Read (Love) Me Every Day

"— Всем доброе утро. На дворе 7 октября и вторник, если я не ошибаюсь. Сонхи, сегодня ведь вторник? — Да, Хан Гу. На дворе октябрь и погода оставляет желать лучшего. Сегодня в Сеуле обещают проливной дождь после обеда, так что не забудьте взять зонт. И кстати…" Парень резко распахивает глаза и пару секунд смотрит на часы, что показывают дату и время. Он упирается взглядом в играющее радио, но продолжает лежать. Спустя мгновенье его брови начинают хмуриться, а через ещё одно, круто летят вверх. Он быстрым движением смахивает с себя все слои одеяла и садится на край кровати. Паника, что начинает нарастать с каждой секундой, всё больше мешает сосредоточиться и зацепить своё внимание за что-нибудь. Собраться с мыслями, если честно, сейчас вообще не особо выполнимая задача, однако он старается не зацикливаться на этой мысли. Его взгляд, как кузнечик, начинает бегать от одного предмета к другому, в надежде не упустить ничего важного и быстрее захватить всё пространство. Парень живо смотрит на открытую дверь, что под потоком ветра вдруг начинает закрывается, затем на забитый шкаф и стеллаж по левую руку. Через секунду его взгляд и вовсе падает на плакат со Звездными войнами, что ещё чуть-чуть и окончательно свалится. «Идём дальше» У изножья его кровати находится черный рюкзак, а у самого окна какое-то растение. «Большое…», — думает парень и быстро отворачивается. Вопрос, касаемо налепленных бумажных глаз на это самое «большое» решает оставить на потом. Справа глаз улавливает деревянную тумбочку, ноутбук, с не одним десятком наклеек, книги и радио. Ещё часы. Электронные. Показывают место и время. "Сеул. 7:00. Вторник". Он хватается руками за голову и старается не паниковать. Главное не поддаваться панике. Парень опускает голову и глядит на свои руки. Те немного подрагивает, но он надеется, что это из-за стресса. На запястьях те же татуировки и тот же шрам от падения с дерева. Он делает глубокий вдох и выдыхает спустя несколько секунд. Спокойно… "— Да, я вчера ходил на встречу с тем журналистом. — И как? Говорят, он…" Парень вновь отвлекается на радио и его новостной блок. Ещё раз смотрит на мигающее время и выключает пластмассовой коробку. Вторник, 7 октября. Небольшой гудок, что доносится позади него, заставляет чуть ли не вскочить того от страха и обернуться. Стоит его голове увидеть открытое окно, как он целиком оборачивается и выглядывает на улицу. Световой день уже вовсю вступает в свои права и открывает новый день. Яркое солнце начинает слепить в глаза, а повсеместные его отражения лишь ухудшают ситуацию. Он поднимает свой взгляд на абсолютно чистое небо. "— …сегодня в Сеуле…" — А говорили дождь… Он вновь опускает глаза на дорогу и открывающуюся перед ним улицу. Народа ещё не шипко много, однако большинство уже куда-то спешит. Его глаза то тут, то там цепляются за разных людей, что несутся в дикой спешке и постоянно сталкиваются, то носами, то руками. Одна бежит, перепрыгивая с бордюра на бордюр, а другой и вовсе в разных ботинках. Да уж... Жизнь в мегаполисе сказывается в равной степени и на взрослых, и на детях. Юноша ещё раз проходится взглядом по округе и возвращается к тому, с чего начинал. Он спешно разворачивается обратно, не забывая при этом закрыть окно, и упирается взглядом в стол. Пока он занимался разглядыванием округи, то даже не заметил какой бардак успел наворотить. Наверное, не нужно было так резво махаться одеялом, пока он вставал. Единственное, что осталось целым или хотя бы стояло более-менее прямо, была стопка книг: классическая литература, научно-полярные журналы, различные пособия по практике и…, — парень в недоумении склоняет голову, — кулинарная книга? Он пару раз промаргивается и коротко вздыхает. "И что она здесь забыла?" Только парень тянется, чтобы хоть как-то привести в порядок сдвинутые тетради, как его взгляд неожиданно падает на пол. Среди прочего хлама он замечает папку - серую, слегка потертую по краям, с корявыми буквами посередине. «Знакомый подчерк», — мелькает в сознании и там же остается на радость его обладателя. Эти закорючки букв он узнает везде. Кажется, его брата в детстве всё-таки стоило сводить на