Кинцуги

You can never break something that's already been broken

You can never say something that's already been spoken

But if you keep a part of me as your little token

Take my heart before I throw it away*

      Прошло несколько дней. В течение каждого из них Рохану приходилось, стоя перед зеркалом, по два, а то и по три раза в сутки, обрабатывать на шее синяки, оставленные Джотаро. Всё это время он не покидал своего дома, не желая случайно пересечься с Джоске и его недоразвитой компанией. По иронии судьбы, уже дважды за месяц мангака получил заметные телесные повреждения, и оба раза от людей, несущих в крови ген Джостаров.       'Ген тупости,' – хмыкнул Рохан, проводя пальцами по шее и кривя лицо от слабой боли. – 'Осталось ещё получить от старика Джозефа, и я соберу полный комплект,' – невесело пошутил он про себя.       При этом мангака не упустил шанса срисовать с себя, как именно выглядят следы удушения и расписал все полученные ощущения.       'М-да,' – продолжал думать он, рассматривая след с левой стороны. – 'Общение с этой семейкой, конечно, болезненное, но получаемый опыт бесценен.'       Вдруг Рохан услышал стук во входную дверь. Очень громкий стук, раз уж он услышал его, находясь в ванной на втором этаже. Рохан, понимая, что замазать шею тональным кремом он не успевал, спустился по лестнице, поднимая повыше короткий воротник. Возможно, дверь и не придётся открывать, но нужно хотя бы попробовать спрятать незамазанные до конца синяки. Подойдя к двери, Рохан посмотрел в глазок и сразу же напрягся, чувствуя подступивший прилив раздражения.       – Рохан, открывай. Я по делу. Это важно.       Рохан промолчал и ничего не сделал. Куджо Джотаро может идти лесом. Даже если он на грани смерти.       – Кишибе, я знаю, что ты дома и стоишь перед дверью. Я правда по делу, открывай.       – Говорите через дверь, – холодно отрезал Рохан, не думая о том, почему океанолог говорил настолько уверенно.       – Кишибе, хватит вести себя как ребёнок. Открой дверь или я её выломаю.       – Выломаете дверь – придётся платить.       – Не бойся, с этим проблем не будет. В крайнем случае, разобью окно. Оно дешевле обойдётся. Открывай. Это насчёт убийцы.       'Убийцы? Есть след?' – у Рохана тут же ёкнуло сердце. – 'Но почему пришёл именно он? Ладно, чёрт с ним. Мне нужна любая информация об этом монстре, да и жить какое-то время без входной двери тоже не хочется. А я верю, что Куджо Джотаро из тех, кто и правда может её выломать. И даже не задумается. Чёрт с ним, открою.'       Испустив тяжкий вздох, Рохан с неохотой послушался и открыл дверь. За ней возвышался Куджо Джотаро.       Высокий рост мешал мужчине полностью поместиться в дверной проём, поэтому он продолжал стоять на пороге, но Рохан не собирался пропускать его внутрь. Пусть он и выглядел максимально раздражённым, мангака мог его в этом переплюнуть.       – Наконец-то, – недовольно процедил Джотаро. – Знаешь, у меня есть дела и поважнее, чем ждать, пока ты соизволишь открыть дверь.       – А у меня есть дела поважнее, чем принимать гостя, к тому же чуть не убившего меня, – огрызнулся Рохан, скрестив руки на груди и прислонившись спиной к косяку, тем самым загородив проход. Он решил не смотреть на своего гостя.       Джотаро цокнул языком.       – Яре яре, ты всё об этом?       – А вы как думали? Уже забыли? – Рохан оттянул воротник, показывая синяки на шее.       Джотаро немного наклонился, приглядываясь к отметинам на шее, но затем снова распрямился и выражение его лица сменилось на безразличное.       – Ну, я всегда на память жаловался. Да и что в этом такого? Вообще-то, это ты на меня напал. Если бы я не защитился, ты бы вполне радостно меня читал, вообще не думая о том, что поступаешь совершенно по-скотски.       Мангака начинал закипать, ему хотелось наброситься на Джотаро, вновь попробовать использовать на нём Heaven's Door, но, конечно, это закончилось бы тем же. Конечно, можно было попробовать кинуться на него в надежде выцарапать глаза, но от этой идеи тоже пришлось отказаться. Она была ещё более дурацкой, чем предыдущая, ведь в физической силе он проигрывал ещё больше, чем в силе стенда. Поэтому за неимением лучших вариантов, Рохан решил говорить самым холодным тоном, на какой только был способен.       – Вы чуть не задушили меня. Ещё секунда, и я был бы мёртв.       Даже за козырьком кепки Джотаро было видно, что он закатил глаза.       – Думаешь, я не знал, что делаю? Поверь, Кишибе, если бы я планировал тебя убить, то убил бы, просто сломав шею. Но так ты друг Джоске…       – Он мне не друг! – резко отрезал Рохан.       Джотаро прикрыл глаза и тяжело вздохнул, прежде чем ответить.       – Ох, как же с тобой сложно. Ладно. Так как ты знакомый Джоске, я не собирался тебя убивать. Лишь преподал тебе урок.       – Серьёзно?! Какой урок?! Как побывать на волоске от смерти? Замечательный урок, ничего не скажешь! – вспылил мангака, повернувшись к Джотаро и запрокинув голову, чтобы со злостью посмотреть ему в лицо. Тот, в свою очередь, опять вздохнул.       – А мне говорили, что ты парень неглупый. Ладно, раз уж ты такой упёртый баран, то разжую для тебя, – он поднял к лицу Рохана свой кулак, лишь немного уступавший по размеру голове мангаки, и тот слегка зажмурил глаза, внутренне уже приготовившись к удару. – Урок номер один… – Джотаро отогнул указательный палец и поднёс его к носу мангаки. Каких-нибудь пару миллиметров, и он бы его коснулся, отчего Рохан непроизвольно встал как по струнке, втянув голову в плечи. – Не нападай, не зная, на что человек способен. И урок номер два… – он отогнул средний палец, сделав шаг навстречу, и Рохан сразу ощутил неимоверное давление на себя. – Не лезь, мать твою, куда тебя не просят, будто бы тебе всё дозволено. Усёк?       Мысленно облегчённо выдохнув и поблагодарив всех богов за то, что он не получил новую порцию тумаков, Рохан взял себя в руки и демонстративно отвернулся. Джотаро покачал головой и отодвинулся от него.       – Слушай, – начал он уже спокойным тоном. – У нас тут убийца вообще-то в городе. Если мы ещё и между друг другом будем собачиться, то нас точно всех перебьют. А тебя и так все, мягко говоря, недолюбливают. Ты же сам говорил, что хочешь работать в команде, вот и работай хотя бы со мной. Засунь уже свою гордость куда подальше, или она тебя и убьёт. Вроде взрослый, образованный человек, а ведёшь себя как обиженный ребёнок. Я клянусь, что больше не причиню тебе вреда, если и ты будешь вести себя адекватно, – Джотаро протянул Рохану руку, и тот недоверчиво на неё покосился.       Это его-то недолюбливает местная шпана со стендами? Велика потеря, ничего не скажешь. Куда этим имбецилам до успешного и состоявшегося мангаки. Но в одном Джотаро был, к сожалению, прав – хотя бы с кем-то необходимо поддерживать более-менее сносные отношения, иначе никакой информации об убийце он не получит и будет в гораздо большей опасности. И, как ни печально это было признавать, среди всех его многочисленных знакомых, тех, с кем он мог хотя бы кое-как установить эти самые отношения, было не так уж и много, да что там, откровенно мало: Коичи да сам Джотаро. Но Коичи, в силу своей детской глупости, не видел в Рохане большего авторитета, чем в своих отсталых друзьях или чем в том же Куджо. А сам Рохан не хотел бы иметь такого врага, как Джотаро. Придётся скрепя сердце согласиться на сотрудничество. Он пожал протянутую ему руку.       – Начнём сначала, Кишибе, – уже мягче произнёс океанолог.       Рохан промолчал, отпустив его руку, но всё же слегка расслабился. Джотаро, решив не ждать от него какого-либо ответа, снова сам нарушил возникшую тишину.       – Теперь к делу. Зачем я пришёл. Итак, мы столкнулись с убийцей. Его зовут Кира Йошикаге, ему тридцать три года, и мы знаем, где именно он живёт. Но, к сожалению, от этого совершенно нет прока.       – Вы же знаете всё о его личности. Как это “нет прока”? – Рохан, сразу заинтересовавшийся столь огромным количеством новой информации, недоверчиво взглянул на своего гостя.       – Нет, если он её сменит, – уклончиво ответил Джотаро.       – Сменит личность…? Что вы имеете в виду?.. – и вдруг Рохан ахнул от озарения. – И всё же он хозяин стенда, да?       Джотаро вздохнул.       – Да, и он силен. Может, всё же впустишь меня? О таком не говорят на всю улицу.       Рохан отодвинулся в сторону, пропуская мужчину внутрь. Тот прошёл через прихожую и вопросительно посмотрел на Рохана. Мангака махнул рукой налево, в сторону двери в гостиную, и мужчина, открыв эту дверь, зашёл внутрь и сразу же по-хозяйски сел на диван. Пусть на первый взгляд он и держался очень уверенно, но по тому, как он сжал колени ладонями, Рохан понял, что с его гостем что-то не так.       – Хотите чего-нибудь выпить? – из вежливости спросил Рохан.       – Нет, спасибо, – Джотаро обвёл взглядом комнату.       – Что случилось, Джотаро-сан? – осмелился аккуратно спросить мангака.       – Яре яре, ненавижу объяснять, – раздражённо произнёс он, стиснув зубы, но тут же выдохнул, успокаиваясь. – Ладно. Я выяснил от чего оторвалась та пуговица. От пиджака, который отдали в ремонт в небольшую обувную лавку. Там на нас с Коичи напал стенд. Коичи принял совершенно глупое и необдуманное решение. Стенд принадлежал Кире. Он оказался неуязвим, даже мой Star Platinum не смог с ним справиться. И я подорвался на этом стенде. Когда я пришёл в себя, то увидел этого ублюдка, и он… пробил насквозь живот Коичи… – Джотаро тяжело сглотнул и через силу обратился напрямую к хозяину дома. – Можешь всё же принести воды?       Рохан кивнул и отошёл на кухню, где взял графин и налил воды в стакан, вновь проклиная свою вежливость, но с интересом рассматривая мужчину, который, похоже, не осознавал, что за ним наблюдали. Казалось, что Джотаро, прикрыв рот и нос руками, что-то вспоминал. И это "что-то" произошло явно не сегодня. Рохан знал, что случившееся в прошлом может оставлять после себя глубокие раны на душе. Они хоть и прекращают кровоточить со временем, но никогда полностью не заживают. Достаточно малейшего катализатора, чтобы воспоминания о произошедшем снова всплыли в памяти, причиняя не меньшую боль, чем раньше. Рохану показалось, что именно это сейчас и происходило с Джотаро. Сейчас, смотря вдаль, он явно был не в доме у мангаки, а где-то далеко. Оказавшись запертым наедине со своими мыслями, он выглядел беззащитным или потерянным. Не желая его смущать, Рохан слабо откашлялся, прежде чем к нему подойти. Джотаро тут же поднял голову и обернулся.       – Держите, – Рохан протянул ему воду.       – Спасибо, – Джотаро принял стакан и сделал пару больших глотков, собираясь с мыслями. Рохан сел рядом с ним на диван, и океанолог, сжимая стакан обеими руками, продолжил с того места, где и остановился. – Я еле-еле смог его остановить. Джоске подлечил нас с Коичи, но Кира Йошикаге использовал отвлекающий манëвр, чтобы сбежать, пока я окончательно приходил в себя. Затем он нашёл тот салон… Сейчас… – Джотаро достал из кармана блокнот и, сосредоточенно полистав его, ткнул пальцем в одну из страниц. – Вот, "Синдерелла", точно, и… этот ублюдок заставил владелицу сменить ему внешность на внешность какого-то другого мужчины, чей труп мы нашли там же. Но мы не можем сказать, кто это, так как из-за использования на нём способности стенда у него снята кожа с лица и пальцев, – Джотаро убрал блокнот обратно в карман и, похоже, закончил свой рассказ.       – Ну, если он сменил свою внешность с помощью способности Синдереллы, – наконец тихо произнёс Рохан. – И вы ничего не знаете о новой, то владелица…       – Мертва, да, – скорбным тоном заключил Джотаро.       Второй труп за неделю. А считая неизвестного мужчину – третий. Рохан, чьи руки лежали на коленях, сильно сжал кулаки. Этот Кира Йошикаге точно был дьяволом во плоти. Получалось, что Рохан чуть ли не единственный, кому удалось пережить с ним встречу, о чём, разумеется, никто не знал, в том числе и Джотаро. Его нужно остановить. Второй раз так могло и не повезти. Пожалев, что он не налил воды и себе, Рохан начал размышлять вслух.       – Выходит, что он, забрав чьё-то лицо, вынудил себя стать тем, в кого обратился. То есть ему придётся вести жизнь этого человека, если он не хочет, чтобы его раскрыли и поймали.       – Именно так я и подумал, – утвердительно кивнул Джотаро. – Тело, по-видимому, принадлежало какому-то офисному планктону, который должен быть одного с Кирой роста, – он бросил на мангаку оценивающий взгляд. – Ну вот как ты, примерно метр семьдесят – метр семьдесят пять, и у него чёрные волосы. Это всё, что у меня есть.       – Этого более чем достаточно. Я буду наблюдать за людьми, идущими на работу, и начну снимать их на камеру. Я его найду. Ну или по крайней мере найду подозреваемых.       Рохан сразу же воодушевился. Он приложит все свои усилия, чтобы остановить этого монстра, да и к тому же… – тут он чуть не подпрыгнул от восторга: он будет выслеживать убийцу, как герой его манги! Что может быть более захватывающим и полезным?       – Звучит отлично. Просто… будь осторожен, Рохан. Он опасен. Я жив только благодаря стенду Джоске. Так же, как и Коичи. Не делай ничего необдуманного. Будь осторожен.       Джотаро вроде бы говорил в стандартной для себя холодной манере, но что-то, Рохан даже не понял что именно, всё-таки выдало его волнение. Мангака как будто успел забыть свою обиду, вновь заинтересовавшись ещё одной тайной, покрытой мраком – прошлое Куджо Джотаро. Он точно был человеком, прошедшим через столь ужасные вещи, что его сердце превратилось в камень. И всё равно в нужное время он нашёл в себе силы продолжить сражаться и защищать своих близких. Рохан, решивший, что синяки на шее – в общем-то, не такая уж и большая плата за свою ошибку, теперь проникся толикой уважения к старшему обладателю стенда и просто умирал от желания узнать о нём гораздо больше.       Джотаро между тем встал с дивана.       – Мне пора. Я должен отправить собранный материал в СПВ, может, они чего-нибудь найдут. И ты, если что-то найдёшь – звони. Номер я тебе оставлял.       – Эм, ага. А мой номер у вас есть?       – Да, уже выяснил.       – Отлично. Тогда и вы звоните, если что. И… Можете заходить в любое время.       В ответ Джотаро хмыкнул и, поставив на стол стакан воды, из которого выпил только половину, покинул дом мангаки, у которого остались смешанные чувства от произошедшего.       'Мог бы хотя бы поблагодарить… ну или попрощаться,' – подумал Рохан, взяв стакан и залпом допив его содержимое.       Вздохнув, мангака взглянул на часы, ахнул и, быстро схватив из студии фотоаппарат, выбежал из дома.       – Джотаро-сан, подождите!       Мужчина, не успевший далеко уйти, остановился и, подняв бровь, обернулся.       – Чего тебе? Забыл что-то?       Рохан бегом догнал остановившегося океанолога.       – Сейчас шесть вечера. Я решил, что уже сегодня могу заснять кого-то на станции. Туда идти минут пятнадцать, – он сделал несколько шагов вперёд.       – Хм. Знаешь, это ведь ждёт до завтра… – Джотаро, засунув руки в карманы брюк, проследовал за ним. – Да и он точно не едет сегодня с работы, его "настоящего" же убили именно по пути домой.       – Работа никогда не ждёт, Джотаро-сан, – уверенно возразил Рохан. – К тому же, раз мы это знаем, то я сегодня же могу сузить круг подозреваемых даже среди подходящих под описание людей, – он заглянул Джотаро в лицо, и тот приподнял брови.       – Я даже об этом не подумал. Вот видишь, Кишибе, умеешь же, – похвалил мангаку Джотаро, сворачивая вместе с ним направо. – Тогда давай, с твоей помощью мы в разы быстрее обнаружим его.       – Спасибо, Джотаро-сан. Главное, чтобы плёнки хватило, я достаточно давно не пользовался этим фотоаппаратом. Сейчас проверим, – Рохан наставил фотоаппарат на Джотаро и сделал снимок. Тот, хоть и потянулся к козырьку, не успел спрятать лицо и зло зыркнул на мангаку, расплывшегося в улыбке. – Плёнка есть.       – Помнишь второй урок, Кишибе? Сделаешь так ещё раз – ударю. Может, познакомлю тебя с кулаками Star Platinum, чтобы ты знал, чего тебе повезло избежать в прошлый раз, – Джотаро не выглядел особо взбешенным, но перспектива знакомства с "неуязвимым" стендом точно не была радужной, и Рохан, всё ещё улыбаясь, закрыл объектив. Он закинул ремешок фотоаппарата на шею и закряхтел, вспомнив о синяках. Джотаро не обратил на это никакого внимания. Ну и ладно.       Какое-то время они шли в тишине, пока внезапно посетившая Рохана мысль не заставила его резко остановится рядом с единственным на весь город кафе.       – Отель же в другой стороне, Джотаро-сан.       Джотаро наклонил голову, бросив взгляд на свои фиолетовые туфли.       – Знаю. Я хотел… перекусить, да, точно. О, и Джоске тут, – он указал на один из столиков в кафе, и Рохан тихо застонал. Только не он.       – Джотаро-сан! Присаживайтесь, – замахал руками подросток. И, взглянув на мангаку, ухмыльнулся. – Рохан-сенсей, а ты куда? И что это у тебя на шее? Кому надо руку пожать?       'И всё же Джотаро никому ничего не рассказал.'       – Представляешь, чуть не повесился от твоей бесконечной болтовни при нашей последней встрече, Хигашиката. Но потом решил, что велика тебе честь будет – стать причиной смерти Кишибе Рохана, вот и передумал. И вообще, пока ты тут прохлаждаешься, я иду искать Киру Йошикаге. У меня нет времени на новые пустые разговоры, всё равно ты говоришь лишь одно толковое слово на сто. До свидания, Джотаро-сан, – Рохан напоследок коснулся предплечья Джотаро, на что тот вопросительно поднял брови, и удалился с высоко задёрнутой головой. И пусть Джоске это понимает как хочет, а Джотаро как-то объясняется. Рохан улыбнулся. Как же ему нравилось устраивать хаос.       Сделав на станции Морио добрую дюжину фотографий мужчин среднего возраста и роста, Рохан к девяти вечера вернулся домой и проявил эти снимки. Теперь, когда он завтра утром вновь отправится на станцию, он будет знать, кто однозначно не является Кирой Йошикаге. Он найдёт убийцу. Теперь это его задание номер один. Возможно, от отпуска всё же будет какая-то польза.

