Назови своё имя несколько раз

Кто показал тебе звёзды утром? Кто научил тебя видеть ночью?       Понедельник.       Первый день недели, в который большинство людей не хотят идти на работу или учёбу после выходных и каникул. Антон входил в эти сотни... Нет. Тысячи, а то и миллионы людей, которые хотят ещё немного продлить свой отпуск.       Спокойно прогуливаясь по дороге в школу, юноша рассматривал лица десятка людей, которые спешили по своим делам. Одни разговаривали по телефону, ведя машину и перебирая какие-то папки на соседнем сидении. Вторые просто бежали, горячо разговаривая по телефону, а третьи – Антон. Те самые зеваки, которые не смотрят на время, а потом удивляются, почему опаздывают.       Потеряв всякий интерес к снующим то туда, то сюда людям, Шастун глянул в свой телефон, проверяя время. Экран его сенсорного телефона в правом верхнем углу был покрыт паутинкой трещин, что придавало Ксяоми более убитый внешний вид. 7:50. Парень оглянулся по сторонам и, поняв, что ему до школы ещё шагать ровно 10 минут, придёт он не раньше 8:00, когда как раз и начнётся линейка в честь первого сентября.       Антон не был мастером по бегу, но всё-таки решил ускориться, ведь если он продолжит «прогуливаться», то точно получит по шапке от их классной руководительницы, которая была до чёртиков в мозгу пунктуальна. Повысив громкость в наушниках, парень стремительно увеличил шаг, чему помогали длинные ноги