уроки каллиграфии. Он несколько секунд рассматривает родные каракули и прикрывает глаза. Как только его глаза заметили эту вещь, и тем более с такими близкими сердцу буквами, паника хоть немного, но начала отходить на задний план. Юноша аккуратно поднимает эту папку в руки и открывает первую страницу. Спустя десять минут усиленного чтения и повторного вникания в некоторые моменты, его тревожное состоянии уже сидит почти на самом нижнем уровне, а настроение более-менее стабилизируется. Идея позвонить брату и ещё раз удостовериться во всём, конечно, не уходит, однако больше не мелькает неоновой вывеской в его туманном сознании. Парень медленно слазит со своей кровати и решает найти телефон. Он попеременно заглядывает то в тумбочку, то в шкаф, то под подушку. Нигде. "Странно". Он почесывает свои торчащие волосы и хмурится. Решает в конечном счёте посмотреть и под кроватью, однако находит там лишь пару старых исписанных стикеров. Только ему удаётся вытянуть свою голову из пыльного пространства, как его одеяло вдруг издает какой-то звук. Парень вновь начинает хмурится и поднимается обратно. Среди вороха из одеяла и небольшого пледа, тот находит свой звенящий телефон и кричащее напоминание о том, что тот пропустил ещё первый будильник. Юноша в очередной раз тяжело вздыхает и решает набрать брата. Так будет лучше. И спокойнее. Три гудка, тихий сигнал и облегченный выдох. — Алло. Чонгук? Голос брата немного охрипший, но для утра это весьма привычно. — Хён? Привет. Младший наконец перестает нервно двигать ногой, полностью сосредотачиваясь на родном голосе. С момента пробуждения прошло лишь несколько минут, но по ощущениям гораздо больше. Ситуация конечно не критическая, бывало и хуже, но оказаться в этой, по его мнению, для любого другого шанс практически нереальный. — Как спалось? Ты уже поел? — А… Ещё нет, — Гук растерянно моргает и смотрит в сторону кухни, — Хён, я прочитал то, что было написано в папке. — Ты хочешь поговорить об этом? Я могу приехать. Ммм…только часов через 5. У меня… — Нет, нет! Просто… — он в очередной раз переводит дыхание и перечитывает незнакомые слова, — Как ты это придумал? — Ох, Чонгук-и. Не волнуйся. Ты главное на учёбу не опоздай, — парень вновь чувствует как паника начинает подкатывает к горлу, но старается не обращать на это внимание, — Если что, у тебя есть Юнги. Он всё расскажет и поможет. Ты главное позавтракай. — Х-хорошо. — Вот и отлично, увидимся вечером! О, Чонгук-и, и купи пожалуйста стиральный порошок. Я старый выкинул, а новый купить забыл. Пока! Чонгук откладывает от себя гудящую трубку и поднимает глаза к потолку. Его надежда на то, что Юнги хотя бы немного раскроет глаза на ситуацию, вселяет в него хоть какую-то, но мотивацию двигаться. Парень вдыхает побольше воздуха и развязной походкой направляется в сторону кухни, разглядывает свои «богатые» запасы и решает достать апельсиновый сок. Тогда же хватает хлопья и бутылку молока. Стоит ему захлопнуть дверь холодильника и убрать остатки капель с лица, как его глаза натыкаются на прикреплённый стикер. Жёлтая бумажка в форме падающей звезды болтается почти в самом центре, но четко выделяется среди прочей макулатуры. Список дел на каждый день: — пробежка по парку с 7:15 до 7:40 — смена у дедушки Ёна. (не забудь взять бейдж!) — улыбайся :) — сначала домашка, потусить всегда успеешь! — Не давай Хоби свои книги. Люби и уважай Хоби-хёна))) Не слушай Хоби-хёна. Чонгук вновь и вновь проходиться по маленькому списку, но каждый раз по новой задерживаются на имени брата. Парень почти незаметно ухмыляется и покачивает головой. Сколько раз его брату не давай свои книги, а они всегда будут возвращаться в полумертвом состоянии, либо мятые, либо с пятном от кофе, либо вообще без пары страниц. Парень возвращает своё внимание дверце и цепляется уже за другую бумажку - красный стикер со словами: «Встреча с Юнги. Кафе Roar. 20:00. Вторник, 7 октября». Не сказать, что этот стикер выделяется также сильно, как и предыдущий, да и подчерк выдаёт слегка запыхавшееся состояние его владельца, вот только три смайлика в самом начале ... немного вгоняют его в ступор. И зачем только они ему нужны? "Хотя зная Юнги…"

