Последствия

Бичберри ухмыльнулась, нажимая кнопку «отправить» на своем любимом форуме поклонников Daring Do. Полный разбор и анализ различных пасхалок и обратные ссылки на другие книги серии в недавнем фильме, включая, по крайней мере, пять, которые, как она знала, ещё никто не заметил. Поклонники сойдут с ума от этого. А потом снова сойдут с ума, когда поймут, что три из них она полностью выдумала. Она отодвинулась от стола и потянулась. Да, это была дешёвая шутка, но к этому моменту у неё была репутация в совете директоров для такого рода сложного троллинга. У неё даже было небольшое количество последователей, которые с удовольствием выясняли, что реально, а что она выдумала. Она вытащила свои трехцветные волосы (оранжевые, розовые и фиолетовые в трёх параллельных линиях) из конского хвоста и провела по ним пальцами, распутывая завитки. Она поправила цепочку с кулоном в виде пляжного мяча на шее, позволив ему упасть на её розовую майку. Она встала и повернулась и в поле её зрения появилось сердитое розовое лицо. — Ого! — Бичберри от неожиданности отшатнулась. — Пинки Пай! Ты напугала меня до смерти. Какого чёрта? Пинки протянула письмо. — Почему? Бичберри взяла письмо и посмотрела на него. «Я знаю тебя. Я знаю, кто ты на самом деле и все остальные тоже. Ты никому не нравишься. Никто не заботится о тебе. Все в этой школе были бы намного счастливее, если бы кто-то просто приложил к твоему черепу пожарный топор, затем скормил твои мозги голодным собакам, затем взял то, что они испражнили, и бросил это в мусоросжигатель, затем взял то, что осталось, смешал это с напитком, проглотил и выбросил твои останки в канализацию, где тебе и место. Или ты можешь избавить нас от всех неприятностей и вернуться в тот мир Биззаро, откуда ты родом. Тебе здесь не место. Так что уходи. Или покончи с собой. И то, и другое меня устраивает. ёвозьми, если у тебя не хватит смелости сделать это, ответь на это письмо и дай мне знать и я буду счастлива избавить тебя от наших страданий. Может быть, я не буду ждать твоего ответа». Бичберри посмотрела на поле «От» в письме, затем вернула его Пинки Пай. — Я этого не писала. — Фаеркракер говорит, что ты это сделала, — ответила Пинки. — Фаеркракер — это паинька, которая не лезет не в своё дело, — огрызнулась Бичберри. Она сунула бумагу в руки Пинки. — Это не мой адрес электронной почты или IP-адрес. Так что, насколько кто-либо может судить, я не отправляла это письмо. Иди и побеспокой кого-нибудь другого. Пинки засунула письмо обратно в волосы и скрестила руки на груди, выражение её лица было тленно пустым. — Ладно, ты этого не писала, — сказала она. — Давай поговорим о чем-нибудь другом. Что случилось, из-за чего ты оказалась на плохой стороне Сансет Шиммер перед Осенней формальностью? — О, это то, что ты хочешь знать? Дай-ка я посмотрю, смогу ли вспомнить. А, точно, — лицо Бичберри потемнело. — Это не твоё собачье дело! Бичберри шагнула вперед и наклонилась, заставив Пинки сделать шаг назад. — То, что произошло между мной и Сансет Шиммер — это между мной и Сансет Шиммер. Больше никого. Ни Фаеркракер, ни директора Селестии и уж точно не тебя и не твоих чертовых друзей! Я бы посоветовала тебе пойти и спросить её, если ты действительно хочешь знать, но я думаю, что это не вариант, не так ли? Бичберри отвернулась и схватила свой рюкзак из-под компьютерного стола. Она перекинула его через плечо и повернулась к Пинки Пай. — Я не знаю, что случилось с Сансет Шиммер, — начала она. — Я знаю, что не имею к этому никакого отношения. И, честно говоря, мне было всё равно, будет она жить или умрет. Мы закончили. Не беспокой меня больше. Бичберри протиснулась мимо Пинки Пай и вышла из компьютерной лаборатории. Она попыталась захлопнуть дверь, выходя, но предохранительная планка замедлила движение двери, когда она вышла. Пинки вздохнула и достала телефон. — Привет, Рарити, — сказала она. — Я нашла всех троих, но есть пара проблем. Да. Нет, это просто странно. Одной, похоже, всё равно. Одна из них прислала его только тогда, когда она была пьяна и сердита, а последняя вообще не разговаривает. Ладно, тогда увидимся. Пинки закончила разговор, снова вздохнула и вышла из компьютерного класса. Быть детективом трудно. И удручающе.

