Oh, darling...

Питер смотрел на тебя. Он смотрел пристально, не отводя заворожённого взгляда, переодически пытаясь прикоснуться к тебе, но почему-то пальцы его сильно дрожали, он не мог этого сделать, не мог потревожить твой покой. Переодически его ступни сплетались друг с другом, он медленно приближался к твоему личику и продолжал смотреть, еле дыша, чтобы не разбудить тебя. Питер всё думал о вчерашнем вечере, о том самом поцелуе, которым ты одарила его...он представлял его снова и снова, и каждый раз был как первый, такой же приятный и сладостный. Неудобство доставляло лишь то, что сейчас он не может опять прильнуть к твоим приоткрытым губам и вновь насладиться этим моментом, снова запоминая каждый твой вздох, касание и движение. Если бы ты знала все его мысли, всё что он делает, пока тебя нет рядом, или ты попросту спишь, наверняка бы ты сбежала куда подальше, а может быть и вызвала бы полицию, или что-нибудь ещё, но... ты ничего не знала кроме того, что видела собственными глазами. Питер был заботливым, понимающим, и будто бы попадал под все твои хотелки. От всего этого в твоём животе возникало непонятное ощущение, оно было и приятным, и неизвестным, пугающим одновременно. Наверное, ты нашла того самого человека, который понимает тебя с полуслова, и вы будто бы были созданы друг для друга, а тебе как раз не хватало такого человека на данный момент. Разум был затуманен, ты не могла мыслить объективно и здраво рассуждать, когда рядом с тобой находился этот юноша. Ты спишь, но чувствуешь прикосновение к своей щеке. Лёгкое, еле уловимое такое, но ты его чувствуешь, даже находясь во сне. Видимо, Питер всё же осмелился и позволил себе коснуться твоего нежного личика. Сегодня тебе нужно было сходить в общежитие, выяснить отношения с Сарой. Вроде, тебе не хотелось этого делать, ведь ты боялась неизвестности, а так же множества ответов, к которым ты была не готова сейчас, но тебе нужно было туда сходить. Она, в конце концов, твоя подруга и вам нужно выяснять свои отношения, прорабатывать ошибки, чтобы не допустить конца этой самой "дружбы". Люди отчаянно хватаются за всё что можно и нельзя: за жизнь, за отношения, за какие-то ложные надежды, которым не суждено свершиться, но... они пытаются. Тратят свои силы на это, стараются не опускать руки, несмотря на то, что попытка кажется уже провальной. И вот что не понятно, такими людьми можно гордиться, или считать полнейшими идиотами? Твои глаза резко открываются, перед собой ты видишь паренька с голубыми, широко открытыми глазами, которые был уставлены прямо на тебя. Ты быстро укрываешься одеялом с головой и сильно краснеешь, вжимаясь в него. — Д-доброе утро... зачем ты пялишься на меня?! — воскликнула ты немного хриплым, звонким голосочком и нахмурилась. Тебя это сильно смущало, ведь ты не знала, сколько Питер так смотрел на тебя. Юноша тут же одёргивает руку и так же заливается краской, ведь его застали врасплох. — Извини, извини! — проговаривает парень и начинает тихо смеяться, — Я не мог удержаться, прости! — Питер снова и снова извиняется перед тобой, продолжая сильно краснеть. — Питер, я тут подумала... мне надо будет сегодня вернуться в общежитие, — вновь твой хриплый голосочек доносится из под одеяла. Юноша выглядит немного удивлённым, от части разочарованным и растерянным. — З-зачем? Может всё же ещё ненадолго останешься у меня..? — своеобразный страх заставил сердце паренька сильно сжиматься, руки сомкнулись в кулаки, ногти впились в ладони с такой силой, что могли бы проткнуть кожу, если ещё немного надавить. — Я хочу поговорить с Сарой, а потом, в зависимости от ситуации, либо останусь там, либо... с твоего