Пандора

      В кабинете повис сухой воздух ожидания и негодования. Практически весь педагогический состав теснился в захламлённых углах кабинета Геральда, нервно следя за не моргающим взглядом директора Кроули.       Мисселина сонно вздыхала, теребя руки в мятой ткани белого платья. Геральд успокаивающе положил свою руку ей на плечо, но никто из них двоих не почувствовал этого. Фенцио, сгорбив спину, сидел на своём любимом, потёртом временем кресле, сжимая и крутя в руке свой посох. Все смотрели на неподвижного, словно неживого побелевшего серафима, боясь уйти в свои мысли хотя бы на мгновение. Они облажались, и теперь, всё что им оставалось, вынести своё наказание.       Кроули, выйдя из своих мыслей, устало потёр лицо. Он прилетел сюда несколько часов назад, как только ему доложили, что Уокер пропала. Не зная никаких подробностей и, не успев очнуться ото сна, серафим полетел в школу, разрывая белыми крыльями ночной туман. Только прилетев, ему рассказали все подробности, не скрывая ни одного пустяка. С каждым новым словом учителей седые брови серафима опускались всё ниже, а засохшие губы заострялись в тонкую линию. Кроули был в ярости, узнав, что эти идиоты не послали за ним сразу, а сами пытались найти её, потравив чуть ли не целые сутки.       — Как вы могли это допустить? Что было сложного в том, чтобы уследить за одной девушкой? — все собравшиеся резко заморгали, не ожидая услышать его голос. — И как вы только способны уследить за всей школой?       Никто не ответил. Все были согласны в своём проступке. Каждому из них было стыдно, но кто-то даже почувствовал ностальгию, вспоминая, когда их вызывали на ковёр в школе. Но школьная проделка в туалете не может сравниться с потерей ученицы, да ещё за которую сам правитель ада готов голову свернуть каждому, кто выдохнет на неё.       — У нас нет выбора, — Кроули закрыл глаза, делая вывод — Надеюсь, вы все это понимаете. Нам нужно забрать её, пока он ничего не успел понять,       — Мне кажется, он всё понял, когда удумал забрать её. — Геральд иронично улыбнулся, сжимая руки на груди. Мисселина грустно посмотрела на него, сама думая точно так же. — Видимо, им было достаточно одного взгляда или слова, чтобы понять это.       — Но мы не можем теперь бездействовать! — Фенцио стукнул своим посохом, испугав Мисселину. Геральд недовольно посмотрел на коллегу, не разделяя его пафоса. Он никогда не питал особого уважения к этому ангелу, прекрасно видя как тот облизывает пятки директора. Подлиза — иначе его назвать нельзя было.       — И что Вы предлагаете? — Серафим устало посмотрел на яростного ангела, не видя больше никаких вариантов.       — Нам надо забрать её. Пускай даже если Люцифер всё понял, мы не можем отдать ему эту девчонку. Мы не можем ослушаться Его приказа.       — И как ты себе это представляешь? — Геральда бесила его самодовольство и «лёгкий» ум. Фенцио мог лишь болтать своим языком и сочинять наивные идеи, но выполнять их он не умел. — Мы придём в ад, постучимся в замок правителя и попросим отдать его невесту? Ах, да! и всё это с улыбкой!       — А ты что предлагаешь?! — Фенцио подскочил с кресла, оскалив свои зубы. — Сам-то виноват: посадил свою молодую девку к ней, и ходишь довольный и беззаботный. А нам теперь всем выкручиваться из-за тебя!       — Я виноват?! — Геральд подошёл к ангелу, что тот, смотря снизу вверх, отошёл в сторону. — А не ты ли кивал каждому моему слову? Не ты ли соглашался со мной, уверяя, что этот план наилучший? Ах ты подлая…       — ХВАТИТ! — Серафим встал с места, одаривая мужчин пронзительным взглядом, заставляя их замолчать. В комнате резко повисла тишина, и лишь спустя мгновение Мисселина тихо проглотила слёзы, заставляя всех обернуться к ней. — Не видите, что своим поведением вы напугали женщину? Седину нажили, а ума — нет.       Серафим подошёл к Мисселине, и мягко, практически брезгливо погладил её по плечу.       — Вы оба правы и нет. Нам нужно её забрать, но это не так-то просто. Нужен план, и главное — добровольцы, что исполнят его в точности.       Геральд, выдохнув, отошёл от Фенцио. Ангел фыркнул, считая себя победителем ситуации. Поправив своё одеяние, ангел вернулся в своё кресло, гордо держа посох. Геральд подошёл к Кроули, и, не отпуская взгляда с плеча Мисселины, сказал:       — Я согласен быть добровольцем на любой план. Всё же, в этом есть моя вина, и я должен исправить все свои ошибки.       Фенцио едко усмехнулся, радуясь своей правоте. Мисселина посмотрела на демона своими блестящими от слёз глазами, гордясь и боясь за него. Но Геральдом в эту минуту руководила не храбрость, а отчаяние.       — Хорошо, но Вы не сможете пойти в одиночку. Нам нужен кто-то ещё. — Серафим отошёл от женщины, возвращаясь на свой стул.       Геральд поджал губы, думая, как им провернуть всё. Ему в голову приходили по-настоящему бредовые и наивные идеи, но во всех них есть кража и проникновение во дворец Люцифера.       — Если бы этот чёрт не сверг своего отца, то там было бы гораздо проще. Сатана бы не стал укрывать у себя в аду такое создание. — Фенцио недовольно пробубнил это, сжимая свой посох.       — Или наоборот. Сатана бы скрыл её ещё глубже, чтобы Он не смог даже разглядеть Уокер. Каким бы не был Сатана, но он всегда стоял на стороне своего сына. Да и возможность позлить все небеса он бы не упустил. — Геральд вспоминал, как Люцифер сверг своего отца. Все думали, что там была настоящая битва, но никто не знал, что Сатана умирал с улыбкой.       — В любом случае будет нелегко, — Кроули стучал по столу, меняя ритм и ход своих мыслей. — Нам нужно действовать незамедлительно. Кто знает, что он уже успел сделать. Геральд, — Серафим посмотрел на мужчину, осмысливая свой план, — возьмите себе в напарники вашего ученика демона, который знает примерный план замка. Идите вдвоём, чтобы не привлекать внимания. И ни в коем случае не говорите ему ничего. Если кого-то из вас поймают, то никто не должен узнать правду.       Геральд кивнул, думая, кого можно взять с собой. В школе было достаточно демонов, способных быть не заметными, но мало тех, кто когда-либо бывал в доме Люцифера. Наверное, таких везунчиков можно посчитать на пальцах одной руки, и учащихся в этом числе не было.       Геральд закрыл глаза. Он вспомнил, что демон Мамон был приглашён на один из званых ужинов во дворец, и шанс, что его дочь была там ничтожно мал. Но он хотя бы был.       — Тогда мне лучше идти.       Серафим кивнул ему, но уходить явно не собирался. Геральд посмотрел на Мисселину, не желая, чтобы серафим обвинял её в чём-либо. Но её грустно улыбающийся взгляд так и говорил демону, что не стоит о ней переживать. Мисселина в своё время заявила всем, что она не собирается пользоваться своим положением и если ей придётся отвечать за своим ошибки, то наравне со всеми.       — Не подведите нас.       Услышав наставление от серафима, Геральд покинул кабинет, направляясь в комнату Мими.

