Часть 9
19 октября 2022 г., 19:00
Зима. Для такой поры в Корее не к месту метёт снег большими хлопьями, под толстым слоем согревая замёрзшую землю. Всего четыре часа дня, но уже властвуют сумерки. Синева тёмного неба перемешалась с грязным серым, и все улицы приобрели синеватый отлив в позднее время. Сегодня выходной, но на улице никого нет, скорее это из-за того, что весь день пасмурно, и громоздко метёт с самого утра. Тэхён сидит у окна на широком подоконнике, на который расстелил узорчатый коричневый плед. Сам облачен в свитер с бело-голубым узором и джинсовые белые шорты. Тэхён не помнит, когда это началось, но для него имеет большое значение, какую одежду он носит. Самое интересное, что это никак не связано с красотой одежды или тем, как прекрасно он сам выглядит, приодетый в неё; важно только то, что атмосфера одежды соответствует настроению природы, вышедшей на прогулку с определённым настроением.
Сейчас в комнате нет освещения, во всём доме темно, единственный проводник в свет — это свечка в маленькой баночке с лесными ароматизаторами. Тэхён по-прежнему живёт с отцом в городе. Тот приходит домой привычно лишь поздними вечерами, оттого парень позволяет себе днями напролёт проводить время в темноте: она неплохо помогает поразмыслить на различные темы в такой глубокой степени, в какую только Тэхён может погрузиться. И вот теперь, прижавши коленки к груди и обняв их, Тэхён смотрит в окно — второй единственный источник света в его комнате — видит снежную россыпь на дороге и лужайке, видит, как некоторые дома так же пустуют в темноте, точно как его; а какие-то ярко светятся желтоватыми отблесками из окон, всё-таки в такой хмурый день не многое было бы видно в четырёх стенах.
Тэхёну нравится такая погода. В последние месяца она здорово помогает отвлечься от собственного хаоса в мыслях. Как-то это странно работает: если рядом всё тихо, то в голове начинается целый базар неуспокоенных мыслей, но если кругом то и дело что какой-то беспорядок, то мысли как-то проясняются, а в голове властвуют тишина и пустота. Приятное и расслабляющее чувство пока что навещает Тэхёна только в такие непростые деньки. Тэхён с улыбкой встречает их и впускает в своё пространство, наливая горячее какао и зажигая свечку на том же подоконнике. На душе так спокойно и тихо, ни единой помехи в закоулках мыслей. Только Тэхён, воющий ветер, трескающая время от времени небольшая свеча и, разумеется, пар, льющий тонкой струёй из горячего напитка.
Тэхён делает глоток из чашки и ставит её обратно на блюдце, отчего та слегка звенит. Он снова устремляет взор на улицу, которую с любовью называет "змейкой": дома построены так, что улица выходит очень узкой, небольшой тротуар для людей и одна дорога, по которой сможет проехать единственная машина и только в одну сторону. Для удобства сделаны лишь повороты в другие "змейки". Окна двухэтажных коттеджей направлены друг на друга так же, как и главные двери. Отделяют участки домов от главной дороги железные калитки напротив дверей и каменные невысокие стены по бокам и позади каждого дома. Тэхёна, в сущности, устраивает такая теснота, в ней есть своё очарование. Например, такие размеры позволяют почувствовать себя защищённым и скрытым от остального мира, словно Тэхён в своём собственном маленьком мирке. Однако такая страсть к уединению в последнее время немного пугает: раньше ему было комфортнее среди людей, а сейчас только и делает, что ищет чего-то укромного.
С того момента, после разговора у школьной стены, между Тэхёном и Юнги были нелады лишь поначалу. Неловкие приветствия в начале дня и такие же странные прощания после. Смущение и едва ли тайные взгляды со стороны Юнги и игнорирование этого Тэхёном продолжались от силы недели две. После этого обоим надоело отдалённое чувство и непонятное от чего смущение, ведь между ними ничего толком не изменилось после признания, помимо того, что один был честен, а другой — нет. Наверное, первым это понял Тэхён, поэтому как-то в начале учебного дня всё же подбежал и почти что налетел на Юнги, чтобы просто так крепко обнять его, а затем с широкой улыбкой произнёс: "Спасибо тебе, Юнги... Может, как-нибудь в кино сходим? Мы вместе ведь никуда толком и не выходили". После этого, точно после этого, Юнги так же расслабился, ощутил насколько же прочная между ними нить, что признание в чувствах лишь укрепило её силу. Юнги ответил: "Чур, фильм выбираю я. С тебя закуски". После этого-то всё и пошло на лад. Тэхёну показалось, что именно после этого.