***

7:37. Юноша вновь вбегает в знакомый парк и включает музыку на проводных наушниках. Прекрасная утренняя погода, редко встречающиеся люди и только недавно вышедшее солнце. Небольшая прохлада. Чонгук как всегда бежит по проложенной дорожке и улыбается проходящим фигурам. Кто-то гуляет с колясками, кто-то с домашними животными, даже музыканты нашлись. Парень делает глубокий вдох и настраиваться под новый бит, машет пробегающим мимо приветливым людям и вновь отвечает на их пожелания "хорошего дня". Спустя третий круг и небольшого поворота на аллею, когда парень уже в третий раз пробегает мимо играющего на скрипке дедули, до него вдруг долетают чьи-то слова: — Сегодня ты как-то поздно! Чон оборачивается на доносящийся смутный звук, но продолжая бежать. Видит, как пожилой мужчина машет ему смычком и улыбается. Он тоже тихонько машет и разворачивается обратно. "Странный дедуля". Он опять смотрит на часы. 7:57. Ещё пара минут и он может возвращаться домой. Через два куплета он наконец добегает до небольшой арки и останавливается, чтобы восстановить дыхание. Поднимает свою руку и смотрит на электронные часы. 7:59. "Отлично. Для утренней зарядки хватит". Поглядев ещё немного на пробегающих людей и насладившись прекрасной погодой, Гук возвращает своё внимание часам и включает их диктофон: — Итак...вторник, 8:01. Закончил пробежку в отремонтированном парке, - морщит нос, - так что до сих пор чувствуется запах краски. Немного болит голова, пульс слегка выше нормы, — он откидывает свою голову и смотрит на небо. — Облаков стало больше, похоже дождь всё-таки будет. О! — снова смотрит на время, — Записать! Не забыть перевести часы. Чонгук выключает запись и отправляется обратно. Юнги его убьёт.

***

Не проходит и десяти минут как он вновь оказывается у своего подъезда и открывает входную дверь. Только Чон подносит свои ключи, как ему навстречу выбегает улыбающийся мальчишка и хватает за расстегнутую кофту: — Чонгук! Чонгук! — невысокий паренёк лет десяти уверенно тянет его на себя и почему-то обнимает. — Д-да? — Когда ты мне отдашь тот диск со Звездными войнами? Ты же обещал, — мальчик продолжает на нём виснуть, слегка вытягивая шнурок кофты, — Я ведь тебе даже заплатил. Спустя мгновенье, за спиной мальчишки вдруг резко появляется невысокая женщина, что хватает того за шкирку и сверкает убийственным взглядом. — Мунхи! Ах ты негодник! — женщина оттаскивает крикливого мальчишку и тянет на себя, — Не слушай его, Чонгук, ты ему ничего не должен. Тот старается не подавать виду, хотя про себя нехило так теряется. Диск? Да, кажется он у него был. — Меня зовут Соён, мы сейчас немного опаздываем, ты уж прости. Если что понадобиться, то зови. Мы соседи сверху. Женщина раскаянно улыбается, утягивая сына в сторону, и окончательно освобождает проход. Чон растерянно моргает и поворачивает голову. Даже через десятки метров он замечает, как та отчитывает своего сына. "Бедный парень". Стоит им скрыться за соседним поворотом как он смотрит в коридор и повторяет еле слышно: — Мунхи и Соён. Мунхи и Соён. Диск. Звездные войны. Он закрывает дверь и идёт дальше. Оказавшись уже у самой своей двери, выключает наушники. Ключей под ковриком не обнаруживается, да и тот почему-то лежит как попало. Пора давать кому-то штрафные санкции, ведь что-что, а это остаётся неизменным. Чонгук поправляет скомканный ковер и толкает дверь. Проходит в небольшую прихожую, и останавливается у маленького зеркала. Рядом с тумбочкой валяется знакомый рюкзак, а на том упомянутые, «всеми» известные ключи. Чон обреченно выдыхает и проходит дальше на кухню. Как и ожидалось, его любимый хён уже вовсю сидит вразвалочку и смотрит какие-то новости. Его друг отвлекается на звук открывающегося холодильника и наконец обращает внимание: — Почему ты написал, что встреча в восемь? Мы ведь договаривались на половину. Чонгук устало вздыхает и приземляется на ближайший стул. "Раз написал, значит так и договорились". — Ладно, не важно, - друг выключает телек и разворачивается, - Ты почему ещё не готов? Мы с тобой уже как двадцать минут должны быть в пути. Ты чего? - Юнги слегка недоумевает от того, как на него вдруг смотрят. Чонгук укоризненно гипнотизирует фигуру друга и хлопает глазами. "Такое чувство, - думает Мин, - будто это я виноват, что мы опаздываем". Извините, конечно, но он пришел вовремя. И уж тем более не бегал в такую рань почти что в центре города. — Ты читал папку? - стандартный вопрос. — Да, — устало выдыхают. — Тем более тебя не понимаю. Давай собирайся. Юнги встаёт с насиженного места и толкает друга в сторону ванной: — Если так нужно поговорить, мы обсудим по дороге. У тебя есть пять минут. Жду у подъезда. Чонгук закатывает глаза и отправляется туда, куда его посылали. День только начался, а он уже почти без сил. Было же всё нормально!  — Четыре минуты! — доносится уже за закрытой дверью.

