Забытые на Земле. «AirZon»

Ранним утром трак был в полном «боевом» составе, Фил тоже засунут внутрь, вроде как даже не насильно, а спасательный дрон расположился на крыше, словно рыба-прилипала у океанического гиганта. Пристроившись за тяжеленным авиа-погрузчиком, что полз внутрь базы в ожидании проглотить капсулы с провизией, Трэвису удалось доехать на траке практически до самого начала сада. Альфа-гибриды вставали вокруг, замирая на ходу от происходящего. Такой дикий гул трака ребят спровоцировал довольно серьезный переполох внутри прежде тихого сада. Мелкие садовники сбились в одну крупную кучку, возможно расценивая гул за аварию или нечто подобное. Вдруг из прозрачных кишкообразных коридоров выбежала женщина, и бесстрашно бросаясь под трак, стала у того на пути с останавливающим указом вытянутой правой руки: – Чего вам надобно? – Заорала она. По углам коридоров из карманов на потолке выпали дрожащие пулемёты. – Мы хотим поговорить со старшими! – Крикнул Трэвис по громкой связи, даже не думая выходить наружу. – Ты только посмотри на эту машину, да он же самодельный, – подошёл второй мужчина в докторском халате, с удивлением поглаживая воздушную подушку и расплывшись в улыбке, – кхм, я - Шон, и я здесь старший! Выходите, и озвучьте ваши нужды и требования. – Меня зовут Трэвис Марксонз, и мы прибыли… – Да, мы знаем, сколько вас и откуда вы прибыли, – прервала женщина. – Мы не выйдем, потому что вы нас снова покалечите! Или убьёте… – возразил Трэв. – Нет, нет, именем ЭирЗон, я обязуюсь заботиться о поселенцах! Гарантирую, с вами ничего не произойдёт, выходите же, – продолжал уговаривать дальше Шон. – У нас три требования для ЭирЗон! – Ну, значит выходи же и озвучь их, юноша! – Завлекающе махал рукой этот док. После долгой заминки, двери трака всё же распахнулись, и ребята с опаской выходили по одному. – Так вот значит ты какой. Молодой капитан, да? – Улыбалась Анна. – Я не нарушитель и не революционер, но и не согласен жить неведомо как, не понимая, что там происходит у нашего правительства! Вы должны разрешить нам покидать поселения - это первое требование, – твёрдо начал Трэв. – Надо же, какая интересная машина, тот, кто её создал точно революционер в механике, – ходил вокруг трака и жадно глазел Шон. – Вы должны познакомить нас сейчас же с настоящим руководством, и дать взглянуть во все офисы и лаборатории, чтобы знание того, как у вас всё устроено - не являлось отныне тайным. Отсутствие секретов и лжи по отношению ко всему народу убежищ - это второе требование, – сформулировал Трэвис. – Да у тебя сын настоящий лидер, – рассмеялся Шон. – Весь в тебя! – Чтооо-о…? – Недоумённо сгустились брови юноши и Эрико. Анна с трудом сорвав магнитное кольцо с волос, распустила волосы, и тотчас же стала очень сильно похожа на ту женщину, что изображена на гибко-кристаллическом фото у мальчика, которое при нём всю его сознательную жизнь. – Да, сынок, наша экспедиция тогда полностью вымерзла. Медики с ЭирЗон спасли, кого смогли из найденного экипажа. Тогда ещё как раз был последний год, когда все самые сильные генетики присутствовали здесь на базе. Разморозив нам мозг и клонировав его структуру, с генным вмешательством естественно, врачам удалось нас с Шоном восстановить полностью. Все остальные органы у меня наполовину искусственно выращенные, в руке нано-гель под давлением, ею я могу ломать черенки от лопат. Я лишь слегка гибридная, – ласково улыбалась женщина, – не бойся… и не знаю, сможешь ли ты простить, что не вернулась к тебе сразу, сынок. Но ведь служить правительству я тогда поклялась до последнего своего вздоха! У парня, будто что-то перевернулось в груди. Он чётко понял сейчас, что никогда не любил на самом деле ту женщину на фото. Никогда на неё не рассчитывал, никогда в глубине души не ждал по вечерам её силуэт у двери, либо простого мрачного обнадёживающего звонка, ведь