Сборник зарисовок к фанфику "Прикосновение к огню"

Регина накинула на плечи белый халат, полученный от доктора Вейла, и вслед за ним вошла в палату. В углу палаты на стуле сидел санитар. Эмма лежала на постели и что-то бессвязно бормотала, всхлипывала, уставившись в потолок, будто было там что-то такое, на что совершенно не хотелось смотреть, но и отвернуться было невозможно. На вошедших она вообще не обратила внимания, находясь в своем ужасающем мире. Санитар поднялся со своего места, подошел к кровати, приподнял ее спинку в полусидячее положение. Эмма была туго стянута ремнями, а руки ее в фиксирующих перчатках были прикреплены к бортам кровати. Смотреть на нее было невыносимо больно, она была истощена, худая, как скелет, обтянутый сероватой кожей, тусклые, истончившиеся волосы были беспорядочно разбросаны на подушке. Эмма обвела всех беспокойными, мятущимся глазами и замерла, увидев Регину, вцепилась в нее ощупывающим взглядом, потрясла головой, жмурясь, точно не была уверена, что ее не обманывает лихорадочное зрение. Тени блуждали по палате, заползали под ресницы, и не было никакой возможности избавиться от них, перестать видеть безлицых призраков, что копошились вокруг и тянули щупальцеобразные конечности к Эмме, трогали ее, сковывали промозглым холодом ее душу, остекленевшую, пустую, мертвую. Но внезапно сквозь серую мглу, сквозь черноту, пожирающую белые больничные стены, Эмма увидела размытые очертания Злой Королевы, постепенно проступавшие, как изображение на полароидном снимке. – Ты? – взволнованно спросила Эмма. И это простое слово стоило ей немалых усилий. – Я, – кротко ответила Регина. Эмма дернулась ей навстречу, но обхватывающие туловище ремни притянули ее назад. Вдруг в покрасневших от бессонницы и бесконечных слез глазах Эммы отразился оцепенелый ужас, немеющий на раскрывшихся в беззвучном крике губах. Она задрожала. За спиной Злой Королевы стояла Темная. Она наблюдала, обхватывала ее сзади, водила руками по ее телу, пленяла ее. Заметив же, что Эмма видит ее, она улыбнулась холодно и безжалостно, с демонстративной жестокостью вонзила острый длинный кинжал под левую лопатку Злой Королевы, и окровавленное лезвие вышло из груди. От удара — раны вскрылись на теле Эммы. Она отчаянно завопила от сердечной боли, заливая кровью постель, резко рванулась, заметалась, выворачивая руки и ноги из прочных оков. Заскрипела кровать и колеса заскрежетали по полу. – А, ну, успокоилась! – прикрикнул санитар, крепко тряхнув спинку кровати. – Тише! – одновременно с ним воскликнула Регина и стремительным шагом подошла к Эмме, положила ладони ей на плечи и более спокойно добавила. – Тише. Все хорошо. Эмма шумно выдохнула. Когда ее дыхание выровнялось, Регина попросила санитара освободить ее. Взглянув на доктора Вейла и получив разрешающий кивок, он снял ремни с пояса и груди Эммы, отстегнул фиксаторы. Регина присела на край кровати, взяла руки Эммы и притянула к себе, позволив ей коснуться лица. Медленно и осторожно, как слепая, Эмма провела подрагивающими, холодными пальцами по лбу Регины, по бровям, по ее закрытым глазам, по переносице, по щекам вдоль скул, будто пытаясь запомнить ее черты, убедиться, что это действительно она, а не очередной фантом, дотронулась до ее губ, задержавшись на них, собирая нечаянные поцелуи. – Ты… - повторила Эмма. Устало опустила руки и голову, уткнувшись лбом в грудь Регины. Заплакала. Слезы лились по ее лицу и капали на рубашку Регины. – Что ты, Эмма, – Регина неуверенно коснулась ее волос. Она замолчала. Просто не знала, что говорить. Ее глаза влажно заблестели, но она сдерживала слезы жалости, растерянно гладя Эмму по голове, касаясь губами макушки. Темная исчезла, исчезли и страшные тени, терзавшие Эмму. Осталась только Злая Королева, впрочем, злой она была только для чудовищ, а для Эммы она была маяком, светом, разрывающим тьму больного разума. В ее руках Эмма наконец-то почувствовала утешение и покой. И плакала оттого, что так долго и мучительно ждала ее. И вот она здесь. Теплая. Живая. Настоящая. Умиротворяющее молчание было прервано еще одним санитаром, вошедшим в палату. – Пора обедать, – сообщил он и подкатил к кровати тележку с куриным супом в пластиковой миске. Регина оценивающе посмотрела на обед, и ей он не слишком понравился. Все же она мягко приподняла голову Эммы и поднялась с кровати, отойдя