Вагнер: теракт 11 сентября

      Паша передал все слова Кириллу.       — Как так? — искренне не веря произошедшему, вопрошал Киря, — разве мы не должны были на этом закончить?       — Не ной. Надо узнать какие рейсы всё-таки летят.       — Но как? Ты думаешь конфиденциальную информацию скажут подросткам? — удивлённо спросил Кирилл, выпучив глаза. Джесс закатила взгляд.       — Стой здесь, — твердо сказала она, резко сменила выражение лица на лицо жертв и пошла к охраннику, который стоял вместе с полицейским и осматривал другое содержимое чемодана. Рудаков видел, как Джессика что-то обеспокоена спросила, как охранник ей серьезно ответил, затем смягчился в лице, положил ей огромную ладонь на плечо, добавил что-то приободрительное, девушка кивнула и пошла обратно в сторону Кири, обхватив себя руками, словно замёрзла. Уже подойдя она полностью избавилась от жалостливого выражения лица и опустила руки, — остановили наш рейс и самолёт Бостон — Лос-Анджелес. Если Тим уже летит, то значит это Пашин. Данилу придется лететь. Позвони Паше, скажи, чтобы никуда не дёргался. Теперь всё зависит только от Тима и Дани.       Данил, пока шли поиски у друзей, в рабочей жилетке погрузил все свои чемоданы с парашютами на телегу для перевозки сумок и пошёл с ней в сторону терминала, куда относили готовые к оправке чемоданы, он старался особо не попадаться на глаза и не светить лицом. Но где конкретно был нужный ему терминал с внутренней стороны здания он не знал.       — Эй! — окликнул его голос, парень напрягся и медленно повернулся, он видел, как к нему на встречу шёл среднего роста взрослый мужчина в такой же жилетке, — ты кто такой? Я тебя раньше не видел, — сказал по-английски.       — Я на стажировке, сегодня первый день, — с дружелюбной улыбкой ответил Даня.       — Стажёр? А кто тебя взять уже успел? — подозрительно спросил мужчина.       — Джон, — спокойно назвал парень первое пришедшее в голову имя.       Мужчина несколько секунд смотрел внимательно в глаза, а затем выдохнул, упирая руки в бока.       — Вот Джон… Никогда ничего не рассказывает. Ещё и не объяснил тебе поди ничего?       — Ну так, в общих чертах.       — Как зовут?       — Дэн.       — Я Руди, — протянул он большую грубую ладонь. Данил пожал её, — и куда ты это везёшь? — кивнул он на тележку.       — Джон сказал на терминал E отвезти, скоро полетит, я правда не знаю где он.       — На терминал Е? А какой рейс-то?       — В Лос-Аджелес первый.       — Ох уж этот Джон! Никогда ничего молодняку не объясняет. Смотри, терминал Е дальше по залу идёшь и после тех ворот ещё двое проходишь и будет Е, там ворота на распашку и машина стоит, всё туда перевезёшь и погрузишь.       — А дальше что?       — А дальше ребята сами всё это в самолёт перевезут.       — Хорошо, понял, — улыбнулся Данил.       — Ты не стесняйся, если что — спрашивай, — тоже по доброму улыбнулся Руди и пошёл работать дальше, приговаривая «Ох уж этот Джон!»       — Спасибо, Руди, — тихо добавил парень и пошёл по маршруту, который ему описал мужчина. Он нашёл нужные ворота около которых действительно стоял небольшой грузовик, перекинув все чемоданы внутрь и достав из-под них свой рюкзак, он залез в грузовик, и спрятался в сумках. Парень достал телефон и на чёрно-белом экране он увидел сообщение от Джессики:       «Мы ошиблись, у Атты были не все документы. Остановили только наш с Кириллом рейс и рейс Паши. Сейчас проверяют эти самолеты, но террористов уже точно не пустят на борт. Тим уже полетел. Ждем от него новостей. Будь осторожен.»       