Бумага и спичка

На приём в резиденцию Малфоев ни Сириус, ни Уилли не пошли. Никто из них не хотел видеть все эти чистокровные семьи, которые стали бы смотреть на обоих как на добычу. Несмотря на свои 36 Сириус оставался желанным трофеем для многих чистокровных старых дев, а на Уилли покушались многие семьи. Всё таки она была единственной наследницей Блэков и Сэйдов, и её ячейками в Гринготсе (а их было несколько)  мечтали владеть её гнилые чистокровные ровесники. Вместо приёма они пошли в гости к Тонксам.  Здесь было всё как обычно. Тед шутил и получал укоряюшие, но добрые взгляды от Андромеды, Тонкс постоянно злилась на то, что дома родители называли ее Нимфадорой, Сириус из-за этого звал ее по имени через каждое слово: « Спасибо, Нимфадора, не сможешь ли ты Нимфадора, передать чашку с кофе, Нимфадора». Уилли смеялась и думала о том, что Нарцисса могла бы быть так же участлива, как и Андромеда. Но вскоре, она забыла об этом. Лишь только Сириус вспомнил о недавнем визите и рассказал о нём кузине. Не сказать, что Андромеда была рада услышать что-то о своей сестре, но она была заинтересована в том, что Цисси делала на площади Гриммо. Праздники проходили довольно тоскливо. Ситуация в министерстве обострялась, Корнелиус Фадж всё более рьяно выходил из ума. В Отделе Тайн всё чаще стали меняться караульные. Сириус и Римус возвращались домой под утро со своих смен. С одной стороны, Уилли и близнецы могли больше гулять по ночам, потому что Сириус и Римус единственные из взрослых знали, что они где то шляются, с другой стороны это трио переживало за каждого, кто отправлялся в министерство в целом, не говоря уже о ночных сменах в Отделе Тайн. Гарри, Рон и Гермиона изображали из себя спасителей мира, разрабатывая уроки в ОД и планы по спасению магического сообщества Британии от козней Волан Де Морта. Джинни это наскучило и они присоединилась с близнецам и Уилли. Теперь они втроём обучали Джинни искусству выпивки.  Из-за того, что Уилли поступила на курс раньше положенного срока, она не многим была старше Джинни. И они всю жизнь дружили также крепко, как и с близнецами, но по девичьи. Более того, все ухажёры Джинни сперва проходили собеседование с Уилли. Это всегда было забавно. Пару дней спустя после появления на пороге Нарциссы, в Лондон приехали Билл и Чарли Уизли. Дом на площади Гриммо в который раз уже отпраздновали Рождество, наелись до расширения желудков и нахохотались, ловя последние мгновения каникул. Уилли также как и близнецам, подарила старшим Уизли годовой абонемент на посещение чердачного бара с безлимитным количеством напитков.  Следующая ночь была проведена в этом баре, но на этот раз никто никого не пытался перепить. — Чарли, дорогой друг, это правда, что мой тезка Билл теперь мутит мутки с Флёр Делакур? — Уилли нашла тему для шуток. Уже год близнецы, да и вообще вся семья Уизли подшучивала над Биллом, за их "уроки английского" как они это называли. — А ты ведь помнишь, Уиллс, как перед последним испытанием турнира, мы все пришли поддержвть Гарри? Ты сидела на моей спине и мы играли в петушиные бои против близнецов. А Билл, как взрослый сдержанно о чём то говорил. Флёр сидела в своём углу шатра и пристально разглядывала моего братца. А глаза у неё были круглые, как квофлы, да и сама она была такая же красная.  — Хватит Чарли, давай ты ещё вспомнишь всех, кто когда либо краснел от моего шикарного вида, этот список будет длиннее всех членов двадцати восьми священных семей. — Билл немного в смущении, но с гордостью откинул свои длинные волосы и сделал глоток рома. — Обещай, что на вашей свадьбе, мы будем твоими подружками Билл. — Уилли выпила немного сливочного пива. Сегодня она, как ни странно, не хотела пить. Билл торжественно встал, поднял свой стакан и пообещал, что на его свадьбе его подружками будут Чарли и Уилли. Уилли была рада видеть своих старших братьев (а складывалось ощущение, что они действительно ей братья по духу и по рыжине). Они