Тэхён, пускай и не одобрил поступки Юнги, его страсть и дерзость, оттого что недолюбливает такое резкое начало их недоотношений, но от собственных чувств не отошёл ничуть. Просто не смог, да и навряд ли такое было бы возможно, если чувства действительно настоящие. Тэхён не разбирается в психологии, но почему-то ему хочется охотно верить в одну вещь: влюблённость — создание образа любимого и желание всегда быть именно с выдуманным образом; любовь — принятие истинного образа любимого и желание всегда быть именно с истинным образом, защищая его и заботясь о нём. Тэхёну кажется, что он прошёл через этап влюблённости, когда увидел настоящего Юнги. Первый образ был таким: умный, вспыльчивый, уверенный в себе парень с хобби, которому верен; такой Юнги не посягнёт на чужое, он слушает своё холодное сердце и глупостей не сделает, просчитывает свои шаги и точно знает, чего хочет от жизни. А настоящий оказался таким: неуверенный в своей правоте парень хотел непременно обладать в ту же секунду тем, что ему так приглянулось, такой Юнги нетерпелив, жаден, дерзок, и вполне способен посягнуть на чужое, забыв про личные границы, легко запутывается в собственных мыслях и не готов для чего-то серьёзного, где кулаки были бы неприемлемы. Но даже после созерцания Юнги Тэхён не засомневался ни на минуту, он словно прозрел, отошёл от несуществующей выдумки и влюбился ещё раз в такого искреннего честного парня, для которого сердце приготовило и полностью оформило особое место и до сих пор каждый день протирает его от пыли.
Свечка трескает, и Тэхён отрывается от воспоминаний, возвращаясь в своё уютное место, погружённое в холодные оттенки, в которых искрятся из тёплого только свеча, немного остывшее какао и плед. Это так контрастирует с воспоминаниями, буквально недавно отливавшие в мемуарах Тэхёна жёлтыми и оранжевыми цветами с коричневой примесью. Но здесь сейчас очень одиноко, тихо и холодно. Без Юнги Тэхёну холодно. Впрочем, несмотря на это он всё равно продолжает искать укромные места и гораздо больше проводит времени дома, нежели на прогулке с Юнги, допустим, на музыкальные концерты группы, на которые так сильно хотел попасть Юнги. Раньше Юнги часто тащил его на подобные музыкальные хип-хоп мероприятия, и Тэхёну правда нравилось, ему было весело, и он веселился. Но теперь же никуда они вместе больше не ходят, даже на выступления пианистов и музыкантов джаза, куда уже Тэхён тащил Юнги.
Юнги, наверное, думает, что для его чувств всё кончено, взаимности ждать не стоит. Тэхён очень боится, что из-за таких выводов Юнги всё же разлюбит его, хотя что тут сказать — это вполне ожидаемо, особенно после тех слов, что они только друзья. И скорее всего Юнги действительно всё попытается забыть, упрятать подальше, утихомирить свои чувства и переключиться c Тэхёна. Это вполне адекватный поступок любого человека с отвергнутым сердцем, и если Юнги тоже попробует выкинуть Тэ из своего сердца, спокойно поставив его под табличку "друг", то, возможно, это будет правильным решением для него. Но Тэхён всё равно не может пожелать Юнги успеха в этом деле, и навряд ли вообще попытается это сделать. Тэхён не хочет, чтобы Юнги так обходился с ним и менял столь сильные чувства на обычные. Тэхён эгоистично считает, что Юнги не должен так делать ни в коем случае. Нет. Так нельзя поступать. Юнги должен сохранить эти чувства ради... Кого? Тэхёна? Того, кто перечеркнул их отношения одной фразой?