позволения, Питер, приду к тебе, — твой голос стал более грустным, тихим, конечно тебе было очень неприятно признавать тот факт, что избежать проблему совсем - не получится. Но, можно отложить, — Только... я хочу сходить к ней ближе к вечеру, перед работой, — продолжила ты, и теперь высунула кончик носа из под одеяла, чтобы вдохнуть свежего воздуха. Перед собой ты в ту же секунду увидела лицо юноши, оно было обеспокоенным. — Ты уверена? Вдруг, она навредит тебе? Давай лучше я пойду вместе с тобой! Ещё и работа? Т/И... а как же твои ладони? Тебе будет сложно писать заказы, хочешь мы будем вместе и на работе? — миллион вопросов посыпались со стороны Питера, он не мог оставить всё, как есть. Ему надо было присматривать за тобой, контролировать. Его всё ещё мучала совесть из-за того, что он не уследил за тобой тогда... да и теперь, он привязался к тебе ещё больше. — Питер, ты чего... всё будет в порядке, я уверена. Не нужно везде со мной ходить, у тебя наверняка много работы. Я и сама справлюсь, — на твоем лице появляется самодовольная улыбка, теперь ты ещё немного высовываешься из под одеяла и тянешь свою руку к бледноватому лицу юноши. Тебе нравились его фиолетовые синяки под глазами, даже не понятно, почему. Может, тебе в принципе нравилось, когда кто-то выглядит болезненно... — Всё правда будет хорошо, я не напортачу, обещаю, — ты томно улыбаешься и гладишь Питера по его гладкой кожице. Вставать сейчас совершенно не хотелось, тебе хотелось упасть обратно в мягкую постель, ощущая тепло от рядом лежащего человека, который грел не только твоё тело, но и сердце. Прожигал его, заставлял таять и тлеть. А этот самый человек, вновь и вновь покрывается румянцем от твоих действий, ведь... он любит тебя, просто с ума по тебе сходит! — Я и не сомневаюсь, Т/И, но— Питер не успевает договорить, как к его губам прикасается твой большой палец, ты перебиваешь его. — Вот и прекрасно. Пойдём приготовим завтрак? — ты убираешь свои руки от лица парня, а затем медленно, нехотя поднимаешься с кровати. Следом, в сопровождении еле слышного скрипа, встаёт Питер и идёт за тобой, к выходу из комнаты. Его лицо было расслабленно, он смотрел на тебя нежно, заботливо и с такой любовью, с которой никто до этого не мог тебя одарить. — Что ты хочешь на завтрак, дорогая? — спросил юноша, наконец дойдя до кухни вместе с тобой, облокачиваясь бёдрами о столик, — Я могу пока что всё приготовить, а ты пойдёшь и умоешься, — Питер отрывает от тебя взгляд и теперь идёт к большому холодильнику, содержимое которого тебя сильно впечатлило. Откуда у него столько денег? Или он практически ничего из этого не ест? Ты подходишь к пареньку и прислоняясь макушкой к его руке, смотришь, что тебе хотелось бы съесть из этого. Глаза так и разбегались, у Питера было так много еды, и причём не было такой, которая бы тебе не понравилась! Более того - там была почти вся твоя любимая еда, — Тебе всё нравится? А это? Это ведь ты тоже ешь? — юноша выглядел обеспокоенным, он указывал на некоторые продукты, как бы боясь тебе не угодить, но ты была не очень привередлива в плане еды, поэтому на завтрак тебе было достаточно какого-нибудь бутерброда, или яичницы. — Можешь сделать мне бутерброд? Любой, на твоё усмотрение, — теперь ты поворачиваешь голову на Питера и легонько улыбаешься, мягко потеревшись о его руку. — К-конечно! Это всё? Ты уверена, что тебе этого достаточно до обеда? — снова парень сильно беспокоится о твоём состоянии, и параллельно словам достаёт некоторые "ингредиенты" из холодильника. — Так забавно, когда обслуживают тебя, а не ты обслуживаешь кого-то, — ты киваешь головой и наконец отлипаешь от Питера с усмешкой