть на ту клавишу попасть, я быстро нажала «Enter» отправив им повторно новый пакет документов. Ох, кажется прошло. Отправив заявку, у меня даже сердце успокоилось, теперь снова остается только ждать. В этот раз я никому не говорила, что решилась отправить документы, чтобы опять их не разочаровывать. Лучше скажу, когда всё получится. А если не получиться… что ж, тогда не скажу, что снова пробовала. — Систр, пошли пить чай, там Дорук приехал. — с такими словами зашёл в мою комнату безметежной походкой Огулджан, на что я с перепуганными глазами резко закрыла крышку ноутбука и уставилась на него, как на призрака. — Что прячешь? — он сощурил глаза и играющей походкой направился ко мне. — Ни-ничего, — сглотнув, ответила я. –Я сейчас приду, ты иди к ним, не заставляй ждать. — сказала я, смотря ему прямо в глаза, подняв подбородок и поставив руки на бока, становясь в строгую позу. — Хорошо. — кивнув, он просто развернулся и ушёл. Что? Почему так легко? На него не похоже. Ну, да, ладно, сейчас главное удалить историю браузера, а то он всякое может придумать, чтобы узнать правду. V — Sweet Night (OST Itaewon Class) Когда я вошла в курятник, то увидела прекрасную картину, что грела душу всем присутствующим: Омер и Айше сидели на диване в обнимку, а Кадир и Мелисса сидели на матрасе Омера вместе с Емель, которая гладила Симу, и все они слушали, как красиво поют вместе, сидящие за столом, Асие и Дорук, что играл на гитаре. Стараясь долго не стоять на одном месте, чтобы не привлекать к своей персоне внимание, я пошла к Огулджану, что стоял около кухонной плиты, и встала вместе с ним, слушая приятный мотив песни. Всё-таки хорошо, что Асие и Дорук вместе, они буквально созданы друг для друга, ведь всё, что делает эта пара, выглядит настолько правильно и гармонично. Особенно то, как сочетаются их голоса вместе. Я рада, что Асие наконец-то обрела своё счастье в лице этого красивого и действительно хорошего парня, который сделает всё ради неё. Он готов не то, что через себя ради неё переступить, он готов уничтожить каждого, кто встанет на их пути. Думаю, такую любовь, как у них, редко кто познаёт, но все так её хотят. Когда они закончили петь, мы все начали аплодировать их замечательному выступлению. Емель даже подбежала и обняла свою сестру, а все мы, видя такую милую картину, немного растрогались. — Хорошо спели, ребята. — сказал Кадир, на что все мы с ним молча согласились, а Дорук просто смущённо кивнул и отложил гитару. — У меня есть небольшой подарок для нашей принцессы, — отозвался Дорук, смотря на Емель, что уже подошла ближе к нему, а он полез в рюкзак и вытянул из него большую чёрную коробку. — Я долго думал, что купить, но тебе ведь скоро в школу, поэтому думаю, что это тебе подойдёт. — он протянул его Емель, что уже изучающе рассматривала свой подарок. — Это модель солнечной системы, которую ты должна будешь собрать сама. Знаешь, я в детстве очень интересовался космосом. — улыбнувшись, пояснил Дорук. — Вот это да, Емель тебя уже с детства делают великим учённым. Дядя Дорук тебе во всём поможет. — отозвался Омер с дивана и подошёл к своей сестре, чтобы получше разглядеть коробочку. Мы все просто посмеялись на его слова, а Асие и Айше подошли ко мне, чтобы сделать чай для всех. Эти несколько часов прошли в такой дружной, лёгкой и тёплой атмосфере: они позволили мне на некоторое время отвлечься и забыть всю ту неразбириху, что сейчас происходит у меня в жизни — эти несколько часов с такими уже родными и близкими для меня людьми заставили меня снова почувствовать себя простым беззаботным подростком. Мы всё время веселились: Дорук и Мелисса рассказали несколько смешных моментов из детства, но тут-то мы с Огулджаном их перплюнули. Мы просто сидели, пили чай и разговаривали, я даже не чувствовала себя лишней, а будто бы была на своём месте, в последние дни это чувство очень редкое для меня, поэтому сейчас, в этот момент — когда рядом со мной мой брат, кузены и друзья, когда мы все улыбаемся друг другу и просто наслаждаемся нашей жизнью, когда ещё не думаем о будущем, и всяких заморочках — я счастлива. Но всё хорошее рано или поздно проходит, ведь так? И сейчас так же, когда Дорук и Асие просто о чём-то переговаривались, и он легонько, так нежно поцеловал её в щёку, я сжала кулаки и отвернулись. Воспоминания о Берке накрыли меня из-за их такого невинного жеста, ведь я поняла, что этот человек, который не хочет покидать моё сердце, никогда не сделает ничего столь милого или даже хорошего. Он никогда не придёт сюда, не будет веселиться со всеми, он может только разрушить такую атмосферу. Но сейчас этот момент разрушаю я сама своими же мыслями, поэтому я просто встаю, чтобы попрощаться со всеми и начать собираться к Харике, мне сегодня предстоит тяжелая ночь, и я не могу об этом забыть, как бы ни хотелось. — Я уже пойду, а то что-то я устала, наверное, лягу спать, — улыбнувшись и включив всё своё актёрское мастерство, изобразила я сострадальческое выражение лица в разговоре с Асие и Доруком. — Что-то случилось? Выглядишь не важно. — встрепенулась Асие, подойдя ближе. — Нет, просто немного голова кружится, тебе не стоит волноваться. — отмахнулась я от неё и пошла к выходу, а уже когда закрывала дверь, услышала голос Дорука:  — Мы тоже тогда пойдём, сегодня ещё вечеринка у Харики. Значит она всё-таки не солгала, да уж, Харика меняется на глазах, но как всегда, всё это для её же выгоды. Уже в комнате, я начала одеваться: выбрала я всё черное, чтобы затеряться среди темноты. Так как там будет Асие, мне нужно быть особо осторожной. Я выключила свет в комнате и положила несколько игрушек под одеяло на всякий случай, если мама зайдёт, но Огулджан точно слышал, когда я говорила с Асие, надеюсь, он всё передаст маме, и она не захочет внезапно пожелать мне сладких снов. На часах уже 20:45, что-то я засиделась, к дому Харики ещё ехать около получаса отсюда. Поэтому я вылезаю через окно, слава Аллаху, что моя комната на первом этаже, а затем палкой легонько прикрываю его и оставляю её на подоконнике, чтобы потом таким же путём забраться назад. Оглядываюсь, будто какой-то вор, и выбегаю со двора. Сердце так колотится будто я действительно что-то украла, но мне от чего-то нравятся эти ощущения адреналина, что тебя в любой момент могут поймять. Это что-то новое для меня.

