Через тернии к звёздам

***

      Если Хотару и надеялась, что сестёр Кисе дома не будет, то абсолютно зря. Нацуми и Наоми встретили их радостно и оживлённо, а на Минами взирали с доброжелательным любопытством, отнесясь к ней по принципу: «Друг Хотару — наш друг». Так что тут вроде бы всё было в порядке, если бы не одно «но»… А именно — состояние лучшей подруги.       Минами нервно теребила край длинного рукава блузки, сидя на диване в гостиной. Ей явно было не по себе под пристальными и изучающими взглядами сестричек Кисе. А ещё более неудобной была куча вопросов, которую те не преминули задать, обрушивая их лавиной на голову бедной Амико. Та и так из-за волнения соображала с горем пополам, а непрестанная болтовня и повышенный интерес и вовсе сбивали девушку с толку.       Хотару тоже нервничала, пытаясь не выдать этого неосторожным словом или взглядом. Она понимала, что перед ней стоит сверхзадача: слушать, слышать и участвовать в разговоре. А так как от Минами сейчас толку было мало, так как та обдумывала предстоящий разговор с Кисе, отвечала Хотару и за себя, и за неё. В первую очередь нужно было увести разговор в сторону от опасной темы, иначе это будет, как минимум неловко, а как максимум, подруга попросту сбежит. Поэтому Аоки, увильнув от слишком уж неудобных вопросов, перетянула инициативу в разговоре на себя.       Обретя широкое поле деятельности для языка, Хотару обрушила на сестричек длинную речь, рассказывая о достоинствах подруги, забавных историях, которые произошли с ними, когда они учились в средней школе, щедро приправляя всё это шутками и анекдотами. В общем, говоря обо всём сразу и ни о чём конкретном. В итоге сёстры Кисе, совершенно сбитые с толку потоком децибел и килобайтами информации, вежливо поблагодарили Хотару за интересную историю и в прострации ушли на кухню, чтобы приготовить обед брату и поставить чай для гостей.       Амико наконец выдохнула с облегчением и благодарно посмотрела на подругу. Теперь можно было немного передохнуть и собраться с мыслями. Хотару тоже утомлённо откинулась на спинку дивана, переводя дух. Девушка в принципе никогда не была из молчаливых, но даже она устала от собственной болтовни. А точнее от того, что приходилось быть постоянно сосредоточенной, чтобы говорить быстро и непринужденно, и в то же время отсеивать информацию. Поэтому Хотару была сейчас как выжатый лимон и только осознание того, что подруге приходится ещё хуже, заставило её принять бодрый вид и действовать дальше. — Боже, Ми-чан! Ну что за мировая скорбь у тебя на лице? — воскликнула Хотару. — Ты же просто к Кисе пришла, а не на место казни. Да и то ты бы там выглядела веселее. Смайл, подруга! В гости пришли.       Амико слабо кивнула и выдавила из себя жалкое подобие улыбки. Поняв, что подруга сейчас решает в уме сложную задачу с неизвестным множеством неизвестных, Хотару поняла, что управление окончательно и бесповоротно придётся брать в свои руки. — Слушай, давай пока поднимемся к Кисе, и ты наконец поговоришь с ним, — Аоки встала с дивана, потянув за собой подругу. Она положила руки ей на плечи и подбадривающе улыбнулась. — А то на тебя смотреть страшно. Сидишь, словно уксуса глотнула. Ещё чуть-чуть и я лично позвоню в центр психологической помощи.