провели в доме ещё пару дней, за это время они успели съездить на окраину поиграть в квиддич, съездить в Гринготс поболтаться на работе у Билла, подшутить над ним и над Флёр. А потом пришло время Уилли и близнецам ехать а Хогвартс, а Чарли в Румынию. Все стояли на вокзале Кингс-Кросс, чемоданы были уже уложены, оставалось несколько минут до отправки поезда, Уилли с горечью обняла Сириуса, Мистера и Миссис Уизли, а затем Билла, напомнив ему об обещании и потребовав на каникулах сводить её в самые страшные подземелья Гринготса. А затем обняла Чарли. Даже вернее сказать, почти придушила его, но последний в долгу не остался и задушил Уилли в ответ. У Чарли Уилли потребовала обещания привезти в Англию драконов, чтобы устроить квиддич на них. Близнецы в последний раз вздохнули, вспоминая свои ночные походы в бар и прогулки по крышам, затем подхватили Уилли под руки, как делали это обычно, и пошли искать своё купе. В Хогвартсе всё было по прежнему. Амбридж с порога начала отчитывать гриффиндорцев за то, что они не в форме, за дерзости, за всё всё всё. Рождественские украшения были сняты. Начались снова рутинные дни. Уилли первым же уроком ЗОТИ завоевала наказание от Амбридж. Она поспорила с ней насчёт учебника, и наотрез отказавшись его конспектировать, показательно выбросила его в окно. Амбридж собрала преподавательский совет из Макгонагалл и Снегга, для решения судьбы Уилли.  Саму же Сэйд на это собрание не пустили, а заставили ждать под дверью. — Я намерена исключить Сэйд из школы. И я более чем уверена, что этот возмутительный характер ей достался от отца, уверена, что профессор Снегг согласится со мной. И я, как генеральный инспектор не намерена более видеть ее в стенах этого замка! Сегодня же попечительский совет и министр узнают о моём решении и Сэйд лишится палочки!  Амбридж визжала как надутый поросёнок, её было слышно в нескольких ближайших коридорах. Мимо проходила толпа слизеринцев. — Наконец таки её вышвыривают! Мы ждали этого пять лет, радуйся Драко! - приторно пролепетала Пэнси, извиваясь перед Малфоем. Тот лишь презрительно хмыкнул и сбросил с себя Паркинсон. — Хоть когда то должен же был закончится этот дурдом, в твоём лице, Сэйд. — протянул усмехаясь Драко. — Хотя признаться, если ты вылетишь, я буду скучать раздаче тебе наказаний. — Да да, конечно. — презрительно прищурясь произнесла Уилли. — Я не вылечу отсюда, напиши Амбридж хоть тысячу декретов об отчислении. Я слишком нужна этой школе, да и никто не выдержит твоего присутствия, без моих люлей. Так что пошли вон, поганые шестёрки Министерства! Уилли говорила яростно, но с достоинством. Это заставило толпу скрыться да очередными оскорблениями в адрес Сэйд. Затем послышался голос профессора Макгонагалл. — Вы не имеете права отчислять студентов, за их юношеские выходки, только наказания! Будь я вашей студенткой, я бы также отказалась только переписывать учебник, ибо дети не смогут ничему обучиться! А то, что они ведут себя неподобающе, разумеется неправильно, но перечёркивать детям жизнь из-за обиды, вы не имеете права! — Мои права главенствующие в этой школе! — Вы итак истерзали моих учеников своим пером, что просто непозволительно, ибо я требую, чтобы моих учеников не касались ваши средневековые методы. Вам повезло, что дети ничего не рассказали родителям, но если такое повторится, я буду вынуждена рассказать им, о жестокости учителя Защиты от темных искусств и заместителя министра магии к ученикам Хогвартса! — Я согласен с профессором Макгонагалл, и не считаю нужным выгонять мисс Сэйд, но тем не менее. Вы можете придумать ей наказание, которое вынудит её вести себя так, как вам нужно.  — И какое же, Снегг? - Амбридж подняла на него свои большие голубые глаза. — Понятия не имею, это уже ваша компетенция. Я поручаюсь за мисс Сэйд, и уверен, что профессор Макгонагалл поддержит моё решение, ведь так? — Благодарю, профессор Снегг. - Макгонагалл с презрением смотрела на Амбридж.  — В таком случае я придумала наказание девчонке! — произнесла последнее. И по её довольному лицу и Минерва Макгонагалл, и Северус Снегг поняли, что это будет что-то, от чего Уилли будет в бешенстве. — Мисс Сэйд! — настойчиво произнесла Профессор Макгонагалл, которая терпеть не могла, когда к её ученикам относились как к мебели, не стараясь даже вспоминать для приличия их имена. — Мисс Сэйд будет отстранена от квиддича, как минимум до конца этого года! - сказала Профессор Амбридж, потирая ладони и мерзко хихикая. — Вы отняли у меня всю команду по квиддичу, как им теперь играть? Сначала братья Уизли, потом мистер Поттер, а теперь ещё и Мисс Сэйд? — никогда ещё Северус Снегг не видел Минерву Макгонагалл вышедшей из себя. Но когда дело касалось квиддича… Он тот час подошёл и придержал руки женщины, пытаясь её успокоить, нежно поглаживая по локтям.  — Вы что-то хотели сказать? — так же мерзко спросила Амбридж. — О, я бы многое хотела вам сказать. Уилли сидела в коридоре. Дверь кабинета Амбридж распахнулась и оттуда грозно размахивая мантией Вышла сначала Профессор Макгонагалл, а за ней также грозно размахивая плащом вышел Снегг. Минерва позвала Уилли за собой. И Сэйд почти бегом догоняла решительно идущего декана. Как только они перешагнули порог кабинета трансфигурации и тяжёлая дверь захлопнулась профессор резко спросила Уилли. —  Это правда, что вы повысили голос на профессора Амбридж? — Да. — Решительно ответила Уилли. — Вы обвинили ее во лжи? — Да. — Вы сказали ей, что она бесполезна, как преподаватель и в доказательство выкинули учебник в окно?  — Да, профессор.  Профессор МакГонагалл села за письменный стол и, хмуря брови, поглядела на Уилли.  — Возьмите печенье, мисс Сэйд. Уилли очень удивилась, её брови сползли наверх, но она тот час поблагодарила декана. Профессор Макгонагалл налила две чашки чая. Уилли добавила: — Я клянусь вам, что никогда не позволила бы себе вести так на других уроках, даже на уроках профессора Бинса, но Пр…проф…язык не поворачивается назвать ее Профессором. — Я вас поняла Уилли, благодарю за откровенность. — женщина мягко улыбнулась и Уилли почувствовала теплоту, находясь с ней. — и всё же вести будут тяжёлыми. Я прошу вас держать себя в руках, это будет трудно, так как я и сама не справилась с этим…  — Я приму любое наказание профессор. — Боюсь, что это вы не сможете…. Треск! Грохот! Первая ваза разбилась! За ней летит вторая! А за ней книги, пергаменты, перья! Первогодки стоят и не могу произнести ни слова, за ними толпятся старшекурсники. — НЕНАВИЖУ! — летит коробка с перьями. — ПОШЛО ВСЁ К ЧЁРТУ!!!— летят склянки с какой то жижей. — ПУСТЬ ЗАСУНЕТ СЕБЕ СВОИ ДЕКРЕТЫ В ТАКОЕ МЕСТО!!! — летят старые швабры и с ними же спрятавшиеся со второго курса пикси. — ПОШЛА К ЧЁРТУ И ОНА…— летит первый ученик ЗОТИ от Амбридж. — И МИНИСТР….— летят ещё несколько. — И ВСЁ ПОМЕШАННОЕ МИНИСТЕРСТВО!!! — Всем разойтись! — ледяным тоном произнес профессор Снегг. Он заставил близнецов остановиться в безудержном сжигании книг Амбридж и остановил Уилли. Класс ЗОТИ был разгромлен точно также, как и на втором курсе, когда Локонс выпустил пикси. Сэйд горела от злости и обиды, но всё еще не плакала. Её истерика не прекращалась, она продолжила бросать предметы. Снегг взмахнул палочкой и класс мгновенно стал чистым. Затем он выгнал всех учеников, и затем резко схватил Уилли за руку, она всё ещё пыталась бросать предметы, но он встряс её, как тряпичную куклу и повёл за собой. Она успокоилась только когда оказалась в башне, где не так давно они пили глинтвейн. Котелок с варящимся глинтвейном снова дымился.  — И все же это не конец света, а всего лишь квиддич. — НЕ БЫВАЕТ ВСЕГО ЛИШЬ КВИДДИЧА. КВИДДИЧ ЭТО МОЯ ЖИЗНЬ!  — Это лишь способ побега из реальности. До конца года осталось всего ничего, а больше она не продержится. - Снегг наполнил бокалы глинтвейном, и подал один Уилли. — Слизерин давно не выигрывал чемпионат по квиддичу. — Ненавижу вас! — Да? Между тем, это несправедливо.  — Несправедливо лишать человека любви всей его жизни из-за свихнувшийся ведьмы! — Блэк и вы — оба сентиментальные дети! Вечно ноете, жалуетесь, как несправедливо обошлась с вами жизнь! Может быть вы ещё не заметили, но жизнь вообще несправедлива! — зельевар усмехнулся и сделал несколько глотков. Когда он говорил что-то подобное Поттеру, он говорил это всерьёз, а сейчас просто подшучивал над Уилли. — По крайней мере я избавил вас от несчастья поссориться с мистером Малфоем на квиддичном поле. — Причём здесь Малфой? — Уилли приподняла одну бровь.  — Это я просто так, чтобы ещё немного позлить вас.  — Весьма не педагогично.  — Во всяком случае не так не педагогично, как если бы перед вами был Дамблдор. — Снегг улыбнулся. Уилли впервые видела на его лице улыбку, да ещё и такую искреннюю.  — Ему вообще плевать, что его школу терроризирует министерство, его учеников заставляют писать кровью, он просто сидит и ничего не делает! Почему?!  — Потому что он мудрый старый колдун, распевающий песни из мюзиклов и ждущий «определенного момента".  Оставшийся день прошёл без приключений. Уилли спустилась из башни недовольная, но всё же уже не в истерике. Вечер был теплый, снег был липкий, и Уилли позвала близнецов и Джинни играть в снежки. Надо сказать, играть с рыжими в снежки удобно. Цель видно издалека. Однако если в компании только рыжие, среди которых два близнеца и две девочки, которые максимально похожи друг на друга затруднительно. Именно поэтому позже присоединившиеся Дин, Симус, Невилл и Ли Джордан сначала полностью запустились в том, где чья команда. Но надо сказать, Невилл быстро различил близнецов и играл за команду Уилли и Джорджа вместе с Ли. Баталия была зрелищной, вокруг собрались другие ученики, пытавшиеся зорко следить за ходом битвы, однако следить они могли только за четырьмя игроками, рыжие устроили своё рыжеволосое месиво. Оно было прекращено появлением профессора Макгонагалл. Но не сразу. Для начала декан факультета Гриффиндор, слепив несколько твёрдых снежков со всего размаху зарядила по близнецам и по Симусу, затем, явно довольная своей победой, по-доброму, но всё же строго, улыбаясь, объявила о том, что ученикам пора идти по своим гостиным. Сэйд была поражена профессорами до глубины души. Такой доброты от Макгонагалл и Снегга она не чувствовала никогда, и такой же злобы на Амбридж нельзя было сыскать за всё её короткое знакомство с ней.  Однако сейчас, уже успокоившись, Сэйд без каких либо сомнений, решила, что хочет спать. И она пришла в гостиную, встала посередине и громко провозгласив о том, что она идёт почивать и не дай Мерлин, кто-то затеет шум и разбудит её, плюхнулись на свою кровать и непросыпаясь проспала до самого утра. Утром Амбридж объявила о том, что все учащиеся будут подвергнуты допросу, на предмет участия в запрещённой деятельности. Как ни странно, её не вызвали первой. Сэйд была невероятно спокойной всё утро, на завтраке ни разу не обозвала Амбридж, а только с большой грустью говорила о квиддиче, передавая Джинни все свои хитрости полётов и метания квофлов. Поскольку больше половины команды Гриффиндора вышла из строя, взбешенная Анджелина набирала новую. Среди новичков оказалась Джинни, которая стала ловцом.  Близнецы были невероятно ею горды, но оба, и Фред, и Джордж также глубоко скорбели о квиддиче. И надо сказать, не они одни. Драко узнал о том, что Уилли собираются исключать первым. Он и вся инспекционная дружина, находившиеся на тот момент возле Амбридж первыми услышали, как Долорес возразила о том, что отныне она не будет терпеть Сэйд. Сколько стоило выдержать эти слова и не подать виду. Сколько стоило стерпеть нападки Пэнси на Сэйд, когда та оказалась рядом. Сколько стоило сказать профессору Снеггу о том, что он обязан заступиться за Уилли. Драко был невероятно вымотан за эти дни, но он остался доволен тем, что с его Уилли всё будет в порядке. Но ему было жаль, что ее сняли с квиддича, и не только потому, что она, как и он сам, любила его всей душой, ему было жаль терять хорошего противника, потому что без Уилли команда Гриффиндора не могла победить. Даже при наличии шикарных загонщиков и ловца, охотники не сильно блистали умениями.  