***

Когда я была на дороге, около большого двухэтажного белого дома Харики, то уже слышала громкую музыку, наверное, вечеринка в самом разгаре. Думаю, мне нужно найти какое-то незаметное место, но чтобы мне оттуда всё было видно. Но сначала нужно написать Харике, что я уже здесь. AibikeCurly: Я уже на месте. Не прошло и минуты, как ко мне пришёл быстрый и короткий ответ: HarikaSun: Уже отключила сигнализацию, обойди дом справа и войди через задний выход. Мы на улице. Я пошла немного дальше по дороге, поворачивай за угол дома, и увидела там небольшую въездные ворота, открыв её и не услышав характерного звука, я вошла внутрь и начала разглядывать территорию. Мне открылся прекрасный вид на заднюю часть дома с прилежной территорией, на которой был расположен небольшой спорт-майданчик, а слева от меня, ближе к самому дому, была деревянная беседка, украшенная разноцветными гирляндами. Я прошла по дорожке к дому, так как они на улице, думаю, лучшим вариантом будет зайти в дом и найти окно, которое будет выходить прямо на них, поэтому я зашла внутрь через единственную дверь, что была с этой стороны. Оглянувшись по сторонам, я поняла, что нахожусь в гараже, а сбоку от меня есть ступеньки, по которым я поднялась к следующей двери, но здесь настолько темно, что я боюсь споткнуться и наделать шума, хотя с той музыкой, что играет снаружи, вряд-ли они могут что-то другое услышать. Когда я оказалась на первом этаже, не стала долго разглядывать помещение, а поднялась сразу же на второй и вошла в первую попавшуюся дверь. Сразу подбежав к окну, поняла, что здесь оно выходит на противоположную от нужной мне сторону, пробежав ещё по двум комнатам, я только с четвёртой попытки нашла идеальное окно, вид которого выходит прямо на бассейн, и отсюда прекрасно видно всех. Перетянув кресло к окну, я села и спряталась так, чтобы за шторкой меня не было видно. Когда я искала кресло, то увидела в свете луны полку с фотографиями маленькой Харики и её родителей, и на каждой из них она так лучезерно улыбалась, а вот уже фотографии взрослой Харики — тут она вместе с Доруком на набережной, а на другой они большой компанией сидят около костра и все так мило улыбаються, тут даже Берк с Агатой на руках есть. Я засмотрелась на её фотографии, но поняла, что надо ей сообщить, где я, чтобы она сделала всё, как мы и договаривались ранее. AibikeCurly: Я у тебя в комнате. Действуй! Она просто прочитала, но ничего не ответила. Ещё вчера мы договорились, что когда я уже буду здесь, Харика сама предложит Толге наркотики, и мы уже посмотрим, сможет он отказаться от халявы или нет. Значит, скоро начнется то, ради чего мы это устроили, надо поставить телефон так, чтобы, снимая, было видно всё. Скоро я узнаю принимает Берк тоже или нет. POV Берк Я зол. Я слишком зол на всё и всех. Со вчерашнего вечера не могу успокоиться. Хочу сегодня нормально расслабиться и забыться. Хоть я уже и влил в себя пять стопок абсента, но всё ещё настолько напряжён. Значит нужно что-то покрепче. Где Толга, когда он так нужен? Как раз вижу, как с прохода показывается блондинистая голова Харики, а вместе с ней и Толга. — Харика, прекрасный вечер. Но, знаешь, не много скучновато, чего-то не хватает, какой-то изюминки, думаю. — крикнул я ей, сидя на кресле около столика с алкоголем, они лишь улыбнулись друг другу и направились ко мне. — Думаю, у меня есть та изюминка, что ты так ищешь, друг. — протянул Толга с хищной улыбкой и вытянул с кармана прозрачный пакетик с белым порошочком. — То, что я ищу. — уже тише добавил я, смотря прямо на него с такой же улыбкой. — Тут я вас и оставлю, пойду лучше к девочкам. — сказала Харика, даже не смотря на нас, а оглядываясь по сторонам, будто боится. В первый раз что-ли? Мы с Толгой даже не ответили ей, она просто встала и пошла, а Толга начал делать небольшие дорожки фена. Как я ещё не подсел на него, интересно только? Хотя, думаю, я уже зависим, просто сам отказываюсь это принимать. Но вместо того, чтобы ещё больше загоняться по этому поводу, я лишь тянусь к очередной бутылке коньяка и, налив себе полную стопку, выпил всё за раз, запрокинув голову назад. Всё-таки небо сегодня красивое: повсюду раскиданы мелкие звёзды, так будто это картина талантливого художника. Переводя свой взгляд на других, что стояли по ту сторону бассейна, я заметил движение в окне на втором этаже и посмотрел прямо туда, но, кроме отодвинутой шторки, там ничего не было. — Ты чего замер? — отвлёк меня Толга, показывая взглядом на две ровные дорожки. — Да так, показалось. — ответил я и, не дождавшись его, резко втянул в себя дорожку, и также посмотрел на окно, и в этот раз я точно заметил, как там мелькнули кучерявые волосы. Асие? Но вот же они с Доруком танцуют на танцевальной площадке. От понимания, кто это мог быть, у меня чуть глаза на лоб не вылезли. Я