Предначертанные друг другу.

      Габриэль похлопал глазками, пытаясь найти в ошарашенном взгляде пятого ответы. Но притихли абсолютно все. Ибо стало понятно: что-то тут не чисто. И вот эта ситуация уже угрожает далеко не только Риккардо. - Так. - выдохнул Демон. - либо я туплю, либо машина не едет. - Вару, мне не нравится ни один из вариантов. - нервно и требовательно заявила Клеопатра. - если книга — подделка, пусть и качественная, то очень многие наши выводы резко потеряли всякую опору. Тогда также выходит, что у Пика и Данте есть доступ к настоящей книге. И вы, вроде, уже обсуждали, что нам может сулить принадлежность Пика к тому или иному клану. Прибавим к этому то, что у этого клана предположительно есть доступ к знаниям обо всех наших Карточных слабостях и, что хуже, к сильнейшему козырю Колоды. Очень опасное положение, как сказал бы Куромаку, процентов на девяносто восемь. - Вторая возможность ещё опаснее. - угрюмо размышляет десятая, иногда рыча от тупой злости. - Также может оказаться, что у Короля есть доступ ко всей Библиотеке и хранилищам. Мы все знаем, кто там обитает. И все понимаем, что можно из этого всего узнать. - Вару не позволяет Даме развить мысль: - Это точно отпадает. Пик ещё год назад ничего не знал. Похоже, получение Крыльев сподвигло его расспросить "старших". Оттуда он всё и знает. - Остаётся ещё одна вероятность. - выдал Джо, откидываясь на спинку дивана и пытаясь расслабиться. - но в неё сложно поверить, шанс слишком мал. - Значит это и есть правильный ответ, блять. - психует Рикк. - что-то мне подсказывает, что отталкиваться нам в этом деле в любом случае придётся от самого невероятного. - Есть вероятность, что он нашёл кого-то из давно ушедших Колод. Тысячи лет назад Карты знали многим больше о Колоде и распределении сил, нежели сейчас. Тогда владельцами Колод становились те, в ком была сила и власть, кто мог сам разобраться и Картам рассказать. Больше всех знали Красные Джокеры. Один такой Джокер, если попадётся Пику, будет в разы опаснее любой книжки. - Карты после смерти Колоды навечно заперты в своём преобразованном Карточном мире. - в неверии протестует Бог. - он закрыт с обеих сторон, туда без специальных отмычек хуй пройдёшь! - Ты не забыл, что Пик с собой в качестве Карточного оружия таскает? - Блять. - тут же припомнили Пиковые. - Ребята, давайте все успокоимся. - чистосердечно призвала Червовая, поглаживая Эмму по талии. - всё ведь не может быть настолько плохо. Я уверена, что, если с Пиком поговорить, он обязательно поймёт. Может, мы пойдём и правда поговорим?       Кто бы сомневался: Пиковые в унисон выразили протест. - Как ты себе это представляешь?! - окончательно психанул Де'карли. - Хелен, у нас это немного не так работает. - насколько это возможно мягко отозвалась Эмма. - Да, да, мамочка, продолжай в том же духе! - иронизирует Вару. - подойти и поговорить, ага. Всем вместе, нахуй! - Вару, почему ты думаешь, что это плохая идея? Можем не все. Могу спросить только я. - она ласково улыбается и старается своей магией погладить нервного Лиса. - как ты заметил, ко мне он относится весьма положительно. - НЕТ. - максимально твёрдо отвечает он, сжимая руку Габриэля в своей. - я не дам тебе самостоятельно с ним контактировать. Мы нихера о нём не знаем, не можем быть уверены, что это вообще безопасно. Он верно сказал: для нас, Пиковых, любого рода конфликты — явление нормальное. Но никем из вас я рисковать не намерен. Мы разговаривали с ним дистанционно — этим и ограничимся. Все видели, как действует техника Приказа. А так как Пики — козырь, он такое провернуть может с кем угодно. Я не хочу в режиме реального времени выкручиваться из вчерашней ситуации, но с уже более высокими ставками. Контактировать теперь могу только я. Только мне сил хватит хотя бы безопасно уйти. - Как скажешь, Вару. - отзывается она всё также мягко. - но это ведь не единственный вопрос, так? - Как бы я хотел сказать нет...

