Ахиллесова Пята

- Ну, ты и козел, Брагинский! – С этой фразой, после очередной неудачной попытки освободить руки, Америка пихнул ногой закутавшегося в одеяло Ивана, на что тот только лениво повернул голову, уставившись на Альфреда так, будто впервые видит. - А ты был прав, - Россия перевел взгляд к спинке кровати, - перчатки лучше было снять. - Спасибо за столь интересное и обоснованное замечание, у меня прямо гора с плеч свалилась! – Джонс недовольно закатил глаза и еще раз толкнул Ваню ногой. – Теперь можешь отвязать меня. - Могу. – Пожал плечами Брагинский и, предварительно сняв с Аме перчатки и отправив их составлять компанию остальной одежде, начал не спеша развязывать узлы шарфа. Закончив, Россия убрал свой неизменный утеплитель, дарованный старшей сестрой, куда подальше, что, кстати, правильно. Альфред потер запястья и начал разминать затекшие мышцы рук, а после чего хитро глянул на Ивана. - Вот я сейчас кому-то!.. – Но стоило только Джонсу замахнутся, как Россия залился искренним не злым смехом, отчего и сам Альфред не сдержал улыбки и просто рухнул рядом, целенаправленно отбирая другой край одеяла. - И все-таки ты кретин. – Америка сквозь смех процитировал Романо и пихнул Ивана в плечо. – Тебе надо почаще расслабляться… - Почему я должен выслушивать наставление человека, которого только что поимел? – Брагинский так же улыбался, но на этот раз несколько иначе, придавая сказанным словам оттенки сарказма. - Потому же, что и перчатки. – С не менее сатирическим взглядом ответил Джонс и для пущей убедительности подпер голову рукой. - Хорошо, - Россия кивнул, - слив засчитан. Америка самодостаточно ухмыльнулся и затянул на себя одеяло. Тут, кстати, он заметил, что оно вообще-то испачкано, и надо бы подколоть Ваню по этому поводу. - А ты в курсе, что подсолнечное масло не отстирывается? – Альфред с тихим ворчливым злорадным смехом начал пихать уголок постельного белья в нос Брагинского, на что тот только улыбнулся и помотал головой. - У меня все отстирывается. – Россия довольно кивнул и подвинул назойливого Джонса подальше. – Точнее, отбеливается… - Неужели? – Американец недоверчиво прищурился, но улыбаться не переставал. - Хочешь еще раз проверить? – Иван с хитрым блеском в глазах приподнял брови, после чего оба засмеялись. - Пожалуй, поверю тебе на слово… - Альфред пожал плечами. - Но Сноудена я оставлю себе. – Твердо заявил Брагинский и отвернулся в сторону. Джонс в ответ, пораженный такой наглостью, только похлопал глазами. - Не соблаговолите ли вы позволить мне поинтересоваться: с какого это перепуга?! – Аме даже уже без злости, но с сарказмом и удивлением подкинул руки в воздух. - А вот так-то! – Хочет человек себе оставить американского диссидента, что ж ты будешь делать! – Тебе он все равно не нужен будет, казнишь его, зачем же добро переводить? - Наглости тебе не занимать, я погляжу… - От изумления, которое вызвала такая детская наивность, у несчастного Альфреда брови приподнялись выше некуда. – У меня просто нет слов… - Позволь тебе помочь, - Россия улыбнулся, - это называется «декадентство». - Спасибо… - Как-то ошарашенно и медленно ответил Джонс. – А что, если я не захочу мириться с таким положением дел? - Тогда еще раз отправишься на отбеливание. – Иван весело засмеялся. – В конце концов, не ты первый, и не ты последний, кто попадал в мою химчистку… Ну, пожалуй, стоит привыкнуть к неожиданным заявлениям со стороны Брагинского заранее, и если этого не сделать – то можно разок-другой поперхнуться. - Ты хочешь сказать, что у тебя уже не одно любовное похождение было? – Америка выпучил глаза и даже как-то отстранился… В ответ Россия засмеялся еще громче. - Подо мной действительно много кто лежал… - Ты ужасен! – Обиженно хмыкнул Ал, после чего на некоторое время задержалась пауза, и за ней уже Джонс медленно продолжил свою речь. – Каким же образом тебе все это удавалось?.. - Тебе в подробностях описывать? – Ваня жестикулировал бровями. - Все. Я передумал. – Америка