она всегда была мертва. Она же всегда была мертва… – Резонировало в ушах Марксонза. – Оставайся лучше мёртвой для меня, – сухо огрызнулся Трэв. – Ну что за глупости! – Вмешался Шон, не снимая улыбки со своего лица, – а может, ты станешь конструктором техники у нас? Ты определённо талантлив, и тот факт, что ты добрался сюда на этом корыте, просто фантастичен для твоего возраста. Бунтарство - это же просто возрастное, оно пройдёт. Эрико ошарашено смотрела на всё происходящее вокруг, крепко взяв Трэва за руку, и слегка притупив недоверчивый взгляд в пол. – Возобновление связи для общения между поселениями, и назначение базы «Маяк» главным центром связи на всей западной Европе - это третье требование! – Грубо вынул из себя Трэв, изо всех сил сдерживая слёзы или даже истерику. – Значит, уйти отсюда живыми - такого требования нет? – Переспросил один из альфа-гибридов, что полукольцом окружали собеседников. – Тишина! – Выкрикнула в его сторону Анна, – со связью не всё так просто, пойми Трэвис, если развязать руки поселению, то некоторым отшельническим бандам из Азии, или «Ордену холодной крови» например… Ты хоть осознаёшь, что будет? Набеги, грабежи и хаос, это уже всё пройденный этап нашей истории. Покуда ваши месторасположения секретны - вы в безопасности. В этом наш залог мира и безопасности, пойми же ты. – Конечно, вот сюда сейчас если впустить вместо гибридов простых жителей, и все два миллиона людей тут же вымрут с голоду, – подтвердил Шон, – они начнут драться, пить пиво, и играть в любовь. А для ЭирЗон и человечества сейчас в такое сложное время - главное стабильность происходящего здесь. А конкретнее - стабильность работы продовольственного конвейера на уровне часового механизма. – Лооожь! – Не сдержался Трэвис, – и снова ложь и пропаганда, как и прежде тысячи раз в колледже! Нас от силы полмиллиона осталось, я видел, сколько вы отгружаете товаров, этого мало на два миллиона. Плюс, на маяке, например всего около тридцати шести жителей, а им шлют паёк на шестьдесят. Ваши подсчёты ничтожны. – Изменения внесены в каталог, – завертелись глаза у того альфа-гибрида, что уже вмешивался в диалог. – Сынок… Трэвис. Есть ещё много людей и вне Земли, пойми. Пойдем же со мной… – Женщина протянула свою холодную карбоновую ладонь юноше. Анна и Шон продемонстрировали всё, ну или то, что смогли. И огромные хранилища, и огромные генераторные реакторы под высоченными пластиковыми потолками из нано-геля, и бассейны с рыбой, и сохранённые скелеты динозавров, а свободно гуляющие львы и жирафы в лабораторном парке чего только стоят. Притом, всё это в скалах, или под землёй даже, не было до конца ясно, где здесь начало, а где конец. Если судить по той тёмной запечённой породе, возможно, это всё внутри вулкана, поэтому и так тепло здесь, думал Трэв. Идеальная автоматизированная колония, не поспорить. Та новость, что вся элита покинула планету: корпорационные богачи, ценные врачи и учёные улетели втайне на Марс - будоражила сознание юных гостей. Когда температурный режим на Марсе сравнялся с земным, то конечно, самое время колонизировать планету-соседа, покуда на родине политическая неразбериха. Такая себе квинтэссенция двойной жизни элиты, и здесь и там. – Что ж, они совсем не надеются на то, что человечество переживёт ледниковый период? – Спросила Эрико. – Почему же, в древность даже в звериных шкурах смогли пережить, - ответила Анна, – сейчас тем более сможем. – Без стресса, в полном монотонном цикле конвейеров, учёные здесь добились увеличить продолжительность жизнедеятельности клонированного мозга альфа-гибридов до двухсот лет, не это ли чудо? – Улыбался Шон, указывая на карбоновые создания указательным пальцем. – Но нам это не поможет, ведь наши тела беззаветно стареют и дубеют, – грустно добавила Анна, смотря в глаза мужу. – Вы разве не хотите стать как они? – Удивилась Эрико. – Однажды