______________________________________________

      Тем временем в другом месте. Пик и Данте сидят в резной беседке посреди прекрасного цветущего сада за чашечкой ароматного ягодного чая. Пика несколько беспокоит вчерашний разговор с семейством Вару. Данте же пытается друга успокоить. Причём не только он.

- Расслабься, побесятся и перестанут. - раздаётся с того конца провода.

      Голос его намного светлее, чем у самих Королей, манерой речи собеседник напоминает им одновременно Вару и Джокера.

- В конце концов, будто они могут что-то сделать.

- Во-первых, не говори о них так. Во-вторых, я не хочу, чтобы они думали обо мне хуже, чем есть на самом деле. Я правда не хотел применять технику Приказа. Моя магия сделала всё сама. - Всё, что ни делается, — всё к лучшему, друг мой. - спокойно улыбается ему Данте. - Все участники этой беседы вынесли из неё много полезной информации. Мы с тобой наконец узнали, как и через кого наладить контакт со своими младшими, например. - Ага, мне бы ещё разговаривать с ними не через принуждение. Я почему-то уверен, что теперь они будут избегать любых контактов со мной ещё более рьяно.

- Сам обладаешь силой взять их под контроль, и сам от этой силы отказываешься. Идиотский поступок, не считаешь?

- Вот тут я тебе возражу, мой зелёный друг. Это очень обдуманная стратегия. Его сила, его способность принудить к диалогу на своих условиях. Это не обычные карты. Это его козыри. Их таких нет больше ни у кого. А козыри, пока не покажется конец партии, выгодно копить и просто так не растрачивать. До тех пор, пока есть возможность играть без козырей, он именно так и будет делать. Потому, что это выгодно. - Аналогия не совсем верная. Способности-то не одноразовые. Но посыл верен. Я не собираюсь использовать инструменты принуждения, если могу достичь своих целей без них.

- Но ты сам только что сказал, что без принуждения они с тобой разговаривать не будут. И в каком месте пиздишь тогда?

- Алекс, блять! - рычит он, на что получает такой зелёный знакомый ядовитый смех в ответ. - В этом и заключается проблема. Пиковые имеют, кажется, самые враждебные внутренние отношения во всей Колоде. Но Пик, как ни крути, — Король, а значит имеет некоторые обязанности.

- Пииииик.. - тянет он почти нежно. Притворно-обиженно и сладко проговаривает каждое слово. - зачем тебе нужны эти бяки, если у тебя есть мы? Не хотят говорить, и не надо. Нахуй пусть идут.

- Нет, Алекс. Это работает не так. - качает головой Пик, залпом выпивая полкружки и после наблюдая, как она вновь наполняется почти полностью. Усмехается. - Давай объясню. Вот, как ты думаешь, почему он несёт за семью ответственность? - собеседник даже немного насупился, оскорблённый тем, что Король обращается к нему, как к ребёнку.

- Ясно, почему! Он сильный, умный и вообще обояшка.

- Именно! Тут то же самое. Только если он построил нашу семью сам, и его сила пришла к нему результатом его собственных действий, то я эту силу получил изначально, от Колоды. Он выбрал это, и потому с его стороны те действия, что я лишь пытаюсь провернуть, ощущаются привычно и естественно. А я получил от своей Карточной должности силу, не сравнимую более ни с кем, кроме Джокеров, без каких-то специальных действий. Моя Масть сформировалась не моими усилиями, поэтому, возможно, они и считают, что я не должен к ним лезть. Однако всё в точности до наоборот. Именно потому, что мне выделяется такая гигантская власть, я и получаю обязанность брать за них ответственность. Иначе моя сила просто сойдёт на нет. Колода выделяет мне количество Карточной магии, сравнимое с Джокерским, именно потому, что моя Масть — козыри. И я обязан их контролировать. Если я, как ты предлагаешь, забью, то Колода это обязательно считает. И количество Карточной магии пойдёт на убыль. До тех пор, пока я хоть что-то делаю, чтобы исполнять свои должностные обязанности, во мне остаётся эта сила. А так как мне она нужна и приятна, как минимум из-за этого стоило бы подумать, как бы так наладить какой-никакой контакт с собственными подопечными.