***

      Уже подбежав к школе, парень услышал знакомую речь, которую зачитывал директор каждый год на протяжении 11 лет. Ничего нового не было, так что Шастун не сильно расстроился, несмотря на то что опоздал. Он стал оглядываться вокруг, выискивая из толп 10 и 11 классов свой 11А. Нашёл он их быстро, ведь его друг, Дима Позов, махал рукой, якобы показывая, чтоб тот шёл к ним. Проходя через огромную толпу людей, Антон успел оглядеть свой класс. Девушки в красивых блузках и юбках о чём-то перешёптывались и смеялись, парни же разговаривали насчёт предстоящей рабочей недели и о том, как же сильно не хочется погружаться в учебный процесс, который закончится злосчастным ЕГЭ.       Подойдя к своему классу, Антон поприветствовал Диму и проигнорировал одноклассников, которые уже протянули руку для приветствия. Окинув их незаинтересованным взглядом, тот отошёл поближе к Диме, отворачиваясь от тех, успев выслушать пару оскорблений в свою сторону.       – Ты чего опаздываешь так? Я уже думал звонить тебе. – начал диалог Позов, скрещивая руки на груди и мастерски поправляя указательным пальцем свои очки, съехавшие на переносицу.       – Да так, за временем не уследил, – отмахнулся юноша, в который раз за день осматриваясь по сторонам. – А где Татьяна Викторовна? – поинтересовался парень, понимая, что их классной руководительницы нет на месте, и вместо неё бумагу с надписью «11А» держит кто-то из одноклассников.       – В декрет ушла, – быстро ответил друг, будто ожидал этого вопроса.       – А... Кто же вместо неё у нас будет уроки вести? – вновь поинтересовался парень, явно удивлённый тем, что у этой женщины с кучей принципов и маленькой тележкой перфекционизма появился мужчина.       Любовь действительно слепа.       – Антон, ты будто с другой планеты. – усмехнулся Дима. – В нашей классной группе сказали, что будет новый учитель. Какой? Пока что неизвестно, но он должен был быть. Может, опаздывает. – констатировал факт Позов.       Шастун начал в своей голове маленькую прогрузку того, что будет за учитель, и почему он никогда не читает переписки в группе.       – Ладно... – протянул первую гласную парень.       Солнце светило ярко, что было довольно необычно для холодного и моросящего Питера. Обычно на первое сентября лил дождь. Всем ученикам и учителям приходилось стоять и мокнуть под струями воды, которая лилась, как из ведра.       Закончив свою речь, директор пожелал всем ученикам хорошего настроения и продвижения в этом учебном году. Все классы пошли со своими учителями в кабинеты, кроме 11А, который стоял, как истукан-потеряшка, не зная, что делать.       Но тут пришло их спасение. Красивое спасение. Мужчина в официальном строгом костюме надвигался на их класс. Подойдя к ним, он глянул на табличку и сказал идти следом, извинившись за то, что немного опоздал.       Их кабинет находился рядом с библиотекой, и Антон мысленно посочувствовал старенькой библиотекарше, которая каждый раз будет закрывать уши книгами, дабы не слышать крик и вопли из 11 кабинета, куда посадили этот питомник с дикими животными. Сам класс был просторным, в нём пахло недавним ремонтом и свежим деревом: стены состояли как раз из него. Поверх доски висели картины разных поэтов, начиная Тургеневым и заканчивая Гоголем, которые так и смотрели в душу, где бы ты не находился. Парты были расставлены ровно и красиво, Антон даже на пару секунд вспомнил, как их классная руководительница всегда следила за этим идеальным порядком. Не дай Бог на полу окажется хоть одна бумажечка, то всё... Начинается взрыв, сносящий всё живое на своём пути.       В конце класса стояли шкаф и стеллаж, в которых скорее всего в будущем (или уже сейчас) лежат тетради и учебники. На одном из подоконников стоял фикус в красивом белом горшочке с разными узорами, представляющие из себя линейные мазки чёрной краски. Красиво. Есть в этом что-то необычное.       Антон с Димой долго искали куда им сесть, и по итогу это оказалось место на первом ряду у окна, из которого приветливо светило солнце, освещая своими озорными лучиками класс.       Подождав пару минут, пока подростки рассядутся по местам, учитель громко хлопнул в ладоши, привлекая к себе внимание.       – Итак, добрый день, 11А, я ваш новый классный руководитель и учитель литературы. – по-доброму начал мужчина. Он встал из-за стола, взял в руку мел и вывел на доске красивым каллиграфическим почерком своё ФИО. – Меня зовут Арсений Сергеевич Попов. – продолжил учитель, отряхивая руки от мела, и усаживаясь обратно на своё место. – Давайте начнём с переклички, продолжим правилами безопасности и я вас отпущу пораньше, чтобы не задерживать. – предложил мужчина, открывая журнал под одобрительные возгласы класса.       Пока в кабинете шла перекличка, Антон решил повнимательнее изучить нового учителя.        Он был высокий. Метр девяносто точно. Широкие плечи. И родинки. Их было довольно много, начиная лицом, на котором они были хаотично разбросаны и заканчивая шеей. Стало интересно, а есть ли продолжение этой горошковой тропинки?.. Тёмные, нет, не так, чёрные волосы. Чёлка была хаотично уложена вправо. Едва заметная щетина на подбородке и скулах. Приплюснутый нос, - как кнопка - будто на него нажали большим пальцем, и тот больше не возвращался в свою первоначальную форму. Длинные, скорее девичьи, чёрные ресницы и прекрасные голубые глаза, которые напоминали чистое летнее небо, на котором не было ни единого облачка. Или кристально-чистое море, в которое так и хочется окунуться... Губы напоминали полоску.       Учитель был одет в белую с короткими рукавами рубашку, что была идеально выглажена. Поверх самой рубашки нависал серо-чёрный пиджак. Чёрные свободные брюки без единой складки, они доходили до щиколоток. Закатанные рукава пиджака позволяли рассмотреть предплечья учителя. Руки его были увиты венами, а длинные и красивые пальцы были аккуратно сложены друг на друге. Так, стоп. Разве учитель не должен помечать присутствующих в журнале?       Из прекрасного астрала Антона вывел друг, пихнув локтём в бок, на что Шастун лишь тихо зашипел.       – Антон Шастун здесь? – ещё раз спросил мужчина, выискивая взглядом последнего в списке ученика с довольно интересной фамилией.        – Да-да, здесь я, – пробубнил Шастун, сидящий на второй парте перед учителем. Юноша потирал ударенный ранее другом бок, шипя, словно змея, на соседа, который даже не извинился.       Пометив парня в списке значком «присутствует», учитель, всё так же сидя за столом, начал разговор про безопасность в школе и вне её, то, как вести себя на уроках и тому подобное.       – Ты чего, как зевака, Шаст? – поинтересовался Позов, смеющийся над тем, как друг продолжает натирать бок, делая только хуже.       – Сам ты зевака... – кинул юноша. Не мог же он сказать, что засмотрелся на нового учителя, который выглядел, как сын грёбаной Афродиты и Аполлона? Ему действительно подходит это сравнение. А ещё Антону вдруг стало интересно, откуда приехал мужчина, ведь он был уверен на все сто, что учитель из другого города. Питер не маленький, но и не большой, и Антон уверен, что преподаватель не отсюда, хотя выглядит он, как будто сошёл со страниц какого-то романа, написанного в девятнадцатом веке. Только трости не хватает.