на лице. Тебе действительно не помешало бы умыться, ведь тогда ты чувствуешь себя в разы бодрее. Каждое утро обычно было тяжёлым, тебе хотелось застрелиться, чтобы спать вечно, крепким-крепким сном, но твоя подруга не давала тебе предпринимать такие меры. А теперь не даёт Питер... как давно он так вторгся в твою жизнь? Вы же с ним знакомы совсем ничего, а уже так породнились, будто общаетесь не первый год, — Спасибо, Питер... — теперь, ты уходишь в коридор и идёшь к ванной. За юношей остаётся приготовить вам двоим вкусный завтрак. Задача не из лёгких, ведь у парня не так хорошо получалось готовить, но сейчас было заметно, как он сильно старался не испортить всё. Сначала хлеб, майонез, помидор, сыр, салат, теперь нужно пожарить два яйца, посолить, положить их на свежие листья салата, а теперь... Питер останавливается. Он должен положить сейчас второй кусочек хлеба, но его рука дрогнула, он застывает на месте о чём-то размышляя, очень тщательно. Рука его тянется к одной из полочек, пальцы что-то перебирают в коробке на этой полке, а затем он достаёт какой-то порошочек. Белый, мелкий-мелкий... его там было совсем немного, но он был уверен, что этого хватит. Хватит для чего? Юноша смотрит на пакетик, затем на сэндвич. Взгляд его был пустым, лицо не выражало ничего, кроме пугающего хладнокровия и безразличия. Снова его пальцы дрожат, он не может! Не может поступить так с тобой, не сейчас. Помотав головой, он резко бросает этот пакетик обратно в коробку и громко хлопает дверцей шкафчика, наконец складывая хлеб сверху всей этой конструкции. Питер начинает тихо бубнить себе что-то под нос, теперь делая второй бутерброд и, кажется, этим словом было "чёрт!". Он повторял его постоянно, пытаясь не сорваться на крик. Вновь и вновь его руки дёргаются, кажется, парня кидает в жар, ноги немного подкашиваются. — Я не могу..! — сквозь зубы, всё так же тихо говорит юноша, и теперь резко берёт нож для хлеба, размахивается и втыкает его в резательную доску. Видимо, Питер приложил немало сил для этого действия, ведь теперь нож торчал из доски, лезвие прошло сквозь некоторый участок древесины. Парень был зол, и скорее всего он был зол именно на себя, а от этого не находил себе место. Гнев переполнял его, лился наружу, а юноша пытался как-то выместись его, вот только на чём? Или может на ком? Питер сжимает руки в кулаки и начинает судорожно бить себя по ногам, сильно-сильно сжимая зубы, хмурясь и зажмуривая глаза. "Я не могу это сделать! Только не с Т/И, нет. Не могу, не могу, не могу! Что же я творю... Теперь, юноша слышит хлопок, видимо, это ты вышла из ванной комнаты. Питер пытается быстро привести себя в порядок, он резко прижимается обратно к столику, где и делал бутерброды, а затем складывает последний кусочек хлеба и на свой бутерброд. Тут же в проходе появляешься ты. — Т-ты чего это, Питер? Всё хорошо? — ты останавливаешься в дверном проходе и тут же замечаешь смущение в перемешку с гневом на лице паренька. Ты медленно подходишь к нему и замечаешь нож, воткнутый в деревянную доску, причём глубоко так, — Обалдеть... это ты из-за чего так вспылил? — ты прижимаешься к руке Питера и крепко обнимаешь её, а затем, задрав голову наверх, смотришь на юношу обеспокоенным взглядом, тот мгновенно краснеет, пытаясь не встретиться с тобой глазами. — Принцесса... ты уверена, что не хочешь остаться со мной... ещё ненадолго? Давай я всё же тебя провожу до Сары, м? — в тот же момент Питер аккуратно начинает скользить пальцами по твоей спине, а затем опускается к талии, обхватывая её руками, — Мы могли бы прогуляться по райончику, или остаться у меня, поиграть в видеоигры. Что только пожелаешь! Только