Спустя пятнадцать — двадцать минут рядом с кузовом послышались шаги, кто-то закрыл его, обошёл машину, сел на водительское сидение и грузовик тронулся. Еще через пять минут кузов обратно открыли и чемоданы начал выносить мужчина в форме. Даня видел сквозь просвет между сумками багажное отделение самолёта. Он почти у цели. Дождавшись, когда грузчик взял очередную сумку и развернулся к нему спиной, идя к самолету, Громов вышел из укрытия, быстро покинул грузовик, зашёл за него с боку и теперь следил как грузчик делает тоже самое с другого ракурса. Он дождался, пока мужчина перетаскает все сумки, затем закроет кузов и пойдёт садиться обратно за руль, в это же мгновение Данил выбежал из-за кузова забежал в грузовое отделение и вновь спрятался в сумках, так ни разу и не попавшись. Наконец, оказавшись в полной безопасности он достал телефон и посмотрел на время: 9:11. Самолет Тима уже либо разбился, либо нет. Даниил несгибаемыми пальцами набрал Джессику, пошли мучительно долгие гудки, а спустя несколько секунд знакомая фраза на английском «Абонент не отвечает, оставьте сообщение после сигнала».       «Что такое? Мы же обещали друг другу быть на связи. С ней же ничего не случилось?» — произнёс у себя в голове Даня, набирая номер Кирилла с ещё большим напряжением, чем прежде. Спустя пару гудков он услышал знакомый голос.       — Кирилл, что с Тимохой?       ****       Тимофей сидел на своём кресле, впившись ногтями в подлокотники. Он терпеть не мог взлёты у самолёта, это ужасное чувство, когда закладывает уши, и резко падает давление. Обычно он перед полётом брал сосательные конфеты на борт, это хорошо помогало, но сейчас он был на самолете со всем чем угодно, но без этих несчастных конфет. Да они были последним о чём думал парень. Он периодически смотрел через отражение в экране телефона на двух мужчин арабской внешности, сидевших через два ряда назад от него.       «Надо с этим что-то делать, » — подумал Тим и встал со своего места. Он прошёл назад мимо двух мужчин, они не обратили на него внимания, парень прошёл первую зону, отодвинул шторку и посмотрел на людей, сидящих в следующей зоне, он поискал взглядом других людей арабской внешности, но никого не нашёл и переключил внимание на крупных молодых мужчин. Один из них сидел недалеко от входа. Тим подошёл к нему и, наклонившись, тихо, со своим ужасным акцентом, сказал:       — Я в опасности. Мне нужна помощь. Вы можете пойти со мной? — мужчина внимательно посмотрел на парня, но поняв, что он не шутит встал и пошёл за ним. Тим отвел его к самой шторке, — подождите здесь пару минут. Я сейчас вернусь и всё объясню, — сказал по-английски, и мужчина прочитал в его глазах совершенно искреннюю просьбу, он хотел что-то сказать, но решил воздержаться. Сейчас Тим выглядел максимально убедительно, вот что бывает, когда знаешь, что умрёшь через пол часа, если ничего не предпримешь. Тим вернулся обратно в зону откуда вывел человека, нашёл другого крупного мужчину лет тридцати пяти с татуировкой и лысиной и обратился к нему с той же просьбой. В ответ он встретился с суровым взглядом, требующим немедленных пояснений, Тим жалостливо добавил, — пожалуйста. Я всё объясню, — и мужчина всё-таки встал и пошёл за ним. Они подошли к месту где стоял первый человек. Тимофей закрыл обе шторы, ограждая их небольшой «клуб» от других людей и после начал на своем корявом английском, вспоминая все ключевые слова, которым его учили перед этой датой Паша и Кирил, — в этом самолете летят четыре террориста. Они хотят чтобы самолет врезался в здание. Скоро они начнут. Я хочу, чтобы вы помогли мне их остановить, — лысый что-то быстро сказал по английски, скорее всего он рекомендовал обратится с этой информацией к экипажу, но Тим не понял и поэтому продолжил, — я не прошу верить мне на слово, просто когда они начнут, будьте готовы. Я хочу чтобы вы поняли, даже если они говорят, что не тронут вас, если будете сидеть спокойно, они все равно разобьют самолет, — «Да, именно так и было в прошлом», — поэтому я прошу вас помочь. Если ничего не произойдёт, то вы можете просто забыть всё что я вам сказал, но если нет, то не сидите смирно и помогите мне всё исправить, — Тим открыл свой рюкзак и достал два канцелярских ножа, — возьмите, не доставайте пока не понадобится, — мужчины оба удивленно посмотрели на него, лысый попытался всунуть обратно, но Тим не взял. Они оба молча пошли на свои места, спрятав ножи, явно с чувством будто только что пообщались с сумасшедшим. Но это было не важно, главное, что когда всё начнётся, они будут готовы.       