***

      В последующие дни у Рохана стал стандартным утренний ритуал: для того, чтобы выполнить обещание, данное Джотаро и самому себе, он просыпался рано утром, поднимался с кровати, делал зарядку для рук, принимал бодрящий душ, выбирал подходящий под настроение комплект одежды и, впопыхах захватив с собой заготовленные с вечера сэндвичи и поедая их на бегу, отправлялся наблюдать за людьми, едущими с вокзала на работу, фотографировал их и, уже дома, сверяя снимки, узнавал личности. Последнее доставляло ему наибольшее количество хлопот. Приходилось обзванивать разные агентства, ходить по архивам и просто стучать в двери людям, чтобы выяснить, как зовут того или иного мужчину и чем он занимается. На всякий случай Рохан писал и количество членов их семьи, вдруг данная информация могла оказаться полезной. Благодаря той, первой, дюжине фотографий, он сумел отсеять сразу двузначное число подозреваемых. Рохан собирал плоды своего труда в специально купленный альбом, куда отправилась и сделанная исподтишка фотография Джотаро в качестве некого охотничьего трофея. Рядом с каждым снимком мангака бережно клеил бумажку, на которой мог писать всю собранную информацию. Так, под фотографией Джотаро, ради примера, он написал следующее:       "Куджо Джотаро. Океанолог в СПВ. Семья: дед, дядя и родители (предположительно)."       Тем не менее, многие фотографии оставались неподписанными. У Рохана от этого возникало неприятное чувство незавершённости, что приносило ему чуть ли не физический дискомфорт. А это чувство было у него самым нелюбимым.       Но, как он и предполагал, вынужденный отпуск от работы над Розово-Чёрным Мальчиком ограничивал его в возможных занятиях, так что данное расследование было для мангаки самой настоящей отдушиной, и он чувствовал, что делал правое дело.       'Здесь проходит столько людей. Каждое утро тысячи едут на работу. Мне просто нужно обращать внимание на тех, кто подходит под описание Киры Йошикаге, которое мне дал Джотаро…' – думал Рохан, прильнув глазом к камере.       Пару дней назад, примерно в это время, на него напал вражеский стенд, и практически смог украсть у мангаки его Heaven's Door. Хозяином был обычный на вид мальчишка, разве что дыра в щеке было малость странноватой, но в последнее время в Морио и не такое увидишь. Он просто хотел играть с мангакой в "камень-ножницы-бумагу", и даже способность Рохана не смогла различить в нём обладателя стенда. К счастью, благодаря умелому использованию ослабленного Heaven's Door, а также редкостному обаянию, умению убеждать и крупице удачи, Рохан смог выйти из сложившейся ситуации. Однако ему пришлось взять без разрешения чужого младенца и использовать на нём свой стенд, чуть не потеряв при этом того же младенца. Благо, Джозеф Джостар быстро нашёл пропажу, и на Рохана не пало никаких подозрений. Разумеется, этого мангака никому рассказывать не собирался.       К полудню Рохан вернулся домой и, поставив мятный чай завариваться, поднялся на третий этаж своего дома, чтобы проявить полученные фотографии. Сняв уже высохшие снимки и повесив новые, Рохан спустился обратно на кухню. Там он налил себе успевший настояться чай, включил радио, и, покрутив ручку в поисках канала с расслабляющей музыкой, наконец поймал нужную частоту. Усевшись за стол и подогнув под себя ноги, он принялся рассматривать получившиеся снимки, избавляясь от бракованных и аккуратно откладывая в сторону те, которые на его взгляд могли пригодиться. Несмотря на то, что, по словам Джотаро, у разыскиваемого ими мужчины были чёрные волосы, Рохан не возлагал на это больших надежд и уделял больше внимания росту и весу. Волосы спокойно можно перекрасить, но вот рост свой человек изменить не мог. Таким образом, круг подозреваемых, конечно, расширялся, но нельзя было пропускать людей только из-за такой незначительной детали, как цвет их волос. На данный момент у него было около пятидесяти подозреваемых, но этот список сократился после допроса некоторых из них с помощью Heaven's Door. Надписи под фотографиями мангака делал каллиграфическим почерком, как для собственного успокоения, так и на тот случай, если альбом придётся кому-то передать, и занимался он этим монотонным и кропотливым трудом размеренно, медленно, будто бы читая мантру. Рохан всегда погружался в транс, когда занимался какой-либо работой. Вид же этого транса зависел от её содержания. По непонятной ему причине, выслеживание серийного убийцы требовало душевного спокойствия. Возможно, именно из-за ужасающей природы этого занятия.       У Рохана уже вошло в привычку трудиться над фотографиями до двух-трёх часов дня, затем обедать, снова идти на станцию Морио и наблюдать за людьми, возвращающимися с работы после пяти вечера. Таким образом, он мог делать больше снимков, а затем сопоставлять их с утренними. Но сегодняшний день был другим, ведь примерно в полвторого дня Рохан услышал стук в дверь.       'Зачем мне вообще звонок на двери, если никто в него не звонит?' – раздражённо подумал мангака. Подойдя к двери, он взглянул в глазок и вздохнул. Ну как никто. Именно Куджо Джотаро не был в курсе, как устроен сложный механизм звонка. Это его просто не заботило. Рохан открыл дверь.       – Добрый день, Джотаро-сан, – наигранно-дружелюбно поздоровался мангака. – Что-то случилось? Я могу вам чем-то помочь?       Он осмотрел своего гостя. Джотаро выглядел ещё более взбудораженным, чем во время своего прошлого визита. Его руки были вытянуты вперёд, будто он держал что-то на них, но там ничего не было…       – Всё в общем-то нормально, Рохан, но… Мне и правда нужна твоя помощь.       Довольно необычное поведение для Куджо Джотаро, поэтому у Рохана от любопытства заблестели глаза.       – Разумеется, Джотаро-сан, проходите. Что случилось?       Он прошёл в гостиную, всё ещё держа руки перед собой и странно на них поглядывая. Рохан не понимал, к чему было это всё.       – Джотаро-сан… на вас действует вражеский стенд? – озвучил он свою первую догадку.       – Что? – на секунду растерялся Джотаро, но, поймав взгляд Рохана на своих ладонях, тут же опомнился. – А, нет. Просто… старик решил меня помучить, вот и всё, – он заскрипел зубами. – Видишь что-нибудь у меня в руках? Конечно, не видишь. Там невидимый ребёнок. Девочка. Дед собирается её удочерить, так как даже фонд Спидвагона не может найти её мать. У него сегодня важная встреча с людьми фонда, и он попросил меня "посидеть" с ней. В общем, где-то через час после того как дед ушёл, она стала невидимой… Так что да. Мне нужна твоя помощь.       