откашлялся и поднялся с дивана, направляясь в дом, уже полностью забыв о Толге, что сидел около меня. Я быстро взлетел по лестнице вверх и направился в комнату Харики. Резко открыв дверь, я увидел, как те самые тёмные кучерявые волосы резко взметнулись в сторону, и руками она что-то спрятала в карман джинсов. — Что ты здесь делаешь? — проговорил я вымученно эти слова, закрыв дверь, прислонился спиной к ним. Айбике ничего не сказала, а просто повернулась ко мне спиной и тяжело дышала так, будто её застали за чем-то запретным, или будто она застала кого-то за чем-то запретным. Блять. — Ты видела, да? — всё также тихо спросил я, на что она лишь еле заметно в такой темноте кивнула. — Айбике, послушай, — я сделал несколько шагов к ней, но она лишь резко отошла в сторону и посмотрела на меня. — Я больше не хочу тебя слушать. — ответила она с холодным выражением лица и пошла на выход к двери, и но я догнал её и взял сзади за плечи, не дав открыть эту дверь. — Нет, ты выслушаешь меня. — сказал стальным тоном я, от чего она еле заметно дёрнулась, я лишь отпустил её, чтобы не пугать ещё больше, и она отошла назад, а я смотрел на неё, и все мои мысли путались, я действительно не знал, зачем отсановил её, и что хотел сказать, поэтому выпалил первое, что пришло в голову: — Я думаю о тебе, точнее, ты мне интересна, и важна для меня. — я вздохнул, закрыв на несколько секунд глаза, чтобы не видеть её реакцию, которую так давно мечтал увидеть, потому что знаю, если увижу её глаза — у меня полностью оключится мозг, и я слечу с катушек, а сейчас мне как никогда надо себя контролировать. Поэтому я просто открыл глаза, и, несмотря на Айбике, что замерла около противоположной стены, присел на кресло около окна. — Айбике, я не хочу, чтобы ты во мне разочаровавалась. Поэтому дай мне объяснить то, что ты только что увидела. Хорошо? Я всё-таки посмотрел прямо в её большие и растерянные глаза, ожидая ответа. Спустя несколько долгих секунд размышлений она кивнула, а я выдохнул. — Да, мы приняли наркотики. Это был фен, то есть амфетамин. А впервые мы его попробовали два года назад. Тогда ещё Онур был жив. Если ты думаешь, а ты наверняка думаешь, почему я не откажусь от этого, так вот — потому что я не могу, это сложно. Когда я под феном, мне проще, всё забывается и я расслабляюсь. Я пробывал завязывать, когда Толга улетел, вышло, но ненадолго, я стабильно каждые два месяца принимал, хоть и это был слишком большой перерыв. Я не хотел, чтобы ты узнала, ведь думал, что смогу от этого избавиться, но я не могу и не хочу. — проговорил я всё это, смотря на столик, а не на неё. Я так хочу и не хочу одновременно узнать, что сейчас творится в её голове, но я не могу так долго здесь быть, мне не нужно, чтобы она увидела меня под кайфом. Поэтому я встаю с кресла и иду к двери. Но останавливаюсь около неё, и пока мозг ещё окончательно не отключился, я поворачиваюсь к ней и убираю её волосы за ухо, провожу пальцем по лицу, вижу, что она почти сдерживает слёзы, и говорю последние, что помню, и резко вылетаю из комнаты: — Если хочешь помочь мне, не отказывайся от меня.

***

POV Айбике Он впервые открылся мне, но всё равно так сложно видеть его таким: с затуманенным взглядом и ленивой походкой. Я действительно могу ему помочь? Если он сам не может себе помочь, то как смогу я? К чему те слова? Мне показалось, что он настолько искренне говорил те слова. Я не могу перестать думать о нём даже сейчас, когда спустя полчаса после нашего разговора, жду Харику около выхода. — Ну, что, ты сняла? — проговорила она, как только вышла с дверей гаража. — Да, вот, — ответила я, показывая ей тот фрагмент, где Толга затягивает дорожку. Видео с Берком я удалила, не хочу, чтобы потом что-то всплыло и навредило ему. — Прекрасно, скинь мне. — улыбнулась она, протягивая мне свой телефон, на что я только расстеряно кивнул, и начала отправлять ей видео через AirDrop. — Всё. Я пошла. — сказала я, когда закончила, и развернулась; больше не хочу оставаться в этом доме. — Спасибо, что помогаешь мне. — проговорила Харика мне в спину, а у меня опять от воспоминаний о Берке начали скапливаться слёзы в уголках глаз, и я ответила ей, не обернувшись:  — Я же обещала. Знала бы ты, Харика, как сейчас я жалею, что так пыталась помочь тебе. Лучше бы я и дальше ничего не знала, лучше бы жила в неведении и никогда не снимала своих розовых очков. Почему я не могу забыть тот его взгляд? Сейчас всё смешалось: как он ударил меня по лицу, как тогда толкнул в бассейн, как флиртовал с Талией, как гнусно вёл себя на вечере Дорука, как поцеловал в щёку, какие противные слова говорил, когда только Толга перевёлся, поцелуй в библиотеке, и эти его глаза, когда он принял наркотики. Почему всё, что он делает, — это отталкивает меня и заставляет бороться за него дальше? Что за извращённая биполярочка?