***

      Мими сидела на своей кровати, тоскливо смотря на проигрыватель соседки. Парни ушли сразу, как только Геральд выбежал из библиотеки, оставив Мими одну со своими мыслями и страхами.       Девушка сжимала свои пальцы, ожидая посланника отца. «Он уже знает, ему точно уже всё доложили» — девушка была готова расплакаться, но если её слёзы увидит посланник, или, не дай Бог, отец, то её провал будет лишь рябью, по сравнению со слезами.       Не выдержав, Мими встала и подошла к проигрывателю. Она была на грани, чтобы не полететь в ад и самой признаться во всём отцу. Ожидание наказания способно убить не хуже, чем само наказание.       Достав ту самую жёлтую пластину, которая так понравилась девушке, Мими включила проигрыватель. Мелодия сплелась с тихим, приятным слуху шорохом. Девушка закрыла глаза, медленно и самозабвенно уносясь в нирвану мыслей. Мими подошла к шкафу и достала начатую пачку сигарет из своей заначки в складках одежды Вики. Достав одну, она закурила, подпевая словам песни. Не зная слов и не слыша ничего, кроме своего страха, девушка улыбалась, выдыхая серый дым.       В дверь постучались, но Мими не услышала этого, делая громче. Но навязчивый гость явно не собирался сдаваться, стуча ещё громче. Всё же услышав, как кто-то ломится в дверь, Мими сделала тише, глуша сигарету в свой стакан. Сжав пальцы, Мими открыла дверь, приоткрывая рот от удивления.       Геральд стоял, держась рукой об косяк, бесстрастно смотря на неё. Мими застыла на месте, ничего не понимая.       «Зачем он сюда пришёл? Неужели отец решил послать за мной учителя, а не своего слугу? И что из этого хуже?»       — Собирайся, — Геральд вошёл в комнату, находя проигрывателем взглядом, но ничего не сказав по этому поводу. — Пойдём спасать твою соседку.