***

Время близится к пяти вечера, но парень не даёт себе расслабиться. С домашкой покончено не до конца, да и другие дела не требуют отлагательств. Он убирает свой незаконченный проект в одну из дальних стопок и подходит к шкафу. Через час у него должна начаться смена в одном из кафе на другом конце Сеула. Пора собираться. Дедушка Ён, что владеет этим заведением, был давним знакомым его родителей ещё со времен их юности. Часто угощал их в обеденный перерыв и давал наставления. Так что неудивительно, что в свои преклонные шестьдесят восемь, он был рад предложить свою помощь и дать работу их сыну на вечернее время. Конечно, его брат тоже работает и занимает довольно хорошую должность в местной компании, но он часто бывает в разъездах. Мало ли что может случиться, пока его нет. А тут и деньги есть, и люди не чужие. Парень быстро хватает свои наушники, бейдж и парочку книг. Кладёт всё в рюкзак и ещё раз осматривает комнату. Не особо хочется переться через весь город обратно, ради какой-нибудь забытой мелочи. Он по привычке оглядывает стол, полки и прочую мебель. Смотрит на часы. Осталось сорок семь минут. Его брови стремительно летят вверх. Вспомнил! Он хватает гелевую ручку и, слегка смеясь, делает неброскую пометку на руке, затем кладет её на место и выходит из квартиры. С его небольшим детским шрамов теперь соседствует черное «Грязнуля Хо».

***

Парень проезжает почти через весь город за пятьдесят минут. Ещё раз думает, что да, работа хорошая, вот только не очень близкая. Он спешно выходит из автобуса и поправляет рюкзак. Если Гук правильно рассчитал, то на следующем повороте ему лучше начать бежать, а ещё лучше не останавливаться и на последующих трех светофорах. Возможно, тогда ему удастся успеть на смену. Вот почему так вышло? Он ведь вовремя вышел. Чон стоит на очередном светофоре, слегка постукивая носком кроссовок. — Давай же… Красный свет сменяется зелёным, а парень резко выбегает вперед. Через семь минут он наконец добегает до нужного ему здания и останавливается, чтобы перевести дыхание. Так, вдох, выдох. Главное улыбка. Он натягивает на себя улыбку от уха до уха и уже хочет сделать шаг, как натыкается на знакомую фигуру, что оборачивается в его сторону: — Чонгук, — мистер Ён со своими хмурыми бровями встречает его у самого входа. — Извините, я опоздал. Там… — Пробка? — Да, и … — Светофор сломан? — Да. Чон на секунду делает на лице что-то на подобии извиняющейся улыбки, а затем, будто вспомнив что-то важное, вытягивает книги: — Зато я принес это. Дедушка смотрит на вытянутые ему макулатуру и хмыкает: — Не нужны мне твои книги. У нас для этого есть свои. Ты же знаешь. — Да, но Вы видели их? Мистер Ён закатывает глаза и разворачивается обратно. Клиенты ждать не будут. Пора возвращаться. — Да там половины страниц не хватает. А эти целые. Мне они уже не нужны! Чон продолжает выкрикивать свои предложения, хотя его уже не слышат. Что ж, попытаться стоило.