'Вот дерьмо. Это тот самый младенец, которого я чуть не потерял, сначала использовав Heaven's Door. Если Джотаро узнает, то снова слетит с катушек.' – Рохан почувствовал как внутри него начало нарастать напряжение. Но в то же время он не имел права его показывать. – 'Так, успокойся. Джотаро никак не может об этом узнать, девчонка пока не умеет разговаривать. Поэтому мне нет причин волноваться. Но… чёрт, мне совсем не нужен такой риск. Надо бы его как-нибудь поскорее выпроводить…'       – Джотаро-сан, я, конечно, говорил вам приходить в любой момент, но… при всём уважении, мне никогда не доводилось иметь дело с младенцами! Да и не люблю я их! Я правда не могу ничем вам помочь! – мангака ошарашено смотрел на руки Джотаро. От них исходил звук, напоминающий тихое дыхание. Там и правда кто-то был.       – Я тоже ничего не умею! – тут же практически в тон ему признался Джотаро. – У меня настолько мало опыта обращения с ними, что я вообще не представляю, что мне делать! Дед, наверное, думал, что у меня его больше, но… я совсем бесполезен, – он и правда беспомощно смотрел на свои руки.       Рохан грустно вздохнул.       – Джотаро-сан, мне правда ужасно жаль вас в сложившейся ситуации, но… Почему именно я?       – Дети в школе, да и не очень хорошо просить детей приглядывать за младенцем. К тому же дед сказал, что, когда он потерял её на улице, ты помог в поисках. А, значит, ты знаешь о её существовании и способностях стенда. И ещё ты самый адекватный взрослый человек в этом безумном городке. А это многое о нём говорит.       – Я даже не знаю, я должен сейчас оскорбиться или поблагодарить вас за комплимент, – немного надул губы мангака.       – Мне как-то всё равно, просто… сделай её видимой. Пожалуйста? Это поможет.       'Пожалуйста? Куджо Джотаро сказал пожалуйста? Я не ослышался? Откуда столько вежливости? Видимо, он совсем отчаялся вернуть её в обычный вид. Для Heaven's Door просьба-то элементарная, но Джотаро слишком многое о себе возомнил. Этого недостаточно. Нужно выжать ещё,' – подумал Рохан, подперев подбородок правой рукой и придерживая её локоть левой. Он чувствовал контроль над ситуацией и, желая посильнее задеть Джотаро, скривил недовольную гримасу и ехидно обратился к непрошеному гостю.       – Вы просите меня использовать Heaven's Door? А разве это не "ужасающая мерзкая способность"? – передразнил Рохан его манеру речи. Он не забыл, как Джотаро его назвал. Мангака уже не держал на него столь сильную обиду, но Кишибе Рохан никогда не упускал возможности показать людям, насколько они неправы. Особенно когда на крючок попадалась такая большая и опасная рыба.       – Да, прошу, – нехотя подтвердил Джотаро. – Давай так, у твоего стенда есть поистине ужасающие применения, но его можно использовать и для чего-то хорошего.       – Вы извиняетесь? – с довольной улыбкой уточнил Рохан.       – Твою мать, Кишибе! Нет, я не извиняюсь, я ищу компромисс! – злобно гаркнул Джотаро, и малышка заплакала. Мужчина тут же округлил глаза. – Чёрт. Это плохо. Сделай её видимой, Рохан!       – Ладно. Ладно. Я всё равно больше не вынесу этот звук. Heaven's Door!       Из ниоткуда появились листы бумаги, и девочка вскрикнула. Выхватив ручку, Рохан быстро написал "Я всегда буду видимой в присутствии Куджо Джотаро и перестану плакать от услышанного мной только что громкого крика". Когда он закончил, девочка, чью крохотную ручку Рохан превратил в книгу, и правда стала видимой, но плакать не перестала.       – Фух, наконец-то, – Джотаро с облегчением выдохнул. – Спасибо, Кишибе. Кажется, она достаточно сильно привязалась к старику, но не ко мне.       – Всегда пожалуйста. И сколько же времени вы должны за ней следить? – мангака попытался ненавязчиво намекнуть Джотаро, что тому пора уходить из его дома, но тот, видимо, намёков не понимал.       – Часов до шести-семи, – невозмутимо ответил он. – И, я думаю, нам больше не стоит использовать на ней твой Heaven's Door, ей как-то не понравилось. Она всё плачет, несмотря на то, что ты написал, может быть, ей было больно или что-то вроде того.       – А вы не могли бы… успокоить её? Я хотел побыть в тишине, – Рохан всё больше и больше заводился.       'Почему я вообще должен терпеть ребёнка?! Почему Джотаро не оставит меня наконец одного?! Вот и поработал в спокойной обстановке, называется…'       – Знал бы я как – обязательно, Кишибе. У тебя есть идеи? – Джотаро заметил, как Рохан демонстративно от него отвернулся и тяжело выдохнул, принимая поражение. – Пожалуйста, Рохан. Я… буду тебе должен.       'Вот так-то лучше,' – с трудом сдерживая довольную улыбку, Рохан повернулся обратно.       – Как бы мне ни были неприятны дети, но мне доводилось исследовать уход за ними для моей манги, так что у меня есть несколько советов. Итак, во-первых, вы её уже неправильно держите. Вам следует приблизить руки к груди, прижать их друг к другу и положить её головку на ваш локоть, держа саму девочку обеими руками. Да, примерно так, – похвалил Рохан, когда Джотаро повторил его инструкции. – А теперь… нужно качать и напевать ей что-то, говорят, помогает, – он пожал плечами.       Джотаро начал делать руками непонятные сильные движения, продолжая смотреть на ребёнка, как на инопланетное создание. От его усилий малышка стала плакать ещё больше.       – Господи. Я же сказал качать, а не трясти! – Рохан хлопнул ладонью себе по лбу. Плач всё больше и больше действовал ему на нервы, отчего на виске у него начала пульсировать вена. – Знаете, что? Дайте её сюда. Я сам попробую.       Джотаро быстро передал Рохану ребёнка и опять с облегчением выдохнул. Мангака, чрезмерно раздражённый, начал медленно качать малышку и напевать мелодию, которую до этого слышал по радио. Его движения были плавными, голос нежным, и вскоре девочка успокоилась. Казалось, даже Джотаро расслабился: он сел на диван, поставил рюкзак на пол и стал внимательно следить глазами за Роханом, изящно кружившим по комнате под свою мелодию, будто бы танцуя. По их общим ощущениям, прошло не менее получаса, до того момента как девочка, мирно засопев, наконец заснула у него на руках.       – Она спит, – одними губами произнёс Рохан. – Я пойду положу её в спальню на первом этаже.       Джотаро кивнул. Рохан, осторожно покинув комнату, использовал Heaven's Door, чтобы тот открыл для него дверь в гостевую спальню, и положил малышку на кровать между подушек так, чтобы она случайно не упала. На цыпочках Рохан покинул комнату и вернулся в гостиную.       – Ну, с этим разобрались, Джотаро-сан, – чрезвычайно гордясь собой, объявил он. – Пока что она спит.       – Да у тебя талант, – хмыкнул мужчина. – Будто бы ты раньше уже этим занимался. Я точно в долгу перед тобой, хоть я ещё обязательно об этом пожалею.       – С ума сойти, какой вы наблюдательный, – наигранно удивился Рохан. – Я вообще человек весьма талантливый. И, разумеется, вы у меня в долгу. Но, к сожалению, мы ещё не закончили. Конечно хорошо, что она заснула, но мы не знаем на сколько, – он взглянул на свои наручные часы и от удивления широко раскрыл глаза. С момента прихода Джотаро прошло всего пятнадцать минут. Этот день обещал быть долгим.       – Да, ты прав. Ну, мы услышим, если она начнёт плакать. Я пока что тут посижу и поработаю, не обращай на меня внимания, – Джотаро закинул ногу на ногу и достал из кармана пальто маленькую записную книжку. – Да где же… – продолжая ощупывать пальто, пробормотал он себе под нос. – Я их забыл? Чёрт, главное, чтобы не потерял… – перестав шарить руками по карманам, он раздосадованно цокнул языком и, открыв блокнот, начал что-то в нём писать.       Мангака, решив, что если Джотаро что и потерял, так это остатки совести, теперь не знал, как ему следует себя вести, ведь он никогда не любил принимать у себя дома гостей, предпочитая этому одиночество. Поэтому не обращать внимания на присутствие Джотаро он просто не мог.       Недовольно вздохнув, Рохан вернулся на кухню. Громко отодвинув стул и плюхнувшись на него, он навалился на стол, резкими движениями рук сгребая разбросанные по нему снимки. Он начал было их сортировать, но вскоре сдался, ведь его сильно отвлекал скрип чужой ручки. Раньше Рохану не доводилось работать вместе с кем-то в одной комнате, и сейчас ему это тоже совершенно не нравилось. Проклиная дизайн своего дома с его объединённой кухней и гостиной, Рохан откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди, надул губы и громко вздохнул. Он надеялся, что Джотаро обратит внимание на его раздражение, но тот был абсолютно глух к любым намёкам и даже не поднял головы от своего блокнота. Рохан снова томно вздохнул и решил всё же заставить себя поработать.       Спустя пару часов неплодотворной для Рохана работы, они оба услышали плач.       – Да твою же мать… – Джотаро звонко захлопнул записную книжку и взял с пола рюкзак.       – О боже… Я бы сказал, в какой она комнате, да вы и без меня прекрасно слышите, – скривил лицо Рохан.       Джотаро нехотя встал с дивана и пошёл в комнату, из которой доносился пронзительный плач. Примерно через минуту Рохан услышал ещё один крик, но уже не детский.       – КИШИБЕ! БЫСТРО СЮДА!       Рохан взглянул на потолок и грустно вздохнул. Он поднялся и подошёл к комнате.       – Что вы… Фу! – мангака и сам по резкому запаху понял, что произошло.       – Кишибе… Ты знаешь, как менять подгузники? – Джотаро, склонившийся над ребёнком и расстегнувший её памперс, выглядел если не напуганным, то, по крайней мере, точно сбитым с толку.       – За что? Что я сделал в прошлой жизни, чтобы заслужить такое? – простонал Рохан, устремив взгляд в потолок.       – Да ты и в этой достаточно сделал. Просто… помоги мне. Я примерно знаю, что делать, но один не справлюсь, – Джотаро взглянул на надувшего губы мангаку, застывшему в дверном проёме. – Рохан, хватит уже там стоять, мне говорили, что ты паука съесть можешь, так что это вообще тебя волновать не должно. Давай, иди сюда, чем быстрее сделаем, тем лучше.       Рохан заскулил, но приблизился.       – Вообще-то я их не ем, а просто проверяю вкус, – зло пробубнил он себе под нос.       – Ага, конечно, как скажешь. Держи здесь…       Вдвоём они медленно привели девочку в порядок и начали надевать новый подгузник. Этот процесс был для Рохана в новинку, он старался слушать тихие бурчания Джотаро и следить за его движениями, пока их руки случайно не соприкоснулись. Когда Рохан закреплял подгузник, его ладонь оказалась поверх руки Джотаро, и тот, передёрнувшись всем телом, отдёрнул руку, как от огня. Наверное, он не любил лишние прикосновения, и Рохан это даже… по-своему понимал. Однако… Кожа на тыльной стороне ладони Джотаро была очень грубой. И на то должна была быть причина. Как мангаке, Рохану хотелось это выяснить, возможно даже вновь коснуться, но сейчас было совершенно не до этого. Как бы интересен ни был этот материал, придётся подождать. Рохан зацепил памперс и посмотрел на плачущего ребёнка.       – И почему она всё ещё плачет? – спросил Джотаро, вытирая руки влажной салфеткой.       – Может, она проголодалась? – пожал плечами Рохан, принимая от Джотаро салфетки.       – Вы принесли еду? Детское питание я готовить не умею.       – А, да, точно. Сейчас, – он присел рядом с рюкзаком и достал из него бутылочку. – Вот. Дед приготовил это до того, как ушёл, чтобы я её покормил.       'Ну так корми!' – хотел воскликнуть Рохан, но сдержался, зная характер Джотаро. Он злобно выхватил из его рук бутылочку и повернулся к ребёнку.       – Идите выбросьте то, что мы использовали. Я разберусь.       – Хорошо. Спасибо.       Джотаро вышел из комнаты, и Рохан аккуратно поднял малышку на руки, чтобы накормить. Он боролся с желанием использовать на ней Heaven's Door, чтобы облегчить себе задачу, но, помня свой уговор с Джотаро и прекрасно зная, что бывает, если его ослушаться, решил этого не делать.       – Так, маленький демон, – Рохан приблизил к ней бутылочку. – Ешь.       Девочка продолжала плакать и снова начала становиться невидимой, вместе с руками Рохана.       – Вот чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт. ДЖОТАРО-САН!!! – испугано крикнул Рохан, обернувшись к двери.       Тут же послышались громкие шаги, и Джотаро ворвался в комнату.       – Что случилось?! Чего ты кричишь?!       Ребёнок вернулся в обычное состояние, как и руки Рохана.       – Ох, слава богу. Помните, что я написал? Она видима, только когда вы поблизости.       – А, точно, забыл. Когда она напугана, она может делать и другие предметы, например твои руки, невидимыми.       – Спасибо. Очень полезная, а главное – своевременная информация, – ядовито огрызнулся Рохан.       'Нормальные люди о таком сразу предупреждают. Мог бы и это тоже записать, дырявая твоя башка. Авось, вспомнил бы,' – гневно добавил он про себя, но затем вновь попытался накормить ребёнка.       – Не получается, почему у меня ничего не получается?! – в отчаяньи воскликнул Рохан, всё же теряя последнюю каплю терпения.       – Она не будет есть, пока плачет.       – Ой, да что вы такое говорите, – саркастично заметил Рохан, и Джотаро опустил взгляд в пол.       'Спокойствие, Рохан… Ты получаешь опыт,' – сказал мангака сам себе, снова начиная качать малышку в руках и напевать мелодию. – 'Подумай немного, почему же она не ест…? Может, еда слишком холодная?'       