не оставляй меня, пожалуйста... — теперь юноша резко поднимает тебя на руки и сажает на кухонный столик, нависая над тобой. — Да я же только вечером пойду, мы же с тобой не расстаёмся... а, П-Питер, ты чего делаешь... — снова твои щёки краснеют, руки крепко сжимают плечи паренька. Что он собирается делать? — Извини, я не могу удержаться... — еле слышным шёпотом говорит юноша и наклонившись к твоему лицу, целует тебя в губы. Резкий и быстрый поцелуй, он заливается краской и сжимает тебя в своих руках сильнее. Это всё? Нет, так дело не пойдёт. Ты хватаешь его одной рукой за шею, другой притягиваешь к себе и вновь вы сливаетесь в, уже более долгом поцелуе. Питер явно этого не ожидал, он был сильно смущён, на его лице читался стыд и удовольствие одновременно, а ты, теперь наоборот была очень даже уверена в своих действиях. Вы не друзья. И уже далеко не "просто знакомые". Но вы и не пара, хотя.. кто знает, может скоро станете ею. Может, тебе этого даже хотелось. Ты чувствуешь, как его руки переходят на твои бёдра, робко и бережно. Теперь Питер отстраняется и тяжело выдыхает, он уводит взгляд на нож, торчащий из деревянной доски, — Тц, он меня смущает, — сказал парень улыбаясь, и теперь потянулся к рукоятке, одним, резким движением вытащив его из древесины. Затем он заводит тебе его за спину, на лице Питера появляется оскал и он вновь касается твоих губ. Ты чувствуешь, как остриё ножа скользит по твоей спине, совсем легонько, почти незаметно, и, вот что удивительно, тебя это возбуждает. Ты не просишь убрать нож, или прекратить парня вести себя так пугающе, а ведь он действительно тебя пугал моментами. Этот хитрый оскал, горящие глаза и нож в его руках у тебя за спиной. Он целует тебя так страстно, теперь казалось, что от того скромного, постоянно застенчивого Питера и следа не осталось. Тут же юноша снова поднимает тебя на руки, ты обхватываешь его ногами, а к твоей спине всё ещё прижат нож, парень несёт тебя обратно в свою комнату, будто бриллиант, который ему совсем недавно удалось добыть. Дверь в комнату захлопывается, ты падаешь на кровать, а Питер медленно приближается к тебе с ножом в руках, на его лице сверкает ехидная ухмылка и, может тебе было страшно, но однозначно не хотелось, чтобы юноша останавливался. Тебе было даже любопытно, что он сделает. Может, ты совсем обезумела, раз тебя привлекало подобное. Парень падает на кровать за тобой, нож приземляется рядом с твоей головой, лезвие было в нескольких миллиметрах, — Готова?(~) — шёпотом спрашивает Питер и снова наклоняется к твоему лицу, пристально глядя в глаза. Ты смотришь на него, твои уголки губ так же приподнимаются, и ты легонько киваешь головой, прикрывая глаза и вновь хватая юношу за шею. Руки сталкера близятся к твоим ногам, он нежно гладит их, параллельно целуя твою шею и опускаясь всё ниже, ниже... плавно и аккуратно. Пальцы скользнули под твою футболку, ты смущённо отводишь взгляд в сторону и непроизвольно прикусываешь нижнюю губу. Теперь, ты только чувствуешь. Тёплые подушечки пальцев притрагиваются к твоему животу, а сладкие поцелуи теперь остаются на твоих бёдрах. Тебя бросило в жар, всё тело будто начало полыхать, ты не можешь это контролировать... тебе хочется чего-то, что могло бы угомонить этот пыл. Поцелуй Питера был для тебя словно глоток холодной воды посреди пустыни, в тот же момент он аккуратно потянул тебя на себя и начал снимать с тебя футболку, которая уже пахла твоим ароматом, юноша не будет её стирать, ни за что... лишь бы твой запах сохранился на ней. Теперь ты валишь паренька на кровать, он кладёт руки за голову и довольно смотрит на тебя, пожирает взглядом, осматривает