Наследники трона

Охрана Эрика напала сразу же, как Корвин приблизился ко дворцу. Должно быть, накануне, когда он проезжал Арденский лес и слышал где-то вдалеке топот копыт Моргенштерна, рев адских гончих и звук рога брата, зря решил, что Джулиан его не заметит. Хотя мысль, что тот вполне мог отвлечься на Кейна, в кои-то веки сошедшего на твердую землю с одного из своих кораблей, тогда показалась очень даже резонной. Досадная и ничем не оправданная опрометчивость, учитывая, что с четверть часа над ним кружил сокол, избегая снижаться. Очевидно, их прошлой встречи злобной твари хватило с лихвой. Отбивая очередной выпад гвардейцев верным Грейсвандиром, не утраченным в десятилетиях скитаний среди Теней, Корвин на мгновение зажмурился, вглядываясь в золотисто-зеленые шпили и круто поднимающиеся ввысь террасы садов — сразу за стенами замка. Вечный город, даже воздух в котором пропитан духом счастья, свободы. Трепет, который охватывал Корвина каждый раз при взгляде на сверкающие стены и башни Амбера, был, безусловно, знаком всем его братьям и сестрам. Амбер — истинный город, все остальное — лишь его бледные Тени, его Отражения. Подделки. Должно быть, замешкался уж слишком надолго, потому что пришел в себя от резкой боли в плече — меч одного из стражей по касательной задел бицепс. Обычному человеку удар такой силы оторвал бы полностью руку. Но он был принцем Амбера, а потому уже утром безобразный лиловый синяк в половину руки исчезнет полностью. — Прошу прощения, ваше высочество, — не на шутку испугался солдат и отступил, опуская оружие. Осмотрительно, безусловно. Бешеный нрав всех сыновей, да и дочерей Оберона в Вечном городе знали не понаслышке. — Принц Эрик потребовал максимальной достоверности нападения. С в-возвращением, мой лорд. — Свободны, — звонкой сталью хлестнул по нервам холодный голос старшего брата. Эрик Амберский собственной персоной ступил на каменные плиты двора. Красно-черный бархатный плащ с серебряным кантом зашуршал, плавно стекая с широких плеч за его спину, когда принц щелкнул застежкой на горле. Ухмыльнулся, опуская ладонь на рукоятку клинка. — Соскучился, Корвин? Я уж было думал, та странная Тень так тебе полюбилась, что ты просидишь в ней еще пару веков, обучая туземцев грамоте и медицинским основам. Меч вышел из ножен абсолютно беззвучно. Солнце, отразившись от гладкой поверхности клинка, выкованного в незапамятные времена в секретных оружейных Амбера, бросило отблеск в глаза сквозь забрало. Ухмыльнувшись, Корвин стянул тяжелый металлический шлем, запустил им в сторону стражи. Отросшие за время странствия волосы рассыпались по плечам. — А ты, должно быть, по мне тосковал? Вон, я гляжу, даже побрился. Кстати, курчавая борода, пусть и рыжая, тебе даже шла. Выглядишь без нее, как зеленый юнец. Эрик заиграл желваками и лязгнул зубами, бросаясь в атаку. — Ты пожалеешь, что не остался, поджав хвост, в той Тени. — Заставь меня, братец! — задорно выкрикнул Корвин, отражая атаку. Эрик бросился снова, обрушивая на голову брата рубящий страшный удар. Корвин сумел увернулся и ринулся на него, метя в сердце. Опять безуспешно. Двор постепенно наполнялся зрителями. На звон двух мечей и приглушенные выкрики стражи сбежалась куча людей. С радостным воплем с каменных ступеней бокового крыльца к ним метнулась тонкая девчушка в черном платье с серебряным пояском и лентой того же оттенка в густых волосах. Выкрикивая звонко имя Корвина, едва не угодила под мощный удар. К счастью, в последний момент оказавшийся тут же Джерард обхватил ее за талию, ловко убирая с линии боя. — Дейдре, будь осторожней, сестра. Я слишком соскучился для того, чтобы оплакивать твою безвременную кончину, — с восторгом выкрикнул Корвин, опять налетая на