***

      Ночной ад пылал странным огнём, ожигая щёки и носы демонов. Мими и Геральд шли быстро, стараясь выглядеть, словно собрались на очередную вечеринку. Геральд держал девушку за руку, показывая всем, что они вместе. Здесь не было принято идти вдвоём молча, и не оказывать друг другу знаков внимания.       Все прохожие черти были явно пьяны, ведь в трезвом виде они не станут улыбаться своими гнилыми зубами, покачиваясь на ровном месте. Мими смотрела на них с омерзением, жмуря носик. Она никогда не понимала, почему им позволено блуждать и напиваться среди улиц. «При Сатане такого не было», — Мими поёжилась, когда один из подобных чертей улыбнулся ей, скручивая свои длинные, засохшие пальцы.       — Ты знаешь примерный план дворца Люцифера?       Геральд и Мими остановились в двухстах метрах от дворца, осторожно высматривая охрану. Никого. Это и смутило учителя. Дворец самого владыки казался пустым, тихим и заброшенным, хотя в нём и горели окна.       — Немного. Отец рассказывал, но я могу что-то спутать. — Мими прикусывала губу, вспоминая рассказы отца. Она помнила, как допытывала его рассказать всё в подробностях, когда Мамон пришёл со званого ужина.       — Ладно, это лучше, чем ничего. — Геральд ещё раз осмотрел территорию и, убедившись, что там никого, взял за руку Мими. — Пойдём.       Они незаметно подобрались к ограде, всё время нервно оглядываясь по сторонам, словно воры. Ну, отчасти это правда. Перелетев её, Геральд пошёл впереди, скрывая за своими крыльями ученицу. Мими кротко оглядывалась по сторонам, сама не понимая, что на неё нашло. Ей казалось, что она предаёт кого-то. И, возможно, этот кто-то — она.       Геральд быстрым, но бесшумным шагом направился к самому ближнему окну, что, к их ужасному счастью и невозможному везению было открытым. Мими стала его тенью, всюду повторяя каждое его движение, дыхание, шорохи.       Геральд первый перелез через окно, но прежде заглянув в него. Но темень комнаты ослепила его и его удачу. Мими залезла следом за ним, поранив об острый край окна запястье. Прошипев в свои зажатые губы, девушка не смогла даже разглядеть рану в оглушающей темноте. Даже для ада это было темно.       Не видя ничего на своём пути, Геральд на ощупь нашёл руку девушки, случайно задев рану. Мими проскулила, выдёргивая руку из хватки учителя. Геральд непонимающе посмотрел в темноту, где по его ощущениям должна была быть девушка. Мими приложила рану к своим губам, слизывая кровь. Рана Мими щипала, а Геральд злился. И у каждого были свои мысли и причины.       Девушка протянула вперёд здоровую руку, нащупывая предплечье учителя. Геральд осторожно положил свою на ладонь девушки, сжимая. Темнота ослепила их, но заострила их мысли и чувства.       Геральд сделал шаг вперёд, ощупывая мебель вокруг себя свободной рукой. Шаги были кроткими и осторожными, но точными и неосязаемые темнотой. Мими наступала на пятки учителя, а Геральд прижимал руку девушки к себе ближе, чувствуя её своей спиной. Их тела касались, сердца бились в унисон, но даже кромешная тьма не в силах спрятать страх этих существ.       Геральд нащупал дверную ручку, едва не стукнувшись лбом об дверь. Медленно повернув её и услышав невероятно громкий щелчок, Геральд приоткрыл дверь, пропуская луч света в комнату. Посмотрев назад, демон увидел кровать и одинокий комод. «Похоже, это гостевая спальня. Не удивительно, что она погрязла в темноте», — эта мысль рассмешила Геральда, но смех прозвучал где-то во тьме, не затронув света.       Когда Мими вышла следом за учителем, она осторожно прикрыла дверь, не захлопывая её. В длинном коридоре горели свечи, но они не достигали потолка, из-за чего он казался практически несуществующим. Мими не могла оторвать своего взгляда от бескрайней тьмы на верху, но тянувший её руку за собой Геральд, не мог отнять своего взгляда от света впереди.       Демоны превратились в тени, прячась от света свеч. Рана Мими уже не щипала как прежде, но девушка всё ещё продолжала прижимать её к своему рту, не то терпя боль, не то боясь закричать.       Свет становился всё ближе к ним, а шаги Геральда и Мими всё быстрее. Свет привлекал демонов, словно мотыльков. Обходя затаенные ночью картины и фрески, демоны подошли к двери, из щелей которой выплывал свет, расплываясь по красному шёлковому ковру. Мужчина прислушался к энергии, но почувствовал лишь вкус кислой малины на губах. Геральд сжал губы, кладя ладонь на дверную ручку. Риск заискрил в ушах, а холод в ладони скользил по металлу ручки.       С замиранием сердца, Геральд открыл дверь, но тут же отшатываясь назад. Мими закрыла глаза руками, оставляя кровавый тонкий след на щеке.       «Как странно, что свет может ослепить».       Зажмурившись, учитель едва мог привыкнуть к белоснежному свету. Приоткрыв глаза, демон смог разглядеть комнату. Свет тут же перестал казаться ярким, а мрак ночи снова стал непроницаемой темнотой. Всё было в светлых тоннах. Стены, пол, потолок, кровать и постель на ней — всё белое с нежно-сиреневым отливом. Но эта белизна блекла перед Вики. Девушка сидела на кровати, подобрав ноги под себя. Облаченная в белое платье, она прижимала голубые крылья к спине, но чёрные рога высовывались из-за хрупких плеч девушки. Распущенные светлые волосы падали на плечи, струясь по груди. Демоны на мгновение застыли перед ней, и её кристально прозрачным взглядом.       Сглотнув от неожиданной жажды, Геральд вошёл в комнату, но, едва не упал, услышав тихо-холодный, загробный голос своего повелителя.       — Что вы здесь делаете?