- Это всё ещё не объясняет, почему ты не используешь принуждение.

- Да потому, блять, что у меня мотивация не полностью материальная! - вскипел он, искренне не понимая, почему собеседник упорно не хочет понимать и принимать его истинные мотивы. - Если бы об этой особенности узнал какой-нибудь Куро, он бы наверняка использовал подчинение! И было бы три марионетки вместо Дамы, Валета и Десятки Треф! Ибо у него именно что материальная мотивация!

- Стой, погоди секунду. Это кто?

- Помнишь, я рассказывал про свою Колоду? Король Треф. Похож на зама нашего Центробанка, помнишь его? Только серее и расчётливее в пару раз. - у Алекса это вызвало, возможно, даже чрезмерно бурную реакцию:

- Блять, фу! Как ты с ним вообще разговариваешь?! Даже этот бюрократ — тот ещё зануда-маньяк! А с этим ты как в одном помещении находишься я вообще даже представлять не хочу!

- Также, как и с бюрократами. Потому, что надо, и потому, что больше никто не выдержит. Тот же Вару Куро на дух не переносит, и даже, если ему это будет выгодно, всё равно не пойдёт на контакт. Так вот. Я потому и не сказал Курилке ничего про Карточную магию, когда разговор зашёл. А он спрашивал, причём довольно настойчиво. Он всё время существования был помешан на изучении магии. Но постичь её так и не смог. Если бы он узнал, что получит столь огромные силы, если возьмёт Масть под контроль, он бы просто воспользовался принуждением. Потому что ему, будем честны, откровенно наплевать на чувства. Он рассматривает их лишь как фактор хаоса в своих расчётах. И ни граммом больше! У меня другой подход. И материальная составляющая — это, пусть и исключительно приятный, но всё же бонус. И именно поэтому мне важно, что по этому поводу думают мои подопечные. И важно, чтобы они не чувствовали себя в ущемлённом или слабом положении. Даже если чисто фактически так и есть. Они — отдельные от меня сущности, которые никак от меня не зависят. К чему-то принуждать их я не имею права хотя бы потому, что сам законы об этом написал.

- Хорошо, хорошо.. - протянул он, и Пик по голосу понял, что собеседник закатил глаза и сделал моську в стиле: "ой, всё..". - А что насчёт более тонкого варианта? Ты ведь можешь просто положить в их головы мысль, что им это зачем-то надо, и проблема будет решена.

- Именно поэтому я разговаривал с ними вчера. Пытался не только разбор полётов устроить, но и как-то донести то, что сейчас сказал тебе. Меня не поняли, и, похоже, понимать не хотели. А "убеждать" силой я не планирую. Ни ментальной, ни физической. Это ничем не лучше принуждения ни морально, ни рационально. Это всего лишь вызовет в их сознании противоречие, и они в любом случае либо догадаются, что это моих рук дело, либо просто сбросят с себя этот эффект, либо всё вместе. Я не хочу ещё сильнее испортить отношения. Необходимо, чтобы они сами приняли это решение. А вот как добиться этого, я понятия не имею. Переговоров в жизни повидал несметное количество, дохера знаю про искусство убеждения и ментальную магию. Но последняя на них тупо не подействует, даже если этим займётся Данте, а остальное я уже, сука, пробовал. И что делать? - Предлагаю просто ждать, мой друг. - беспредельно спокойно выдыхает третий. - Как по мне, это действие имеет наименьшее по модулю влияние на ситуацию.

- Блять, только не начинай говорить, как серые! - в ответ Бубновый лишь усмехается.