в доктору Вейлу. Эмма была, конечно, недовольна, состроила обиженную гримасу и рывком оттолкнула тележку от себя. Часть супа перелилась через край, растеклась по металлической поверхности. Тележка врезалась в живот санитара, наехав колесом ему на ногу. Санитар выругался, подкатил тележку к кровати., схватил ложку и стал пихать в лицо Эмме, но она вертела головой, отбивалась руками. – Так, Эмма, – строго сказал доктор Вейл, нахмурившись. – Не дебоширь. А то сейчас тебя обратно привяжут. Его слова не подействовали. Эмма продолжала сопротивляться, и от ее хаотичных дерганий горячий суп оказался на постели. Эмма взвизгнула от боли, заметалась, изворачиваясь и втягивая живот. Санитар раздраженно бросил ложку на тележку, торопливо обтер мокрое пятно полотенцем, в сердцах легонько шлепнув им по лицу Эммы. – Так, не смей ее трогать! – Регина взглянула на санитара испепеляющим взглядом, и он опустил полотенце Другой санитар пошел к шкафу за чистой сорочкой. – Погоди, она сейчас и новую испачкает, – сказал ему первый санитар. Он взял Эмму за правую руку. Левую взял второй санитар. И вдвоем они привязали Эмму к кровати. Но и тогда она упрямо отказывалась есть, крепко стискивала зубы, отворачивалась, плевалась. Ей все казалось что ее кормят грязью или горячей смолой, чем-то таким, что есть никак нельзя. – Ну хватит упрямиться, – Регина не выдержала и подошла к кровати. Решительно взяла ложку из рук санитара. – Я понимаю, еда здесь так себе, но нужно поесть. А вечером я приготовлю тебе вкусный ужин, хорошо? Эмма насупилась, посмотрела на Регину настороженно, поймав же ее беспрекословный и в то же время заботливый взгляд, все же сдалась и нехотя приоткрыла рот. Регина терпеливо покормила ее, хотя Эмма съела не так уж и много, и половина порции так и осталась в миске. Съесть больше не могла заставить даже Регина. – Ну ладно, хватит, – смирилась Регина, убирая ложку. И нежно погладила Эмму по щеке. –Молодец. Эмму снова развязали, и Регина помогла санитарам переодеть ее в чистую сорочку. Санитар вывез тележку из палаты, столкнувшись на пороге с медсестрой, которая принесла таблетки и капельницу. Она переговорила с доктором Вейлом, он подтвердил назначения. На этот раз Эмма, видимо, вымотавшись и не желая сердить Регину, с которой не сводила глаз, не устраивала сцен и послушно проглотила протянутые ей таблетки, запив водой из поднесенного стаканчика. Медсестра на всякий случай тщательно проверила ее рот. Оставшийся в палате санитар опустил кровать в лежачее положение и вернулся на свой наблюдательный пост в углу палаты. Поставив капельницу, медсестра ушла вместе с доктором Вейлом, Регина хотела пойти с ними, но Эмма так жалостливо, точно моля о спасении, смотрела на нее, что решила остаться еще немного. Хотя бы до того, как закончится лекарство в капельнице. – Отдыхай, – Регина провела ладонью вдоль тела Эммы. От ее прикосновений Эмма разомлела. В присутствии Злой Королевы никто не смел издеваться над ней, истязать ее бредовыми видениями, все чудовища, рожденные ее больным разумом, исчезали, и хоть до полного прозрения было еще далеко, хоть густая пелена туго окутывала раздробленное сознание, Эмма впервые за долгое время осознала, почувствовала всей душой, что она не одна в этой безумной войне с внутренними демонами, мучительными кошмарами и страхами, копошащимися под сердцем. Она была не одна и наконец-то была абсолютно спокойна. Регина нежно напевала и гладила Эмму, пока она не уснула тихим и мирным сном праведника. И даже не заметила, как вернулась медсестра за пустой капельницей. И как они вместе с Региной вышли из палаты, оставив ее под присмотром бдительного санитара. Только оказавшись в больничном коридоре, Регина со всей остротой ощутила невыносимую тяжесть, обрушившуюся на сердце. Она бессильно опустилась на ближайший стул возле стены, чуть ли не сложилась пополам, уронив гудящую голову на расставленные руки, закрыв ладонями лицо, вцепившись пальцами в волосы. – Вам плохо? – участливо спросила медсестра, коснувшись ее плеча. – Нет, все нормально, – сдавленно ответила Регина, не меняя позы. – Я только отдышусь немного. Через несколько минут Регина встала. Провела ладонью по влажному лицу и с неудовольствием заметила разводы туши на пальцах. Зашла в туалет по пути, умылась и стерла бумажным полотенцем черные пятна вокруг глаз и на щеках.