будет и наш полный переход, но пока ЭирЗон нуждается в нашей помощи, и личности ещё рано стирать… – Невнятно отвечала Анна. Поздним вечером гостей уложили спать в уютной комнатушке, что возможно принадлежала ранее какому-то итальянскому известному профессору, судя по забытой табличке на двери. Внутри были все условия для комфортного сна, приятный душ и вечно накрыт стол досыта свежими ягодами и фруктами. Трэвиса терзала мысль, что сейчас они с Эрико максимально находятся в центре управления процессами жизнедеятельности на Земле, но снова не могут принять участие ни в одном из них. Когда ребята родились - все уже всё предприняли и решили за них. Они живут сегодня - и снова вовсе не при законных делах. И когда после их смерти, следующее поколения скажут про них попрекающе, окажется, что даже тогда всё мимо кассы. В этом круговороте знаний засасывало внутрь той воронки, из которой не было возможности выбраться. «Как же везёт простому алкоголику, которому всегда «море по колено» и мозг того отделён от социума, не имея никаких амбиций», - записал пометку в свой блокнот Марксонз, громко хлопнув после тетрадью. – Думаю, мы сделали всё, что могли, – обратился он к Эрико, – так же думаю, что мы бы не выжили, если б она не была такой доброй женщиной. – А главное, твоей мамой, – кивнула Эрико. – Возможно. И они же ни черта не выполнят из просьб. Тогда как поступим дальше? – Давай вернёмся на маяк, это лучшее решение. – А трак просто выбросить? – Переспросил Трэв. – А с собой нельзя забрать на парашюте тоже? – Спросим у них завтра уже. – Окей, спокойной ночи, любимый, – укутывалась такая вся счастливая от расстеленной широченной постели Эрико. На следующее утро Анна объяснила, что им придётся теперь тринадцать дней снова ждать до вылета авиации, ведь спецрейс никак не выйдет отправить раньше, так как у остальных альфа-гибридов могут быть серьёзные претензии при нарушении режима каталога и те наложат на полёт вето. Трэвис целый день бродил с Шоном, показывая все секреты постройки трака, и делился историей сборки того буквально из найденного хлама. Позже Трэв выпросил, чтобы Фил полетел с ними на маяк, и договорился на его восстановительный ремонт и обслуживание. Перед сном ребята снова печалились в той своей комнатушке. От осевших на душе гирь грусти им не спалось допоздна. Обсуждали, что теперь, после информации о заселении Марса смысл жизни на маяке будет точно утерян для многих поколений наперёд, и как здорово было бы со всеми поселениями одновременно выйти на связь, и хотя бы изредка коллективно общаться и делиться новостями. Решили по итогу, что из этих новых якобы секретных знаний им уже ничего не использовать и ничего не изменить для человечества в ближайшие годы жизни. Нарушать баланс и гармонию работы конвейеров ЭирЗон явно не стоит. Ребята просто решили по возвращению создать музыкальную панк-группу на маяке, для души так сказать. Станут усердно репетировать каждый день, а затем дадут концерт в «Крамбо», и сдадутся властям на растерзание, наплевав на окружающий унылый быт таким живым и ярким актом. – А у вас там уже, поди, всё было, да? – Интересовалась Анна у Эрико, прогуливаясь с девушкой по заросшему саду. – Эээм, ну да, мы как бы хотим пожениться скоро, – шустро улыбнулась японка, увиливая взглядом прочь. – Ого, что же вам подарить тогда на свадьбу? – Да ладно вам, не стоит заморачиваться… – Махнула Эрико рукой, будто всю жизнь знала Анну, - хотя есть одно всё-таки… – И что же это? – Трэвис с недавних пор мечтает об электрогитаре и нормальном усилителе к ней, ведь у нас там совсем старьё на маяке. – Ну, здесь есть музей музыкальных инструментов конечно, но пока ничего не обещаю… – Опустила голову Анна. – А ты? Чего бы хотела ты? – Ммм… Не знаю даже, чего я хотела бы из материального… А вы можете посмотреть информацию о моих родителях? Говорят, они здесь работали, – ответила