***

21 Декабря 2020 года Как ни странно, но сегодня я выспалась, хотя думала, что всё произошедшее за вчерашний день заставит меня опять бодрствовать всю ночь и думать. Но я уснула, как только забралась в комнату. Может я уснула из-за усталости? Как никак, уже было пол двенадцатого ночи. Но сегодняшний день мне нужно посвятить домашней работе со школы, а не мыслям о всяких придурках. Поэтому я уже несколько часов сижу над заданиями, которые всё никак не заканчиваются. У меня уже голова болит от их количества и сложности. — Ты не поверишь, кто приехал! — с такими словами Асие зашла в мою комнату, как раз вовреме, чтобы я немного отвлеклась от заданий и отдохнула. — Постарайся удивить меня. — ответила я, пересаживаясь с неудобного кресла и ложась спиной на кровать. — Берк! — Что? — воскликнула я, резко поднявшись, также как и Асие, когда произносила это имя. — Он приехал с Агатой к Емель, сейчас сидит у нас в курятнике. — с большими глазами сказала она и закивала головой, будто саму себя уверяя в этом. — Нееет, не верю. — проныла я и перекатилась со спины на живот, всё также поражённо смотря на подругу. — Ты ведь лжёшь. — Нет, пошли посмотришь. Он, кстати, спрашивал, где ты. — с какой-то заговрщицкой улыбочкой сказала она, поднимаясь и направлясь к двери. Что он здесь забыл? Действительно приехал к Емель, или это из-за вчерашнего? Вот чёрт, если он расскажет всем, что и я была там — произойдёт просто колоссальный скандал. Поэтому я быстро, вместе с Асие, спустилась в курятник, где уже сидела вся наша семья и Берк. Они смотрели на него так подозрительно, будто на какое-то диковинное животное, что может в любой момент сорваться с цепи и загрызть человека. Хотя, думаю, он как раз таки и может. Когда мы вошли, он сразу посмотрел на меня и широко улыбнулся в приветственном жесте, я от такого неожиданного жеста с его стороны замерла от растерянности на несколько секунд, но потом просто легко кивнула головой, отвечая. — Тебе нравится? — спросил Берк Емель, показывая на какую-то белую коробочку в её руках. — Да, я давно такую хотела. Спасибо. — ответила она с радостной улыбкой на губах и обняла сидящего напротив неё Берка за шею, и я увидела, как он ещё шире растянул свои губы в такой красивой улыбке. — Давайте все сыграем? — отстранилась от него Емель и обернулась ко всем с горящими глазами. — Сыграют во что? Что этот шайтан купил? — непонимающим полушёпотом спросила я на ухо Асие, что стояла рядом. — Он купил ей «Твистер». Прикол в том, что Емель уже года два очень хочет его, мы как раз на её день рождение планировали купить ей. — с такой же радостной улыбкой ответила Асие, смотря на счастливую сестрёнку. Когда я отвлеклась на разговор с Асие, то даже не заметила, как мои родители отказались от предложения Емель и упорхнули в дом. А девочка уже собрала играющую команду в виде меня, Асие, Берка, Омера и Огулджана. — Там разве можно столько игроков? — спросила я, читая правила для Емель. — Сегодня можно. — ответил Берк, смотря прямо в глаза, на что я немного застеснялась и начала обьяснять Емель, что она должна будет делать. — Хорошо, я поняла, но, — отозвалась серьёзно наша любимая малышка и, подняв вверх свой пальчик, пошла куда-то в сторону, и вернулась с Агатой и клеткой, в которой сидел Сима, — пусть они тоже посмотрят, как мы играем. — она посадила их вместе на диване и присела рядом с ними, показывая, что готова крутить стрелку.

***

— Огулджан, я тебя во сне прибью, обещаю. — Не кричи на меня, женщина! И так тяжело. — Да, как ты смеешь, так говорить со мной? — Я вообще-то старше! — А я могу ударить! — ответила я и уже попыталась замахнуться придавленной Огулджаном рукой, но так ничего и не вышло. — Ну, всё, тихо, я кручу. Итак, Берк, правая рука на зелёный. — проговорила Емел, и начала дико смеяться, так как на всех зелёных уже растянулись мы с Огулджаном. Но уже весь красный Берк лишь тяжело вздохнул и переместил свою руку прямо на мою, что лежала на самом верхнем зелёном. — Ты что делаешь, демон? — прямо на моё ухо прокричал Огулджан. — Играю, не видишь? — ответил Берк с невинной улыбочкой и подмигнул мне, на что я лишь больше засмеялась. — Огулджан, не мешай им. — прокомандовала сверху Емель. — Слушаюсь, маленькая госпожа. — резко замолк мой братец, а все мы истерично засмеялись. — Айбике, ногу на красный. — О, нет. — протянула я, уже почти плача, и начала перемещать свою ногу через всего Огулджана, и поставила её прямо на пятку Берка. — Нам ещё долго мучиться? — проныл Омер, где-то снизу от меня. — О, да, — с ехидной улыбочкой посмеялась Емель и опять покрутила стрелкой. — Огулджан, левую руку на синий. — Да, как я это сделаю? — возмущался он, но всё-таки переместил её где-то около Асие, и я, наконец-то, смогла освободить свою руку, что до этого была зажата ним. — Берк, правую ногу на зелёный. — после ещё одного круга игры проговорила Емель, и он перемистил свою ногу, встав в такую позу, будто нависает надо мной. — Айбике, левую руку на красный. — я лишь зажмурилась и начала тянуться к красному, что был через один цвет от меня, но задела дрожащую руку