***

      Закончив лекцию о безопасности, мужчина распустил класс, попрощавшись почти с каждым: список не давали закончить два подростка – Шастун и Позов, которые и не спешили выходить из класса, громко разговаривая и шутя. Не дожидаясь тех у выхода, Арсений взял смоченную ранее тряпку и начал стирать расписанную доску всякими наставлениями: «как вести себя при пожаре?», «что делать, если тебе угрожают?» и так далее.       Уже на выходе из класса Диме кто-то позвонил. Кто? Антон не знает, не рассмотрел, что же высветилось на экране. Он взглянул в сторону учителя, который собирался уже уходить, и вспомнил, что хотел задать вопрос, который возник во время урока.       Выйдя из кабинета и подождав, пока учитель тоже его покинет, Антон вспоминал имя учителя. Сергеевич... Ну же, думай! Имя ещё такое не везде встретишь... Ар-р-ркадий? Нет же!       Юноша постепенно начал заливаться краской от стыда, ведь не мог вспомнить имя, имя... Арсений! Точно!       Прокрутив ключ в замочной скважине на два оборота, учитель глянул на парня, который, скорее всего ждал его.       – Арсений Сергеевич, а можно у вас спросить кое-что? – начал первым Антон, теребя кольца на своих пальцах, ибо разговаривать с людьми всегда сложно, а уж тем более с незнакомыми... Ну, как незнакомыми. Почти.       Учитель обратил внимание на руки подростка, что были увешаны разными браслетами на кистях и кольцами на длинных пальцах. Они стучали друг о друга, создавая звук в тишине.       – Да, конечно, что ты хотел спросить? – поинтересовался Арсений, идя вперёд, к главному коридору, что ведёт к выходу.       – А откуда вы приехали? – спросил парень, идя за учителем.       Арсений не сразу ответил на этот вопрос, как-то он... Не ожидал этого? И как вообще школьник догадался, что Попов не отсюда? – Из Омска. – Легко произнёс он в ответ. Звучало это не так бодро, но и не глухо.       Улыбнувшись, Арсений пожелал школьнику хорошего дня, и пошёл в другом направлении, к служебному выходу, а Антон, развернувшись на носочках, направился к Диме, который так и не переставая разговаривать по телефону, хмурился, явно чем-то недовольный.