***

Два часа работы проходят как секунды и вот к восьми часам их зал почти свободен. Завтра ведь рабочий день, людям не до посиделок в старом кафе. Остались лишь пожилые люди, которым уже некуда спешить, парочка одиноких женщин и семейная пара. Он протирает последний грязный столик и возвращается за стойку. Нужно убрать оставшийся мусор и заменить график. Звук колокольчиков на входе почти не отвлекает его от прочтения очередных документов, как слова, с которыми к нему обращается вошедший: — Чонгук? Парень отвлекается на произнесенное имя и смотрит на появившегося человека. Высокий парень. Блондин. На одном плече свисает красный рюкзак. В правой руке лежит капающий зонт, а в другой мокрая папка. Удивленное лицо гостя за долю секунды сменяется мягкой улыбкой, а на лице проскальзывают ямочки. — Не знал, что ты тут работаешь. Мы, наверное, не вовремя? Мы? — Я… — Намджун, Чонгук! — Юнги, словно гром среди ясного неба, с громким криком врывается в кафе и чуть не ломает входную дверь. Быстро оглядывает имеющийся народ и как только доходит до стойки, растерянно улыбается и бежит навстречу. — Извините, я немного опоздал. Намджун странным взглядом обводит подбегающего Юнги и протягивает ему руку для приветствия. Они ведь договаривались в восемь? Ещё 15 минут до встречи. Чонгук переводит взгляд на запыхавшегося друга и старается не засмеяться. И в правду, Юнги выглядит немного чудно: торчащие из-под шапки волосы, мокрая куртка и бегающие глаза. Мин продолжает немного странно улыбаться и смотреть то на одного, то на другого. Пора как-то двигаться с мертвой точки. — Намджун, займи пока нам столик, а я утрясу кое-какие дела. Юнги невзрачно указывает в сторону рабочей подсобки, где так удачно расположился хмурый дедуля и нервно хихикает. Тот со скрещенными руками и «бровями домиками» явно жаждет объяснений случившегося переполоха. После неловкой тишины и нулевых действий со стороны товарища, Мин решает просто толкнуть последнего в зал. Чонгук же, что со стороны наблюдал за всей картиной, наконец спокойно выдыхает и с долей упрека смотрит на друга. Почему именно сюда? К нему? — Ты мог быть хоть немного тише? Чон кланяется в сторону хозяина кафе, давая понять ни о чем не беспокоиться и тянет Юнги в сторону подсобки: — И что всё это значит? — Да, прости, я чуть не опоздал, но это не повод паниковать. Друг поднимает руки в примирительном жесте и строит глупое лицо:   — Глаза попроще, вид полегче. В крайнем случае, ты мог мне просто позвонить. Чон раздраженно кидает взгляд в сторону зала и дергает себя за фартук. Могли ведь собраться чуть позже. Мин, видя что тот немного успокоился, толкает того в плечо:  — Ладно. Ты давай переодевайся и топай к нам. Я всё разрулю. За дедушку не беспокойся, я его предупреждал, — он по-дружески хлопает младшего по плечам и нелепо подмигивает:  — Мы тебя ждём.

***

Итак, — после того, как Чону удаётся, в кои то веки, переодеть свою злополучную форму и закончить оставшиеся дела, он пробирается к ранее занятому столу и садится рядом с другом, — О, вот и Гук подошел. Так о чём я? А да. Итак, — Мин гордым взглядом окидывает собравшихся товарищей и делает «умное» лицо»: — Ким Намджун — студент всеми известного нам факультета, победитель… — Юнги, — сидя на удобном диване и в расслабленной позе, Ким поднимает одну бровь и скрещивает руки, — Извини, конечно, что прерываю, но… Я знаком с Вами уже год с небольшим. Не исключено, что мы видимся не каждый день, но к чему весь этот официоз? Думаю, Джин также считает, — парни дружно поворачиваются к упомянутому другу, на что тот лишь разводит руками. — Давай ближе к делу. Стоит словам слететь с его губ, как напыщенный Юнги мигом сдувается словно воздушный шарик и отворачивается от парней. «Не ради Вас стараюсь. Сдались Вы мне». Не проходит и секунды, как на его плечо падает знакомая рука с маленьким шрамом. Он вновь вздыхает и разворачивается к своему другу. Свою минимальную и главную задачу на сегодня он выполнил, а остальное поправимо. Тем более, что благодарная улыбка Чонгука так и светится в его честь, а тихое «Спасибо» в очередной раз греет душу.