Берка, и он упал всем весом на меня. — Ай. — только и успела пискнуть я, когда он придавил меня собой. — Слезь с меня! — только и успела ответить я, когда открыла глаза и увидела перед собой его улыбающееся лицо. — Хорошо. — прохрипел он на моё ухо, будто специально прижавшись ближе на несколько секунд, а потом, обняв меня за талию, резко поднялся. — Что ты творишь? — спросила я, стараясь быстро отцепить его руки от себя, чтобы этого жеста никто не заметил. — Только то, что ты говоришь. — ответил он, смотря в мои глаза, а затем перевёл взгляд на Емель и, надув губы, будто извиняясь, прговорил: — Мы проиграли. — Тогда уходите и не мешайте. — крикнула уже разозлённая Асие. На что мы просто посмеялись, и Берк, поднявшись на ноги, подал мне руку, чтобы побыстрее смыться отсюда и не вызывать ещё больше негатива в свою сторону. Поэтому мы отошли и сели на диван, где играли Сима и Агата. — Давай поговорим? — тихо прошептал он, кивая на выход, на что я лишь кивнула. — Емель, мы с Айбике выгуляем немного Агату и Симу? — спросил он, забирая животных себе на руки. — Хорошо, хорошо. — будто ничего, кроме игрального круга, не замечая, отозвалась она, и мы вышли. Мы вышли на улицу, и он повёл меня прямо за дом и остановился, положив на землю кота и кролика, и прислонился к стене спиной. — Что означали твои последние слова? — не дождавшись, когда он соберётся с мыслями, выпалила я и смотрела на то, как он резко замер, затаив дыхание, не ожидая такого вопроса. — Думаю, итак всё понятно. — буркнул он, всё ещё не смотря на меня. — Нет, мне ничего не понятно. — подошла я на несколько шагов ближе к нему и смотрела прямо в его лицо, когда он старательно отводил взгляд. — Ты можешь уже посмотреть на меня и просто ответить? — разозлившись, я взяла его лицо в руки и силой повернула к себе, наконец-то, вглядывась прямо в его глаза. — Хорошо, хорошо. — вырвался он, и я отошла назад, а он продолжал смотреть на меня. — Ответь честно, ты сейчас боишься меня? — Что за глупости? Конечно, нет. — с прищуренным взглядом и сжатыми в полоску губами, непонимающе посмотрела я на него. — Я действительно думаю, что только ты можешь помочь мне завязать. — сказал он и, оттолкнувшись от стены, подошёл ближе. — Очень интересно как? Я читала сегодня о фене и так просто с него не слезешь. Берк, пойми, тебе уже нужно профессиональное лечение. Сколько ты уже на нём, год, больше? — взяв его за руки, уже начала умолять я, чтобы он одумался и пошёл в клинику. — Я не собираюсь ложиться в центр, никогда. — резко ответил он и плотно сцепил зубы. — Доруку же это помогло. — сама не поняла я, зачем это сказала, и резко вдохнула, зажмурившись, ведь поняла, что своими словами спровоцировала скандал. — Откуда ты, блять, всё это знаешь? Асие бы точно не рассказала. — уже не сдерживая себя, он подлетел ко мне и взял за плечи, сильно встряхнув меня. — Отпусти. — попыталась я вырваться, но ничего не получалось. — Отвечай! — крикнул он на меня, а я только отвернула голову, сильнее зажмурившись. Берк только выдохнул и сам опустил руки с моих плеч, но так и остался стоять на месте. Спустя несколько минут такой гнетущей тишины он будто опомнился и подошёл ещё ближе, насколько это было возможно, и просто обнял меня. — Берк? — от такого неожиданного действия я даже не сооброзила, что сейчас должна сделать. — Просто тихо стой. — пробурчал он куда-то в мои волосы и щекой потёрся о них. На это я не смело обняла его за талию и положила свою голову ему на плече. Стоя так с ним и слыша, как быстро стучит его сердце, ощущая тепло его тела и терпкий, древесный запах его духов, который немного отдаёт табачным дымом, я поняла, что, наверное, никогда не смогу отказаться от этого человека. Не знаю, есть ли у нас шанс на совместное будущее, но что я знаю точно — чтобы ни случилось, я всегда хочу быть рядом с ним, хочу помогать ему и заботиться о нём. — Вы долго ещё? — услышали мы голос Емель, что только вышла на улицу, и резко отлетели друг от друга, Слава Аллаху, мы додумались немного отойти, и она ничего не увидела. — Д-да, уже идем. — крикнула я ей, выходя из-за дома. — Тогда быстрее. Выиграл Омер, и мы начинаем ещё раз. — рассказала Емель, смотря мне прямо за спину. — Хорошо, уже идем, милая, — послышался голос Берка сбоку, а когда я повернула голову, то увидела, как он нёс на руках Агату и Симу, и я, не сдержавшись, улыбнулась, а он, увидев этот жест, ухмыльнулся, опустив голову, будто засмущавшись, и тихо только для меня прошептал: — Мило, правда? — Очень, — ответила я и, не видя его реакции, побежала внутрь ко всем.