каждый миллиметр твоего тела, вновь и вновь убеждаясь в твоём превосходстве. Несмотря на всё своё смущение, которое лилось через край, ты начинаешь ёрзать у юноши на коленях с хитрой, еле заметной ухмылкой. Сию же секунду в глазах начинает темнеть, но не до такой степени, чтобы упасть и отключиться, это было приятное головокружение, ты не могла сдерживать тяжелые вздохи, а позже и совсем тихие стоны, которые заставляли Питера действовать. Он тут же привстаёт на руках и начинает оставлять влажные метки на твоей шее, будто перекрывая следы от поцелуев Сары и оставляя свои "автографы". Несмотря на твоё помутнённое состояние, ты чувствуешь как тёплые руки паренька идут к твоей спине, исследуют каждую мелочь на твоём теле и теперь умело расстегивают замочек бюстгальтера. Снова твое лицо покрывается румянцем, в особенности кончик носа. Хотелось бы тебе быть такой же уверенной в своих действиях, как Питер. Даже непонятно, куда он спрятал всю свою застенчивость. Но, на самом деле, внутри он тоже горел, его переполняли эмоции, да и хотелось ему лишь одного, а именно - тебя. Вновь он спускается ниже, с каждый новым прикосновением ты легонько вздрагивала, видимо, от неожиданности. В такой момент все твои чувства обострились, но наблюдать тебе за этим не хотелось. Хотелось только чувствовать и слушать, как юноша тоже периодически издаёт довольные вздохи, а это значит, что ты всё делаешь правильно. Тут же твоя спина выгибается, ты чувствуешь прикосновение кончика языка к своей груди, ты начинаешь сильно сжимать футболку сталкера, а тот параллельно скользит к твоему кружевному белью. От дальнейших действий Питера, ты борешься с желанием сладостно застонать и упасть от удовольствия в небытие, хотелось будто бы отключить все свои мысли и наслаждаться процессом. Юноша притронулся к твоему самому чувствительному месту, это стало сладкой пыткой, безудержным наслаждением, особенно когда парень угомонил твой жар. Не совладав с эмоциями из твоего рта донёсся тихий, томный крик, затем ещё и ещё, Питер двигался медленно, давая тебе передохнуть, но тебе хотелось ещё и ещё. Теперь ты чувствуешь что-то острое, оно скользит по твоей шёлковой кожице, оставляя покраснения. Ты резко открываешь глаза и наконец смотришь на это, юноша взял нож в свои руки, он аккуратно, еле касаясь водил им по твоему животу. Сердце твоё билось всё чаще и чаще, а теперь и вовсе было готово выпрыгнуть из груди. Зачем он это делает? Это странно, разве нет? Могла ли ты ему настолько доверять? Одно неверное движение и хорошо наточенное остриё ножа может с лёгкостью очутиться у тебя в животе. — П-Питер, зачем? — ты говоришь тихо, всё так же тяжело дыша и запинаясь. Тут же парень останавливается, но ты чувствуешь острую боль, она была немного притуплена, и даже казалась немного приятной, а затем ты ощущаешь, как длинный язык юноши проходит по тому самому месту, которое он порезал, а именно, по бедру. Снова ты втягиваешь воздух сквозь зубы. — Доверься мне, прошу(~)...

————————

Томный взгляд преследовал тебя, ты была уверена, что если бы вы с Питером были бы в каком-нибудь мультике, то над его головой появились бы сердечки, причём много-много. — Чёрт, Питер, а ты не видел мою толстовку? Может я её где-нибудь в ванной оставила, — ты проверяешь под своей кроватью, а затем идёшь к выходу из комнаты, как тебя тут же останавливает юноша с расслабленной улыбкой на лице. — Не беспокойся, я посмотрю, а ты причешись пока что, посмотри на свои прекрасные волосы, — Питер треплет тебя по голове и выходит из комнаты, прикрывая дверку. И вправду, твои волосы были сильно растрёпанны, а тело болело, но боль была приятной, она будто бы