alright

      Он — холодный декабрьский вечер, когда едва замёрзший снег шумно хрустит под ногами, фонари почти не освещают пустые улицы, тёплые шарфы скрывают шеи случайных прохожих. Когда хочется закрыться дома и не леденить кожу прикосновениями мороза, закутаться в толстовку и ни единого миллиметра холодного воздуха к себе не подпускать. Он — немного, совсем каплю паршивый, отдающий гарью помятый винстон, шипящее на языке такое же паршивое пиво и пустой пьяный взгляд. Синяки под глазами, вечно холодные руки, старые растянутые шмотки и почти протёртые о потрескавшийся асфальт конверсы. Он — вечные прогулы, нелюбимец всего мира, незаметный человек и прокол на нижней губе, колечко которого он вечно крутит туда и обратно.       Ким Сону считал себя особенным. Ему никто не был нужен, кроме карманных денег и работы, которая эти деньги ему приносила. Самый близкий его друг — первый альбом my chemical romance и вечерние посиделки на кухонном подоконнике. Его университетская драма — счета за квартиру и лопнувшая лампочка в крошечной прихожей.       Он особенный, он странный. Неправильный? Мерзкий? Ужасный? А такие никому не нужны. А значит, и ему никто не нужен.       Сону никогда не считал одиночество чем-то вроде наказания за все его грехи. Никаких назойливых сообщений от друзей, извечных вечеринок и прочей лабуды — парень предоставлен сам себе и вроде как должен быть счастлив. Вот только чувствовал он себя, мягко говоря, дерьмово, рукава его огромных свитшотов никогда не поднимались выше запястья, а цифра на весах никак не могла перевалить за 45. Мусорную корзину заполняли только блистеры от слабительных и антидепрессантов, а тремор никак не покидал его кисти.       Ему не нужна помощь. Он и сам отлично справляется.       Проснуться в семь. Пройтись пятнадцать минут, найти в кармане ключи и открыть ими дверь кофейни. Включить и начистить оборудование, сделать себе двойной эспрессо и постараться не уснуть. Не ударить никого из посетителей за жалкие попытки заговорить, вытереть стол, в очередной раз приготовить сладкое кофейное месиво и получить за это деньги. Алгоритм вроде так прост, вот только Сону каждый его пункт казался непосильной ношей. Хотелось расплакаться или снова взяться за нож, но на работе нельзя. Ещё немного и он сможет зайти в свой любимый ларёк, взять свой привычный набор — три бутылки пива и сигареты, и отправиться в своё любимое место — перекрытый ещё года 4 назад мост, на котором так прекрасно смотреть на закат. Пьяной походкой пойти домой и снова что-нибудь с собой сделать — наказать за свою ничтожность.       Универ? Ким каждый день бывает там. Ну, почти. Окна его скромной кофейни выходят прямо на это место. Вроде вот он — путь к просветлению и счастливому будущему, но сил нет даже чтобы доползти до порога. Это уже неважно — семестр заканчивается, а это значит что на днях его официально отчислят. Конечно, ему звонили из деканата и напоминали о том, что за последние месяцы он не посетил ни одной лекции, но Сону было всё равно.

Нет сил. Не надо.

***

      Он — полевые ромашки, лепестки которых напоминают белые накрахмаленные простыни, летний зной и радуга после тёплого дождя. Когда хочется позвать лучших друзей гулять по улицам, прыгать по лужам и смеяться до боли в животе со всякой ерунды. Он — персиковый блеск для губ, разноцветные hqd и шопперы со значками любимых групп. Пёстрые жилетки, узкие короткие шорты и милые беретики, цветные волосы и клипсы в прядках. Прилежный студент, любимец семьи, социальная бабочка и разноцветная татуировка с фразой из песни на запястье.       Чхве Чанхи не считал себя особенным, в отличие от всех его друзей. Его любил каждый, в чьё поле зрения он попадался, любой студент и просто прохожий мечтал с ним познакомиться. Он напоминал солнышко, что ласкает своим тёплыми лучами румяные щёки.       Все нуждались в таком друге, знакомом, даже парне. А Чанхи нуждался во всех подряд.       Одиночество убивало мальчика. Как только он оставался один, он погружался в тяжкие для него мысли, прикроватная тумбочка усевалась пачками из-под успокоительных и антидепрессантов, а из ванной доносились тонкие, едва слышные всхлипы. Отражение в зеркале мерзко смеялось и тыкало в парня костлявым пальцем, а назойливый голос где-то в подкорке мозга шептал о том, что лучше бы Чхве умер.       Никто и не подозревал, что ему нужна помощь.       Проснуться в шесть. Сделать лёгкий макияж, не забыть нанести липкий блеск с запахом персика на пухлые губы. Выбрать одежду, которая наиболее точно отобразит его настроение сейчас. Точнее, выбрать настроение на сегодня. Какую маску он предпочтёт в это пятничное утро? Что-то милое и воздушное, или добавить немного сексуальности? А может удивить всех и прийти… в обычных вещах? Да, именно так он и поступит. Поймать автобус, идущий до университета, послушать twice, чтобы самого себя убедить в своей излюбленной лёгкости и мягкости. Выйти, глубоко затянуться одноразкой со вкусом клубники и встретить своих друзей. Мило улыбнуться, обняться с каждым и пойти на пары. Всё становится таким простым, когда не остаётся времени на мысли. Можно даже подумать, что он действительно счастлив.       После учёбы пойти с друзьями в кафе, или в кино, или просто гулять — неважно, лишь бы не быть одному. Вернуться домой не раньше десяти — иначе перед сном будет слишком много свободного времени, а это его пугало.

Он в порядке, у него есть силы, чтобы бороться с этим.