***

Come with me now — Kongos 23 Декабря 2020 года POV Берк — Друг, есть предложение. Это первое, что я услышал от Толги сегодня, стоя около входа в школу, когда курил. Он подошёл ко мне вместе с Харикой, а на его лице уже была та самая ехидная улыбочка, не предвещающая ничего хорошего. Что же ты задумал на этот раз? — Слушаю. — отозвался я, закуривая новую сигарету, чует моё сердце — это его предложение мне так просто не переживётся. — Харика, ты можешь идти, нам с Берком нужно поговорить. — сказал он девушке, даже не смотря на неё, а она проста поцеловала его в щёку и удалилась. — Честно, не пойму, зачем тебе она. Ты и так относишься к ней, будто она неважна, зачем тогда встречаетесь? — спросил я, наблюдая как блондинка обнимается с Талией и Сюси. — Это другое дело, не думай об этом. — отмахнулся он от моего вопроса, будто это назойливая муха. — У меня есть прекрасный план, как разлучить Омера и Айше, и мне нужна твоя поддержка. — продолжил он говорить. — Я пас. — выкинул я в мусорную урну окурок и поправил рюкзак, намереваясь зайти в школу. — Нет, стой. — преградил он мне путь и дотронулся груди своей рукой. — С чего это вдруг? Ты же был за раньше. — уже серьёзно спросил он. — На это уйдет слишком много сил, а я не хочу перетруждаться, друг. — ответил я, улыбнувшись и убрав его руку от себя, зашёл на территорию школы. Сегодня я как-то рано пришёл, до начала урока ещё было пятнадцать минут, но тут уже были почти все, что странно. Есть даже Айбике, которая старается не смотреть на меня, точнее резко отворачивается, когда я начинаю смотреть на неё, меня даже забавляют её попытки не палиться. Но то, о чём я думаю уже два дня, — что же она делала тогда у Харики? Не думаю, что она специально пришла, чтобы узнать, принимаю я или нет, она не зациклена на мне настолько. Это предстоит выяснить, но, сука, как? Как раз Толга зашёл в класс, и Омер тут же сорвался с места, подлетев к нему и взяв того за воротник пиджак, прижав к стене и начал сильно на него кричать. — Что ты делаешь, парень? Ты хоть понимаешь, что наделал, а? — он всё кричал, а Толга лишь нагло улыбался и, нагнувшись, что-то сказал Омеру, от чего тот ещё больше разозлился и с силой толкнул его сначала к стене, а потом начал избивать по лицу. Мы с Доруком переглянулись и, кивнув друг другу, подбежали к ним, чтобы разобрать эту потасовку, я оттягивал Толгу, а он Омера. — Дорук, отпусти меня, эта сволочь должна ответить за то, что сделал, — кричал на Дорука весь красный Омер. А Толга, чтоб его чёрт побрал, просто спокойно стоял и улыбался, ему даже было всё равно на разбитую губу и скулу, из которой стекала кровь. — Что ты сделал? — спросил я резко у него, на что он просто подмигнул мне, пожав плечами. — Омерчик, не злись так, я уверен вы с нашей милой Айше заценили фотографии. Знаешь, у меня таких ещё много, думаю, каждый в этой школе оценит. — когда он это сказал, Айше выбежала из класса, а Омер, всё-таки вырвашись от Дорука, повторно налетел на Толгу. Дорук хотел опять их разнять, но я остановил его, схватив за локоть, и покачал головой в отрицательном жесте, давая знак, чтобы он этого не делал. — Он что-то сделал Айше, в этот раз я его спасать не буду, он заслужил, ты и сам знаешь. — Дорук просто кивнул, соглашаясь с моими словами, и посмотрел на избивающего Толгу Омера, а я отошёл назад и закрыл дверь, чтобы снаружи никто не слышал того, что сейчас здесь творится. Когда я заметил Айбике, что, закрыв себе рот со слезами на глазах, стояла около окна, то подошёл ближе и тихо спросил: — Что за фотографии? — Я не знаю, Омер ничего не говорил. — повернулась она ко мне, и я заметил, как одна слезинка скатилась из её глаз. — Почему вы ничего не делаете? Разнимите их. — настойчиво проговорила она, а я, видя её такой напуганной, просто кивнул и дал Доруку знак, что до того не отпускал Асие, закрывая весь обзор собой, чтобы она не смотрела на развернувшуюся драку, и мы подошли к ним, оттащив их друг от друга в разные стороны. Лицо Толги уже было сплошным кровавым месивом, а один глаз сильно припух и стал фиолетового цвета. Но вот у Омера, кроме нескольких царапин, ничего не было. Даже Огулджан просто сидел на месте и ничего не пытался сделать, будто позволял Омеру вершить самосуд. — Это ещё не конец. — крикнул Омер и, развернувшись, пошёл на выход. А Толга, которого до этого держал я, откинув мои руки, тоже пошёл на выход, попутно забрав свой рюкзак, лежащий на полу около двери. После этой потасовки все в полной тишине от шока начали садиться на места. Я посмотрел на Айбике и увидел, как она тихо перешёптывалась с Огулджаном, явно чем-то недовольная, так как активно жестикулировала руками, и я более чем уверен, что она проклинала его разными способами. Поэтому я быстро написал ей сообщение, пытаясь узнать, из-за чего эта драка произошла на самом деле: BerkO: Расскажи что случилось! Я увидел, как она прочитала сообщение, а затем посмотрела на меня, качая головой, будто спрашивая, зачем мне это, но я просто показал на телефон и отвернулся к окну, а через минуту мобильный завибрировал, оповещая о новом извещение: AibikeCurly: Толга скинул Омеру нюдсы Айше. Я перечитывал эти пять слов несколько раз подряд и не мог поверить, что тот Толга, которого я знал, который настолько когда-то любил Айше, мог поступить так подло и низко по отношению к ней. Стиснув зубы, я показал сообщение Доруку, а тот поднял бровь и, расширив в удивлении глаза, сжал руки в кулаки, и я понял, насколько он ахуел. — Сволочь. — коротко константировал факт Дорук, а я лишь молча кивнул, соглашаясь с ним. Наконец, в класс зашла учительница, и начался урок.