Они встретились лишь на третий день по приезде с каникул, Бросающейся Гостиной. Эта комната была открыта Уилли и Близнецами совсем недавно. Это была небольшая гостиная на четвёртом этаже, близ статуи Толстого Монаха, в ней были несколько мягких кресел, обитые тёплыми морковными подушками, такой же диван, синий узорчатый ковёр, большой камин с большим серебряным зеркалом, на котором стояло множество раритетных вещиц, старые книги, журналы, фотографии, пластинки. Фишка Бросающейся Гостиной была в том, что если в гостиной уже есть люди, но в неё направляется нежданный человек, Гостиная бросает тех, кто уже внутри Гостиной в Зазеркалье. Точно такую же гостиную, и как только нежданный гость уходил, гостиная возвращала людей обратно. Встреча была рано утром, до завтрака, совсем короткая встреча. Уилли проспала, и пришла довольно поздно. Драко сидел на краю стола, всё время обеспокоенно поглядывая на дверь, и когда она наконец распахнулась, и из неё выбежала Уилли, заспанная и растрёпанная он подбежал к ней и заключил в объятья. Он долго прижимал её, вдыхая запах имбирного пряника он ее волос, и горьковатый запах её духов.  — Вообще тоооооооо, вам пора уже на уроки! Акту нежности первой юношеской любви пора прекратииииться-ааааааааааа!!! — Что это! - с испугом спросил Драко, оглядываясь по сторонам. — Закройтесь! — грозно крикнула Уилли, глядя себе под ноги. Крик моментально прекратился. — Прости, это мои кричащие носки, мы изобрели их с близнецами, с лицом Дамблдора, они...несколько болтливее других. Как ты провёл рождество? — Твои носки, скорее быстрее выдадут вашу кучку "повстанцев", чем если бы это был я. Уилли строго посмотрела на него. Драко продолжил: — Очередной скучный приём, среди чистокровных. Он мог бы быть другим, но ты отказалась приходить. — Сириус был огорчён визитом Нарциссы. Он сказал, что не считает её появление дружелюбным семейным жестом, после того, как вся семья Малфоев долгие годы игнорировала его семью. — Уилли замялась и посмотрела в глаза Драко.— ты обижен? — Нет. Я ожидал, что так и будет. Но я рад, что моя мама пришла к вам, хоть она и не почувствовала того, чего хотела, она сказала, что несмотря на внешнюю холодность Сириуса, она почувствовала, что он рад ей. И она была рада видеть тебя. Весь вечер мы проговорили с ней о том, что она чувствовала. Ей жалко, что мы с тобой не дружим. — Драко прервался. — я не сказал ей о нас, я подумал, что подставлю под угрозу не только свою семью, но и твою.  Уилли нежно обняла Драко, утыкаясь лицом в его мягкий свитер.  — Почему только сейчас ты стал таким? Почему мы не решили все раньше? Драко усмехнулся, и поглаживая по волосам ответит Уилли. — Потому что мы оба Блэки, которые не умеют признавать свою неправоту.  Бой колокола заставил их вздрогнуть, и посмотреть на часы. Было время завтрака, и Драко уже начали бы искать его так называемая свита, да и Уилли обычно в это время ругалась с соседками по комнате из-за того, что они разбудили её. На прощанье они вновь крепко обнялись и Драко покинул гостиную. Уилли отправилась в зал спустя ещё пятнадцать минут.  День был спокойным, вечером Уилли и близнецы отправились в Выручай-комнату, на занятие в ОД.  Сегодня были взрывательные чары.  Уилли и. Близнецы дали свой мастер-класс, в котором они показывали, как можно скрыться во взрыве, используя окружающие предметы. Этот способ взрывного побега они придумали после того, как Амбридж заставила их чистить клетки с магическими существами. Для того, чтобы получилось незаметно скрыться, на любом предмет, который мог оказаться рядом, нужно направить Экспульсо, взмахивая при этом палочкой также, как при заклинании левитации, чтобы частицы могли одновременно разлететься во все стороны. И эти же частицы разрывались до состояния пыли и скрывали убегающих взрывателей.  