— Юнги, пожалуйста... — Тэ прячет лицо, прижимая лоб к коленям, и чувствует, как жгуче болят глаза, а слёзы отчаяния невольно стекают по щекам.
И Тэхён боится. Это звучит из его уст так непривычно, но ему действительно страшно, что если он попросит Юнги подождать, то у того лишь быстрее пропадёт этот огонь. Если Тэхён попросит подождать, и это "подождать" продлится на несколько лет, то Юнги точно усомнится в Тэ, верно? Или если Тэхён скажет, что что-то чувствует, но хочет немного подождать, чтобы проверить, насколько их чувства окажутся крепки друг к другу, то Юнги ведь решит, что Тэхён сомневается в его искренности? И Тэхён не знает, как объяснить Юнги, что действительно хочет долгих и верных отношений, а у подростков всё частенько заканчивается через пару лет, поэтому он хочет подождать немного дольше. Как же всё это сложно. Мысли снова начали сумасшедше метаться из угла в угол. Метель затихла. Осталось только хмурое небо.
Тэхён протирает длинными рукавами собственные щёки и старается пока что не думать о плохих исходах, ведь Юнги по-прежнему, как и раньше, когда сидит рядом, то опирается на плечо Тэхёна; если они где-то в толпе, то обязательно держит его за рукав, чтобы они не разошлись ненароком; он всё так же пускает тёплые взгляды из-под ресниц, на которые Тэхён лишь делает вид, что не замечает, но на самом деле с удовольствием тает от них.
Уже почти совсем стемнело, окна каждого дома озаряются светом, уличные фонари оснащают дорогу холодным светом, и Тэхён замечает крадущуюся тёмную фигуру, одетую в чёрную одежду. Лицо человека спрятано под объёмным капюшоном. Он сначала озирается по сторонам, а затем быстро перелезает через калитку дома Тэ. У Тэхёна сердце замирает от каждого следа, который неизвестный оставляет, медленным шагом приближаясь к входной двери. Кто это такой? Не постучал по железному кольцу рядом с калиткой, не позвонил по домофону, просто перелез. Тэхёну лучше бы позвонить в полицию прямо сейчас, пока не стало хуже. На этом моменте, словно чувствуя угрозу, сгорбившийся мрачный силуэт поднимает голову, демонстрируя Тэ свою широкую и довольную улыбку. Он знает, куда смотреть.
Чёртов Чимин. Как же напугал.
Тэхён и не знает, то ли радоваться нежданному гостю с его наглым выражением лица, то ли глаза закатывать от безнадёжности каждый раз, когда без приглашения вот так является это чудо. Как же невежливо. Как же здорово! Такого сюрприза Тэхёну сейчас и не хватало. Парень неспешно допивает какао, наказывая непрошенного гостя лишними минутами мороза, и довольно идёт встречать розовую макушку (Чимин в последнее время красит волосы на выходных или каникулах, наверное, все волосы убил).
— Тук-тук! — без стука напоминает о своём присутствии гость, мёрзнущий за пределами тёплого дома.
— Сейчас-сейчас! — в голосе слышна насмешка. И он отпирает толстую металлическую дверь.
— Ты долго! Видел же, что я без шапки, да ещё и в такой мороз! — сморщил нос.
— Знаешь, я думаю, незачем людям через калитку перелезать на чужой двор. А ты что думаешь?
Чимин лишь в довольной улыбке смыкает губы.
— А мне кажется, что это чертовски полезно для здоровья. Спорт такая полезная штука, ты знал?
— Разувайся уже, — оставляет напоследок Тэхён. — Тебе как обычно?
— Да-с.
Чимин нередкий гость в этом доме. На самом-то деле, даже единственный: отец обычно встречается с друзьями в каких-нибудь забегаловках с жирной жареной едой, а Тэхён не хочет впускать "кого попало" в свой личный мир. Юнги, конечно, не "кого попало", но его хочется привести в дом только в действительно особый случай, а Чимин настолько хорошо запомнился в этом доме своей бестактностью, что без него атмосфера здесь иногда даже краски теряет, да и Тэхёну приятно чувствовать чьё-то дружеское присутствие рядом. Он даже начал иногда закупаться красным чаем и мёдом, которые так любит Чимин. Да что уж там, именно Чимин окончательно подсадил Тэ на мёд вместо белого сахара.