брата. — Твоя любимица, правда? Ты вечно ставил ее выше всех остальных, — прошипел ему в лицо Эрик так тихо, что больше этих слов никто не услышал. — Она вообще-то наша единокровная сестра, — напомнил Корвин, отшвыривая в сторону плащ цвета ночи. Пряжка в виде серебряной розы с каплями росы, навеки застывшей на лепестках, звонко брякнулась оземь. Он вдруг заметил, как глаза Эрика налились темно-багряным. Точно лопнули сосуды в глазах от перепадов давления. Такое бывает в Тенях, где встречаются слишком высокие горы. К примеру, Олимп... Корвин сделал подсечку и тут же отпрыгнул, ударил его сверху вниз, на свое удивление, попадая. Лезвие прошло по бедру, распарывая ткань и вскрывая плоть до кости. Простейший прием, на который бы Эрик никогда не попался. Корвин смутно встревожился: — Ты в порядке? — О да. А буду еще лучше, вот только проткну тебя, как свинью... Кровь из раны хлестала мощной струей, собираясь у ног брата в ощутимую лужу. Еще немного, он в ней или поскользнется, или утонет. — Достаточно! — громогласный глас Бенедикта эхом пронесся по двору, отражаясь от стен. — Что за цирк вы устроили снова? Как дети, — сурово проговорил он, запахивая оранжевый плащ. — Что говорил отец о подобных развлечениях, да еще на глазах у всего честного народа? — Ладно тебе, Бенедикт. Никакой трагедии не случилось, — немедленно ухмыльнулся Эрик, опуская свой меч, прекрасно зная, что Корвин безоружного не атакует. Или, как минимум, побоится гнева их самого старшего брата. — Мы с Корвином разминались. Правда, брат? — Ну конечно, — расплылся он в широчайшей улыбке. Натянутой, как струна на лютне менестреля. Наклонился, поднимая запылившийся плащ. Кажется, они вволю успели по нему потоптаться. — Уверен, убийство родных не проворачивают прилюдно. По крайней мере не в нашей семье. Как нога, Эрик? Тот прошипел в ответ что-то угрожающе-сладкое. Корвин хмыкнул, но тут же был практически сбит с ног младшей сестрой, повисшей на его шее проворной радостной обезьянкой. В последней Тени, где он жил несколько десятков лет, такие водились на островах в теплых морях. — Корвин. Корвин, как я рада, что ты вернулся, — лепетала Дейдре, перебирая пальцами, унизанными десятком перстней, его уже довольно грязные волосы, свалявшиеся от дорожной пыли и пота. — Малыш, я тоже счастлив. Но, может быть, ты на время отпустишь меня принять ванну и чуть-чуть отдохнуть? Кажется, я не спал целую вечность. Эрик отчетливо фыркнул. Должно быть, вспомнил их схватку пару столетий назад на каком-то турнире в отдаленной Тени. Кажется, та длилась неделю. Плюс-минус. А потом еще правитель тех славных земель затеял пир в честь их общей победы. Корвин отключился только на третьи сутки попойки. — Встретимся за семейным ужином, крошка? Пропустил сквозь пальцы ее жгучие пряди, поглаживая легко по затылку. Дейдре кивнула и потянулась за лаской, как кошка. Прикрыла глаза и разве что не замурчала. — Бенедикт, отец к нам присоединится? — Не думаю, — тот бесстрастно качнул головой, зорко осматривая быстро пустеющий двор. — В дальних Тенях появились необычные существа. Он отправился на разведку где-то с месяц назад по времени Амбера. Корвин присвистнул. По времени Амбера месяц — это очень давно. Как бы с ним ничего не случилось. Впрочем, за прошедшие тысячи лет существования Янтарного города убить Оберина пытались множество раз. И каждый противник погиб ужаснейшей смертью. Включая двоих младших братьев Бенедикта. Так что отец сейчас, скорее всего, развлекается. Или снова что-то затеял, чтобы развеять гнетущую скуку столетий. * Комната встретила Корвина полумраком и запахом затхлого, нежилого пространства. Впрочем, пыли на зеркалах, на столе, подсвечниках, стульях не наблюдалось. Наверное, слуги