зажмурился и чуть не грохнулся с кровати, но, к счастью, его вовремя подхватил Брагинский. - Нет уж, раз ты начал… - Только ты особо не увлекайся, пожалуйста… Россия засмеялся. - Коль ты сказал «пожалуйста»… - Иван поудобней пристроился к большой подушке и закрыл глаза. – Все обычно происходит по одной схеме: я прихожу к кому-нибудь домой, стучу в дверь мне открывают и спрашивают: «Ты кто?» Отвечаю: «Я – пипец». « - И что? - И все…» - Правда, в этот раз получилось несколько иначе, - почесал затылок Брагинский, - ты сам пришел. - Даже обидно как-то становится… - Вздохнул Альфред и присел. – В общем, на основе собранной мной информации, я могу провозгласить старт нового плана! - Какого плана? – Не то, чтобы Брагинский удивился, скорее, ему просто было интересно послушать бредни американца. - Плана по перехвату Сноудена из твоих коммунистических медвежьих лап! Ну, и тебе насолить заодно… - Джонс гордо задрал нос и принял любимую геройскую позу. Россия же не стал ему угрожать или мешать, а только улыбнулся, да и вообще – весь этот цирк на выезде был ему по душе. – Итак, запускаем в действие план «i» - А ну его в баню!.. - Действительно, - Ваня улыбнулся, а вместе с ним улыбнулся и сам Америка - шел бы я куда подальше на пару с этим Сноуденом!.. и все-таки интересно, как же тебе так удалось влететь? - То есть? - Ну, каким же надо быть кретином, чтобы вести прослушивание за всеми и сразу? – Брагинский ехидно улыбнулся и пихнул Альфреда в бок. - Не спрашивай мудреца, - Джонс задрал нос кверху с очень важным видом, - спроси дурака… - В принципе, я этим сейчас и занимался… - Ну, раз ты переходишь на личности, - Аме обиженно хмыкнул, - то я сворачиваю дискуссию. - Вот видишь, - Россия вдруг почему-то захохотал, - хоть что-то умное ты из происходящего вынес!.. Альфред медленно присел и натянул на себя одеяло. Немного погодя, Джонс осторожно начал приближаться к лежащему и укутанному Ивану, пристально на него смотрящему. Нависнув сверху, Америка слегка опустился и тихо произнес: - А еще я вынес кое-что поинтереснее, - голос постепенно перерастал в шепот, - ты – не коммунист, и не мировое зло… - И кто же я тогда? – Негромко поинтересовался Брагинский, поднимаясь к Альфреду. - Ты гораздо хуже. – С этими словами Джонс медленно коснулся губ России. Однако ни с того ни с сего в коридоре раздался шум открывающейся двери. А затем грохот, будто кто-то ввалился в коридор. Оба товарища резко одернулись и испуганно глянули на дверь. - Ты кого-то ждешь? – Америка старался говорить тише, но что-то у него не получалось. А сам Ваня схватился за голову и, побледнев, тихо произнес: - Черт, сестренка с Канадой!.. У Альфреда чуть глаза на лоб не вылезли. - Что?.. – Только и смог выговорить Джонс. - Что-что! Смена пажеского караула, вот что! – Прошептал второпях Брагинский и спихнул американца с кровати. – Так что давай, сматывайся отсюда! Альфред еле-еле собрал всю одежду, и было достаточно весело наблюдать за тем, как он в спешке натягивает штаны и надевает сапоги, забыв про шнуровку, лишь бы не потерять по дороге. Хорошо одно – спальная комната была на первом этаже, да и окна широкие – сбежать особого труда не составит. А вот из коридора раздавались пугающие звуки падающих вещей, топанье и что-то отдаленно напоминающее чмоканье. Джонс уже в практически полной боевой готовности открывал окно. Когда преград не осталось, Америка ловким движением перепрыгнул подоконник, но перед тем, как оказаться в саду России, Альфред высунул голову из рамы и очень быстро, оттого и смешно, отправил Ване словечко напоследок. - Придурок! Брагинский тихо пустил смешок. - Беги Форест, беги! – Россия довольно улыбнулся и закрыл глаза. – И пятку прикрывать не забывай… Иван облегченно вздохнул, на душе было спокойно и хорошо, как никогда. Однако эту гармонию охотно нарушил звук медленного, зато громкого приближения в спальную, тогда Брагинский вернулся на землю, потряс головой и вспомнил, что ему вообще-то тоже надо прятаться…