[Добро пожаловать в класс превосходства] Финальный год

Я медленно добирался туда, где она стояла. Я был довольно далеко от нее, но она ждала меня. Это означало, что она хотела погулять вместе. Других мыслей у меня не было, но для Хорикиты это было совершенно неожиданно. «Ты идешь сегодня один?» Она поприветствовала меня, когда встала рядом со мной. «Ах, да, ты тоже идешь од-» …ты тоже идешь одна, или так я хотел бы сказать, но остановился на полпути. «Ах, извини. Я забыл, что ты всегда одна.» Она прищурилась, глядя на меня: «Какая плохая шутка.» «О. Нет. Это была не шутка, а факт, не так ли? Ауч!» Она пинала меня ногой по икрам, и мне было очень больно. «Я не знала, что ты можешь так меня раздражать». Она тяжело вздохнула, и мы просто продолжили идти вместе, пока она смотрела куда-то сузившимся взглядом. «О чем ты говорила с Судо?» Я был уверен, что они о чем-то говорили, только вдвоем. И еще я был уверен, что это не связано с романтикой. Бьюсь об заклад, Судо был разбит на куски после того, как его ожидания не оправдались. Что ж, ему вообще не следовало ожидать от нее чего либо. Ты никогда не должен ожидать такого от этой девушки, Судо. Мне тебя очень жаль. «Ауч! Почему ты ударила меня на этот раз?» Меня неожиданно снова пнули. Я не помню, чтобы говорил или делал что-то, чтобы она меня ударила. Я повернулся к ней, прося ответа. «Мне просто кажется, что ты думал обо мне что-то грубое, не так ли?» Я ничего не ответил. Дальнейшие разговоры только усложнят задачу. «Я просто рассказала ему кое-что о триатлоне.» «И что же?» «Я должна тебе говорить?» Я просто из любопытства спросил. Не нужно так сердиться. «Нет, не должна.» Она усмехнулась. «Пока ты понимаешь.» Повисла неловкая тишина. Я украдкой взглянул на нее и увидел, что в этих глазах было что-то горящее. Я внезапно вспомнил, что видел такой же взгляд в классе. Итак, я решил спросить ее об этом. «Хорикита.» «Что?» Похоже, она все еще была в плохом настроении. Я подумал, стоит ли мне спросить ее или нет, но решил довести до конца то, что собирался сказать. «Тогда, во время урока, ты хотела мне что-то сказать?» Она застыла на этом вопросе, и я тоже остановился. После короткой паузы она открыла рот, чтобы снова заговорить. «А ты уверен, что это не твое воображение?» «Да, я уверен. И это определенно было для меня, а не для кого-то другого.» На ее лице было неописуемого выражения. Я был уверен, что она воспользуется предлогом, как будто это было для кого-то другого. 'Ты все неправильно понял.' И прежде чем это могло произойти, я отрезал ей путь к побегу. Она показывала эти глаза давно. Первый раз, может быть, во время экзамена по необитаемому острову на втором курсе. Я думал об этом как о своем воображении, но, наблюдая за ней больше года, я был уверен, что для этого была причина. Некоторое время она молчала. Она определенно колебалась, стоит ли ей рассказывать это или нет. Мне просто было любопытно. Если она не хотела мне рассказывать, значит, и не должна. Я не собирался требовать ответа от нее. «Э-это было…» Она внезапно попыталась что-то сказать, но не могла полностью сформулировать свои слова. Она долго пыталась и наконец дала ответ, самый расплывчатый, который я когда-либо слышал. «Это определенно было адресовано тебе, но это не то, что тебе можно слышать.» «Подожди. Что это значит?» Что это был за ответ? Если бы это было для меня, тогда было бы разумно услышать и знать, что это было, верно? Если бы она не хотела рассказывать, она могла бы прямо отказаться. Почему она усложнила задачу, сказав что-то столь расплывчатое? Теперь я чувствую себя дураком, что вообще спросил. Я не ожидал от нее достойного ответа. «Хорикита.» «Что?» Я снова окликнул ее, когда мощная сила снова ударила меня по ногам. «Почему ты ударила меня на этот раз?» Да, меня снова без предупреждения ударили по тому же месту. «Мне просто показалось, что ты снова думаешь обо мне что-то грубое». То, что кто-то плохо о тебе думал, не означает, что ты можешь его ударить. И во-первых, как она догадалась, что я думаю о ней что-то плохое? Нет, подождите. Было ли это вообще что-то плохое? Я как раз думал об ответе, который она мне дала. «Аянокоджи-кун.» «Да?» Она окликнула меня серьезным тоном, который я не мог проигнорировать. «Я, нет, мы обязательно дойдем до класса А» — заявила она. Вот он снова, тот же взгляд в ее глазах, горящих решимостью. «Что ж, удачи с этим. И тебе не нужно было говорить мне об этом сейчас, не так ли?» Я знал это давно. И не только я, можно сказать, почти весь класс знал, что у нее огромное желание достичь класса А. Удар. И снова. Меня снова ударила эта женщина. Разве со мной не обращаются как с ее личной грушей для битья? Разве это не жестоко? «Хорикита, кажется, в последнее время ты стала более жестокой.» «Это потому, что в последнее время кто-то стал более надоедливым». Под этим она определенно имела в виду меня. Я не помню, чтобы чем-то ее раздражал. Признаюсь, я иногда немного дразнил ее, но это не должно считаться раздражающим. Мы продолжали гулять вместе, обсуждая то и это, пока не разошлись собственными путями. И во время этой короткой прогулки она еще трижды ударила меня ногой в том же районе, и когда я проверил, дойдя до своей комнаты, нога немного опухла. Это было не так уж важно, но Кей настояла и приложила пакет со льдом к опухшей области. Она волновалась за меня и изо всех сил и старалась обо мне позаботиться. Хотя меня немного оттолкнуло то, что Хорикита снова и снова пинала меня ногой, в конце дня я действительно почувствовал к ней благодарность. В конце концов, если бы не это, у меня не было бы шанса, чтобы Кей так позаботилась обо мне. Спасибо, Хорикита. Мои безмолвные слова благодарности, конечно, не дошли до нее.