***

— Айбике, надо поговорить. — подошёл я к ней, когда они с Асие уже собирали вещи, чтобы уйти домой. Она сразу же остановилась и с огромными и перепуганными глазами посмотрела на Асие, что так же офигела от происходящего. — Я подожду на улице тогда. — отмерла Асие и развернулась, намереваясь выйти с класса. — Не жди, я сам её довезу. — сказал я, наблюдая, как глаза Айбике становятся ещё больше. Когда, наконец-то, все вышли из класса, и мы остались только вдвоем, я подошёл ближе и встал напротив неё. — Что ты делала в суботу у Харики дома? — спросил напрямую я, наблюдая, как до этого немного отошедшая от шока Айбике, сейчас почти заметалась в панике: она сглотнула и нервно облизала губы. Всё-таки люблю наблюдать, с какой сверхъестественной скоростью эмоции сменяют друг друга на её лице. — Давай завтра об этом поговорим. — резко бросила она и обошла меня, напрвляясь к выходу. — Е, нет. — я подбежал к ней и остановил, когда Айбике уже взялась за ручку двери, чтобы открыть её. — Ты расскажешь мне всё, сейчас. — Нет. — попыталась она оттолкнуть мою руку, но я не позволил, стиснув её руки сильнее, на что она слегка зашипела от боли. — Пусти. — попыталась скомандовать Айбике, но, когда она поняла, что её попытки не увенчаются успехом, успокоилась, замерев на месте, и отвернула голову вбок, и мне открылся вид на одну её щеку. — Ты можешь объяснить, что такое? — спросил я, отпустив её руки, и оперся на стену позади неё, расставив свои лодони по бокам от её головы. Но она просто легонько закачала головой в отрицательном жесте и прикусила дрожащую губу. Из-за чего сейчас такая реакция? Я ведь просто нормально спросил, я не напугал её, как тогда в библиотеке. — Хей, всё нормально? — стушевавшись, спросил я, попутно опустив свои руки на её лицо и повернув её к себе, а Айбике снова закачала головой, невербально говоря «нет». Нет, это точно не из-за моего вопроса, поэтому я лишь подошёл на шаг ближе и, перемистив свои руки на её спину, легонько прижал к себе, обнимая маленькое тельце Айбике, и только сейчас заметил, на сколько силько она дрожит. Она переместила свои руки на мою грудь, крепко сжав воротник кожанки, и опустила голову, начав плакать. Я только гладил её по спине и ждал, когда она, наконец, успокоиться. POV Айбике Я опять не сдержалась и разрыдалась при нём. Почему я всегда обещаю себе больше не плакать при нём, и всегда именно Берк видит мои самые сильные истерики? Так же и сейчас, как бы я ни пыталась успокоить саму себя, слёзы никак не хотели заканчиваться. Сегодня мне опять приснился сон о Гюнуль, и даже сейчас, когда я разговаривала с Берком совершенно о другой ситуации, воспоминания о ней опять проникли в мою голову. И я зациклилась на ней, не видя ничего вокруг, кроме хрупкого тонущего тельца ребёнка, и слыша только смех и крики. Кажется, я постепенно схожу с ума. Спустя минут десять, когда я смогла вытолкнуть из своей головы ту ужасную картинку, отстранилась от него, отойдя на несколько шагов в сторону, ближе к парте, и начала вытирать слёзы. — Может обьяснишься? — спросил он несколькими мгновениями позже, давая время прийти в себя. — Нечего рассказывать. — ответила я, не оборачиваясь, и заметила, насколько хриплый и слабый голос у меня сейчас. — Думаешь? Потому что я просто уверен, — он обошёл меня, встав прямо передо мной, и смотрел в лицо не мигая, — что эти слёзы точно имеют иной подтекст, чем ответ на мой вопрос. Ты, кстати, не ответила ни на один. — Берк чуть ссутулился, нагнувшись, и заправил прядь моих волос за ухо, за тем легонько поднял мой подбородок и тихо прошептал. — Что на самом деле происходит Айбике? То, насколько нежно он это спросил, заставило меня затаить дыхание. Берк настолько взволнованно смотрел на меня, будто выискивая ответ на свой вопрос на моём лице. А я тупо глядела на него, не сумев и пары слов в ответ связать. — Я покажу тебе. — с такими словами я отстранилась от него, взяла за руку, и мы вместе пошли на выход со школы. — Куда нам? — опомнился он уже тогда, когда мы сидели в его машине, и он выезжал с парковки. Я не ответила на его вопрос, а просто вбила то место на картах в телефоне и показала ему. Всю дорогу, что заняло у нас ровно двадцать одну минуту, мы ехали молча. Не было ни музыки, ни разговоров, мы даже не смотрела друг на друга, полностью погрузившись в свои мысли. Он остановился около поворота в лес, ведь именно тут и заканчивался путь с навигатора, и я вышла из машины, намереваясь дальше продолжить путь пешком. — Всё ещё будешь молчать? — услышала я голос позади себя. — Мы идём на место, в котором я не была шесть лет. — я остановилась, развернувшись, и ждала, когда он подойдёт. Было заметно, как он колебался, не зная, чего ожидать от этой прогулки, но всё-таки выдохнул и сделал первый шаг, спустя несколько быстрых секунд Берк направился ко мне, больше не оглядываясь по сторонам. — Что за место? — прозвучал его вопрос, когда он поравнялся со мной, и мы продолжили путь. — Там умерла моя лучшая подруга. — ответила я честно, решив довериться ему, и сглотнула, подняла подбородок, стараясь держаться перед ним гордо, но всё-таки часто заморгала, чтобы слёзы опять не полились, а затем как-то непроизвольно облизала губы. Но даже не смотря на него, а прямо перед собой, я всё равно как-то внутренне ощутила, как он шокировано застыл на несколько мгновений. Я решила довериться ему в секрете, что храню ото всех уже почти семь лет. Я решила наконец-то проговорить это вслух. Думаю, во многом на моё решение повлияло то, что и он на вечеринке у Харики искренне рассказал про наркотики, и я решила тоже начать открываться ему. Надеюсь, что не пожалею о своём решении. Я свернула в лесную гущу на маленькую, вытоптанную людьми, дорожку. Хорошо, что сейчас зима, и нет ни листьев, ни снега до сих пор, поэтому всё чисто. и хотя бы ничто не бьет по лицу, когда отодвигаешь редкие ветви деревьев. По той лесной тропе нужно пройти ещё пять минут, а потом мы выйдем на большую поляну а, спустившись вниз с неё увидим, то самое озеро, окруженное деревьями. Спустя столько времени тут так ничего и не изменилось, а я всё ещё помню ту дорогу. Когда мы преодолели весь путь, и перед нами открылось небольшое озеро, я будто вернулась во времени назад: такая же пасмурная погода, вокруг всё серо — без единого солнечного лучика, ведь облака