***

      Через пару минут подруги уже стояли перед дверью Кисе. Хотару тоже было не по себе, но посмотрев на подругу, которая нервно теребила край одежды, лишь покачала головой. Хотелось, чтобы этот визит побыстрее пришел к концу. Притом настолько, что Аоки сама уже была готова толкнуть дверь в комнату и втащить туда Минами, чтобы они наконец поговорили с Кисе и можно было уже убраться отсюда. Ловить влюблённые взгляды Рёты на подруге было выше её сил. Но чем быстрее войдут, тем быстрее уйдут.       И всё же Хотару дала Минами некоторое время, чтобы та собралась духом и робко постучала в дверь. Она изрядно удивилась, что Кисе вообще услышал этот тихий звук. Не иначе как шестым чувством! — Войдите! — послышался из-за двери слегка осипший голос.       На лице Минами отразилась паника. Хотару глубоко вздохнула и, не давая подруге опомниться, решительно толкнула дверь и, цепко взяв подругу за запястье, чтобы та и не вздумала сбежать, втянула её в комнату. — Привет болящим! — ярко улыбнулась Аоки парню. Пожалуй, даже слишком ярко, слегка переигрывая. — А я вот тебе лекарство привела, чтобы быстрее на поправку шёл!       Она слегка подтолкнула подругу к кровати больного, отрезая ей путь к отступлению. Но та вроде бы сбегать передумала, с немалой долей любопытства осматривая новую обстановку. А когда Минами хихикнула, увидев зеркало в полный рост, Хотару невольно улыбнулась, проследив за её взглядом. — Аоки-чи, Амико-чи, не ожидал вас увидеть, — Кисе прокашлялся, после чего принял сидячее положение на кровати, улыбаясь.       В принципе, всё шло неплохо. То что Рёта заметил не только Минами — уже хороший знак. Хотару взглянула на плакат, который они сделали с фан-клубом и на сердце потеплело — её конвертик был снят, хотя висел одним из последних. — Решили устроить сюрприз, — Аоки пихнула подругу локтем в бок, чтобы окончательно вывести из транса. — Ми-чан хотела тебя навестить, а дорогу не знала. Вот я и составила ей компанию. — Было бы некрасиво не приходить, ведь в том что ты заболел, виновата я, — с горем пополам выдавила Амико, мысленно ударив себя по лбу за это. — То есть, я бы в любом случае пришла, просто это одна из основных причин! — Всё хорошо, я вовсе не злюсь и очень рад, что ты пришла, — Кисе улыбнулся, неловко почесав затылок.       Хотару тихо вздохнула, переводя взгляд с одного, на другого. Сейчас был тот самый момент, когда ей надо уйти под каким-то предлогом и оставить друзей наедине, чтобы не быть третьей лишней. Да и что толку, если она останется — всё равно будет сидеть, как на крапиве. — Я уверена, вам есть о чём поговорить, поэтому возьму на себя сверхзадачу отвлекать Наоми и Нацуми, — Хотару подошла к двери и перед уходом помахала им рукой. — Удачи! «Мне она тоже не помешает», — пронеслось у девушки в голове, когда она выходила за дверь.