- Думаю, мне действительно стоит постараться этого не делать.

__*_*_*_*_*__

      Вечером того же дня Вару, изрядно вымотанный происходящим с ними, валялся на кровати в своих покоях в позе звёздочки, раскинувшись по всей её площади. Он устал не столько физически, сколько морально. Его раздражает факт того, что сейчас он уязвим. Хочется быть сильнее любых обстоятельств, хочется наконец узнать то, что Король Масти так упорно скрывает. Узнать, принять к сведению и больше не находиться в постоянном неведении, постоянном ощущении, что Пик может выкинуть что угодно и Валет никак не сможет ни предотвратить, ни повлиять, ни даже воспротивиться. Беспомощность — чувство, от которого пятый бежал всю жизнь, которое комом в горле встаёт каждый раз, когда он вспоминает о Короле, которое он больше всего на свете жаждет преодолеть и забыть, как очередную небылицу. Бессильный гнев вперемешку, что уж греха таить, со страхом неизвестности, заставляли его тлеть изнутри и чувствовать, как каждую секунду в нём что-то сгорает. Он закрывает глаза и пытается унять всё это. Замечает, как дверь стараются открыть как можно более бесшумно. Слышит заполошённое сердцебиение и трение кожи о кожу. Это дёргаются длинные ушки.       Габриэль, порядком смущённый, старается как можно спокойнее и незаметнее пройти в комнату. Он смотрит в пол и, также аккуратно закрыв за собой дверь, остаётся стоять на пороге. Десяток, другой секунд проходит в напряжённой вязкой тишине. Вару поворачивается и, не меняя позу, немного напрягает шею, поднимая голову. Видит, как краснеет Бубновый, как старается не издавать лишних звуков. Вздыхает и наконец прерывает тишину. - И чего стоишь? - Мне точно можно тут быть? - Где? В этом особняке? Или в этой комнате? В любом случае, можно. Я ведь сам тебя сюда привёл. - Просто.. Я не понял, почему Николь и Клео так на меня смотрели.. И говорили с какой-то интонацией, которой я не понял.. Я попытался спросить у Чарли, но он ответил не мне, а им. Что-то вроде: "Вы ебанулись? На ночь посылать".. Я ничего не понял. - Бог усмехается и хлопает по месту рядом с собой. - Иди сюда, я объясню.. - Эльф послушно сел рядом. - ложись давай. Или что? Боишься? Третий год вместе спим, и всё равно боишься? - Просто, пока я их слушал, я только и смог понять, что они говорили про секс. - Хе. Именно это они все ввиду и имели. И, похоже, девочки решили прямым текстом направить тебя ко мне за любовью и лаской. Хотя, честно говоря, такого больше ожидал от Эммы. - Можно их попросить так больше не говорить? - Можно. Только, пока ты так реагируешь на это, они вряд ли остановятся. Вот, если ты что-нибудь подобное скажешь им в ответ, тогда они, наверное, и прекратят. Но пока ты так смущаешься говорить о сексе, будешь получать в свой адрес такие шуточки.       Он внимательно осмотрел его снизу вверх от макушки до коленей. Усмехнулся. Резким движением подскочил, смяв одеяло, и оказался вплотную к Габри. Тот застыл, смотря в глаза, наполнившиеся похотью. Да, это далеко не первый секс. Более того, такой формат "взаимодействия" ими практиковался с завидной регулярностью. Причём исключительно по обоюдному согласию: Вару, памятуя, в каком гневе был Бубновый Король, когда заподозрил насилие, решил ни в коем случае не касаться партнёра без явного согласия. Хотя до этого его мог остановить разве что явный протест. Младший выдохнул: расстояние между их губами мизерное, а его смущение не позволяет и шелохнуться. Он закрывает глаза, некоторое время даже не дыша. Глубоко вдыхает и аккуратно подаётся вперёд, касается чужих губ своими и очень осторожно сминает их. Пятый внимательно наблюдает, пока позволяя партнёру вести. Ему интересно, что будет дальше. Кажется, его не на шутку увлекает эта неопытность и даже наивность. Он лишь слегка отвечает на поцелуй, не давая прервать его.       