Эрико. – Да, конечно. Попробую поискать информацию о них в базе данных. – Спасибо, – расплылась в улыбке девушка. – Ого, а это что за космический такой кокон? – А, это же кактус «Псевдоэспостоа черноколонновидная», – умничала Анна в ответ. Трэвис и Шон зашли в технический отдел, а там альфа-гибриды то ли чинили, то ли создавали какие-то супер мелкие запчасти под микроскопами. Взгляд парня остановился на Филе, которому в дальнем углу прикручивали новые солнечные крылья-батареи. – Видишь дружище, а ты мне тошнил про тот свой каталог, что ты уже списан и бла-бла-бла, вот на что люди способны – на уступки! Ты мне теперь ещё по гроб будешь служить барабанщиком в нашей группе, – подшучивал Марксонз младший. – Это уникально, гибрид-музыкант это совсем не по каталогу, – ответил Фил, хорошее настроение которого словно считывалось по невидимой ауре сквозь его твёрдое тело. – Ухахаха, «Вне каталога» - вот и яркое название для группы, – рассмеялся Трэв. Далее уже начал шутить Шон, и во всём этом водовороте смеха под горячую руку попался аэрограф, и мужчина тут же решился сделать ещё и первого татуированного гибрида-барабанщика. Фил словно боясь почему-то Трэва, уселся на стул сразу же по первой команде парня. Шон являлся дизайнером с огромным опытом, поэтому нарисовать узоры пламени огня краской на все руки гибрида, не составило особого труда. Позже за ужином снова всей компанией здорово смеялись, и Шон показался Марксонзу младшему довольно таки приличным и покладистым мужчиной. Трэвис испытал гордость за тот миг, в котором он смог сам себе вернуть сказочную и местами мифическую семью, которая была иллюзорной прежде. Так же юноша был очень горд за свою красавицу Эрико, ведь та, ещё совсем недавно пережила много тяжелого в жизни, и вроде, теперь опасная дорога сюда связывала парочку крепко-накрепко! – Знаешь, где мои родители сейчас? – Спросила Эрико после общего застолья, зайдя в спальню и расстёгивая прекрасное старомодное бархатное платье. – Ты что-то о них разузнала? – Да, они вылетели в космическое пространство в тот же год, когда мне было пять лет, и естественно малыша им не разрешили брать туда с собой. – Ого, ясно. И ты на них не держишь зла совсем, значит? – Удивился Трэв. – Ну… Я благодарна деду Жану за всё, что у меня было в детстве. Он мне как отец, да и за маму был тоже. Навеки в моём сердце… – Ответила японка. – Я сегодня видел здесь бабочку в комнате днём – живая она, карбоновая или металлическая, совсем не понятно. Думаю, это камера там в ней или прослушка. – Давай сбежим сейчас же ночью! – Спонтанно вскочила и обняла его Эрико. – Нереально! – Выключил свет Трэв. – Спать, приказываю провести отбой. Ох, и достанется сейчас снова чьим-то рёбрам… – Ааа… Ухахаха… – Донеслось из-под одеяла. Прогуливаясь по генным фермам, ребята сильно удивлялись всему тому новому для них - искусственное выращивание мяса в условиях лабораторий, ещё и такими промышленными партиями поражало. После посещения таких фантастических мест ещё долго горят глаза, а у людей, заинтересованных наукой и медициной, генной инженерией и биомеханикой возникло бы здравое желание остаться здесь навечно. Но жизнь на ЭирЗон возможно самая скучная из всех мест, слишком уж для ботаников или стариков, считал Трэвис. Но всё же единоразовое посещение ЭирЗон здорово бы возбуждало и стимулировало умы всех студентов колледжей. – Эх, жаль, что Эдвин не увидит этих садов, – прогуливались с Анной снова ребята. – Твой друг? – Переспросила та сына. – Угу! Дружба - это то, с чего всё началось в этой истории, – улыбался Марксонз, – я вижу, как вы выращиваете в лаборатории мясо, постоянно генерируя его без самих животных, почему же тогда не создавать полноценных людей с подобным телом и клонированным мозгом? – Понимаешь, альфа-гибрид - это идеальное продолжение жизни человека и резервная копия его ДНК-пакета, а это беспомощное