В моментах. Фем-сборник

***

— Напила-а-ася я пьяна-а-а, еле дошла до до-о-ому-у-у... Хлопает входная дверь. Майя вздрагивает, едва не выпустив из рук только снятую с плиты турку, и шипит ругательства сквозь сжатые зубы. Под горлышком, затянутым тянущейся молочной пенкой, мелко бурлит какао, возмущённое небрежным движением. — Сладость, ты на кухне? Я чую божественный аромат ожидания. — На кухне, на кухне, — откликается, от греха подальше поставив джезву на подставку. Из коридора продолжают доноситься заунывные песни. Голос у Алисы низкий и бархатный, песни звучат по-идиотски — она это знает и старается ещё демонстративнее. Как будто она действительно пьяна. Только Майя знает, что это — лишь маленькое домашнее шоу. На часах 23:15. За окном терпко-ясная июльская ночь, и столица не спит, облачаясь в огни неоновых призраков. Как один из таких вернулся на свой порог — неведомо. — Рюмка во-о-о-одки на столе-е-е... У Алисы аккуратная родинка над ключицей, рубашка тесна в груди и сквозь прорехи между чёрными пуговицами виден белый лиф. Губы горят багрянцем. Девочка-с-обложки. Майя закатывает глаза и тянется ближе, чтобы одной рукой нагло взъерошить пепельно-бледную шевелюру и немного попортить лоснящийся образ. Образ возмущённо вскидывается и торопливо целует случайно подставленное плечо. — Как погуляли? — Здорово! Правда, в том баре было просто отвратительное пиво. Пришлось устроить скандал и потребовать расплаты. — И вам налили порцию бесплатно? — А то! На столе лежит книга в мягкой обложке. Картонная закладка с резинкой делит её почти пополам. Рядом — блокнот и повидавшая множество жизней ручка с изгрызенным колпачком. Свет гирлянд делает кухню визуально теплее, и отсветы мелких лампочек чудятся в глазах Алисы россыпью ошалевших звёзд. Майя смеётся. Ладони скользят по бокам, забираясь под укороченную рубашку. Коснуться, принюхаться, ощутить. Разгорячённая кожа, табаком пахнет, танцами и кучей слов. Взглядов, оставленных без ответа. « — И ты совсем не волнуешься? А что если меня попытаются склеить? Или я... — Самая дешёвая проверка на верность: дать человеку полную свободу и посмотреть, как он ей воспользуется. Пока мы близки, я верю тебе. А что с этим делать — решай сама. Последствия по обстоятельствам. — ... » В их квартире две комнаты и один балкон. Два шкафа, одна кровать. По кухне тянется разноцветный шлейф проводов, балкон пронизан сигаретным дымом. Одно перетекает в другое, сглаживая углы разных по сути миров. — Что писала сегодня? — Пятую часть к книге. И концепт нового персонажа. — О, расскажи! Неоновый город остаётся шипяще-пьяным весельем за дверью, когда оживает для двоих дом.