Бубновый, наверное, наконец преодолевает смущение. По большей части. Уже смелее двигает губами и даже пытается задействовать язык. Всё ещё не открывает глаза. Отрывается, глубоко вдыхает и становится чуть напористее. "Неужели проверяет границы дозволенного?" - дивится про себя Пиковый, всё ещё не пытаясь забрать себе активность. Ему нравится наблюдать за тем, как его парень постепенно переходит от милого и смущённого поцелуя к более мокрым его формам, как крайне осторожно, но всё более "по-взрослому" начинает себя вести. Его это заводит. Он, как только от него в очередной раз оторвались, отодвигается к изголовью кровати и манит к себе пальчиком, предлагая продолжить уже в этой позе. Его конечности всё также остаются разбросаны в разные стороны, и он совершенно не смущается того, как явно выделяется его возбуждённый член.       Сначала Габриэль дёргается, как будто сделал что-то не так. Потом понимает, чего от него хочет старший, и послушно перебирается ближе. Садится на его бёдра и, будто уже ничего не стесняясь, целует его мокро. Сжимает губы и лишь иногда отрывается, чтобы снова сделать глубокий вдох и припасть обратно. Его руки медленно движутся по чужому телу. Его партнёр больше него раз так в пять, его широкие плечи и выдающиеся рельефы мышц не могут не привлекать заворожённого взгляда. Эльф прекрасно понимал, что хотел его. Просто зачастую признавался в этом себе и ему только когда ласки уже начались. Сейчас ласками занимался он, и, похоже, решение о переходе к чему-то большему тоже всецело предоставлялось ему. Он осторожно открывает глаза и вопрошающе, спрашивая разрешения смотрит в глаза Бога. Тот, неожиданно, сам разрывает поцелуй и опаляет длинное ушко дыханием: - Пользуйся моментом. Я и сам пока не знаю, сколько ещё позволю тебе вести процесс. Скорее всего, как только я увижу на твоём лице смущение в следующий раз, ты снова окажешься подо мной. Но пока.. я очень хочу, чтобы ты продолжил. - он вновь расслабляется, смотря на задумавшегося Габри. - и да, на будущее. У меня, в отличие от тебя, ревнивого и строгого Короля не наблюдается, так что моё разрешение можно не спрашивать: я всегда не против.       Смотря на него, младший невольно задумался: сможет ли он сделать что-нибудь такое, что заставит Вару сменить надменную ухмылку на то выражение, которое принимает его собственное лицо, когда с ним занимаются сексом в особенно откровенной и провокационной позе, или когда напротив них оказывается зеркало и он может видеть, как в него раз за разом проталкивается приносящий такое удовольствие член. Его охватило любопытство: хотелось проверить, узнать подробнее, изучить. Но для этого необходимо было не выдавать своего смущения. Он решил хотя бы попытаться. Вновь припал к партнёру, но уже не к губам, а к шее, оставляя поцелуй. Тело выгнулось ему навстречу. Ему дают добро делать всё, что его душе угодно. А угодно ему избавить Пикового от одежды, не отрываясь от его шеи. Как же удачно, что количество магии уже позволяет подобные фокусы.       Сверху слышится смешок. Вару становится всё интереснее, всё жарче. И дышать спокойно уже не получается. Особенно, когда на шее у него оказывается первый засос. Потом ещё один, и ещё.. Прямо рядом с дёргающимся то и дело кадыком, потом ближе к ямочке между ключиц, под ней и наконец на левой груди. Довольно ровная дорожка, построение которой прерывается на лёгкие, почти невесомые, но такие влажные поцелуи везде, куда сейчас можно дотянуться. Когда губы находят сосок и слегка играют с ним, он не сдерживает тихое и вязкое, словно мёд, "ммм". Ему очень хорошо. Но он продолжает надменно улыбаться, сверху вниз глядя на Габри из-под полуопущенных ресниц. Тот сначала начинает подниматься, и старший предполагает, что к губам. Но губы накрывают Метку Масти, что прямо над сердцем.       