С этим же монологом Тимофей прошёл ещё три отсека и вручил по ножу ещё шестерым крупным мужчинам. Все они, однозначно, считали его чокнутым, а один просто кинул нож под ноги парню и ушёл.       Тим как раз заканчивал свой разговор с очередным мужчиной, как послышался крик из передней части самолёта. Парень рванул туда, параллельно смотря на время в телефоне, еще двадцать минут до столкновения. Он забежал в ту часть самолёта, откуда был слышен крик, мужчина арабской внешности с канцелярским ножом стоял и держал женщину сорока лет, приставляя к её шее нож.       — Спокойно! Если не будете дёргаться, никто не пострадает! — говорил он на хорошем английском, — всем сидеть на местах и не рыпаться.       Тим посмотрел на пассажиров и стюардесс, которые прибежали на крик из других частей самолёта, среди них он увидел мужчину из ближайшего отсека, лысый посмотрел на него с явным вопросом «Что теперь делать?», ну да, теперь он не считал Тима сумасшедшим, теперь он вообще ни о чём таком не мог думать. Лисовский кивнул мужчине и сделал шаг вперёд к террористу, лысый сзади достал из заднего кармана джинсы нож.       — Сэр, пожалуйста, отпустите мою маму, — сказал Тимофей по-английски, демонстративно поднимая руки и показывая, что он безоружен.       — Что, малец, испугался? — усмехнулся террорист, — забирай, — толкнул он на него женщину, Тим поймал испуганную пассажирку за плечи, — всем сидеть тихо! — громко сказал мужчина, поднимая нож.       — Спасибо, — сказал Лисовский. Террорист почти благородно улыбнулся, и Тим резко толкнул женщину назад, а сам в один большой шаг преодолел расстояние между ним и арабом и ударил его ногой в грудь, лысый тут же открыл нож и двинулся за парнем. Тимофей подбежал к отлетевшему мужчине и ударил ногой в грудь ещё раз, не рискуя бить руками, чтобы потерявший координацию террорист не сумел ударить его ножом. В этот раз араб отошёл ещё на два шага и упал на спину, Тим тут же кинулся на него, наступая на запястье с ножом, парень вцепился ему в шею, пытаясь надавливая ногой сильнее заставить его выпустить из рук оружие, хотя поза у него оказалась очень опасная потому что неустойчивая, — заберите нож! — крикнул он на английском остолбеневшим от происходящего пассажирам. Кто-то действительно вырвал у него нож, оказавшись без оружия, террорист перевернулся на живот и попытался выбраться из-под нависшего над ним подростка, другой мужчина, сидевший впереди, подскочил к Тимофею и схватив араба за голову с нечеловеческой силой приложил его о пол раз, затем ещё раз и на третий тот отключился.       — Вот это парень!.. — восхищения на английском из разных углов самолёта.       — Молодец, — тоже сказал мужчина, который вырубил араба, и похлопал Тима по плечу, — не каждый так кинется на врага.       — Есть ещё, — переводя дыхания сказал Лисовский.       — Что?       — На самолёте есть ещё трое.       Послышался гул толпы, десятки голосов смешивающихся в одно общее испуганно-беспокойное гудение.       — Что у тебя здесь творится? — распахивая красную шторку вошёл высокий, под сто девяносто сантиметров араб с канцелярским ножом. Он шокировано посмотрел на толпу людей, затем на своего коллегу в отключке и уже замахнулся ножом, — сели все!.. — начал кричать он, но не успел договорить, лысый стоявший рядом, видимо не на шутку перепугавшись тут же схватил его руку с ножом, а второй свободной рукой с другим ножом вонзил лезвие до самого конца в живот мужчине, араб брыкался, лысый повалил его на пол, крепко сжимая над его головой его руку с ножом, террорист свободной рукой вцепился в шею лысого, но мужчина вытащил нож и еще раз воткнул его ему в живот, рука араба обмякла и упала, в его глазах всё помутнело, он чувствовал как истекает кровью, и сознание с каждой новой минутой сильнее покидает его.       — Господи! Ты убил его! — закричала какая-то женщина из кресла, лицо лысого сильно побледнело от этих слов, он несколько раз беззвучно открыл и закрыл рот как рыба, видимо, ещё не до конца отойдя от шока.       — Замолкни, люди так быстро не умирают, — раздраженно гавкнул Тим, не хватало ему ещё всех здесь успокаивать. И не погорячился ли он назвав их людьми? — на борту есть врач? — крикнул он, но никто не отозвался, — чёрт… ты и ты, — указал он на лысого, а потом на мужчину, который помог вырубить первого террориста, — идете со мной, ищем врача. Положите его куда-нибудь, а этого свяжите, — обратился он к пассажирам, указывая на двух террористов.       Тим шёл вперёд не отпуская свой нож, сразу за ним шёл взрослый мужчина лет пятидесяти с сединой на висках, но военной закалкой, а после все ещё бледный лысый с окровавленным ножом.       — Откуда ты знал, что произойдёт? — шокировано спросил лысый, но Тим ничего не сказал.       — Среди вас есть врач?! — кричал он проходя каждую новую зону, он шёл достаточно уверенно, но на самом деле был очень обеспокоен происходящим. Навстречу ему вышла перепуганная стюардесса, — принесите аптечку в начало самолёта, — скомандовал он.       — Кому и-именно? — сбивчиво спросила она не до конца понимая ситуацию.       — Найдёте, — сказал он и сумел обойти её в узком коридоре, — есть врач?! — повторно крикнул он.       — Я врач, — поднял руку интеллигентный смуглый мужчина.       — Идите в начало самолета, там срочно нужна помощь.       — Что случилось?       — Идите быстрее! — раздражённо добавил Тим и пропустил врача вперёд, а сам вместе с лысым и другим мужчиной пошёл вперёд, они дошли до самого конца самолёта, — черт, значит уже в кабине пилота, — недовольно сказал на русском.       — Что мы ищем? — спросил старший мужчина.       — Ещё двоих, — ответил Тим, но ему показалось, что он уже говорил о количестве террористов на самолёте, или ему так показалось из-за стресса? — ещё двое вооруженных есть на самолете, похоже они уже в кабине пилота. Нужно их найти и обезоружить.       — Может переговоры? — спросил военный осторожно.       — Они собираются врезаться на самолете в северную башню, — сказал Тимофей, они уже развернулись и шли обратно.       — Откуда ты знаешь? — спросил мужчина.       — Долго объяснять. Но если мы ничего не сделаем, то в 8:40 мы все умрём.       — Он правду говорит, — заикаясь, кивал лысый, — он дал мне нож и сказал, что они появятся.       — Да откуда ты это знаешь?!       — Это неважно. Сейчас главное спастись.       Они дошли до отсека в котором оставили двух террористов, по пути за ними пошли еще два мужчины к которым подходил Тим и давал ножи. Придя на место, они обнаружили одного полностью связанного скотчем араба и второго, истекающего кровью, над которым склонился врач и пытался остановить кровотечение. Белая как скатерть стюардесса стояла вместе с аптечкой рядом. Пятеро мужчин прошли мимо и двинулись прямо к кабине пилота, в последнем отсеке перед кабиной Тим обратился к пассажирам и спросил было ли что-то необычное, оказалось, что в этой части террористы тоже уже побывали и успели запугать людей. Пожилая дама в самом начале самолёта подтвердила, что видела как они ушли в часть для экипажа самолета и больше оттуда не выходили, скорее всего они в кабине пилотов.       Тимофей прошёл внутрь, он хотел начать стучать в дверь, но тут же замер. В голове всплыли воспоминания о четвертом самолете в статье которую он читал, который террористы направили вниз, когда пассажиры начали ломиться в дверь. Сейчас может произойти тоже самое.       — Эй, что дальше? — поинтересовался взрослый мужчина.       — Нельзя ломиться. Они тогда разобьют самолёт, нужно чем-то спилить петли двери, — Тим вышел из-за шторки и обратился к девушке стюардессе, — у вас есть болгарка или что-то подобное, чтобы выломать дверь?       — У менять есть код, который открывает дверь, — сказала девушка, — но только на пол минуты, и только если они не заблокируют дверь изнутри, когда увидят, что я его ввожу, — отчего-то сцепила она руки в замок на груди, будто молилась.       — Сколько вам нужно времени, чтобы ввести этот код?       — Секунды четыре — пять…       — Нужно быстрее, эвакуируйте всех людей из передней части в хвост, обратился он к другой стюардессе, вопросов не последовало, все быстро начали покидать переднюю часть, — Тим подозвал мужчину к себе, — нужно будет хорошо ударить по двери, резко и внезапно, чтобы они отвлеклись, а вы сразу вводите код. Как можно быстрее, пока они не повернут головы обратно к приборам и не увидят, что мы пытаемся войти, как только код введен, открываем двери, в ту же секунду. Всё делаем быстро, попытка одна. Если кто-то где-то замедлит, они блокируют двери и больше точно не пустят. Всем всё ясно? — мужчины и стюардесса кивнули, — тогда ты и ты, — указал он на двух крепких мужчин, — на счёт три одновременно бьёте в дверь, а вы, — обратился он к стюардессе, — как только говорю «три», — вводите код, без заминок, когда попадаем в кабину, сразу вытаскиваем их с мест пилотов любой ценой, — Тим достал телефон и посмотрел на время (сейчас он совсем не беспокоился, что кто-то увидит смартфон) 8:36, — Готовы? Раз, — мужчины замахнулись, а стюардесса сжала в кулак трясущиеся пальцы, — два, — мужчины приготовились, а девушка разжала руки, — три.       Дальше все действовали в состоянии аффекта, не было ни одного слова или испуганно вдоха, стюардесса, понимая, что сейчас решается выживет она или нет, ввела код, двое мужчин ударили по двери, террористы на местах пилотов синхронно повернулись на эту дверь, а Тим и пожилой мужчина резко открыли её. Лисовский забежал внутрь, за ним нёсся пожилой военный, после лысый весь в крови и ещё двое мужчин, они успели схватить их за руки и буквально вырватьт из кресел пилотов, перетаскивая через спинки. Террористы брыкались, один из них успел схватить нож и полоснуть кого-то из мужчин, кого именно Тим уже не разглядел, но нож был быстро выбит и всех повалили на пол. Тимофей увидел, что оба пилота в отключке. Вот уже показались крыши зданий над которыми они летят совсем близко. — Уносите всех в хвост! — закричал парень, садясь за пульт управления, мужчины слушались беспрекословно, — и пилотов заберите туда. Кто-то забрал обездвиженные тела двух мужчин.       Тим видел, как они с каждой секундой сильнее снижаются, вдалеке даже виднеются башни близнецы. Парень схватился за штурвал и потянул его на себя, самолёт немного приподнял нос, но этого совсем не хватает, чтобы перелететь башни близнецы, он потянул на себя ещё сильнее, но проклятая машина не слушается, он только чуть выравнял самолёт повыше, но крыша северного близнеца уже совсем близко, остались считанные секунды до столкновения.       «Да будь ты проклят, Вагнер! Почему всё это так сложно?!» — успел подумать Тимофей Лисовский, когда нос самолёта пробил верхние этажи, а брюхо «проскользнуло» по крыше башни небольшой отрезок пути, как нож по подтаявшему маслу, разрезая всё впереди. Самолёт замер, самый нос вонзился в дальний край крыши и пронзил последние три — четыре этажа. Бронированное стекло кабины пилота лопнуло, по инерции несколько десятков осколков пролетев назад, попали Тиму на лицо, оставляя несколько неглубоких порезов, но все остальные полетели вниз к основанию башни. Парень открыл глаза, почувствовал раны на лице, увидел пробитый этаж перед собой, офисные стулья, разбитые окна, через которые видна земля за десятки метров. Дыхание перехватило, самолёт замер, лишь немного пробив потолок носом. Несколько секунд он стоял под таким наклоном, затем хвост начал оттягивать назад, нос подниматься вверх. Тим схватился за штурвал как за последнее, что может его спасти, хвост опустился вниз, но не перевалился за край, самолёт пару раз качнувшись из стороны в сторону, как пивная крышка, упавшая на землю, в конце концов спокойно лёг на крыше северной башни, хвост же свисал назад за её пределы, а люди уже перебирались из хвостовой части обратно в переднюю.       «Я жив», — подумал Тимофей и опустил голову на штурвал.