Джотаро так и стоял на входе в комнату, сразу за дверным проёмом, в котором он со своим ростом не помещался. Он, как и в прошлый раз, завороженно следил за грациозными движениями Рохана, который, сдув со лба выбившуюся из-под повязки прядь волос, подошёл к нему и протянул бутылочку. Сначала Джотаро вопросительно взглянул на парня, но, поймав недовольный его несообразительностью взгляд, принял её из его рук.       – Её нужно подогреть, и на кухне есть плита, в кастрюлю воду набери, бутылку в воду положи, – нараспев сказал Рохан, проклиная "навыки" и осведомлённость Джотаро в происходящем и стараясь не спугнуть успокаивающуюся девочку. – Главное – не переборщить, ну и дом мне не спалить, минут десять подождав, бутылку можно доставать, главное вам всë сделать так, чтоб без ожогов, вы ж…       – Да понял я! Поэт херов… – огрызнулся Джотаро. Рохан с трудом поборол внезапно возникшее желание его пнуть, но Джотаро и сам исключил такую возможность, выйдя из комнаты. Рохан ещё некоторое время гневно смотрел на закрывшуюся за мужчиной дверь.       'Можно подумать, это именно меня заставили сидеть с ребенком. И после всей моей помощи, оказанной исключительно по доброте душевной, после всех стараний – этот кретин смеет огрызаться! Да ещё и не в ритм колыбельной, а девчонка только начала успокаиваться! Впрочем…' – тут Рохан ухмыльнулся. – 'Мне чертовски приятно наблюдать, как он вынужден плясать под мою дудку. Удивительно, что может сделать с человеком осознание собственной беспомощности.'       За время отсутствия Джотаро Рохан, снова успев разозлиться, успокаивал себя тем, что придумывал в его адрес не менее сотни новых обзывательств, ведь ждал он ни разу не десять минут. Зато девочка уже совсем мирно лежала у него на руках и внимательно рассматривала серьги мангаки, постоянно подскакивающие от того, что тот каждые две секунды поворачивал голову, поглядывая в сторону двери. Малышка смеялась и протягивала к нему свои ручки, что Рохан старательно игнорировал. Когда он уже собрался выйти из комнаты и проверить, осталось ли от его кухни хоть что-то, в комнату вернулся Джотаро, заметно уставший, и, нарочито небрежно, но с плохо скрываемой и читаемой даже на его обычно непроницаемом лице гордостью, протянул мангаке бутылочку. Тот, взглянув на его ужасно покрасневшие руки, приготовился к тому, что она окажется слишком горячей, но, о чудо! она была нормальной температуры, в отличие от пальцев самого Джотаро, которые были, на удивление, ледяными. Теперь понятно, почему его так долго не было: сначала он перегрел бутылочку, а потом ему пришлось её остужать. Джотаро всё с тем же выражением лица вернулся на свою предыдущую позицию у входа в комнату, а Рохан тяжело вздохнул от осознания его бестолковости. Мало того, что он надолго пропал, так ещё и не додумался открутить верхнюю крышку бутылки. Рохан, кое-как обхватил её ртом, зубами открутил крышку и сплюнул её в сторону двери, в душе надеясь попасть в Джотаро.       – Ну же, чертёнок, ешь. Вырастешь большой и сильной, как твои приёмные брат и племянник. Но, возможно, ещё к тому же и умной, – нежным голосом, но с издевательской улыбкой ворковал Рохан.       – С огнём играешь, Кишибе, – прошипел сквозь стиснутые зубы Джотаро.       – Вот та-а-ак, молодец. Милая, спокойная девочка, хоть и потрепала мне нервы… А так сразу и не скажешь, что ты им не родная, да?       – Я сделаю вид, что не слышу тебя, ради твоего же блага.       Рохан расплылся в ехидной улыбке и, всё же накормив малышку, кинул бутылочку в том же направлении, что и сплюнул крышку. Джотаро резким движением её поймал и, с отвращением на лице бубня что-то про то, что не подписывался трогать облизанные Роханом вещи, поднял с пола крышку и закинул всё обратно в рюкзак. Рохан, уже в более приподнятом настроении, укачал малышку, и та снова заснула.       Уложив её на прежнее место, они вдвоём тихо покинули комнату, вымыли руки и вернулись в гостиную. Рохан сел на диван и, широко раскинув руки и ноги, закинул голову на его спинку.       – Если нам повезёт, и она не проснётся в течение следующих пары часов, то всё закончится, – сказал Джотаро, рухнув в кресло.       – Клянусь, я никогда не заведу детей, – устало растягивая слова, выдохнул Рохан.       – Прекрасно тебя понимаю… – так же устало протянул Джотаро, спрятав глаза под козырьком кепки.       Какое-то время они сидели в тишине, нарушаемой только их тяжёлым дыханием. Рохан не мог не ценить в Куджо Джотаро одну вещь – он не пытался завязать бессмысленные разговоры ни о чём, умел наслаждаться тишиной. Именно это и привлекало Рохана в общении с более взрослыми людьми. Их опыт и собранность. Хотя и это было редкостью.       Рохан перестал следить за временем, наслаждаясь созданной между ними атмосферой, пока зазвонивший телефон не нарушил эту идиллию.       Джотаро потянулся к рюкзаку и достал оттуда свой телефон.       – Куджо Джотаро слушает. Да. Всё в порядке, она спит. Нет, я не в отеле, я дома у Кишибе Рохана. К северу от отеля, громадный трёхэтажный дом, не пропустишь. Да, подожду здесь, – он повесил трубку и взглянул на мангаку. – Это был дед. Он подъедет сюда и заберёт ребёнка минут через пятнадцать. Фух, честно говоря, я бы чего-нибудь выпил.       – Боже, где мои манеры? – Рохан хлопнул ладонями по коленям и сразу поднялся на ноги. – Я правда вам так ничего и не предложил? Извините, Джотаро-сан. Что бы вы хотели? Чай? Кофе?       Эта вежливость уже не была наигранной. Он и вправду больше не злился на Джотаро за то, что тот пришёл, и даже чувствовал себя слегка неловко за своё невежливое к нему отношение. Пускай опыт был и не из самых приятных, но всё же достаточно применимый в написании манги, да и Джотаро показал себя с новой для мангаки стороны. Более настоящей и живой.       – А покрепче ничего нет?       – Эм… Шампанское, вино, виски… – Рохан принялся перечислять алкогольные напитки, которые получал по почте от фанатов или различных издателей и хранил в качестве коллекции.       – Виски пойдёт.       Слишком банально для "сильного невозмутимого мужчины", даже скучно. Рохан сходил к кухонной стойке, достал оттуда бутылку и два бокала, принёс их в гостиную и поставил на кофейный столик перед диваном. Он неумело открыл бутылку и налил напиток в оба бокала.       – Ты тоже будешь пить? Тебе вообще сколько лет? – с сомнением спросил Джотаро, оценив навыки Рохана по открытию бутылки.       – Мне двадцать, с этого года официально можно, спасибо за беспокойство, Джотаро-сан, – саркастично поблагодарил его мангака и взял в руку бокал.       – Выглядишь младше. Ладно, допустим, я тебе не мать. Ты хоть виски раньше пробовал?       – К-Конечно, – соврал Рохан, отводя взгляд, но Джотаро видел его насквозь.       – Аккуратнее, в первый раз бывает жестковато.       – Очень двусмысленно, Джотаро-сан, – ухмыльнулся Рохан, и Джотаро закатил глаза.       – Яре яре дазе…       Рохан поднял свой бокал.       – Что ж, поднимем тост за то, что мы успешно не убили ребёнка!       Джотаро кивнул головой и тоже поднял бокал. Чокнувшись, Рохан сделал глоток и сразу же закашлялся. Алкоголь обжигал его горло, он и не знал, что именно так себя чувствует человек, когда выпивает что-то крепкое.       – А я тебя предупреждал, но ты меня не послушал. Как и всегда, – Джотаро залпом опрокинул в себя всё содержимое своего бокала. – Нужно медленнее.       Рохан сделал ещё один глоток поменьше.       – Очень горько, – он скривил лицо. – Зачем такое пить?       Джотаро на секунду задумался.       – Хм, хороший вопрос. Не знаю, – он налил себе ещё один бокал и задумчиво посмотрел на его содержимое. – А сам-то ты знаешь, зачем сейчас пьёшь? Причины разные.       Рохан тоже задумался, сосредоточено уставившись в бокал, будто надеясь увидеть там ответ. И правда, зачем он пил? Просто чтобы показаться старше в глазах Джотаро или получить опыт? Вот Джотаро, вероятно, пил, потому что устал от непривычной ответственности и хотел отвлечься, забыться. Вроде бы, чаще всего алкоголь пьют именно по этой причине. С ним-то понятно, но есть ли ещё какие-то иные весомые причины у самого Рохана? Других причин у него точно не было… Ну, может, ещё чтобы его не считали слабаком.       Джотаро, не дождавшись ответа, понимающе хмыкнул и, сделав бокалом жест в сторону Рохана, продолжил попивать свой виски.       Звонок в дверь раздался как раз к тому моменту, как мангака еле-еле домучил свой и так изначально налитый всего наполовину бокал и начал чувствовать небольшое опьянение.       – Это, должно быть, дед, – сказал Джотаро и, хлопнув себя по коленям, поднялся с дивана. Он вышел в прихожую и, подойдя к двери, открыл её.       – Джотаро! Рад тебя видеть, – донёсся из прихожей жизнерадостный хриплый голос. – Я приехал сюда так быстро, как мог. Мы ещё немного потерялись в поисках этого дома, хоть он и громадный. Где Шизука? Ты же её не убил, правда?       – Спит вот в той спальне, – произнёс в ответ Джотаро. Рохан же, чувствуя лёгкое головокружение, решил не подниматься с дивана и налил в оба бокала ещё виски.       – Отлично-отлично, – снова послышался старческий голос. – Теперь я её заберу. Но сначала хотел бы поздороваться с хозяином дома.       – Он там.       В гостиную заглянул старик. Джозеф Джостар, сразу признал его мангака, пусть и был нетрезв.       – Кишибе Рохан-кун, рад встрече! – он пересёк порог комнаты и помахал рукой. – Спасибо, что помог моему неумелому внуку присмотреть за Шизукой. Видишь ли, он очень плох в обращении с детьми, хотя казалось бы… – рассмеялся Джозеф.       – Дед! – повысил свой голос Джотаро и, обогнув старика, грозно посмотрел ему в глаза.       – Прости, прости. Молчу. Но, видимо, ты не настолько безнадёжен в роли отца, как сам про себя думал.       – Джостар-сан, добрый вечер. Ваш внук думает правильно, ведь большую часть работы делал я. Всегда пожалуйста, – Рохан привстал со своего места и почтенно поклонился Джозефу, слегка пошатнувшись от резкой смены положения.       – Ах вот как? Ну, я не удивлён. Спасибо, Рохан. Я пойду заберу малышку.       Джозеф развернулся и, шаркая ногами, медленно поплёлся к комнате. Джотаро же, повернувшись к плюхнувшемуся обратно на диван Рохану, принялся прожигать его испепеляющим взглядом. Рохан даже не заметил, как тот пытался в нем прожечь дыру, продолжая спокойно развалившись, сидеть на диване. Прекратил Джотаро свои попытки поймать его взгляд только тогда, когда Джозеф, держа на руках ребёнка, снова вернулся в гостиную. Старик бросил взгляд на стоящую на столе бутылку виски. Джотаро, проследив за этим взглядом, подошёл к столу и ответил на немой вопрос.       – Мы только начали. Не думай, что мы здесь всё время пили.       – Ладненько. Ладненько. Развлекайтесь, дети, – очень медленно произнёс Джозеф и закрыл за собой дверь с обратной стороны.       – Дед, подожди! – Джотаро вытянул руку, но услышал, как хлопнула уже и главная дверь, и, опустив руку, покачал головой. – Чёртов дед. Устроил мне адовый денёк. Можно я допью перед выходом? – Джотаро указал пальцем на свеженалитый Роханом бокал. – Лучше потом один пешком дойду, чем в сотый раз слушать одни и те же анекдоты.       – Да, конечно, Джотаро-сан. Пусть этот тост будет за то, что мы наконец избавились от ответственности за ребёнка.       – Точно. Кстати, Рохан, прежде чем мы выпьем. Спасибо тебе. И… – Джотаро сел обратно на диван и, после недолгих раздумий, вынул что-то из кармана. – Возьми эту карточку.       Он протянул Рохану интересного вида картонную карту, похожую на визитку. Она была заламинирована, но на ней были написаны имя Джотаро и его номер телефона. Вроде бы, тот же, что и был до этого, если Рохана не подводила память.       – Зачем, если вы уже дали мне свой номер телефона? – спросил Рохан, переводя недоумевающий взгляд на океанолога. – У меня ещё осталась та бумажка.       Джотаро на секунду закрыл глаза, подавляя в себе желание повысить голос.       – Потому что я так сказал. Она красивее. Просто возьми и перестань задавать тупые вопросы. И если что-то случится – сразу звони.       Рохан взял карточку в руки и изучил поближе. Номер и имя были написаны почерком Джотаро, Рохан его уже запомнил. Сложноразбираемые неровные буквы и цифры, будто написанные впопыхах. Карта была нежно-голубого оттенка. Как его называют? Ах да, аквамарин. Будто бы карта была сделана специально под самого Джотаро. Также на ней стоял штамп с логотипом, на котором красовались три буквы – СПВ. Рохан положил эту визитку в карман и сделал новый глоток виски, в этот раз побольше, взглянув на второго мужчину в комнате. Он всегда был таким красивым?       – Ох-х, у меня кружится голова, – свободной рукой Рохан схватился за свой лоб, выбивая несколько прядей волос из-под повязки.       – Ты совсем пить не умеешь, – хмыкнул Джотаро, допивая свой виски.       – Что это вы такое говорите… Я вам сейчас покажу! – Рохан встал с дивана и махом выпил всё содержимое своего бокала.       Последнее, что запомнил падающий на пол Рохан – это крик "Нет, Рохан, стой!" и вскочившего с дивана Джотаро, протягивающего к нему свою руку в тщетной попытке поймать.

You can never hurt someone who's already torn open

You can never save someone whose soul has this erosion

But if you keep a part of me as your little token

Take my heart before I throw it away

Please, take my heart before I throw it away**