напоминала о... кое-чём. Эти мысли вызывали у тебя легкую улыбку, а так же смущение и румянец на щеках. Не успеваешь ты провести расчёской по своим волосам, как Питер приходит в твою комнату с чёрной толстовкой в руках, — Она лежала в ванной, ты была права, — сталкер протягивает кофту тебе и теперь садиться на кровать, продолжая наблюдать за тобой. Он был уже одет, всё как обычно - жилет, синяя кофта и джинсы. Не очень стильно, правда? Но, ты ему об этом пока не говорила, тебя более менее устраивало такое. Натянув толстовку, ты схватила Питера за руку и потянула за собой, к выходу из комнаты. — Пойдём, а то я ещё на работу опоздаю... опять ТК меня прикрывать придётся! — ты быстро спускаешься по лестнице, всё так же держа юношу за руку. Твои ладони, словом, уже почти не болели, видимо та мазь действительно хорошо помогала. За окном становилось всё темнее и темнее, осенью ты обычно шла по самой темноте на работу, а уж тем более с работы. Ни раз ты слышала крики мужиков себе вслед, что-то на подобии "ножки зачётные!". Теперь с тобой был Питер. Вы договорились, что он проводит тебя до общежития, а затем заберёт с работы, ну и там уже надо будет решить по мере развития событий. — А вы с ТК сильно близки, Т/И? — голос паренька стал более напряжённым, он немного замедлил шаг, а затем закрыл входную дверь за собой на ключ, верхний и нижний. — Ой, нет, он просто друг. Мы же в одну смену работаем, в любом случае приходится общаться, — ты глянула на Питера и легонько улыбнулась, сделав несколько шагов к воротам. — Да? А он испытывает к тебе... интерес..? — юноша идёт за тобой с тем же обеспокоенным и удручённым видом. — Ну Питер, перестань, мы просто друзья! — ты немного нахмурилась и снова взяла парня за руку, крепко сжав ладонь, — Пойдём скорее, тебе же ещё наверняка нужно поработать? — Ага, как раз когда тебя отведу надо будет разобрать некоторые.. документы, — Питер недовольно фыркает и уводит взгляд. Было понятно, что особого удовольствия ему это не доставляло, хотя прибыль приносило не маленькую. — Ох, не нравится тебе это да? Бедный Питер, — ты легко улыбаешься и снова прижимаешься к его руки, начиная тереться об неё макушкой, — Знаешь, что мне нравится... — М? — коротко спрашивает Питер и заинтересовано смотрит на тебя. — То, что твой дом находится совсем недалеко от моего общежития. Я его вижу, во-он там, за деревьями, — ты показываешь указательным пальцем на макушку здания и довольно улыбаешься, снова ускоряя шаг. — Да-да, в этом нам повезло... ты кстати как? Как себя чувствуешь? Не переживаешь сильно? Ты главное не кричи, говори спокойно, просто постарайся разложить всё по полочкам, угу? — юноша лаского смотрит на тебя, а затем проводит рукой по твоим волосам, аккуратно поправляя их. — Угу, поняла... — ты вдыхаешь побольше воздуха в лёгкие и смотришь на кроны деревьев, собираясь с мыслями. — Т/И... если что, просто на заметку... — парень останавливается и поворачивает тебя лицом к себе, протягивая свою ладонь перед тобой, — Смотри, ударь мою ладонь во-от этой частью кулака, — Питер показывает на твои пальцы свободной рукой, а затем тыкает ногтем себе в ладонь, — Ударь со всей силы, держи кулак твёрдо и прямо. Если что... целься ей в нос, — молодой человек снова поднимает взгляд на тебя, он смотрел серьёзно, явно не шутя. Ты немного нахмурилась, но затем робко сжала руку в кулак и нацелившись неуверенно ударила ею по ладони Питера, — Сильнее, дорогуша, — парень приподнял брови и сжал твой кулак в своём, снова ставя его правильно - чётко и прямо, — Бей со всей силы, — твёрдо произнёс юноша и ты его послушала, ударив по ладони как только могла. Питер тут же одёргивает