Такими небыстрыми движениями Габриэль добирается до паха. Демон к этому моменту уже прикрыл глаза и предвкушающе прикусил губу. Это далеко не первый раз, когда Бубновый делает ему минет. Всего полтора года назад этот же парнишка впервые открыл рот и принял в него член. Тогда он не вполне понимал, что вообще от него требуется. Сейчас.. Сейчас он прекрасно орудует губами и языком, а его гортань будто сама сокращается в самый нужный момент. И всё это с диким смущением на лице. Но в этот раз всё иначе. Привычное смущение будто куда-то испарилось. Впервые от младшего исходит похоть. Такая же чистая, как у самого Вару. Он не смотрит вверх, а просто обхватывает пульсирующую плоть рукой и очень аккуратно, но в то же время с нажимом, начинает водить вверх-вниз.       В этот раз всё идёт абсолютно не так, как ожидает пятый. За все эти полтора года этот минет — самый шикарный. От оргазма натурально пробивает судорога, и сопротивляться соблазну становится решительно невозможно. Как только Габриэль выпускает член из своей глотки, как будто бы специально сглатывая выпущенное семя лишь сейчас, его довольно грубо подтягивают выше. Он сам не успевает понять, как оказывается прижат к кровати и в какой момент сам остаётся обнажён. Демон над ним предельно возбуждён и явно хочет продолжения. - Давно я тебя таким не видел... - бормочет Габриэль, с предельной внимательностью осматривая мимику партнёра. - так глаза блестят.. - Тебя совсем ничего не смущает? - с ноткой удивления вопрошает он. - А должно? Мне нравится трогать твоё тело.. Нравится чувствовать твоё возбуждение, твою похоть, твою жгучую страсть. Мне кажется, я уже вырос из смущения таким вещам. А ещё.. - он старается как можно аккуратнее влезть в поцелуй. Отрывается через пару секунд и проводит языком по чужим губам. - мне кажется, или ты сейчас озвереешь, если не спустишь напряжение? - О, нет.. Тебе не кажется.       В этот момент его ещё раз потряхивает, но уже от посторгазменной гиперчувствительности. Габри аккуратно, кончиками пальцев прикоснулся к чужому члену. Так уверенно посмотрел в глаза. И немного улыбнулся. Нарушает все ожидания. И Бог невольно думает: - Решил окончательно сломать привычный сценарий, а? - его дыхание слишком тяжело, чтобы говорить. - Ты ведь сам сказал пользоваться моментом.       Вару вновь нагло улыбается, и его рука опускается на чужой член, проскальзывает вверх-вниз, вызывая возбуждённый выдох. Естественная смазка слегка пачкает ладонь. Он размашисто слизывает её, и его партнёр невольно думает: - Боже, как же это горячо.. - и он понимает, что, пусть и на грани слышимости, произносит это вслух. - так возбуждает.. - Не меньше возбуждает то, каким смелым ты стал. - Не думаешь, что уже пора перейти к интересному? - Да.. - выдыхает он и с азартом в глазах прикусывает губу. - попробовать тебя в деле..       Тихий стон срывается с его губ, когда он осторожно вставляет в себя головку члена. Партнёр по габаритам меньше него, но это всё равно приятно. Опускаться ниже, ещё ниже, смотреть глаза в глаза и всё равно доминировать, контролировать, подчинять. Новый, но уже общий, тихий стон. Руки Габриэля обвивают упругую талию и заставляют чуть прогнуться в спине. Он делает глубокий вдох и резко, не предупреждая и не беря во внимание реакцию Вару, начинает быстрыми, грубыми движениями толкаться, подбрасывая бёдра вверх с какой-то невероятной скоростью. Стоит ли говорить, что старший в момент забывает, что такое дыхание? Он задыхается. Кое-как судорожно вдыхает и тут же в неподдельном исступлении не то стонет, не то кричит от прошившего его позвоночник электрическим разрядом удовольствия. Руки внезапно становятся ватными и еле держат его в том же положении, глаза закатываются так, как только могут, а губы невольно раскрываются в какую-то непонятную гримасу. Ему очень хорошо, и его крики это подтверждают.       