Вагнер: теракт 11 сентября

      — Эй, парень! Ты с ума сошёл? — послышался мужской крик, — уходи с дороги давай!       Лисовский открыл глаза и посмотрел на чёрный глянцевый Фольксваген и недовольного мужчину, высовывающегося из него. Парень отошёл с дороги и только после того как мужчина проехал огляделся. Он стоял в десяти метрах от университетского входа, и в одном метре от проезжей части. Из дверей института выходили студенты после пар, Тим не веря происходящему подошёл к первому и спросил:       — Какое сегодня число?       — Тринадцатое сентября, — ответил парень, вытаскивая один наушник из уха.       — А год? Год какой?       — Две тысячи двадцатый, ты чего парень? Во времени потерялся?       — А одиннадцатое сентября, что было? — не унимался Тим.       — Позавчера это было.       — Да нет, одиннадцатое сентября две тысячи первого года, что было в этот день?       — Да я ебу? — недовольно буркнул незнакомец, засунул наушник обратно и пошёл дальше, а зря, сейчас на эмоциях Тим мог рассказать ему занимательную историю.       Тимофей подошёл к следующей ближайшей студентке и спросил:       — Привет, ты знаешь, что произошло одиннадцатого сентября две тысячи первого года?       — Стрёмный подкат, — закатила глаза девушка и пошла дальше.       — Погоди-погоди! — окликнул Лисовский её, — войны Америки с Ираком и Афганистаном же не было?       — Какое ещё «не было»? Куда бы они делись? С Афганистаном до сих пор идёт, новости не читаешь? — опять закатила она глаза и пошла дальше.       «М-да, похоже США даже повод не нужен был, чтобы начать эту войну. И черт с ним! Целая неделя прошла, папа наверняка меня потерял», — произнёс у себя в голове парень. Он поймал первую машину и помчался домой. Пробегая все этажи в обгон лифта, он пулей залетел домой и увидел отца, в домашних штанах, футболке и тапочках, сидящего в свой законный выходной перед телевизором. Мужчина поднялся, как только увидел залетевшего в комнату Тима.       — Ты где пропадал? Нельзя было позвонить? — начал причитать мужчина, Лисовский улыбнулся во все тридцать два зуба и кинулся к отцу, он крепко обнял его, положив голову на плечо.       — Извини, — говорил парень, — больше не повторится. Я тебя люблю.       Мужчина растерянно стоял некоторое время, а потом похлопал сына по спине.       — С днем рождения, — сказал старший Лисовский.       ****       На утро следующего дня Тим проснулся рано, он минут двадцать повалялся, наслаждаясь родной кроватью, потом принял душ, пошёл завтракать вместе с отцом.       — Кстати, я тут подумал, — начал Тимофей с улыбкой, — если тебе нравится Юля, то начни уже с ней встречаться, я не против, — старший Лисовский удивлённо посмотрел на сына, и парень пояснил, — ну ты же из-за меня держишь дистанцию? Я не против, чтобы вы встречались. Она хорошая, если ты будешь с ней всем доволен, то и я тоже, — закидывая в рот тост, закончил парень.       Попрощавшись с отцом, взял рюкзак и пошёл в вуз, у него было всего две пары, обе из которых он честно отсидел, а на душе было волнительно-играющее настроение.       — Тимох, пойдёшь после пар в боулинг? — обратился к парню однокурсник.       — Нет, — помотал головой полностью довольный жизнью Лисовский.       — Ну давай, нам одного человека не хватает, — легко толкнул он его в плечо.       — Без вариантов, — косо улыбнулся герой, — у меня сегодня дела, которые я, можно сказать, девятнадцать лет назад запланировал, — подтянул он рюкзак на плечо и поспешил на площадь. Прибыл он на место даже немного раньше положенного, уселся прямо под памятником Ленина и начал ждать. Погода стояла великолепная, все деревья в ярко-жёлтой и багровой листве, солнце припекает, многие одеты по летнему.       