***

      Лучший способ отвлечь сестёр Кисе — это загрузить их профессиональными вопросами. Тем более что Хотару уже пообещала, что обратится к ним за помощью перед выступлением. И теперь, прежде чем Наоми и Нацуми успели задать какой-нибудь неудобный вопрос по теме: «почему она оставила подругу наедине с Кисе?», девушка с порога сообщила им, что у неё полуфинал и без их профессиональной помощи она, ну никак, не обойдется.       Стоит ли говорить, что мысли сестёр Кисе как железнодорожная стрелка были тут же переведены в сферу их профессиональной деятельности, и они начали наперебой предлагать варианты, в чём Хотару лучше выступить. Правда девушка вскоре пожалела об этом. Если на замену платью ей ещё предложили вариант с туникой, то вокруг обуви разгорелся жаркий спор. — Ну смотри, какие они красивые! — Нацуми поболтала в воздухе золотистыми босоножками на шпильке. — С зелёной гаммой вообще восторг будет!       Аоки даже уже не спрашивала, откуда у них вообще взялись босоножки её размера. В недрах шкафов сестёр Кисе, похоже, была спрятана целая Нарния. — Ага, а ещё больший восторг будет, когда я споткнусь на этих ходулях и буду рыть носом туннели на сцене, — мрачно откликнулась Аоки. — Я вам что, землекоп? — Ты же с бывшим парнем выступаешь, — поддержала сестру Наоми, забирая у той босоножки и вручая их Хотару, — его однозначно уделать надо. К тому же у тебя образ роковой красотки! Тут без каблуков никуда. — «Роковой красотки»? — переспросила Аоки, беря босоножки на автомате. — У кого? У меня?! Тебя что, брат заразил и ты бредишь?       Их спор прервало появление Минами — девушка, вся взволнованная и раскрасневшаяся, влетела в гостиную с такой скоростью, словно за ней гнались. — Что случилось, Ми-чан? — удивлённо спросила Хотару.       Вместо ответа Амико взяла её за руку и потащила в прихожую на выход. «Не иначе как Кисе что-то ляпнул», — с досадой подумала Хотару. — «Видимо, оставлять их наедине было не самой блестящей идеей…»       Подруги на ходу попрощались с сёстрами Кисе и выскочили на улицу. — Теперь-то расскажешь, что стряслось? — спросила Аоки у подруги. — Тебя Кисе обидел или что? — Мрак, ужас и кошмар, — вздохнула Минами и покачала головой. — Я такая дура, когда волнуюсь. Я не так поняла слова Кисе и ляпнула в ответ глупость. Боже! Пришла извиниться, и вот пожалуйста! — Да не кори ты себя, с каждым бывает, — хлопнула её по плечу Хотару. — Как говорил один умный человек: «Это тоже пройдёт». — Хах, надеюсь, — вновь вздохнула подруга. — Ой, а что это у тебя в руке? Босоножки? — изумилась она.       Хотару с удивлением обнаружила, что так и выскочила с ними в руках, зачем-то прихватив их с собой после того как оделась. — Вот где действительно «мрак, ужас и кошмар», — покачала головой она. — Представляешь, сёстры Кисе хотят, чтобы я это на выступление надела для эффектности, — сумрачно усмехнулась девушка. — Мне кажется, они правы, — заметила Амико. — Ми-чан, и ты туда же?! — воскликнула Хотару. — Ну вот где я и где каблуки? Ты меня хоть раз на шпильках видела? — Нет, ты обычно босоножки на танкетке носила или балетки, — задумалась подруга. — Во-от, а представь каково будет человеку ни разу не стоящему на каблуках встать на каблуки? Как бы это эффектно ни выглядело, но мне же ходить по сцене надо, а не просто стоять, — вздохнула Аоки. — С первого раза точно не выйдет. Да и с последующих, боюсь, тоже. — Это не так сложно, как ты думаешь, — улыбнулась Минами, потихоньку успокаиваясь. — Хочешь, я тебя потренирую? — предложила она. — Время до выступления ещё есть. — Ну, попытка не пытка, конечно, — задумалась Хотару. Урыть Хошино хотелось, и даже очень. — Ладно, давай попробуем.