ладонь и мягко смеётся, начав трясти ею в воздухе, — Неплохо, неплохо! — Конечно неплохо, ты видел мои мышцы? — ты показушно напрягаешь свои руки, как бы показывая пареньку свою мускулатуру, но тот заливается смехом ещё больше, — Чего ты смеёшься?! Бояться меня должен... — ты обиженно уводишь взгляд в сторону и теперь продолжаешь идти к общежитию, которое уже не скрывалось за кронами листьев и было буквально как на ладони, оставалось только подойти к выходу. — Конечно-конечно, боюсь и трепещу, — произнёс Питер догоняя тебя, но затем он немного помрачнел в лице, — Тц... всё, да? Я тебя обязательно встречу после работы, хорошо? — парень прижимается к тебе и крепко обнимает, а ты обнимаешь его в ответ, уткнувшись лицом в грудь. — Не переживай, всё будет нормально! — ты сжимаешь юношу в объятиях немного сильнее, и теперь он ослабляет хватку, а ты выныриваешь из под его рук, начав спиной идти ко входу в здание, — Пока! — ты машешь ему рукой и теперь разворачиваясь, проходишь в общежитие. Ты замираешь. По твоему телу бегут мурашки, руки немного дрожат, так же как и колени, но ты, снова заглотнув воздуха в лёгкие, начинаешь делать уверенные шаги по коридору, близясь к своему номеру. Перед самым входом у тебя подкашиваются ноги, но ты достаёшь ключ из кармана и, вставив его в замочную скважину, поворачиваешь два раза - как и должно быть всегда. Такое ощущение, будто ничего не изменилось, но всё наоборот - координально поменялось. И эти координальные изменения давили на тебя со всех сторон, душили и сжимали. Может, не стоит рисковать? У вас с Питером хорошо заладилось, он сможет тебя защитить в случае чего, да и... нет. Хватит. Вы были знакомы практически с самого детства, ты и Сара. Так много атмосферных вечеров, тайн и игр, которые вы вместе придумали. Никто не может разрушить вашу дружбу, вы же всегда и везде были вместе. А как же те ночёвки, когда вы прятались от родителей ночью, ведь было слишком поздно? И дождливый вечер, когда Сара укрыла тебя в своих объятиях, разве это можно забыть? Ты резко открываешь дверь, первое, что ты видишь это множество лепестков красной розы, разбросанные по полу, затем одеяло, которое свисало с люстры, побитое зеркало, лужа чего-то сладкого и блестящего на полу, а так же... девушка, которая устроила этот балаган. Лежит головой на столе и рвёт один из лепестков розы, но ты прерываешь это занятие своим появлением. Лукавая улыбка появляется на лице барышни, глаза её горят, она буквально вскакивает с места и аккуратно, очень-очень медленно начинает подходить к тебе. — Вернулась... ты не представляешь, как мне было без тебя плохо... ты бросила меня тут совсем ОДНУ! С этой... поганой, блять, розой... — девушка наклоняет голову в бок и скрещивает руки на груди, продолжая приближаться к тебе, — А ты у кого была, м? — Сара заметно хмурится, становится хорошо видно её раздражение, твоё сердце снова начинается биться громко, с невероятной силой, — Он приходил к тебе тогда, да? Он забрал тебя под своё КРЫЛЫШКО, верно? Бедная Т/И, что же ей несчастной делать?! Я думала, она будет искать успокоения у своей любимой подруги, тобишь у меня, но... ты пошла к какой-то вшивой шавке, с которой знакома от силы три дня! — барышня срывается на крик, некоторые слова она подчеркивала, говорила с особой интонацией, а некоторые подбирала достаточно долго, будто пытаясь вспомнить их значение. Ты чувствуешь запах спиртного. — С-Сара... ты пила? — ты делаешь шаг назад, к выходу их комнаты, ведь девушка подошла к тебе уже достаточно близко. Эти слова тебя задевали, тебе не хотелось слышать такого от неё... — Я пришла с тобой поговорить. Я не хочу, чтобы наша дружба