— Печенье будешь? С шоколадной крошкой, — уточняет Тэхён, помешивая ложкой чай с мёдом.
— Конечно. — Чимин, словно у себя дома, уже успел сгонять в уборную, включил настольную лампу в углу помещения, уселся в открытой позе за обеденный стол и ждёт, когда его обслужат — "Я же в гостях"; он даже самостоятельно без лишних вопросов выбрал место, куда повесить куртку (это были плечи Тэхёна), и сейчас Тэхён ощущает на своей спине горящий игривый взгляд.
— Хватит так делать, — посмеивается.
— Мне кажется, ты замёрз. — Возможно, даже врать себе не нужно, но Тэхён действительно замёрз, даже будучи в кофте и шерстяных носках, которые попутно надел, пока шёл встречать гостя. Немного посиневшие ногти и суховатые губы — значительный знак для тела о том, что хозяину холодно. Даже в зимних носках стопы мёрзнут, покрываются мурашками ноги; пальцы ощущает под собой горячую гладкую поверхность кружки — и это единственный источник тепла, действительно согревающий. Спасибо ещё тёплой, но по всему видимому мокрой куртке Чимина, которая сохранила и своё тепло. Мало-помалу тепло всё же возвращается к телу. — Дорогой мой Тэ, с чего бы, а? Приболел? Чем же? — Чимин нарочно удлиняет гласные в словах, чтобы придать им свою долю иронии.
— Нет, не болею, — Тэхён отвечает просто, без шуток. Шуршащими шагами подходит к Чимину и оставляет рядом две кружки горячего чая, возвращается за коробкой недавно купленного свежего печенья, раскрывает упаковку, с приятным глухим стуком высыпает содержимое в глубокую тарелку и возвращается к своему месту. Тэхён не удосуживается снять куртку — в ней слишком тепло — так и садится рядом с Чимином с верхней одеждой на плечах.
— Ты угасаешь на глазах. Вообще ко мне перестал ходить. Я все тома купил новой манхвы, месяц тебя ждал, а ты так и не пришёл. Максимум, куда мне удалось тебя вытянуть, — это улица. И то — после школы. — Чимин делает первый глоток. Тэхён всегда удивлялся такой способности как пить практически кипяток, потому что лично ему приходится ждать ещё пять минут, когда чай немного остынет. — Признавайся.
— Мне не в чем сознаться. Просто хочется дома посидеть. В тишине, — сжал плечи. В чём-то, наверное, всё-таки нужно признаться. Тэхён крепче сжимает кружку обеими ладонями. Это согревает и успокаивает.
— Врёшь. Мой Тэхён не захочет посидеть в тишине, он захочет поизучать мир, в котором живёт, и неважно, насколько тот будет шумным. В итоге единственным источником тишины будет только мой Тэхён. — Чимин в разговорах имеет привычку не смотреть собеседнику в глаза, словно вампир, просто питается реакцией жертвы, но никогда не смотрит, что происходит с телом. Он поворачивает взгляд только на самых острых моментах. — А ты кто?
— Недоделанный влюблённый?
— Чего случилося? — приподнимает брови, его глаза всё так же смотрят куда-то на тарелку с печеньем. Это так забавно, когда Чимин пародирует старую речь, которой уже и не пользуются особо. Но ему идёт. В ожидании ответа он берёт печенье и хрустит им, показывая, что настало время стать его другу поразговорчивее.
— Я люблю Юнги. — Скрывать нечего, Тэхёну не стыдно, но ему безвыходно, ему больно, ему нужна помощь.
— А почему не вместе? Он же тебе признавался. Почему ты его отверг? Ты меня так и не посвятил в подробности. Сказал, как отрезал, своим "Так надо".
— Он не признавался, — напоминает Тэ. Юнги ведь просто полез к нему.
— А, точно же. Юнги — парень действия. Идиот хренов. Ну, признайся сам, — предложил Чимин, а Тэхён, пытаясь запить ком в горле чаем, только обжёг язык и подавился.