***

      Хиро по десятому кругу обдумывал, что скажет Хотару, не решаясь нажать на звонок. В руках был упакованный в подарочную обёртку скейт, пакет с красками и колёсами на выбор, а в голове куча вариантов, ни один из которых мальчику не нравился. Пока он раздумывал, дверь открылась и на пороге возникла сама Хотару, очевидно куда-то собравшаяся, так как девушка была одета и поправляла на ходу кроссовок, стоя на одной ноге.       Увидев Хиро, она удивлённо моргнула, опустила ногу и, холодно прищурившись, спросила: — Что хотел?       Хиро, у которого от неожиданности все варианты и вовсе вылетели из головы, не задумываясь, выдал: — Знаешь, обижаться в твоём возрасте просто смешно. Не будь королевой драмы, я тебе подарок, между прочем, принёс.       Аоки, поперхнувшись воздухом от возмущения, нахмурилась. — «Королева драмы», значит? — процедила она. — Иди нафиг со своим подарком, — она взялась за ручку двери в попытке захлопнуть её перед носом мальчика.       Хиро, осознавший свой промах, успел поставить ногу в проём и потянул за дверь с другой стороны, не давая её закрыть. — Слушай, иди уже куда шёл, — с натугой сказала Аоки, повиснув на ручке всем весом. — Да я к тебе вообще-то и шёл! — Хиро не уступал. — Слушай, извини, — отчаянно заговорил он. — Я, правда, не хотел ломать твой скейт! Я тогда даже не заметил, что брал. В тот момент меня волновало лишь чем огреть Кисе. Так что извини. За скейт, не за Кисе, — уточнил мальчик.       Хотару от такого неожиданного откровения заморгала и выпустила ручку двери. Хиро, всё ещё тянущий за дверь, по инерции завалился назад и едва не упал, так как пакеты не давали свободу движений для попыток удержать равновесие. — Эй, падать к моим ногам вовсе не обязательно, — фыркнула Хотару, вовремя ухватив его за рукав куртки. — Простого «извини» было достаточно. Ладно, — смилостивилась она, — заходи давай, чай пить будем. Потом в магаз сгоняю.       Хиро, увидев, что подруга, наконец, улыбается, облегченно выдохнул и тоже улыбнулся в ответ. — На, держи, — он шагнул через порог и всунул ей в руки пакеты. — Это что? Взятка? — хмыкнула Хотару, с интересом рассматривая упаковку. — Скорее, компенсация, — ответил мальчик. — В общем, это твой новый скейт. — Серьёзно, что ли? — Аоки ошарашено поставила пакеты на стоящую рядом тумбочку, заглянула внутрь, а потом радостно взвизгнула и повисла у Хиро на шее.       Тот сперва опешил от таких неожиданных обнимашек, а потом всё же поднял руки и осторожно приобнял Хотару в ответ. От девушки сладко пахло шоколадом, и Хиро невольно улыбнулся — в этом подругу не переделаешь, опять поглощает сладости в немеренных количествах. — Ты же не думала, что я настолько мелочный, чтобы обойтись одним «извини»? — хмыкнул он. — Ха-ха, режим пафосности включен? — хихикнула девушка и вдруг забеспокоилась: — Небось все карманные потратил? Не стоило… — Во-первых, не все. А во-вторых, для тебя не жалко, — ответил Хиро, отводя взгляд, сам смущенный своими же словами. — Оу, это самое милое, что я слышала за последнее время, — растроганно протянула Хотару и наконец выпустила раскрасневшегося мальчика из объятий. — Ладно, хватит на пороге стоять. Жарко же в верхней одежде. А то ты вон уже красный весь.       Хиро, поблагодаривший небеса за то, что его состояние спихнули на жару, облегчённо выдохнул. Всё-таки импульсивность подруги даже его иногда ставила в тупик. Не то чтобы ему были неприятны объятия Хотару: с одной стороны мальчику нравились такие проявления эмоций девушки по отношению к нему, но с другой — бесконечно смущали. — Слушай, — предложил он, решив, что терять уже всё равно нечего, — может этот скейт тоже раскрасим вместе? Что скажешь? — спросил он, следуя за девушкой на кухню. — Вот чудной! А с кем же мне его ещё раскрашивать? — удивилась Хотару, щёлкая тумблером электрочайника. — Вот только, боюсь, придётся тепла ждать. На улице и на балконе не вариант — замёрзнем. А если начнём дома красить, выставят вместе со скейтом. — Обижаешь. Думаешь я стал бы тащить краски, не подумав об этом? — хмыкнул мальчик, помогая достать чашки для гостей с верхней полки. — И что же ты там придумал, гений? — весело поинтересовалась Хотару. — А гараж твоего отца? — в тон ей ответил Хиро. — Думаю, он не откажет. — Вариант, — кивнула девушка. — Решено, но сперва чай, потом — скейт.       Она достала из шкафчика вазочку с печеньем и поставила на стол. — Только на этот раз я делаю надпись, а ты фон, — хихикнул мальчик, беря одно. — А то у тебя не разберёшь, что написано. Словно в землетрясение левой рукой пишешь. — Да нормальный у меня почерк! — возмутилась Аоки. — Что ты начинаешь? — Ладно, нормальный-нормальный, — покладисто заговорил Хиро, — но надпись всё равно я делаю. — Да ну тебя! — Хотару хотела принять обиженный вид, но не выдержала и рассмеялась.

***