А бабуля где?

«запасная шапка»

      Из-за снежных сугробов, которые накопились с начала зимы и которые виртуозно игнорировали коммунальные службы, припарковаться по нужному адресу было крайне сложно. Отвоеванные усердной работой с лопатой места были заняты другими водителями, чьи-то машины и вовсе едва различались под холмом снега, поэтому оставлять свою машину Ефиму пришлось буквально через два двора. Если сам стать невидимым для людей он мог без проблем, то свое служебное авто сделать таковым — нет. Чтобы первым встать на свободное место, Ефим и без того испробовал трюк с отводом внимания, который на расстоянии вполне имел право не работать, но водитель второй машины замешкался, видимо, какие-то волны его таки зацепили, а Ефим, пробуксовав, занял местечко. Кто первым умер — тому и тапки, как говорил Ефим в таких ситуациях.       — Сколько времени? Успеваем? — спрашивает поехавший за компанию Костя, когда они выбираются из прогретого салона на улицу.       — Десять минут, должны, — отвечает Ефим, сверяясь с часами, и ставит авто на сигналку.       У Кости, в отличие от партнёра и напарника, выходной, но ради опыта и чтобы не сидеть дома в одиночестве, он сопровождает Ефима, который все еще официально числится его старшим наставником. К работе жнеца Костик не то чтобы привыкает быстро, но с помощью Ефима без проблем вникает в суть и нюансы. Конечно, осознавать, что ты для всех прочих — друзей, коллег и семьи — умер и теперь сам собираешь человеческие души, порой все еще чудно́, но об уходе с должности Костя даже не заикается.       Умереть Косте в принципе было обидно, он ведь только встретил Ефима, влюбился, устроился на новую работу, начал налаживать отношения с матерью… и так глупо в итоге закончить свой путь, поскользнувшись в ванной. Когда же какой-то парень по имени Лёня появился на пороге его квартиры и представился внезапно жнецом, обязанным сопроводить Костю на пункт посмертного распределения, Костя, мягко говоря, сильно удивился, даже на мгновение решил, что это розыгрыш или же он просто ударился головой при падении, а это все галлюцинации или сон, пока сам он, например, лежит в коме где-то в больнице. Но нет, он банально и досадно умер. А потом была контора жнецов, добродушный Станислав Валерьевич, встретивший Костю и начавший пояснять суть его нового предназначения… и ворвавшийся через время в кабинет Ефим. Костю, кажется, только тогда в полной мере накрыло осознанием того, что и главное кто остался, как он думал, позади. С него словно спала завеса или закончилось действие анестезии, что, впрочем, было недалеко от правды, иначе бы большинство умерших впадало в шок, истерику и отрицание. Но едва Костя оказался в объятии Ефима, даже факт собственной смерти не казался таким уж ужасным, ведь в каком-то смысле они оба по-прежнему в мире живых, пусть и с некоторыми ограничениями, однако полностью сохранили воспоминания, но главное, и дальше могут быть вместе. Это было достаточной наградой за потерянную жизнь.       И вот они здесь…       Костя передергивает плечами и повыше поднимает воротник куртки, втягивая голову внутрь. Шапка натянута по самые брови, но колючий ветер хлестко проходится по лицу.       — Застегнись, — командует Костя, когда замечает, что Ефим идёт нараспашку.       — Тут недалеко, — отмахивается тот, переступая сугроб.       — У тебя уже уши красные, — продолжает Костя. Роется в сумке, выуживает оттуда шапку и протягивает Ефиму. — Надень.       — Ты же в курсе, что жнецы не особо чувствительны к холоду и не болеют? — усмехается Ефим, но шапку все равно берет.       — Мне вот как-то не жарко, — жалуется Костя и вдобавок шмыгает носом.       — Ты ещё новичок, это фантомные ощущения, ты не отвык просто от прижизненных параметров нормальности, — поясняет Ефим, а потом сталкивается с серьезным и требовательным взглядом Костика и всё-таки натягивает на голову шапку. — Ты ее для меня, что ли, специально носишь с собой?       — Ну так ты же о себе не заботишься, — парирует Костя. Поскальзывается на припорошенном льду, но Ефим вовремя ловит его под руку. — Спасибо.       — Кость, — Ефим останавливается и тормозит Костю, так и не отпустив.       — Чего? — удивляется он. — Опоздаем же.       — Клиент умрет и без нас, а дальше подхватим, не боись. Иди-ка ко мне.       — Вот прям сейчас? — хмыкает Костя, но шагает вперёд и позволяет Ефиму обнять себя. Да уж, полезно иногда уметь быть невидимым. — Что за внезапный всплеск нежности? Вы на работе, Ефим Яковлевич, не забывайтесь.       — Константин Викторович, я просто нестерпимо захотел вновь сказать, как сильно вас люблю, — в такой же шуточной манере отвечает Ефим. Тянет к себе Костика за воротник, но прежде чем поцеловать, шепчет в самые губы: — Спасибо, что заботишься обо мне.

