Жизнь распускается розами (ost. Любовь у меня в крови)

Ева сидела на работе в перерыв, помешивая сильно горячий чай, чтобы он быстрее остыл. Рядом пожилой мужчина, начальник отделения и просто великолепный хирург, доедал маковую булочку. Они разговаривали ни о чем, разгружая мысли в свободную минутку. -Евочка, я поражен твоими успехами. Настолько ты девчонка проворная! За такой короткий срок далеко не всем удаётся стать главной сестрой отделения! -Ой, ладно Вам, Михаил Владимирович! Я просто делаю свою работу с удовольствием... Однако, спасибо, что дали мне шанс! Внезапно в дверь постучали. К ним зашла другая медсестра, сообщив, что в больницу доставили двух ребят после аварии. Врач без лишних слов поднялся, чтобы осмотреть их. Ева нехотя последовала за ним. Увидев пациентов, она ужаснулась. Это были Гаязовы, это точно были они! Врач осмотрел их, зашил раны, которые этого требовали. Выйдя из операционной, он молча кивнул Еве, чтобы шла за ним. Тимур слышал голоса очень смутно. Голова чертовски болела, прямо раскалывалась. Однако, он был в силах понять, что какой-то мужчина говорит с девушкой. Изо всех сил напрягая слух, он решил вникнуть в суть разговора. -Михаил Владимирович, что с ними делать-то? -Погоди, Ева, нужно подождать, пока очнется. Как кстати, что ты оказалась тут, моя незаменимая помощница! -Да уж... Мне следить? -Если не сложно. Как только проснется, сообщи мне. И смени ему перевязку на лбу тогда... -Хорошо, как скажете. А с братом что? -Не так сильно пострадал, жить точно будет, хаха! У обоих, сотрясения нет, лишь ушибы. Конечно, одному больше попало, но мы помогли им, так что все хорошо. Мужчина ушёл. Тимур пытался сложить в голове картинку, которая никак не хотела собираться. Авария, больница, знакомый голос... Чтобы выяснить ответы на все вопросы, скопившиеся в голове, пришлось пересилить себя и все же открыть глаза. Голова уже болела не так сильно, но все равно отзывалась неприятным гулом. Комната, в которой он лежал, оказалась действительно больничной палатой, причем невероятно чистой и светлой. Такие редко встретишь в русских больницах... Посмотрев вбок, он увидел, что рядом с кроватью на пуфике сидит девушка. Светлые волосы у неё были собраны в хвост, голову украшала белая хлопчато-бумажная шапочка, а на ней самой был синий медицинский костюм. Лицо девушки выражало легкую усталость, она прикрыла глаза, словно о чем-то замечтавшись. От помутнения в рассудке из-за удара Тимур не сразу понял, что рядом Ева, но как только до него дошло, в горле появился предательский комок. Она тут работает??? Надо же... Её немного сложно было узнать из-за того, что она повзрослела что ли... Описать страх перед ней и одновременно радость от встречи Тимур был не в состоянии. Собравшись с силами и сконцентрировав все мужество, которое он только мог найти, парень вздохнул и окликнул медсестру. -Ева... Девушка словно очнулась от своей лёгкой дремоты и посмотрела на него. Взгляд у неё был максимально холодным, но Тимур не обратил на это внимание. Ева заговорила полуравнодушным тоном. Было видно, как ей хочется сказать все, что она думает, но солидарность к положению Тимура и медицинская этика не давали ей этого сделать. -Вам уже лучше? Как себя чувствуете? -Нормально... А почему это ты ко мне на вы? Мы что, чужие? -Чужие. С Вашим братом все хорошо, у него состояние даже лучше Вашего. Сейчас доктор приготовит выписки и можете быть свободны. Тимур поднялся с кровати, в его глазах читались ярость и непонимание. Он смотрел на Еву, не отводя взгляд. -Голова болит... -Ну, значит, она у Вас хотя бы есть. -Да что с тобой?! -Рекомендую сохранять спокойствие. И да, скоро поедете домой. Там Вас ждет невеста и ребенок! Сделав акцент на последнюю фразу, Ева встала с пуфика и покинула палату, не обращая внимания на то, что Тимур зовет её. Она решилась нарушить эту самую медицинскую этику, но терпеть это сил у неё не было. Тимур погрузился в свои мысли, прокручивая в памяти момент, когда он возвращался домой к Соне. Рассматривая каждую деталь, он твердо решил, что это была точно Ева. Значит, она все знает... И действительно вернулась! В палату вошёл пожилой мужчина. Он ещё раз осмотрел Тимура. Парень не помнил, что отвечал на его вопросы, а где-то вообще бессмысленно кивал головой. Тем не менее, врач протянул ему папку с документами и разрешил идти домой. Тимур поднялся и вышел в коридор, где наконец увидел Ильяса. У него было не так много швов, но все равно травмы виднелись. Позади него стояла Нира, обеспокоенно глядя на Тимура. У неё были красные глаза, ясно, что девушка недавно плакала. Она бросилась обнять Тимура, осторожно, чтобы он не упал ещё, но он удержался. Вызвав такси, она забрала их домой. Через несколько дней от ран не осталось почти никаких следов. Нира знала, что Тимур уже видел Еву, поэтому им с Ильясом пришлось сознаться, что они знали о её возвращении. Конечно, младшего рассердило то, что они ему ничего не сказали, но он, на уже спокойную голову обдумав ситуацию, понял, почему они так сделали. Конечно, опускались руки от того, что ничего нельзя было сделать, но Тимур решил подождать. По просьбе Ниры он не стал искать Еву и докучать ей на работе, но мысль о том, что она снова на родине, успокаивала. Приближался Новый год. Нира и Ильяс вместо того, чтобы украшать елку, решили подурачиться. Они смеялись, наматывая на себя и друг на друга мишуру и фоткаясь в таком дурацком виде. У Тимура впервые за долгое время появилось настроение, связано это было по большей части со снегом, который этой зимой выпал в огромном количестве. Вся обстановка напомнила ему одну далёкую зиму в Казани, когда он был ещё в детском саду. Так и хотелось бежать домой со сладким подарком, радуясь предстоящим каникулам и ловя ртом снежинки, но все это было так далеко... Шарясь на балконе в поисках елочных игрушек, Тимур наткнулся на странную коробку. В ней были его старые коньки и рисунок, выполненный неуверенной детской рукой. На бумаге улыбались двое детей, а подпись на обратной стороне гласила: "Всегда вместе! Тимур и Ева 2004 год."