— Понял, не в этом дело. — Взгляд где-то в другом пространстве, на лице почти ни эмоции, а рука поспешно хлопает по спине Тэ. — А в чём?
Тэхёну не страшно перед Чимином рассказать всю правду о традициях бабушки, которые так пришлись по душе, — тот его за это не ударит, не огорчит горьким словом, не почитает нотации; но всегда, всегда выслушает и выскажет своё мнение, даже обнимет, а после посмотрит вместе аниме, чтобы Тэ успокоился. Тэхён уверен в Чимине и в том, что может ему довериться и доверить. У каждого человека есть вещи, которые вихрем скачут внутри тела: этот вихрь так хочет, чтобы его поведали кому-нибудь ещё, кому-то живому. И у Тэхёна сейчас такой же попрыгунчик внутри скачет, хочет быть услышанным Чимином, и чтобы услышать ответ от Чимина. Необходимо хоть кому-то рассказать, что напрочно засело в голове, и что Тэ усиленно не хочет нарушать. Он сощурил глаза, опустил лицо, спрятав блестящие глаза под чёлкой, глубоко вдохнул и медленно выдохнул.
— Я не хочу начинать отношения, зная человека меньше полугода, как бы не любил. Я не хочу близости так быстро. Я люблю, так сильно люблю его, Чимин, но не хочу начинать всё так быстро... — Тэ оборачивается, смотрит сначала на полупустую кружку, а потом поднимает глаза на Чимина. Его взор направлен прямо на него.
— Что тебе в голову пришло в этот раз? — Чимин усмехается по-доброму, ведь знает, как в стиле Тэхёна начать во что-то усиленно верить, а затем следовать этому безукоризненно, как главной традиции. У Чимина все ещё витает на подкорке сердца ощущение, что скрывается за этой верой нечто большее и весомее, он позволяет им обоим оставить этот разговор до следующего откровения.
— Мы всё ещё слишком мало знаем друг о друге, — Тэхён выпрямляется, точно с духом собрался. Он больше не хочет прятаться от собственных желаний, таких важных для него. — Я хочу, чтобы навсегда, но сомневаюсь в подростковых чувствах, и не уверен, что Юнги поймёт меня. Мне впервые страшно сказать всё начистоту, я безумно боюсь, что Юнги поймёт всё неправильно. В духе, "Ты не уверен в моих чувствах? Ты сомневаешься в моей верности? Ты сомневаешься во мне? Не доверяешь?" Мне кажется, что он может понять всё именно так. А мне просто нужно время, я знаю, чувствую, что всё получится. Он... Он мой. Я его. Но всё равно хочу последовать совету своей бабушки и дать отношениям такое испытание как время.
— Эх, Тэхён. Не можешь ведь просто попробовать и продолжить. Лучше создать правило, лучше проверить и жить с этим до конца, но зато счастливый, да?
— Для меня это очень важно, Чим...
— Ладно. Помогу угомонить этого старика... — допивает чай.
— Чимин! — На что после лишь разразился чистый яркий смех.
— Слушай внимательно, — хватает Тэ за шею и притягивает ближе, наверняка, чтобы его серьёзность передали его хитроумные глаза, — я поговорю с Юнги. Скажу, чтобы он был чуть терпеливее. Идёт?
— Что ты ему скажешь?
— Это уже не твоя забота. Но помни мои слова, которые я тебе однажды сказал: "Именно потому, что я твой друг, я буду делать то, что с радостью поможет тебе с отношениями, м?" Я лишь прошу тебя об одном — не затягивай. Не все такие, как ты. Не все готовы довериться времени. И я не знаю, таков ли Юнги.
— Я верю ему, — уголки губ удовлетворённо поднимаются.
— А если разлюбившим станешь именно ты? — отпустил шею и склонил голову вбок. Чимин прекрасен своей способностью "видеть" монету с обеих сторон одновременно.
— Нет. Такого не случится... Ради своих чувств, знаешь, я даже готов ни с кем особо не сближаться.
— Сумасшедший, — Чимин улыбается глазами-полосочками и отворачивается.
— Спасибо за поддержку, Чимин.