***

      Зайдя в свою квартиру, которая была на третьем из шести этажей в многоэтажном здании, Антон первым делом снял с себя верхнюю одежду, откидывая портфель вдаль коридора, следом снимая кроссовки. Их парень отложил в сторонку, дабы они не мешались на проходе.       Он с шестнадцати лет снимает квартиру и живёт самостоятельно, подрабатывая официантом в кафешке, которая находилась возле одного большого парка.       Он не хотел зависеть от бюджета своих родителей, так что решил зарабатывать сам.       Но с четырнадцати лет Антон жил у бабушки, с которой ему пришлось остаться из-за самых отвратительных обстоятельств, которые он не хочет вспоминать. Встряхнув головой, парень направился в гостиную, по пути забирая свой портфель, оставленный ранее на выходе из коридора.       Квартира была не очень просторной, но и не очень маленькой, в самый раз для Шастуна.       Войдя в комнату, с выходом на балкон, парень оставил портфель на кровати, начиная переодевать уличную одежду на домашнюю.       Белое мешковатое худи с надписью «Never give up»* полетело на край кровати, следом и чёрные джинсы. Носки полетели к выходу из комнаты. Открыв шкаф, Антон вытащил оттуда полотенце и нижнее бельё, намереваясь пойти обмыться после жарковатого денька, но его остановил без умолку вибрирующий телефон, по видимому разрывающийся от входящих сообщений.       Парню, если честно, было лень читать, что ему там пишут, потому он решил вернуться к этому позже, когда искупается.       Антон вышел из комнаты, захватив с собой носки и сменные вещи. Стиралка стояла в ванной, но про отсутствие стирального порошка подросток заметил только тогда, когда собирался им воспользоваться.       Парень что-то буркнул себе под нос, помечая в своём списке дел то, что нужно будет сходить в магазин ближе к вечеру.       Включив воду, подросток принялся настраивать режим подачи и температуру. Стянув с себя оставшиеся элементы одежды, он встал под струи тёплой воды, бьющей в лицо. Зажмурившись, юноша повернулся задом к потоку воды, чтоб намочить голову и наконец устроить себе массаж головы. У него это получалось довольно хорошо.