Этим приёмом безупречно овладела Джинни, которая в принципе очень хорошо умела взрывать предметы, такого же уровня достиг Колин Криви, а его брат Денис не справлялся с тем, чтобы совместить взмахивание и заклинание, не предназначенное для такого движения, но под конец урока все же смог. — Что ж, я поражаюсь вам, вы отлично поработали, и вы большие молодцы. За это небольшое время мы овладели многими приёмами, и я могу сказать, что горжусь тем, что мы можем за себя постоять! Тренируйтесь, придумывайте новые способы, и никто не сможет победить вас!  Гарри Поттер сказал не особо пафосную речь, но она воодушевляла каждого. Ученики захлопали, громко, звонко. Фред и Джордж начали свистеть, к ним подключилась Уилли. Гарри подходил к каждому и говорил что-то подбадривающее, Невилл, у которого сегодня получились почти все заклятия густо покраснел, после того, как Гарри громко возвестил об этом. Полумна тихо сидела между Денисом Криви и Найджелом, рассказывая им про нарглов. Гермиона и Рон общались с когтеврвнцами и Пуффендуйцами.  Уилли и Близнецы попросили у Выручай-комнаты три больших кресла, и развалившись в них раздавали все проигранные на ставках на ОД деньгах. Фред проигрался Джорджу и Уилли, поставив на Рона, и искал в своих бездонных дырявых карманах смели, когда раздался странный звук. Все насторожились. Звук продолжал расти, это был звук грозы и молний, он усиливался. Свечи в люстре задуло порывом ветра, все вскочили со своих мест, и смотрели туда, где была дверь. Она как будто крошилась, под какими то тяжёлыми глухими ударами.  Уилли подбежала ближе, увидев трещину, глубокую трещину в стене. Она опустилась на корточки и взглянула туда. В маленькой полоске теплого света она увидела ярко-розовый берет. Она резко вскочила, отбежала и крикнула: — Это Амбридж, нужно срочно эвакуироваться! Скорее! — Мы не сможем, она нашла вход, другом не появится! — крикнул Гарри. — Все! Подумайте о хламе, пусть комната превратится в свалку, у нас будет шанс! Все стали представлять много предметов, но приторный голос Амбридж долетел да каждого уха. — Я упрощу задачу. БОМБАРДА МАКСИМА! - вход разлетелся. Взору ОД предстала запыленная Амбридж, Филч, инспекционная дружина, во главе с ухмыляющимся Малфоем. В кабинете Дамбодора стоял весь отдел тайн, министр, мракоборцы, секретари. Уилли держали Перси Уизли, и какой то молодой мракоборец, Гарри держали Теодор Нотт и Крэбб. Впереди стоял Малфой, докладывая министру обстановку. Дамблдор сидел на столе  —Вот видите, Корнелиус, доказательства того, что я говорила вам в самом начале! Отряд Дамблдора, возглавляемой девчонкой Сэйд и Поттером! — Нет, нет, это не Профессор Дамблдор, и тем более не Уилли! — закричал Гарри. — Это всё я! — Весьма благородно, что вы защищаете меня, Поттер. - сказал Дамблдор. — Но на пергаменте ясно написано, Отряд Дамблдора, а не Поттера. — Я вам тысячу раз говорил, Дамблдор, а теперь вы решились на государственную измену? — Фадж поправил свою мантию и скрестил руки. — Бруствер, вы доставите это прошение в министерство. А затем, доставите Альбуса Дамблдора в Азкабан! Пока министр и Дамблдор спорили, Уилли обратилась к Перси, который держал её. — Я всегда знала, что ты станешь большой шишкой, но не думала, что окажешься ещё и гнилой! — Ты не смеешь учить меня, Сэйд! Никогда не забывай свое место! Если ты, и твои дружки, и моя так называемая семейка все стали полоумным, я сделаю всё, чтобы избавить имя Уизли от позора! — Ты и есть позор семьи Уизли! — Уилли громко это крикнула. В этот момент все обернулись на неё, и Дамблдор, которого пытались схватить мракоборцы, воспользовался этой секундой и призвал Феникса, и сгорел, улетев с ним из кабинета. Всё. Абсолютно все смотрели сейчас на Уилли, а та, стояла с высоко поднятой головой, совершенно не представляя, чем всё это может обернуться для неё.