изредка заходили сюда, чтобы прибрать. А еще кто-то догадался к его приезду заставить их перестелить постель свежим бельем и оставить на столе поднос с фруктами, мясо, тяжелый кубок и вино, приготовленное на винодельнях Амбера. Вкуснее и слаще Корвин нигде не пробовал за всю свою жизнь, за долгие десятилетия, перетекающие в века, путешествий и странствий. Выдохнул, сбрасывая на пол плащ вместе с ножнами. Пламя на десятке свечей, предусмотрительно зажженных вдоль дальней стены, взметнулось, потревоженное сквозняком. Дверь в потайной ход в его комнату, скрытая за гобеленом, беззвучно закрылась, впуская Эрика, так напоминающего сейчас взъерошенного воробья. Корвин лишь дернул бровью. — Заблудился? Или спинку пришел потереть? Я только "за". Весь грязный с дороги, — он хохотнул, берясь за завязки на узких штанах и шагая к лохани с горячей водой. Эрик рыкнул и преградил ему путь. Смотрел на брата чуть снизу, прожигая пылающим взглядом. — То есть, до ужина будем молчать? — Уж молчать ты точно не будешь, — угрожающе прошипел и немедленно заткнул, накрывая его губы губами. Обхватил ладонью за шею, принуждая нагнуться к нему. "Больше ни разу", — клятвенно обещал себе Корвин во все прошлые разы. "Больше подобного никогда не случится", — пылко твердил ему Эрик после каждой такой их ночи, когда они забывали о взаимных претензиях и обидах, отпуская поводья и выпуская на волю то темное, что через века влекло их друг другу и одновременно заставляло бороться. — Помнится, ты говорил... — успел хмыкнуть Корвин перед тем, как брат подсечкой свалил его возле кровати и рухнул следом, потерся пахом о бедра. — Я много чего говорил, как и ты. А теперь заткнись и дай мне заняться делом, — нависнув над ним, Эрик жадно всматривался в лицо несколько долгих секунд. Показалось, Корвина затягивает в жгучую бездну. В первозданный, разрушительный хаос. — Вообще-то, нас ждут... — еще раз попробовал он. — Может быть, ты решил наведаться к нашей маленькой Дейдре? — зло рыкнул Эрик, забираясь рукой за пояс штанов. И этим лишая брата всех мыслей. После кто-то стучал в дверь комнаты и даже пытался войти. Безуспешно. Выдержки Корвина даже хватило на то, чтобы спокойным голосом извиниться и сообщить, что он решил отдохнуть до утра, принять ванну и выспаться. Впрочем, часа через два ванну они приняли оба. Перед тем, как рухнули вдвоем на кровать, как прокусывали плечи и шеи друг друга (с их регенерацией все равно к утру заживет), сплетаясь телами, глотая всхлипы и животные стоны. * — С возвращением, брат. Но лучше бы уж ты остался в той Тени, — шепнул позже Эрик, поднимаясь с измятой кровати, на которой обессиленный Корвин все же уснул, подсунув под щеку ладонь, как ребенок. В груди что-то дрогнуло, и он отвернулся, разыскивая на полу штаны, камзол и ножны, конечно. Без оружия он себя обычно чувствовал голым. Постоял у зеркала, рассматривая синие отметки на шее и следы жадных пальцев на бедрах. Дернул ртом. Пройдет хоть тысяча лет, а Корвин будет все тем же. Неутомимым, пылким и сильным. Тем единственным, кому отец оставил бы трон. Тем, кто из-за своих прихотей и затянувшихся странствий не знает расстановки всех фигур на доске, а потому из игры ему придется временно выбыть. — Для твоей же безопасности, Корвин, — проговорил в пустоту. Голос дрогнул чем-то до странного напоминающим чувство вины. Эмоцию, неведомую принцам Амбера с рождения. — Может быть, когда-нибудь ты даже поймешь. Если у тебя получится выжить. Еще постоял, разглядывая кровать. Корвин пробормотал что-то во сне и перевернулся, подминая подушку. Эрик, вздрогнул, и, опомнившись, решительно покинул покои через тот самый ход, которым пришел. Никто его не должен увидеть. Потому что борьба за трон началась.