кончалась... — ты пыталась говорить спокойно, но, кажется, слёзы выдавали твои настоящие чувства. Тут же Сара становится более спокойной, лицо становится более озадаченным, и она тут же кидается на тебя с объятиями. Губы прикасаются к мочке твоего уха, она переходит на шепот. — Извини... ты пришла поговорить, да? Прости, прости, прости, прости, прости... я не знаю, что на меня нашло, Т/И! Что со мной происходит?! — Сара начала много извинятся, она не могла успокоится, постоянно только и твердила, как ей жаль, что она не хотела, и что всё ещё можно исправить. Так она протолкнула тебя на порог, захлопнула дверь в квартиру и завела на кухню, — Давай я сделаю нам чай... — девушка сильно суетилась, было видно, как дрожали её руки. На полу ты увидела пустую бутылку коньяка, на столе, рядом с ножами, стоял бокал вина. — Ты не в себе... сколько ты не спала? Тебе надо умыться и отдохнуть, Сара... — по твоей щеке стекла солёная слеза. Ты сразу же поняла, откуда у барышни столько бутылок спиртного - скорее всего она нашла запасы твоего соседа, ведь по-другому ты не могла обьяснить это. — Да какой умыться и отдохнуть, ты пришла ко мне чтобы поговорить, а не чтобы ухаживать! — барышня снова повышает на тебя голос и громко ставит кружки на стол, чуть ли не разбивая их. Ты резко хватаешь Сару за руки, а затем снова обнимаешь её, утыкаясь в шею, как тогда, ещё пару дней назад. — Сара... а если бы ты узнала, что завтра конец света, чтобы ты сделала первым делом? — ты начала аккуратно покачиваться с ней в объятиях тяжело дыша, и прикрыв глаза. В ответ было лишь долгое молчание, но ты не торопила барышню, пусть подумает. — Чтобы сделала..? Я бы сказала, что ты мне чертовски нравишься, Т/И... — Сара прикрывает глаза, её голос немного дрожит, твои глаза округляются, лицо выражает лишь недоумение и смятение. — Н-нет... не говори так. Не говори так, черт тебя побери! — ты резко отталкиваешь девушку от себя, слёзы начинают литься из твоих глаз ещё активнее, ты вжимаешься в стол и закрываешь лицо руками, сжимая руки в кулаки, — Ты - моя подруга! Моя ПО-ДРУ-ГА! Не может такого быть, это же бред! Я не хочу, чтобы всё было так, не хочу! — ты резко достаёшь нож и выставляешь его остриём вперед, чтобы Сара к тебе не подошла. Ты можешь услышать, как бьётся твоё сердце и больше ничего, только это и звон в ушах. Ты не слышишь ничего из того, что говорит девушка, только звон и ритм биения сердца, — Не подходи ко мне... — ты снова размахиваешь ножом в воздухе, но теперь, тебе будто бы подрубают звук окружающего мира, снова ты слышишь слова подруги, её дыхание, ветер на улице и шаги в соседних комнатах. — Ты чего делаешь, Т/И?! Успокойся, положи нож, прошу! — барышня выставляет руки вперёд, и пытается сделать шаг к тебе, — Стой, остановись, всё же хорошо, послушай меня, Т/И, — теперь Сара говорит тише, она будто бы пробует все методы, пытаясь подобрать хоть что-то. И, да, ты опускаешь нож, снова прижимаясь к кухонному столику. В голове снова звон, но тут же ты слышишь шёпот. Этот голос был будто бы таким знакомым и неизвестным одновременно... барышня кидается тебе в объятия, она крепко сжимает твои плечи, а её свободная рука близиться к твоей ладони с ножом. Кажется, она пытается что-то тебе сказать, но ты не слышишь. Всё будто в тумане, а ты находишься под водой и все голоса для тебя пустые... кроме одного. Только Сара касается рукояти ножа, ты размахиваешься и вонзаешь остриё в горячую плоть. В спину своей подруги. Ты слышишь громкий, тяжёлый выдох, а затем то, как хлещет алая жидкость. Сердцебиение Сары становиться всё реже и реже, ты чувствуешь это всем своим телом... — Я... люблю тебя, Т/И...