тело из плоти совсем не поможет ему в будущем, а лишь станет обузой. Нам не воссоздать на данный момент центральную нервную систему и полную регенерацию кожи. Проще говоря, незачем играть в бога, если можно быть просто хорошим конструктором и механиком-врачом, – серьёзным тоном начала Анна, – вы должны мне оба поклясться именем ЭирЗон, что оставите в секрете некоторые вещи, что здесь увидели. – Да, конечно мы понимаем это, – соглашались ребята, сразу же меняясь в лице. Анна, подолгу гуляя с молодёжью, рассказывала историю корпорации и некоторые аспекты, которые должны остаться за кулисами тайны. Вкратце, она здесь осталась с уже новым мужем за старших, потому что конкретно они по параметрам здоровья и с теми травмами не подходили для перелёта на Марс. И тогда всё как то само по себе сложилось, что теперь в это трудно и им самим поверить. На примере этой парочки становится ясно, что жизнь - штука скользкая, и супер непредсказуемая. Многим знакомо ощущение той развилки жизненного пути, когда приходиться выбирать - вернуться ли назад в предсказуемость, либо же рискнуть всем и перешагнуть в неизвестность, отчасти потеряв при этом прошлое, но заимев ураганное будущее. Настал предпоследний день пребывания в ЭирЗон ребят, и они с широкими зрачками замерли у огромного аквариума, который на самом деле перерастал в настоящий подогреваемый пруд, а тот уходил не пойми куда ещё. – Смотри, смотри же! Вот это да… – Трэв вёл пальцем по стеклу словно ребёнок. – Эта рыбка называется «золотая скалярия», – подчеркнул Фил, стоя позади ребят. – Вау, а этот цвет такой космический у него! – Указала Эрико на плоскую рыбёшку. – А это «голубой бриллиантовый дискус», – откликнулся через секунду альфа-гибрид. – Вот лично для меня эта самая красивая, - показывал Марксонз. – «Бабочка-енот», – отстреливал Фил. – А мне эта нравится, с японским флажком на голове. Ладно, пойдём уже дальше, – подытожила Эрико. – Это «кохаку», разновидность кои, мэм, – вдогонку обозвался Фил. Когда уже настало время прощаться, для ребят снабдили отдельную капсулу-гараж, с усиленными стропами парашютов. Трак был хорошенько закреплён внутри капсулы растяжками, а Трэву с Эрико придётся просто сидеть внутри кабины пристёгнутыми в пассажирских креслах. Капсулу дополнительно утеплили нано-гелем, так как Анна сильно беспокоилась о форс-мажорах - вдруг трак не заведется либо ещё что неладное. – Вам лететь придется всего ничего, замёрзнуть не успеете точно! – Успокаивал Шон, – а затем главное просто отцепиться и выехать из капсулы, либо дождаться помощи из поселения, мы снабдили вас кучей световых огней бедствия для отчётливого самообозначения. – Спасибо! Не верится, что уже завтра утром за полтора часа преодолеем путь, который по ощущениям полгода ехали и еле выжили в нём, – кричал Трэв, посреди грохочущих генераторов в мастерской. – Филу больше не придется жить в пещере одиноким мучеником, ему выдадут теперь целый дом, да? – Смеялся Шон. – Ага, пугаю его, что ему придётся стать учителем на маяке, в свободное от музыки время конечно, – довольным щурился Марксонз, – жаль, что дрон нельзя с собой прихватить. – Ну вы уж извините нас за это, но порядки здесь такие… – Развёл руки в стороны Шон. Следующим утром ребята, как и положено нервно грузились в то замкнутое пространство, которое должно быть запечатано, погружено специальным подъемником на борт грузового самолёта, и на огромной высоте через тысячу километров ледяного неба доставлено обратно домой на базу «Маяк». Анна была сильно сентиментальна, и вручила всё же древнюю электрогитару сыну и небольшой, но по первому впечатлению ценный и дорогущий усилитель к ней. Для Эрико она презентовала конденсаторный микрофон в древней деревянной резной шкатулке. Шон пожал руку Трэвису и Филу. Все обнимались по кругу и, распрощавшись, преступили к закрытию шлюзов огромнейшего грузового самолёта.