***

      Уже в комнате Шастун смотрел в окно, где собирались воедино густые свинцовые тучи, переливавшиеся из серых оттенков в чёрные. Они стремительно заполняли небо, планируя скрыть под собой Питер.       В груди скапливалось ощущение тревоги, и тогда парень взял телефон, увидев на панели ещё не разблокированного телефона сообщение: Поз.11:42 На месяц-два где-то...       Дальше предложение обрывалось.       Зайдя в чат с Позовым, где было около 11 непрочитанных сообщений, парень дёрнулся от оглушающего удара молнии за окном, что разорвала тучи на несколько кусочков.       Начался дождь. Поз.11:39 Антон, привет, у меня к тебе срочное дело Поз. 11:39 Короче, ты сильно не расстраивайся, но... Поз. 11:40 Мои родители взяли меня с собой в другой город Поз. 11:40 В Москву. Поз. 11:40 Я вообще не ожидал этого, Поз. 11:40 Учебная неделя только началась, а они решили уже куда-то поехать, прикинь? Поз. 11:40 Ты это Поз.11:40 Сильно не расстраивайся, я у них щас спрошу на сколько мы уедем :)) Поз. 11:40 Может всего-то на недельку и всё Поз. 11:42 Пиздец... Поз. 11:42 На месяц-два где-то, даже слушать не хотят меня       Антон несколько раз перечитал эти сообщения, после чего осознавая только то, что его оставляют на два месяца одного. Даже как-то грустно.        Собравшись с мыслями, Шастун напечатал ответ своему другу и, отложив телефон на край стола, глянул в окно ещё раз.       Прозрачные капли не просто падали с неба, а лились, как будто в последний раз. Тревога продолжала заполнять грудную клетку. Нет. Он не боялся грозы или тому подобное, просто погода в Питере выглядела угрожающе-опасно. Это просто настораживало.       Антон, будто заколдованный смотрел на улицу через окно, сидя на скрипящем от каждого движения стуле. Сейчас он не думал о погоде, сейчас он думал о том, что совершил ошибку утром. Колоссальную ошибку...       Юноша вспомнил, как года два назад в их класс перевёлся Дима Позов. Открытый и умный парень, который понравился Антону сразу. Оказалось, что семья Димы состояла только из уважаемых и влиятельных личностей. Это Шастун узнал лично от Позова. Не любил верить слухам, но оказалось, что по итогу они правдивые.       До появления Димы Антона задирали в школе. Могли выбросить пенал в окно, выкинуть портфель в мусорку, специально толкнуть на физкультуре так, чтоб мяч прилетел именно Шастуну в лицо или просто затащить в туалет и разукрасить тело подростка синяками.       Каждый раз, когда он интересовался, почему его задирают, одноклассники молчали, а после напрямую отвечали: «Ты уродец и лох.»       Было неприятно вспоминать, как Антон, приходя домой снимал свою рубашку, на которой виднелись следы от ботинок, и то, как на его худощавом теле было несколько синяков, что выглядели на его груди, животе и боку так, словно разбрызганные краски фиолетовых и голубых оттенков.       Причём здесь Дима? А при том, когда тот узнал, нет, не так, когда увидел, как ребята собираются выкинуть портфель Антона в окно, то начал интересоваться, зачем они это делают. Они ответили ему точно так же, как и Шастуну. На это Дима лишь покачал головой, обрывая общение с такими отвратительными людьми, которых считал хорошими.       Каждый раз, когда Антона пытались задеть, на защиту вставал Дима, угрожающий тем, что расскажет о их поведении своему отцу и директору. После этого издёвки закончились.       Антон, тряхнув головой, постарался выкинуть из головы неприятные воспоминания.       Собрав все мысли в кучу, Антон подошёл к своему портфелю, лежащему на диване, и достал из кармашка пачку сигарет с зажигалкой, направляясь на балкон.       Капли дождя иногда попадали на него, но только из-за ветра, ведь над его головой был ещё один балкон, который и скрывал его от дождя.       Достав из полной пачки сигарету, Шастун поднёс зажигалку к той, поджигая.       Красный огонёк тут же подпалил край, сжигая табак внутри.       Вдох, и Антон чувствует, как его лёгкие постепенно наполняются дымом.       Выдох, и Антон чувствует осадок этого дыма на лёгких.       Он не часто курил, не было повода за последние два года. Да и зависим он тоже не был. Дымил только тогда, когда хотел собраться с мыслями или подумать о чём-то важном, так что пачки из десяти штук ему вполне хватало на месяц, а то и на два.       Антон ненароком вспомнил, как его бабушка, узнавшая о том, что мальчик курит, не кричала на него, а просто спокойно объяснила, что с этим лучше завязать, ведь в 14 лет это может сильно сказаться на организме.       Он вспомнил почему начал курить...       Антон изо всех сил старался закрыть уши подушкой, дабы не слышать кричащих друг на друга родителей.       Антон услышал, как мама толкнула отца и продолжила кричать про то, что тот ей никогда не помогает.       Антон слышит второй раз, как мама толкает отца.       Антон боится, что отец сорвётся.       Антону страшно.       Он слышит резкий толчок, от которого мама ударяется обо что-то, скорее всего о кухонную тумбу, и как начинает орать сильнее.       Он слышит, как кричит отец.       Слышит, как бьётся посуда.       Слышит, как они начинают драться.       И слышит бешенный темп своего сердцебиения, он думает, что оно вот-вот разорвётся.              Он думает о худшем исходе событий, как мама, например, берёт нож и пытается замахнуться на отца, или наоборот...       Они не были пьяные или в каком-то угаре... Никогда.       Они просто никогда друг-друга не любили...       Стряхнув пепел с конца сигареты, Антон почувствовал на своих щеках дорожки слёз. Шмыгнув носом, он сделал последнюю затяжку и выбросил её в пепельницу, что стояла рядом.       Антон ненавидел свои воспоминания и всё, что с ними связано...