напрочь затянуто густыми тучами, только снега нет под ногами и морозного ветра, что при каждом вдохе заставлял всё внутри заледенеть. — Айбике? — напомнил о себе стоявший сзади Берк, привлекая моё внимание и заставляя не уходить в себя ещё больше. Я повернулась к нему и постаралась улыбнуться, но ничего не вышло, и я бросила эту затею — притворяться, скрывая настоящие эмоции. Я лишь осмотрелась вокруг, и набрала в грудь побольше воздуха, и начала свой рассказ: — В старой школе у меня была подруга — Гюнуль. Родители бросили её, и она жила только со старой бабушкой, жили они, мягко говоря, не богато, из-за чего большинство одноклассников издевались над ней. Они делали ужасные вещи: от избиваний до обливания краской. Но Гюнуль никогда не показывала, что она расстроена, или ей неприятно, она никогда не плакала, — я ощутила, как после сказанного мои собственные слёзы уже хотели вырваться на ружу, — за несколько дней перед своей смертью она сказала, что делает это ради бабушки, чтобы не расстроить её. Она была другой, понимаешь? Ей было всё равно, во что одеваться, главное — это комфорт, так она всегда говорила. Она очень любила животных и всегда подкармливала их, даже если сама голодала, она даже умудрилась приручить несколько белок в этом лесу, — я улыбнулась, вспомнив, как она показала мне это впервые, и как я, единственный раз в жизни, держала на руках и гладила маленькую рыжую белочку. — Она никогда не сдавалась и любила каждый прожитый момент, она любила жизнь и не заслужила смерти. Она нравилась мне из-за своей искренности и того, что не боялась показаться странной, другой — собой. Потому что я сама всегда старалась быть такой, как все, не выходить за какие-то рамки. Мы подружились, и дружба с ней была самым лучшим, что случалось со мной в жизни. Каждый прожитый миг с ней, каждое воспоминание особенное. Она делала эту жизнь цветной, наполняя её красками. — я не смогла сдержать слёзы и начала плакать, громко всхлипывая и закусывая дрожащую губу, чтобы хоть как-то справиться с нахлынувшими воспоминаниями. — Я не смогла сказать нет, когда ей делали больно, не могла встать на её сторону, не смогла поддержать. Она умерла из-за меня. Прямо здесь, на нашем любимом месте. Они тогда проследили за нами, и один мальчик толкнул её в воду. Гюнуль не умела плавать и начала тонуть, сначала я хотела броситься к ней, но мне сказали, если сделаю хоть шаг — окажусь на её месте, и я стояла и смотрела, как она тонула, как захлёбывалась водой, я стояла и слушала её мольбы о помощи, а они все смеялись. Я не смогла переступить через себя и помочь ей. Никогда не могла. Договорив до конца, я упала на колени уже не пыталась сдержать слёзы. Почему даже спустя шесть лет всё ещё так больно? Почему даже счастливые воспоминания с ней ранят меня? Берк подошёл ближе, опустился на землю и обнял меня, поглаживая по спине, и говорил, что это не моя вина, что это просто глупые подростки со своим раздутым самомнением и желанием самоутвердиться за счёт слабых. Но даже понимая всё это — легче не становиться. — Тише, тише. Своими слезами ты сейчас делаешь хуже только себе. — услышала я его слова, из-за которых подняла на него своё мокрое и опухшее от рыданий лицо. Он лишь подбадривающе улыбнулся и начал вытирать моё красное лицо своими пальцами. То, как сосредоточенно он это делал, казалось, что сейчас это самое важное в его жизни. Когда он закончил свою работу, взял мои руки в свои и начал их тереть, согревая. — Это было 23 Февраля 2013 года. В тот день моя лучшая подруга умерла из-за моей слабости. И тогда я решила, что больше никогда и никто не пострадает из-за моей слабохарактерности. — договорила я до конца свой рассказ.

***

Мы пробыли там ещё два часа, сидели на земле и говорили ни о чём и обо всём одновременно. Берк рассказывал об Онуре, их дружбе, а я рассказала о своем детстве, о Гюнуль. Только после этого дня я поняла, насколько все мы поломанные на самом деле. У каждого из нас в прошлом было что-то, что сломало нас, что буквально заставило изменить себя полностью. И воспоминания живут с нами до сих пор, просто у каждого свой собственный способ справляться с этой болью. Когда мы вернулись в машину, было уже поздно и холодно, и я сильно замёрзла. Берк это понял, и мы просто сидели и грелись в заведённой машине, а он дал мне плед, который вытянул из багажника. Мы долго так сидели и молчали, но эта тишина не была неудобной, я бы сказала, что сейчас она уместна. — Давай поможем друг другу? — как-то слишком резко подал голос Берк и развернулся ко мне. — Ты о чём? — не поняла я, переспросив. — Тогда я сказал, что именно ты поможешь мне избавиться от зависимости. — он больше спросил, чем утвердил, поэтому я кивнула, и он продолжил. — Я помогу тебе избавиться от кошмаров, а ты поможешь мне перестать принимать. — Берк, как мы можем в таком помочь друг другу? Почему ты думаешь, что я как-то смогу помочь тебе в этом. Тем более я уже говорила, что наилучший способ — клиника. — сказала я, взывая к его рациональности. — Айбике, — он взял меня за руки, поглаживая тыльную сторону рук своим большим пальцем в успокоительном и доверительном жесте, — я уже сказал тебе, что ты дорога мне. Но скажу по-другому — ты нравишься мне, и мне важно твоё мнение, ты — слабость для меня, и, конечно, только ты сможешь вытянуть меня с этого состояния. Я ведь не хочу ещё больше тебя разочаровывать. — сказал он, смотря немигающим взглядом прямо в мои глаза, сглотнув, плотно сцепив зубы, ожидая ответа, но всё ещё легонько поглаживал мои руки. Я замерла, буквально перестала дышать, перекрыв себе доступ кислорода к мозгу. Это было признание? Да, он сказал, что я нравлюсь ему. Но как? Почему я? Я вдохнула, когда голова уже начала болеть от нехватки воздуха, и ещё раз посмотрела в его большие глаза, обрамлённые густыми тёмными ресницами. — Но как ты сможешь помочь мне? — спросила я, никак не отреагировав на те слова. — Поверь, я сделаю всё возможное. — широко и искренне улыбнулся он. Впервые, когда мы наедине, он показал эту свою улыбку мне. Я даже немного растерялась, приоткрыв рот, но резко его закрыла и моргнула несколько раз, переведя взгляд на лобовое скло, а потом опять к нему и тоже улыбнулась в ответ. Возможно сегодняшний день действительно много чего поменяет в нас обоих? И изменения эти будут в лучшую сторону?