— Пожалуйста-а, — возвращается и с порцией особых милостей ворошит вьющиеся волосы. — Ты так и не допил чай. Так, идём-ка смотреть аниме прямо с печеньем в зал, а потом ко мне. С ночёвкой. Не позволю тебе тухнуть здесь в одиночестве. — Тэхёну лишь остаётся ярко улыбнуться своей особой улыбкой, на которую Чимин по-доброму засматривается. Чимин — лучший друг.
***
— Юнги, погодь! — Чимин хлопает по плечу нахмуренному парню, за которым пришлось бежать до самой лестницы. Юнги слишком быстро ходит туда-сюда, если это связано с Тэхёном. — Воу. Какой холодный взгляд, — примечает с наигранным страхом. — Чего тебе? Я тороплюсь, — словно отрезает. Чимин обязан помучить этого старичка. — К Тэ шёл? Он опять в медпункте отдыхает, ха-ха. — Чимин собирался как следует оторваться на белой макушке, но важнее сейчас побыстрее поговорить, кое-что разъяснить, закончить и порадовать Тэ, скоро ведь его день рождения. Это будет неплохим подарком. Улыбка съезжает с лица, и Чимин включает свой проницательный взгляд с лишь наполовину выглядывающей радужкой. — Ладно, ты мне уже надоел. — Обалдел? — сжимает кулак. Люди быстро не меняются, хотя, судя по Юнги, у него стало ран вчетверо меньше. Медленно, но верно. — Надо поговорить. Срочно. Это насчёт Тэ. — Юнги сразу расслабляется. — Пойдём подальше от людей. — Умная мысль. Чимин поражается одному новому факту: как одно имя имеет власть полностью изменить поведение человека. Только что Юнги готов был нанести "естественный макияж" милой мордашке Чимина, а теперь паинькой идёт на верхний этаж. Идти на крышу зимой не совсем хорошая идея, но вот постоять у дверей, где по-прежнему обычно никого не бывает, вполне подходит. Любопытство так и играет в предвкушении, на что этот человек способен ради Тэхёна. — Итак?.. — начинает Юнги, скрестив на груди руки. — Чимка, говори быстрее. Что про Тэхёна? — Это что ещё такое. Ты мне кличку придумал? — одна бровь поспешно поднимается. — Быстрее говори. — Какой нетерпеливый. Ты же хочешь узнать, почему вы всё ещё не пара? — Чимин начинает с козыря, с больной темы. Заполучить чужое внимание вышло: Юнги замер и опустил руки. Пялясь на Чимина в ожидании ответа, то нервно покусывая губу, точно ощущая своё поражение. Но Чимин продолжает разыгрывать чужой интерес и ожидать подчинения. — Да. "Молодец", — проносится в мыслях у Чимина. — Тэхён преданный, верный, спокойный — такова его душа. Он не пылкий, не резкий, а мягкий и нежный. Он не влюбляется за полгода после знакомства. Ему нужно время узнать, понять, почувствовать, услышать, довериться и только после этого он сможет влюбиться. Он не ищет человека, которому гормоны в голову ударили, — выделяет заниженным тоном последнее предложение и стучит указательным пальцем по своему виску, приподняв брови вверх и чуть опустив подбородок. — Ему нужен тот, с кем можно и без прикосновений, с кем можно молча, с кем можно спокойно, с кем можно уверенно жить с мыслью, что это навсегда. Понимаешь, к чему я веду? — Да. — Попробуй ему доказать, на что ты способен. — Он... — Цыц. Я не закончил. Как можно вообще меня перебивать, когда я говорю про Тэ? Я ведь и замолчать могу, — Чимин любит язвить, любит влиять на других силой слова, любит манипулировать и наблюдать за реакцией людей. Чем-то они с Тэ в последнем очень схожи. — Прости, — раздражённо извиняется. — Что дальше? — Тэхён прост тем, что вся его сложность видна снаружи. Поэтому предупреждаю: это может затянуться на годы. Ты готов? Юнги молчит, смотрит не моргая в пустые очи, которые ищут сомнение, дрожь в чужих движениях. Не найдут. Юнги твёрд. Уверен. Силён. Юнги не видит жизни без Тэхёна. И он хочет даже просто быть рядом, неважно какую цену за это придётся заплатить. — Готов.