***

— Ну что ж, пора нам закругляться. Об остальном договоримся завтра. На крайний случай, есть ещё целая неделя. Ребята начинают складывать свои тетради в сумки и пожимают друг другу руки. Полтора часа пролетели слишком незаметно для этой дружной компании. Пропустить закрытие не так критично, как может показаться на первый взгляд, однако тревожить пожилого человека им не хочется. Мистер Ён уже выключил наружную вывеску и закрыл кассу.  — Увидимся завтра. Чон в последний раз машет хозяину кафе и выходит на просторную улицу. Дождь уже давно закончился, значит можно не переживать за легкую куртку, что он прихватил в последний момент. Спокойная дорога домой ему обеспечена. Ну почти. Юнги уже в третий раз продолжает перепроверять его маршрут в обратную сторону и в десятый говорить, что всегда на связи. После того, как Чон в этот же десятый раз посылает его с наилучшими пожеланиями домой, тот наконец от него отстает и плетется на свою остановку. Добраться до дома, оказывается горазда быстрее, нежели он думал. Это конечно не час пик в крупном городе, но проблемы с транспортом в такое время не редкость. Он скидывает свой рюкзак у знакомой кровати и плюхается в неё лицом. Рабочий график хоть и не искрит большой нагрузкой, однако некоторые особы не перестают его удивлять. Как некстати прилетает мысль и о профессорском задании. На его корректировку он потратил добрую половину своих прошлых выходных, но результат так и не приблизился к необходимому. Чон издаёт жалобный стон и что-то недовольное бубнит в свою несчастную подушку. Но не успевает он толком и вдохнуть, как в него прилетает другая. — Как дела? Неужели всё так плохо? Младший поднимает свою голову и разворачивается на знакомый голос. Его старший брат по-хозяйски упирается одним боком в дверь и слегка склоняет голову. Руки скрещены на груди, а на лице игривая улыбка. — Как учеба? Эмоции брата, что и так не блистали оптимизмом, теперь окончательно теряли свою силу. Лицо померкло, а глаза потухли. Он подтянул свои колени к груди и приобнял руками. Создал необходимый купол. — Если бы не Юнги, я бы провалился под землю, — он ещё крепче старается обхватить свои колени и опускает глаза, — От стыда и от беспомощности. Его хён, видя такую картину, лишь грустно улыбается и отталкивается от стенки. Проходить через такое, тем более в столь юном возрасте, каким обладает Чонгук, не каждый может. Старший брат из всех своих сил старается быть ему твёрдой опорой и помогать по возможности. К его счастью, Чонгук обладает хоть и маленьким, но верным и надёжной защитой в лице лучшего друга. Он не раз выручал их семью из затруднительных и становился тем камнем преткновения на пути препятствий. — Для этого он тебе и нужен. Его никто не заставляет. Он ведь знает ситуацию. — Я понимаю…  Чонгук поднимается из переволоченной кровати и садится уже за стол. Снимает свои часы и подключает их к ноутбуку. Открывает необходимое ему приложение и нажимает кнопку.  — И очень благодарен. И тебе, хён, в том числе… Он видит как Хосок поджимает свои губы, и понуро двигает плечами. Хочет подойти, но что-то мешает.  — Но Хосок, — Чонгук в пол оборота обращается к брату, — мне всё равно тяжело. Юнги наверно даже не в сотый, а то и не в тысячный раз его выручает. Не было бы такого человека и он загнулся бы через час. Бегал бы в панике по кампусу и привлекал всеобщее внимание, донимал только-только обретённых друзей и любовался потрясёнными лицами. Но на сколько его хватит? Чонгук не может ответить. — А если он не ответит на очередной мой звонок в семь утра? — по лицу начинают виднеться небольшие капли, — Или ты задержишься из-за внеплановой проверки? Кто мне поможет? Я сам не справлюсь Он обхватывает свою растрепанную голову руками и закрывает глаза. Проводит руками по волосам и откидывает их со лба, — Кто расскажет? Хосок окончательно подходит к месту младшего и мягко кладёт свою руку на спину. Поглаживает, стараясь облегчить боль. — С вами или без, я каждое утро абсолютно один. И никто в этом мире это не исправит.