Вагнер: теракт 11 сентября

      — Чёрт, как же Тим будет их останавливать… — обеспокоенно почесал голову Кирилл. На часах было 8:05.       — Завязывай. Тимоха не маленький, он разберётся, — твёрдо сказала Джесс, — а мы ему поможем.       — Каким образом?       — Надо эвакуировать людей из башни.       — Ты думаешь это исправит ситуацию? Он же умереть может!       — Я знаю, что может. И он сам знает. Но теперь всё только в его руках, а мы лишь можем попытаться сократить потери. Едем в северную башню! — бескомпромиссно заявила она. Подростки вышли, поймали первое попавшееся такси, заявили, что дадут пятьсот долларов, если они доедут до северной башни за десять минут, водитель гнал так, что Кирилл поймал себя на неутешительной мысли: «В этом такси у него с Джесс шансов умереть больше, чем у Тима в самолете с террористами».       Приехали действительно быстро, Джесс дала пятьсот долларов от той суммы, что Лисовский снял со счёта и поделил между всеми на необходимые нужды.       Парень с девушкой вышли из машины и подняли взгляд на великана.       — И как ты планируешь выводить отсюда людей? Есть план?       — Импровизация — вот мой план, — сказала Джесс и побежала внутрь, Кирилл едва за ней поспевал, — нужно эвакуировать людей хотя бы с верхних этажей, это уже поднимет шансы на выживание.       Они забежали в лифт и поехали на сто десятый этаж, там они с несколько минут походили в поисках решения их вопроса.       Кирилл нашёл мусорное ведро, он накидал туда бумаги, поджёг её прямо в коридоре и начал подносить к датчикам пожаротушения. Но сколько бы он не пытался дым был слишком слаб.       — Что за ерундой ты маешься? — удивленно спросила Джессика, увидев его танцы с огнём.       — Я хочу чтобы сработала эвакуация, — продолжая на цыпочках тянуться к датчику, ответил Кирилл.       — Дай сюда, — вырвала девушка ведро, она высыпала всю горящую бумагу на пол, притоптала её, чтобы она потухла, а затем подошла и демонстративно опустила рычаг пожарной сигнализации. Завопила сирена во всём здании, люди суетливо начали покидать этажи, Джесс и Кирилл, смешавшись с толпой, спускались по лестнице.       — 8:35, отлично, — озвучила девушка, сбегая по лестнице и одновременно смотря в телефон, пробегающий мимо мужчина сильно толкнул её в плечо, она приложилась о стену и выронила телефон, который тут же исчез в ногах офисных служащих.       — Ты в порядке? — обеспокоенно спросил Кирилл, вставая около девушки и заслоняя её от мимо пробегающих людей, они вместе аккуратно спускались по лестнице.       — Все нормально, надо быстрее выйти отсюда, — кивнула она.       Они вышли на улицу и тут же отбежали от здания. В небе был виден самолёт, он вонзился носом в верхние этажи — уже пустые, затем хвост перевесил, и нос поднялся из развалин верхних этажей, самолет лёг ровно на крыше, хвост свисал.       Все замерли на минуту, ожидая будет ли взрыв, но его не последовало. Остолбеневшая толпа все ещё смотрела на самолёт на верху гигантской башни.       — Он жив, — радостно произнесла девушка.       -Жив, — кивнул Кирилл, не скрывая улыбки на лице.       Парень с девушкой отошли немного подальше, чтобы было удобнее наблюдать за происходящим. Рядом слышались шокированные рассуждения офисных сотрудников.       — А ведь я там на верхнем этаже работаю, как такое может быть?       — Я сама не понимаю, как сигнализация так вовремя заработала, я теперь, наверно, в бога начну верить.       Кирилл и Джесс стояли и улыбались, смотря на всё это. Выход с крыши был завален, поэтому все пассажиры самолёта и обезвреженные террористы остались ждать на крыше спасательных вертолётов, буквально через двадцать минут их начали партиями спускать.       — Надо позвонить в Пентагон и сказать, чтобы убрали сапёров, — вспомнила девушка.       — Таксофон вон там есть, — указал Кирилл куда-то в сторону. Девушка подбежала к будке, набрала номер и спустя гудок сказала трезвым, безэмоциональным голосом:       — Вы так и не нашли взрывчатое вещество. До взрыва осталось меньше получаса. Уводите оттуда всех людей, если не хотите потом читать грустные заголовки газет.       Едва она договорила и вышла из будки к Кириллу, как зазвонил его телефон, звонил Данил.       — Кирилл, что с Тимохой?       ****       Даниил с облегчением выдохнул и отложил телефон от уха. Все живы, все до одного, никто не умер. Есть раненые, но это не важно. Главное, что все остались целы. Катастрофа почти полностью стёрта из истории, остался только один последний самолёт.       Двери багажного отделения автоматически закрылись, парень чувствовал, как самолёт начинает разгон, отрывается от земли и набирает высоту. Он встал, вылез из-под сумок, нашёл лестницу на верх и пошёл к ней. Поднявшись, он оказался на другом пустом ярусе где-то всё ещё в нижней части конструкции самолёта, он преодолел еще две подобных лестницы, прежде чем люк около туалета в хвостовой части поднялся и Даниил сумел попасть в салон. Время уже было 9:20. Если Тимофей все правильно сказал, то до падения всего десять минут. Парень подошёл к первому попавшемуся человеку.       — Что произошло? -спросил он его по-английски.       — Вы что не в курсе? Самолёт захватили, — прошептал он.       — Где они сейчас?       — В начале самолёта.       — Они вооружены? Вы не видели?       — Я не знаю, молодой человек… — растерялся пожилой мужчина в очках.       — Не переживайте, всё будет нормально, — похлопал он его по плечу, хотя сам не до конца верил. Он подошёл к молодым людям, — эй видите люк у туалета, если вы по нему спуститесь, а потом спуститесь ещё по лестниц вниз, вы окажетесь в багажном отделении, там есть девять чемоданов с пометкой одиннадцать и надписью на другом языке. В этих чемоданах есть парашюты. Их хватит на всех пассажиров, несите их сюда, мы сможем спастись.       — Зачем? — удивилась одна девушка, — они не тронут нас, если мы будем вести себя тихо.       — Они хотят разбиться на самолёте о здание Пентагона.       — Нет… они говорили, что им просто нужны деньги, — стараясь верить самой себе говорила девушка.       — Это террористы, — проговорил Даня по слогам, — ты готова поставить жизнь всех пассажиров, твою и мою против своей веры в их слова? — девушка помотала головой, — тогда идите вниз, только тихо, из люка резко не вылезайте, сначала посмотрите, чтобы было пусто. При них не вылезайте. Ясно? — все кивнули и компания из четырёх молодых людей направилась к люку.       Данил достал из своего рюкзака нож и баллончик с газом. Он шёл вперёд, каждый раз заходя в новый отсек, он отправлял кого-то из молодежи за парашютами, это была заранее проработана схема — привлекать пассажиров к помощи, ребята вместе обдумывали её необходимость и способы применения. Данил прошёл три отсека спокойно, прежде чем наткнулся на первого вооружённого террориста, он столкнулся с ним сразу около штор, лицом к лицу, поэтому успел без проблем выставить вперед баллончик с газом, мужчина схватился за глаза и только открыл рот чтобы закричать, как Даниил одним резким ударом в голову сумел его вырубить.       — Свяжите его, — обратился он к пассажирам, которые были рядом и пошёл дальше.       — Погоди, парень, — послышался басистый голос, со своего места встал широкоплечий короткостриженный мужчина лет тридцати. На нём была чёрная куртка на молнии, на треть расстегнутая, а из-под нее виднелась в голубую и белую полоску тельняшка.       «Он по-русски сказал?» — удивился Даниил.       — Я с тобой пойду, — добавил он так же басом по-русски, и брови у него опустилась еще ниже чем были.       «Да это же ВДВ-шник», — про себя восторженно отметил Даня, но виду не подал, молча достал канцелярский нож из рюкзака и протянул мужчине. Дальше они шли вместе по отсекам, с каждым новым, людей становилось всё больше, это вызвало некоторые подозрения у Громова, в очередной раз когда они вдвоем с мужчиной хотели пройти вперёд их остановил испуганный шёпот стюардессы.       — Не надо туда идти. Они сидят там.       — А люди? — удивился Данил.       — Они всех выгнали, заняли первый отсек рядом с кабиной пилота и сидят там одни.       — Раненные есть?       — Моего коллегу ударили ножом.       — Вы остановили кровотечение?       — Да, но ему всё равно нужна медицинская помощь.       — На борту есть врачи, узнавали?       — Нет, ни одного.       — Где пилоты?       — Здесь, — послышался тихий мужской голос, Даниил впервые обратил внимание на мужчину в форме, сидящего рядом со стюардессой.       — Там точно нет других пассажиров?       — Нет, нас всех перегнали сюда, — ответил пилот.       — Хорошо, — кивнул Даня и продолжил тихо, подзывая людей к себе, все вытянули головы ближе, кто-то подошёл, хотя были и те, кто не верил, что этот восемнадцатилетний парень может сказать что-то путное, — они собираются разбить этот самолет о здание Пентагона. В хвосте есть парашюты, их хватит на всех. Сейчас все женщины и мужчины старше сорока лет вставайте и тихо идите туда, с собой возьмите раненного, по пути сообщайте об этом другим, всем нужно перебраться в конец самолёта, стойте в хвосте и ждите меня, младше сорока лет оставайтесь на месте, мне понадобится ваша помощь, всё ясно? — несколько голов кивнули, пассажиры стали медленно покидать отсек, хотя Данил поймал на себе несколько недоверчивых взглядов, они принадлежали в основном мужчинам среднего возраста.       — Вы знаете, что у них за оружие? — тихо обратился Даня к близсидящим мужчинам.       — У них ножи и баллончики с газом.       — Класс, — скривил рот парень и полез в свой рюкзак, он достал герметичные очки, больше похожие на очки для дайвинга и небольшой медицинский респиратор, очки поднял на лоб, а респиратор оставил болтаться на шее, — нужно сейчас перевести максимум людей в заднюю часть самолета и заложить проходы чем-нибудь.       Мужчины оставшиеся в последнем «жилом» отсеке помогали Данилу отправлять всех остальных в хвост, в каждом новом отделении, которое они освобождали, они закрывали двери и крепко-на-крепко обматывали ручки выдвижных дверей скотчем так как сами по себе они не закрывались, они делали это не меньше пяти раз, прежде чем оказались в хвостовой части наполненной людьми. Был слышен гул шёпотов, похожий на шипение телевизора. В центре лежала гора парашютов, Даня попросил стюардессу принести из запасного отсека топор для эвакуации, он помнил, как они с Кириллом взялись изучать строение самолетов и выяснили, что на каждом авиалайнере по правилам должно быть не менее двух топоров (один в кабине пилота и еще один в хвостовой части), который нужен на случай эвакуации. Девушка без возражений кивнула, ушла в сторону туалета, но свернула рядом с ним в другую запасную дверь и вышла уже с небольшим хромированным топориком красного цвета.       — Сейчас все замолчите и слушайте внимательно, — начал Даниил уже не шёпотом, но всё еще не настолько громко, чтобы их могли услышать два террориста из передней части самолета, — нам всем придется прыгать с парашюта, — он глянул мельком на время, уже 9:26, — самолёт снижается и уже совсем скоро он врежется в Пентагон. Каждый из вас, наденьте парашюты, дети и пожилые люди пока не надевайте, — все послушно стали надевать малознакомые рюкзаки, — да, передавайте на другие ряды, быстрее, у нас не так много времени осталось. Застегните ремни парашюта на себе, когда выпрыгиваете, отталкиваетесь левой ногой как можно сильнее, считаете «331, 332, 333», пока считаете, летите раскинув руки и ноги, плечи назад, грудь колесом, после дергаете кольцо из кармана на груди от себя и проводите дугой в сторону земли, парашют раскроется, приземляетесь на согнутые ноги, сгруппировавшись, подбородок прижать к груди. После того как отстегнёте парашют, идите в сторону других пассажиров, пока не соберётесь все вместе. Все ясно? — на Данила посмотрело несколько десятков пар испуганных глаз, которые не до конца понимали, что именно от них хотят, — скоро я выломаю окно, мы не высоко, поэтому кислород не пропадёт, но ветер и шум будет очень сильным, скорее всего они кинутся к нам, пока они будут пробираться через запечатанные двери, вы все должны выпрыгнуть, вопросы есть? — надевая свой парашют, спросил парень.       — А что делать детям и с-старикам? — спросила стюардесса.       — Вы полетите в паре с кем-либо. Раненный тоже полетит в паре, — Данил впервые посмотрел на бледного как мука, но в сознании молодого парня в униформе, который полулежал на сидении с расстёгнутой рубашкой и держался за перемотанное бинтом красное пятно, — кто умеет прыгать с парашютом? — ВДВ-шник, оба пилота, один стюард, одна девушка и мужчина подняли руки, — подходите ко мне, — Даня достал ремни и карабины из своего рюкзака, он по очереди пристегивал каждого ребенка и старика к тем, кто уже когда-то прыгал, последнюю маленькую старушка пристегнули к обычному мужчине, который просто вызывал определенное доверие, так как «прыгуны» уже кончились, — я машу рукой и вы прыгаете, — твёрдо сказал Громов и повернул фиксирующие рычаги на эвакуационном выходе, послышался громкий свист по всеми салону, это ветер пытался пробраться внутрь, парень замахнулся топором на петли запасного люка, он ударил несколько раз и дверь с корнем вырвал ветер и она улетела куда-то назад. Сильнейший сквозняк пронзил всю территорию салона, люди схватились за свои сидения, чтобы не слететь с мест. Слышно ничего не было, но Данил был уверен, что двое арабов уже несутся к ним, времени не было. Сколько точно оставалось до падения он не знал, поэтому просто держась за соседнее сидение, за плечо подтащил какого-то парня к выходу, показал пальцами «один, два, три» и махнул в сторону открытого эвакуационного выхода, Даня видел звериный испуг в глазах парня и уже думал, что его придётся выталкивать, но пассажир оказался не столь робким, он крепко ухватился за лямки рюкзака и вынырнул в люк. Данил тут же подозвал следующего, мужчину постарше, он выпрыгнул быстро, затем девушка, которая сумела выпрыгнуть только спустя пять секунд после счёта, затем взрослая женщина, которую Громов вытолкнул, затем пара: молодой парень и пенсионерка, потом взрослый мужчина, ещё один, женщина, пилот с ребёнком, стюардесса и другие, другие люди, большинство прыгало на свой страх и риск, кто не мог сделать последний толчок, того Даня просто выпихивал, самолёт упадет в любую минуту, ждать когда они решатся — не было возможности, один мужчина вцепился ногами и руками по краям люка и отказывался выпрыгивать, ВДВ-шник пнул его ногой в спину и человек вылетел, а затем русский сам выпрыгнул, не дождавшись команды. Даниил уже видел, как ломятся в последнюю дверь, он отправлял людей один за другим, а сам следил за тем, как Аль-Каидцы выламывают двери, людей оставалось пять человек, двое из которых были сцепкой раненого и второго пилота.       Даня уже не выдерживая паузы между людьми выкинул троих, двери разъехались в разные стороны и двое взрослых арабов кинулись в сторону, он почти вынул сцепку, а затем сам кинулся в открытый люк, стараясь успеть прежде, чем кто-нибудь схватится за него и затащит обратно. Он стянул очки со лба на глаза, сделал большой шаг — прыжок — на самый край люка и наклонился, проваливаясь в небесное пространство, он чётко ощущал, как его потянули назад, хватаясь за лямку его парашюта у него на плече, но он уже вышел за пределы самолета и летел вниз вместе с ухватившимся за его ранец террористом. Парень видел под собой довольно близко поле и небольшую деревню (они пролетали пригород и были уже в считанных минутах от Пентагона), Громов ощущал ветер бьющий ему в лицо, даже очки не слишком спасали. В шею впивалась свободная рука террориста и резинка от респиратора, парень попытался скинуть его в воздухе, но не рискнул менять ради этого положение и продолжил лететь, раскинув конечности, он схватился за кольцо, выдернул его и парашют ударил мужчину на спине, он отцепился и полетел в свободном падении. Даня чувствовал, как его тряхануло, он должен был поймать порывы ветра и начать плавно опускаться, но вместо этого его начало ненормально дёргать вверх и вниз, парашют то набирал воздуха и давал пару секунд парить, то резко собирался в «гормошку» и Даниил летел камнем вниз, дыра, которая появилась благодаря лишнему члену «тандема» то и дело оказывалось в основной части купола и не давала нормально лететь. Ближе к земле, когда Даниил на несколько секунд поймал восходящий поток воздуха, он расстегнул парашют и пролетев метра три вниз, кубарем скатился по холму, сгруппировавшись. Открыв глаза он увидел стремительно падающий самолёт в стороне Вашингтона, почувствовал невероятную боль в правой руке, из неё фонтаном хлестала алая кровь, торчал костный отросток из-под рассечённой кожи. Он с трудом поднялся на ноги, ступни были так обиты, что он едва мог их чувствовать, прижимая руку к груди, он направился в сторону откуда летел самолёт, вдали что-то делали последние выпрыгнувшие люди.