Он кончает, не прикасаясь к себе. Вновь дрожит, падает на грудь партнёра, не в силах держаться и соображать. Из-за тяжести придавившего его тела, Бубновый прекращает движение и сам глубоко дышит, немного отдыхая от таких действий. Сил это, конечно, отнимает изрядно. Но это определённо того стоит. Ибо то выражение, что застыло на лице партнёра, бросает в дрожь и экстаз. "Так вот, что с ним происходит в моменты удовольствия" — думает он, вновь, уже по чуть-чуть, начиная двигаться, также рвано и резко. Дрожит от внезапной узости и горячности чужого тела. И получает до этого невиданное удовольствие. - Что ты, Чёрт возьми, такое творишь..? - спрашивает он через несколько секунд, несколько придя в себя. - Я сделал что-то не так? - тут же обеспокоился он и прекратил двигаться. - тебе больно? Мне не надо было ничего делать? Или делать по-другому? - Блять, посмей только прекратить двигаться. - выдохнул он напряжённо, закрывая глаза. - двигайся, как двигался, и не смей останавливаться. - Габри подчинился, всё ещё не понимая, что произошло. - ты, блять.. Это было слишком резко. Даже больно. Но, блять, как же приятно.. - Больно? - он было испугался, но Вару явно не хотел, чтобы он что-то говорил сейчас. - Чтоб ты знал, я обожаю боль во время секса. Такая острая, прошивающая до мозга костей.. Обожаю. Делай так всегда, это натурально сносит крышу. И, блять, как же я рад, что ты не большой. Будь твой член чуть больше, мы бы запачкали простыни кровью. Но, сука, как же я хочу ещё..       По мере этого диалога он закатывал глаза, кусал губы и иногда всхлипывал от удовольствия. Начинал чувствовать, как к его партнёру медленно, но верно начинает подступать оргазм. - Как ты, блять, только догадался, как принести мне удовольствие? - Мм.. - он не знал, как правильнее объяснить. - я ещё никогда не занимался сексом в активной роли. Потому подумал, что двигаться надо примерно также, как при.. - он запнулся, всё ещё немного стесняясь. - при мастурбации. - проговорил он шёпотом и только в этот момент посмотрел в затуманенные глаза Демона. - в этой позе было сложно, но, похоже, я справился. - его брови приподнялись, будто извиняясь, но это выражение быстро пропало. - А ещё.. Кажется.. - он чувствовал, как внизу становится жарче. - Сделай так снова..       Это было горячо. Габриэль посмотрел на Вару, что сейчас лежал на его груди и с трудом держался в сознании. Вдохнул поглубже и постарался вновь повторить эти резкие, быстрые, грубые толчки. И, судя по развязным стонам, эхом отражающимся от стен, у него ещё как получилось. От собственных действий он кончил где-то внутри партнёра, не зная, как и когда надо было вытащить, и не понимая, смог бы он вообще в таком положении выйти. Но удовольствие было непередаваемым и, кажется, общим.       Ещё около минуты они просто приходили в себя. - Знал бы, как охуенно ты можешь трахнуть, давно бы ноги раздвинул. - выдыхает он, не спеша двигаться. - давно не чувствовал такого кайфа от члена в себе. Хочу ещё. Хочу на всю ночь и в разных позах. - Ты уверен, что я не умру в процессе? - Ох, об этом можешь не переживать. Моя сила не даст тебе отключиться. Не забывай, что я Демон. Нас с тобой ждёт незабываемая ночь..       И ночь действительно была незабываемая. Причём не только для них, ибо сексом от занимались так громко, что их слышали все.       Утром было стыдно всем, кроме самих любовничков. И девочки больше не шутили..