* * * «праздничная смена»

      Работать в новогоднюю ночь жнецом даже хуже чем фельдшером скорой помощи — люди так и норовят умереть. Кому в голову прилетит петарда, кто-то по пьяни выпадет из окна, у кого-то анафилактический шок, потому что теща вдруг забыла, что у зятя аллергия на спаржу. Ефиму по графику выпадет работать ровно в ночь с тридцать первого на первое. Костя, то ли как новичок, то ли как счастливчик, получил выходной. Одно радовало, что Славка тоже работает, а то больно радостной была его физиономия в прошлом году, когда все самые жаркие смены прошли мимо него.       Самое обидное для Ефима, конечно, оставлять Костю одного дома, а ведь это их первый совместный домашний праздник. Костя успокаивает, что они наверстают первого числа, год ведь только начинается, да и у них впереди ещё столько этих новых годов, что устанут.       Клиенты у Ефима как назло разбросаны по разным районам — и когда уже отдел распределения будет составлять маршруты, руководствуясь какой-то более адекватной логистикой?       В квартирах клиентов Ефима то и дело встречают ароматы свежей ели, выпечки, оливье, чего-то мясного, а ближе к вечеру примешиваются запахи духов, пары́ алкоголя и, кажется, только что зажженого бенгальского огня и стреляной хлопушки.       В такие дни Ефим чувствует некоторую вину за свою работу: люди планировали праздновать, а кому-то вот не посчастливилось вступить в новый год или же уйти прям на его пороге.       За пятнадцать минут до полуночи Ефим приезжает на очередной адрес в центре. До встречи с клиентом остаются считанные мгновения, но дождаться Ефим решает на улице, а подняться уже постфактум, подхватить готовенькую душу и вернуться в офис.       Морозный воздух приятно заполняет лёгкие. Ефиму, конечно, не холодно, но он замотан в шарф, а на голове натянута шапка — обещал же Косте, что не будет ходить нараспашку. Мимо проходят люди — наверное, спешат в гости буквально под бой курантов. Кто-то вон приехал почти минута в минуту на такси, не побоявшись пробок.       — Ефим!       По дорожке к парадной топает Костя и машет рукой. Вот это сюрприз.       — Ты откуда здесь? — удивляется Ефим и обнимает Костика, когда тот равняется с ним. Не виделись уже весь день, соскучился.       — Я у Тани узнал, где ты будешь перед полуночью, и решил приехать, чтобы вместе встретить новый год.       — Вот ведь делать нечего, — усмехается Ефим, но, конечно, такому повороту событий искренне рад.       Берет Костю за лицо и продолжительно целует.       Они вместе поднимаются за клиентом. Тот спокоен, но с тоскливым вздохом говорит, когда Ефим описывает ему ситуацию и дальнейшие действия:       — А я так и не попробовал колбаску копченую. Полгода на диете был, обещал вот себе в новогоднюю ночь пару кусочков в качестве награды.       И смотрит на тарелку взглядом, каким не все мужья смотрят на своих любимых жён.       — У меня есть один фокус, погодите, — произносит Ефим и достаёт мобильник. Набирает кого-то и ждёт, когда по ту сторону линии ответят: — Гош, привет, это Ефим… ага, работаю… серьезно?.. Я заскочу на днях… Ага. Гош, слушай, я по делу. Можешь на пару минут душу одну заматериализовать? Даже на минутку можно, мне хватит… Хорошо… всё, по рукам тогда. Спасибо, ты настоящий боевой товарищ.       Закончив, Ефим обращается к клиенту:       — Марат Русланович, в честь праздников вам подарок, можете колбаску отведать.       И кивает на тарелку.       Мужичок не до конца, кажется, понимает, но тянется к колбасе и спокойно берет кусочек. Жуёт, аж глаза прикрывает от наслаждения.       — Теперь и умереть не жаль, — радуется тот. — Молодые люди, вы тоже угощайтесь.       Ефима долго уговаривать не надо, он скромностью не страдает и берет пару кусков колбасы из нарезочки: один себе в рот кидает, второй сует Косте.       — Ммм, реально вкусная, — оценивает Ефим.       Все дружно соглашаются.       — Ладно, теперь давайте на крышу заберёмся, — зовёт Костя и поясняет: — Отсюда салют будет хорошо видно.       Благодаря универсальному ключу Костя запросто отпирает дверь, ведущую с лестничной площадки на крышу дома. Здание невысокое, что типично для центра, но вид все равно отличный.       — Две минуты, — проверив часы, сообщает Ефим.       А Костя выуживает из кармана куртки пачку бенгальских огней и зажигалку. Марат Русланович уже разматериализовался обратно, поэтому Костя даёт огонь только Ефиму.       Поджигают буквально на последних секундах, а когда обе стрелки на циферблате указывают на двенадцать, Ефим громко кричит «Ура!». Даже почивший Марат Русланович улыбается.       Ефим на волне эмоций тянет Костю за шарф и впечатывается в губы, клиент все равно забудет о них после распределения, можно и не скрываться.       — С новым годом, медвежонок, — полушепотом поздравляет Ефим. Трётся с Костей носами и улыбается.       Не так и плохо, оказывается, работать в праздники.