***

Рарити позвонила за обедом. — Алло? — раздался бодрый голос. — Соар Свит? Это Рарити. — О, привет, Рарити! Как дела? — Жаль, что я не звоню по социальным причинам, — сказала Рарити. — Но, боюсь, это будет не совсем приятно. Рарити быстро объяснила, что случилось с Сансет и как они обнаружили альбом. — Твайлайт сказала, что одно из писем пришло из клуба шахматистов Кристал Преп. Ты случайно не знаешь, есть ли кто-нибудь в этом клубе, кто всё ещё держит обиду из-за Игр Дружбы? — Не удивительно, но, честно говоря, здесь есть куча людей, которые всё ещё смотрят свысока на учеников государственной школы, — голос Соар Свит понизился. — Тупоголовые недалекие идиоты. Рарити подавила смешок. Возможно, она и смягчилась, но склонность Соар Свит высказывать вслух своё истинное мнение об окружающих всё ещё не изменилось. Она взяла себя в руки и заговорила: — Есть ли шанс, что ты могла бы поспрашивать и посмотреть, есть ли кто-нибудь, кто имеет что-то против Сансет в Шахматных Бластерах? — Не я, но я думаю, что Шугаркоут всё ещё член клуба. Я могла бы попросить её разобраться в этом. — Шу? — Рарити побледнела при упоминании о жестоко честном и невероятно бестактном студенте CPA. — Не хочу её унижать, ты понимаешь, но разве она не может, ну, отпугнуть любого, кого спросит об этом? Соар Свит издала короткий смешок. — Поверь мне, она отлично вписывается в ряды Шахматистов. Я понимаю, о чём вы говорите, но она единственный человек, которого я знаю, который имеет с ними какие-либо контакты. Даже в здешних краях Шахматисты не славятся общительностью. Рарити вздохнула. — Хорошо, если бы ты могла это устроить, Соар, дорогая, я была бы тебе очень признательна. — Я позвоню тебе после школы и дам знать, — ответил Соар. — Рарити? — Да? — Как бы то ни было, я действительно сожалею о том, что случилось с Сансет. Надеюсь, ей скоро станет лучше. — Спасибо, Соар Свит. Я думаю, что говорю за всех девочек, когда говорю, что мы ценим это. — Я позвоню тебе позже. — Еще раз спасибо. До свидания. Рарити закончила разговор и вернулась к обеденному столу, где её ждали Твайлайт, Рэйнбоу, Флаттершай и Эпплджек. — Ну? — спросила Рэйнбоу. — Она этим занимается. Ну, точнее, Шугаркоут этим занимается. — О, здорово, — простонала Рэйнбоу. — Я уверена, что всё пройдёт хорошо. — Это наш единственный способ разобраться в сообщении, которое пришло от Кристал Преп, — сказала Эпплджек. — Мы не можем просто игнорировать это. — Я знаю это, но, чёрт возьми, это Эмбелишед. — Я не думаю, что она такая уж плохая, — сказала Флаттершай. — Немного прямолинейная, но как только вы познакомитесь с ней, как мы делали в музыкальном видео, она на самом деле довольно милая. Верно, Твайлайт? Твайлайт? Твайлайт издала неопределенный звук и зачеркнула несколько строк на одном из листков бумаги, разбросанных вокруг неё, затем потянулась за другим. Она просмотрела его, зачеркнула еще несколько строк и положила в другую стопку. — Хорошо, что мы сделали ксерокопии всех этих писем, прежде чем передать альбом директрисе Селестии, — сказала Рэйнбоу. — Яйцеголовая отмечает их больше, чем мисс Харшвинни, когда я сдаю домашнее задание. — Есть прогресс, Твайлайт? — спросила Эпплджек. Твайлайт не ответила. — Твайлайт, дорогая? — сказал Рарити, пытаясь привлечь внимание девушки в очках. — …сопоставь эти три адреса с теми, что в стопке Б… — пробормотала Твайлайт. — Твайлааааайттт! — закричала Рэйнбоу. Окружающий шум в кафетерии немедленно прекратился, когда все повернулись, чтобы посмотреть, откуда донесся крик. Рэйнбоу покраснела и нервно рассмеялась. — А… хе-хе… извините, — сказала она. Остальные студенты в кафетерии вернулись к своим разговорам. К счастью, крик произвёл желаемый эффект. — Извини, — сказала Твайлайт. — Я занялась устранением дубликатов. Но есть ещё одна зацепка. — Что ты имеешь в виду? — сказала Рарити. — Мне всё равно придется более подробно изучить их, когда я вернусь домой, но если я права, то на самом деле похоже, что почти половина этих сообщений пришла от одного и того же человека. IP-адрес и адрес электронной почты разные, но с точки зрения структуры предложения, тона и грамматики я почти уверена, что все они были написаны одним и тем же человеком. — Как у всех них могут быть разные IP-адреса? — спросила Рэйнбоу. — Легко, если они подключили ноутбук к куче разных сетей Wi-Fi по всему городу, — ответила Твайлайт. — И в наши дни достаточно легко получить несколько учётных записей электронной почты от разных сервисов. Но, как я уже сказала, это содержание сообщений, которые кажутся похожими. Я не уверена, как мы можем доказать, что они были написаны одним и тем же человеком, но это, по крайней мере, должно помочь нам убедиться, что мы на правильном пути и не преследуем кого-то, кто, возможно, даже не существует. — Ну, не забудь, что нам нужно посмотреть, сможем ли мы найти какую-нибудь остаточную магию в торговом центре сегодня днем, дорогая, — напомнила Рарити. — Я отвезу тебя домой, чтобы ты могла забрать своё оборудование, и мы пойдем. — Вы, ребята, не возражаете, если я пойду с вами? — спросила Рэйнбоу. — ЭйДжей считает, что кому-то лучше сообщить боссу Сансет о случившемся. — Хорошая идея, — сказала Рарити. — Мы заберём тебя у западного входа после школы. Рэйнбоу кивнула. — Надеюсь, мы скоро что-нибудь найдём. Я ненавижу, когда ничего не могу сделать. — Мне знакомо это чувство. Поверь мне. Рарити плюхнулась на скамейку и достала телефон. Она посмотрела на фотографию семерых из них, которая служила ей обоями. «Держись, Сансет, дорогая», — подумала она: «Мы приближаемся. Мы найдем их, я обещаю».