Иллюзия

Terribly like terrible, she's the villain One as sweet as caramel, she's my saint Think I'm getting butterflies, but it's really Something telling me to run away.

***

Новая доза "успокоительных" в виде наркотиков закончилась намного раньше, чем рассчитывал мужчина. Как давно он не выходил на улицу он не хотел и знать. Круги под глазами говорили, что не спал он довольно долго. Потертые сиреневые стрелки, взлохмаченный вид говорили что надо бы уже сходить в душ, но лень убивала всю неделю. И только сегодня, когда наконец то пришёл заказ, можно было идти и приводить себя в порядок.

***

Инузука стоял рядом с институтом, и ждал пока подойдут Саске и Наруто. Он был удивлён тем, что брюнет решил посетить институт, хоть и знал что в этом месяце это будет единый раз. Сегодня единственным его разочарованием была возможность встретить Джиробо. А видеть его лицо тот не желал совсем. Он долго думал над планом под названием «Не столкнуться с жирной мордой». И пытался несколько раз вбить в гугл «Топ 10 способов как не встретится с человеком который тебе противен», на что получал ответы по типу: °Если вы не хотите встретиться с тем или иным человеком, советуем вам переехать. А если вы учитесь, то перевестись в другое учебное заведение. От одного этого пункта, он долго смеялся. И все же задумывался над переездом. Его останавливало только то, что тут есть знакомые и Саске. А новые знакомства ему были не по душе с пяти лет. Наконец увидев приближающиеся силуэты, он оттолкнулся от столба к которому прислонился минутой ранее, и подошёл к ним. — Наконец-то вы пришли. – Киба осмотрел их, и заметил, что Саске очень злой. — Этот дэб испортил мне байку, а другой у меня не было. Пришлось в магазин заехать. Рядом стоящий Наруто опустил голову и шаркал по асфальту носком кед. — Я же извинился... Саске посмотрел на Узумаки. — Ладно, не суть. Киба, – он повернулся к другу. — Ты когда переезжать собираешься? — Хотел как раз с тобой поговорить. Сегодня, – он указал на чемодан стоящий рядом со столбом. — Вот и славненько.

***

Все мы раз или два, а может и больше, задумывались о том, как мы будем жить дальше когда станем взрослыми и "выпорхнем" из уютного родительского гнезда. И это все заканчивалось страхом, ведь в конце всегда наступает смерть. И она не пощадит ни одного человека. Будь то совершенно здоровый или больной, взрослый или ребёнок. Всегда наступает смерть. И сколько ни отгоняй мысли, они всегда возвращаются к смерти. Это неотвратимо. И нам остаётся лишь бороться за статус, который нужен обществу. А если нет статуса, то "высшее" общество пытается избавиться от тебя. Любым способом. Об этом Орочимару задумывался с семи лет. Но он никогда не боялся смерти. Даже сейчас. Ведь он сам был смертью многих людей. Был их последней "тенью". И он убивал без сожаления. Он всегда завидовал тем, кто умирал раньше. «Нету смысла бороться за что-то» – постоянно повторял он. И это было правдой в какой-то степени. Стоя на крыше девятиэтажного здания, и прицелившись в свою новую жертву, он немигающим взглядом подбирал нужный момент. И вот, наконец выстрел. Тихий благодаря заглушке, которую он ставил перед заказами, после того как возвращался домой. Быстро сложив оружие в чехол от гитары, он спустился с крыши как житель здания. Внутри него не было ничего. Пустота способная заглушить любую боль. И это его радовало. Все же не чувствовать ничего, иногда было лучшей его «способностью».

***

Боль наступает всегда. При расставании с близким человеком. При смерти кого-то важного. При измене. Но все эти эмоции гаснут каждый раз при повторении своих же ошибок. Казаться спокойным и бeзэмoциoнaльным, когда на самом деле на грани смерти, становилось привычкой. И со временем понимаешь, эмоции не делают нас сильнее. Лишь забирают силу, топча ботинками в которые возили осколки. Тогда зачем нам чувствовать? Любовь, забота, сожаление. Это всё – занесенное в нас природой, невозможно убить. Можно лишь выключить. Покрыть сердце корочкой толстого льда, закрыть на замок, и никогда не открывать. И надеяться. Надеяться на то, что этот замок не сломается под напором чужих чувств. Этот лёд не растает от чужого тепла, и тогда все будет хорошо. У каждого из нас, есть то чувство, которое мы, простым языком, ненавидим. Учиха же, ненавидел все. Но только боль отрезвляла. Как ни странно, это все было чем то вроде традиции. Терпишь боль, и причиняешь её самому себе. Многие бы подумали что это ненормально. Но что если больше ничто не способно заштопать кровоточащие в глубине души раны. — Учиха Саске, повторяю вопрос, что нового вы узнали из этой темы? – мужчина крутил в руках железную зажигалку, и немигающим взглядом смотрел на того. Узумаки сидящий позади того, пытался не смотреть на него. Но если тот не ответит на заданный преподом вопрос, ждут не очень сладкие последствия. — Не знаю. Не слушал. – откровенно, взгляд в глаза и тот откинулся на спинку стула скрещивая ноги, и ложа голову на парту Узумаки под возмущенный взгляд препода. Какое-то странное состояние Саске испытывал в последнее время, после тех слов сказанных во время очередного приступа. Как бы они не пытались это забыть, ни у одного не получалось. Заметив пристальный взгляд, разговаривающий до этого с каким-то шатеном Наруто повернул голову в его сторону. Учиха, усмехнулся и его губы накрыла ухмылка. План созревший в его голове не должен был провалиться. Последний раз осмотрев белобрысого, Учиха отвернулся.

***

Сидя в кино с Сакурой, можно было поклясться что это сон. Постоянно недоступная, скрытая и слишком смущенная девушка всегда обходила его стороной. Нет, у них были дружеские отношения, но любовными это никак нельзя было назвать. Сакура не любила его, тем временем как Узумаки пытался ухаживать. У каждого из нас свое понятие чувства как «любовь». Многие мечутся между выбором того или иного парня. Как любовный треугольник. Другие ищут одного человека на всю жизнь. Третьи же, не желают и слышать это слово, и постоянно избегают «сладких» парочек. Они считают что эти бесполезные эмоции, чувства, называйте как хотите, не нужны людям. — Эй, Сакура. Я выйду ненадолго. – шёпотом протороторил Узумаки. Рассеянный взгляд прополз по его лицу, и девушка кивнула. Треклятая головная боль опять началась, а таблеток с собой нет. — Черт! Скатившись спиной по стене, тот сел на пол, и закрылся руками в волосы. Надо было что-то делать. Звонить Учихе? Нет, этот засранец вообще засмеет, или вообще не приедет. Идти самому? Магазин далеко, до конца фильма не так уж и много, а оставить Сакуру одну он ну никак не мог. Черт. А мозг как будто спустил спусковой крючок, и по телу прошёл табун мурашек. Все таки придётся идти в магазин, но для начала досмотреть фильм. Или. Узумаки достал из кармана джинс телефон, и набрал недавно набранный номер. — Наруто, ты где? Фильм скоро заканчивается. – девушка взволнованно и быстро тараторила информацию в трубку телефона. Выдохнув тот ещё раз о думал план действий, и сказал: — Сакура, мне надо идти. Там... По работе вызов важный, никак не могу отказаться. — Н-ну ладно, удачи. — Спасибо. Сама до дома доберёшься? — Да-да. За мной Хината приедет. — Ну, тогда я побежал. Пока. — Ага. Пока. Скинув вызов, он бегом направился к выходу из театра.