Тим открыл фотографии сделанные в две тысячи первом году, он несколько минут рассматривал их первое коллективное фото, где он улыбается и показывает на камеру, а четверо остальных ребят удивленно смотрят на экран и пока не могут понять в чём фишка. Вот и всё. Спустя девятнадцать лет они вновь увидятся, каким же он стал? Взрослый? Серьезный? Или тот же мальчишка из две тысячи превого?       После 12:20 Тима посетило легкое беспокойство. С ним он просидел до 13:30, на смену ему пришли отголоски страха и переживаний, после 15:00 парень испытал реальный страх за Пашу, не мог же он просто так пропустить? Он обещал и Тим решил ему поверить. К 17:00 Лисовский сидел уже с явным чувством обиды, но все же сидел. В 21:00 он решил вернуться домой пока ещё работает метро с явным послевкусием предательства.       Домой он вернулся к половине десятого, отец сидел за ноутбуком и что-то печатал, Тимофей зашёл в квартиру бледный как призрак, он прошёл мимо кухни по залу в сторону своей комнаты.       — Всё нормально? — остановил ее отец на пол пути. Ребенок посмотрел на родителя пустыми глазами кивнул, что-то глухо сказал, что именно Дмитрий даже не понял, и добавил.       — Я подружусь с этой дочкой твоего коллеги, когда они приедут. Надо, наверное, начинать общаться с другими, — негромко сказал парень, но каждое слово звучало так вымученно, словно эти слова должны были быть произнесены на последнем издыхании, не меньше.       — Это похвально, только у него нет детей, — внимательно смотря на Тима и пытаясь понять, что он скрывает под этим выражением, сказал мужчина.       — Как скажешь, — кивнул парень и поплёлся в свою комнату, там он упал на кровать, лег на бок и прикрыл глаза.       «Ну а чего ты собственно ожидал, идиот?»       ****       На следующее утро Тим проснулся в опущенном состоянии духа. Всё тело словно сковало, хандра одолела ментальное состояние. Единственное, что парень сделал в то утро с энтузиазмом так это попробовал поискать почту Джессики, чтобы скинуть обещанные фотографии и всё-таки спросить про Пашу. Но почты с таким именем не оказалось зарегистрировано. После этого состояние Тима только усугубилось. Он весь день проходил как в воду опущенный, старший Лисовский был напряжён этими эмоциональными качелями сына, но виду не подавал. Ближе к вечеру он уехал встречать друга. Юля приехала в квартиру и начала что-то готовить на стол, а Тим сидел перед телевизором и без конца переключал каналы.       — Не хочешь помочь? — предложила женщина.       — Не очень, — равнодушно бросил парень.       — Тогда хотя выбери какой-нибудь канал уже, от этого мелькания я с эпилепсией от вас уйду, — добавила она, выкладывая нарезку на стол, — и иди лучше переоденься, гости всё-таки.       — Видимо не настолько важные гости, если я сам ещё не нашёл в себе желания переодеваться в парадное.       — Ты последнее время еще вреднее, чем когда был подростком, — недовольно заметила женщина и продолжила готовить.             Послышалось скрежетание в замочной скважине, затем повороты, а после скрип двери.       — Проходи, здесь разувайся, а куртку дальше оставь, — слышал Тим отца, — это Юля, моя, кхм, коллега, — напрягся мужчина, подбирая слова, — а это Тима, мой сын. Тим, встань, поздоровайся, — окликнул его отец.       Парень лениво повернул голову и увидел высокого мужчину тридцати — тридцати пяти лет, гладковыбритый с тёмными жёсткими волосами, впавшими от возраста скулами большими круглыми глазами цвета самых чёрных углей. Лисовский встал, едва не запутавшись в собственных ногах, подошёл и широко улыбнулся.       — Тимофей, — протянул он руку и представился.       — Павел, — пожал мужчина эту руку и тоже искренне улыбнулся.       — В общем, мы в одном дворе выросли, Пашка за мной всю юность хвостиком ходил, а потом в Америку уехал. Но, кстати, не зазнался мелкий, — потрепал старший Лисовский Савенко по волосам, сидя за обеденным столом вместе с сыном и Юлей.       — Чем вы занимались в штатах, Павел? — поинтересовалась женщина.       — Я сначала учился в интернате, а потом поступил в колледж. Сейчас работаю приоритетно в Америке, но изредка удается приехать в Россию, — Тим всё время смотрел на Пашу с замиранием сердца, до сих пор не до конца веря, что этот взрослый мужчина сумел его дождаться и сейчас сидит напротив. Савенко же не подавал виду остальным, поэтому периодически смотрел на всех понемногу, но его взгляд на Тима сильно отличался, он нежно улыбался ему и делал какие-то мелкие знаки внимания, которые просто так никто бы не заметил.       — А семья у вас есть?       — Нет.       — Почему же так? Вы видный мужчина, ещё и успешный. Как у вас может не быть жены? — искренне удивилась Юля.       — У меня есть любимый человек, — посмотрел Паша на Тима, — просто долгое время мы были в разлуке, но совсем недавно, наконец, встретились.       — Это романтично, — улыбнулась женщина.       — Я тоже так думаю, — кивнул Паша, продолжая смотреть на Тимофея.       Спустя несколько минут на телефон Юле позвонили с работы, она некоторое время громко ругалась с кем-то, а после виновато посмотрела на Дмитрия.       — В ресторан на набережной СЭС приехали, надо подъехать, разобраться. Они с полным осмотром.       — Чёрт, другой день выбрать не могли? — вздохнул, вставая, старший Лисовский, — Паш, нам ненадолго надо отлучиться, поехали с нами, покажу тебе свой ресторан.       — Дим, я так устал с перелёта, я бы лучше отдохнул.       — Хорошо, мы с Юлей ненадолго, быстро все решим и вернемся, Тим, а ты поухаживай за гостем, — мужчины улыбнулись друг другу, и пара ушла.       — Ну что? — улыбнулся Савенко Тимофею, когда они остались вдвоем, поухаживаешь за мной?       Тим ничего не ответил, по доброму улыбнулся, встал из-за стола и подошёл к Паше, он присел к нему на колени и поцеловал, загребая пальцы в его жёсткие тёмные волосы. Савенко положил свои руки на худую талию и сильнее прижал к себе, впиваясь поцелуем в мягкие податливые губы.       — Подожди… — отстраняясь, спустя длительный поцелуй, сказал Тим, ловя ртом воздух, — они действительно ненадолго уехали. Этот ресторан поблизости, я знаю… — тяжело дышал он.       — Думаешь вечером мы сможем их куда-нибудь выгнать? — не отрывая взгляда от светлых глаз, поинтересовался Паша.       — О, а ты всё так же говоришь, как подросток? — усмехнулся Тимофей, прикладывая свой лоб к его.       — Если у нас есть время, то думаю стоит сделать один звонок.       — Звонок?       — Да, Джессика сказала, что убьёт меня, если я не позвоню ей, как только встречу тебя.       Тимофей широко улыбнулся при упоминании о друзьях.       — Тогда не будем подвергать тебя риску, — парень пересел на соседний стул, Паша набрал видеозвонок Джесс, и спустя пару длинных гудков Тим, наконец, увидел на экране знакомое, повзрослевшее лицо.       — Тим! — радостно произнесла девушка, — она теперь собирала волосы назад и отрастила чёлку, лицо покрылось мелкими морщинками, но мимика была точно такой же, как и двадцать лет назад, — ребята! Тим с Пашей звонят! — на экране замельтешили пятна, куски квартиры и люди, пока камеру не взяли ровно и на экране не появился повзрослевший бородатый тёмноволосый мужчина, волосы всё так же чуть выше плеча, собраны в хвостик, футболка с АС/DC и вечно веселое выражение лица.       — Тимоха! Наконец-то! Мы весь день этого звонка ждем, — кричит довольный Данил в телефон. Рядом с ним сидит Джесс, а по другую руку в голубой рубашке сидит всё такой же тощий, но уже без очков повзрослевший Кирилл, он по доброму улыбается.       — Наконец-то позвонили, все нормально? — спросил Киря, — не сильно изменил будущее?       — Да почти и не изменил получается, — улыбнулся Лисовский, — только три тысячи человек спас, а так всё по старому, — пожал он плечами, — как у вас дела?       — Мы с Джесс поженились! — торжественно объявил Даня.       — Вот это вообще не новость. Я от вас ничего другого и не ждал.       — Что значит не новость? Она меня после твоего ухода еще три года френдзонила, для меня это, знаешь ли, достижение, — усмехнулся сорокалетний мужчина.       — Дети есть?       — Да, два мальчишки, восемь и тринадцать лет. Они в школе, так бы показали. Хотя погоди! — внезапно заёрзал Даня, — кое-что я тебе покажу, разговаривайте, я сейчас! — опять как заводная игрушка задёргался он и ушёл куда-то.       — Кирилл, а ты чем занимаешься? — спросил Тим.       — Я сейчас на научной станции работаю, лекарства новые придумываем, если вкратце.       — Исполнил желание Данила? Стал зарабатывать столько, чтобы спонсировать каждую его пьянку?       — Да даже если бы не зарабатывал, пришлось бы спонсировать этого сорокалетнего рокера, — улыбнулся Киря.       — А где очки?       — Спасибо лазерной коррекции. Если бы знал, что она в твоём времени появится, еще со школы бы начал копить, чтобы скорее её сделать.       — Джесс, а почему ты почту-то не создала? — вспомнил Тим.       — Так я же тогда в северной башне и потеряла телефон с адресом. Но тебе Паша мой номер даст, скинь мне их всё равно. Я эти фотки двадцать лет ждала, уже даже почти не помню что там. Но все эти годы думала, что всё равно должна их получить, так что скинь мне их сразу после звонка, — улыбнулась женщина.       — Вот-вот! — послышались восторженные крики Данила, — поверни сюда камеру! — Джессика взяла телефон и повернула в противоположную от дивана сторону, там стоял мужчина вместе с высокой худой девушкой двадцати четырёх лет с двумя большими глазами блюдцами, — Майя, поздоровайся, это дядя Тимофей, — указывая на телефон восторгался Даня.       — Какой еще «дядя»? Он же младше меня, если вы здесь ерундой собрались страдать, то давайте сами, мне в универ уже идти надо, — недовольно буркнула девушка и ушла.       — Такая вредная выросла, наверное, можно было её и не спасать? — засмеялся Даня.       — Похоже на вредности она и выздоровела? — поинтересовался Тим.       — Ты в прошлое на двадцать лет назад попал, тебя исцеление ребёнка вообще уже удивлять не должно. Кстати! Как ты мог не сказать, что про биткоины это серьёзно было?! Ты хоть знаешь как я год назад офигел?! Тим!       Тимофей широко улыбнулся, смотря на эту компанию уже повзрослевших друзей, Джесс звонко рассмеялась, Киря утешительно похлопал Даню по плечу.       — И всё-таки я чертовски рад вас видеть.       ****       — Знаешь, я ждал девятнадцать лет, — говорил Паша, лёжа на кровати Тима, — мне не сложно, — пожал он плечами и поднялся с места, подошёл к сидящему за ноутбуком парню, — я могу и еще десять минут подождать, но с моим самообладанием будет получше, если ты хотя бы скажешь из-за чего я жду, — он наклонился и поцеловал его в шею, Тим положил руку на голову мужчине, загребая пальцами в его густые отросшие волосы.       — Подожди-подожди, я почти закончил, дай мне еще пару минут, — смеясь, попытался отстраниться парень и при этом продолжал писать.       — Пару минут здесь, пару — там. Вот и год набежал, я то знаю как это работает, — оттягивая футболку парня и покрывая его плечо крупными поцелуями, сказал Савенко.       — Погоди, Паш, я действительно почти закончил, если тебе нечем занять рот, то займи его рассказом, что это вообще было сегодня? Как ты узнал, что я здесь буду? — продолжал печатать парень.       — Ничего особенного, — отошёл Савенко и присел на край кровати, — помнишь как ты застукал меня с письмом? Ты тогда ещё удивился, что я могу быть скрытным. Это писал Дима, мы в одном дворе росли и связь поддерживали, даже когда я уехал, он, конечно, старше, но мы друзьями всегда были хорошими. Он писал, что у него жена беременная и что с отцом поссорился. Писал, что если девочка родится, то Анней назовут, а если мальчик, то Тимофей, ну и что родится после десятого сентября, как раз когда я приеду.       — Бомбическое совпадение, — кивал Тима, хотя слушал в пол уха.       — Вот я и подумал, что такое совпадение редкость. А потом когда мы были в той кафешке в России, я Диму и узнал, он меня правда не заметил, но сейчас думаю, что так оно и лучше.       — Угу-угу, а дальше?       — А что дальше? Узнал, что ты его сын, он мне даже твои фотки в средней школе присылал, я к тебе и раньше приезжал, ты, скорее всего, не помнишь, маленький был, года четыре тебе было.       — Очень интересно, продолжай.       — А день встречи я специально пропустил, решил что ради сюрприза ты мне простишь одно невыполненное обещание.       — Конечно, простишь, — кивал Лисовский.       — Эй, — усмехнулся мужчина, — ты хоть слово то слышал? — подошёл он к парню, положил ему руки на плечи и наклонился головой в монитор. В эту же минуту Тимофей довольно убрал руки с клавиатуры и закрыл ноутбук.       — Ну вот и все. Осталось только распечатать.       — Неужели? — с иронией приподнял бровь Паша.       Тимофей встал и подошёл к мужчине, раньше Савенко был на пол головы ниже, теперь же Тим сам смотрел ему в шею. Лисовский положил ему руки на плечи, Паша обхватил его за талию и потянулся к его лицу.       — Ага.       — И что же это было за такое невероятно срочное дело, что ты даже заставил меня ждать? — покрывая щёки и шею парня поцелуями спросил мужчина.       — Реферат… — на выдохе произнес парень, когда Савенко аккуратно прикусил его мочку уха.       — Реферат? — тихо переспросил Паша. Тим что-то тихо угукнул, мужчина внезапно отстранился и с полными глазами серьезности спросил ровным голосом, — пока я здесь сидел, ты сейчас делал реферат?       — Да, — улыбнулся Тимофей, понимая посыл вопроса.       — Ты понимаешь, что это даже обидно?       — Хочешь верь, хочешь нет, — начал Тимофей, приподнимаясь на носки, — а нас с тобой, милый, свёл именно мой реферат, — улыбнулся он и накрыл губы Паши своими губами.       ****       В коридорах было до странного пусто, даже для времени пары народу ходило слишком мало, но Лисовский не обращал на это внимания, он преодолел знакомый маршрут, прошёл весь центральный холл, поднялся по лестнице на третий этаж, около стенда с кубками свернул налево и прошёл вперед еще четыре кабинета. После стукнул два раза в дверь, не дождавшись ответа вошёл. В пустой аудитории сидел и читал работы студентов высокий мужчина с острыми скулами, он бросил беглый кошачий взгляд на парня, вошедшего в аудиторию, ничего не сказал.       Тимофей подошёл к преподавательскому столу, достал из рюкзака скреплённую скобами работу на два десятка страниц и положил на стол перед преподавателем.       Вагнер оторвал взгляд от работ второкурсников, посмотрел на реферат, положенный прямо перед ним, он не прикоснулся к нему, но глазами пробежал по строчкам заголовка: «11 сентября 2001 года».       — Зачёт, — сказал мужчина, затем поднял глаза на парня перед ним, они молча друг другу кивнули, и Лисовский вышел из кабинета, так и не проронив ни слова. Михаил Филиппович Вагнер взял реферат и отложил в ящик с проверенными работами, затем продолжил читать чужие работы.