Mikrokosmos
31 октября 2021 г., 23:17
И нᴇ хочᴇтся сдᴇᴘжᴀнным ҕыть, и оҕыкновᴇнным
когдᴀ ты это ҕᴇшᴇнство зᴀпʏскᴀᴇшь по вᴇнᴀм — Батареи
Ночь. Уже около двух часов. На улице все спокойно, но Федор проснулся, опять знакомое ощущение. По началу не много потягивает, изнывают грешные кости. Опять дефицит витамина, и Федор это знает, он сам виноват, но он перетерпит. Он точно перетерпит.
Чувство изнывания теперь переходит в четкое ощущение, что его кости подносят к огню и начинают плавить, подобно горячей смоле они растекаются. Они мягкие и податливые, и от этого боль только увеличивается. Он понимает, что если не примет препарат, то станет только хуже. Он лежит на диване, свернувшись клубочком, в квартире холодно, он дрожит, его колотит уже сполна. Кости начинают ему шептать, что он не выдержит, что скоро они совсем согнутся. Они словно хихикают, в ночной тишине возвращает в реальность только звук тиканья часов. Их ломают будто арматурой, боль и ненависть к самому себе возвращается.
Надо бы принять препарат все-таки, если он есть, но за ним ещё нужно идти в другую комнату. Он понимает, что не дойдет. Кости и тело ненавидят его, в голове опять месиво вместо мыслей. Он буквально слышит плач костей, их ярость, гнев и ненависть. Они проклинают его, а потом смеются.
Он пересиливает себя и поднимается с дивана. Он стоит, опершись о тумбу рядом обеими руками, всю боль на себя принимают именно ноги. Ну почему?..
Еле-еле дойдя до нужной комнаты, он запихал в себя столь ненавистное лекарство. Затем он решил, что не помешает немного снотворного и отрубился прямо на полу.
— Федя! Федь вставай, ты чего разлегся? — он увидел знакомые очертания и свисающую длинную косу сбоку.
— Ты как… Ты что у меня в… — договорить он не успел. Его перебил блондин.
— Ну ты не отвечал на телефон, а так как ты живёшь на первом этаже, мне не сложно было забраться в квартиру. Разве что с окном пришлось повозиться.
— О Господи… И не лень тебе было? — у брюнета случился лёгкий шок.
— Мда… — продолжил первый, — Квартирка у тебя так себе… Ладно, сейчас не это важно. Ты почему на полу спишь?
— Я, кхм, ночью… У меня был приступ, и я заставил себя принять лекарство.
— Ага! Так я и знал! Ты мне до этого врал, что ежедневно его принимаешь, а когда совсем худо стало, ты решил все-таки принять? Да?
— Ну типа того… Прости, Коль, я просто не хочу быть зависимым от него… И оно уже не так помогает как раньше, лишь немного боль смягчает. Я долго так не протяну, прости, Коль.
Он валялся на холодном полу, в не менее холодной квартирке.
— Да у тебя жар, совсем что-ли? Ты чего себя так доводишь? Поехали ко мне, пока больной, у меня побудешь.
— Нет, это даже не обсуждается, — пытаясь встать с пола, промолвил Федор. Практически сразу упал на то же место.
— Нет, ты видишь себя вообще? Мы едем ко мне. Сам ты не выкарабкаешься.
У первого уже не было сил сопротивляться, он отрубался, ему было очень плохо. Кружилась голова, во рту пересохло, сердце билось как бешеное.
Николай вызвал такси, и уже через двадцать минут они были у того дома.
Николай завел Федора под руку к себе в квартиру, сразу же расстелил ему свою кровать, положил теплые пледы и сказал брюнету лечь. Федор так и сделал. Блондин поставил чайник на кухне, и пока тот кипел он что то делал на кухне.
Федор лежал в теплой и комфортной обстановке, и только сейчас, облокотившись на подушки, и подняв глаза, заметил новую люстру у Коли.
Она не была сложной в строении, но привлекло его то, что она была сделана в форме Солнечной Системы. Каждая планеты располагалась на ярус ниже от предыдущей.
— Красиво, да?
Федор вздрогнул, в дверях стоял Коля с чаем в руках.
— Что? А, да, очень… Это ты сам?
— Ага, весь день потратил.
Федя и Коля ещё с минуту-две задумчиво смотрели на изваяние под потолком, после того блондин заставил выпить содержимое кружки и сказал отдохнуть. Федя так и сделал.
Прошло около трёх часов, Федор проснулся. Николая ни где не было, он заметил маленькую записочку лежащую на тумбочке — «ʏлᴇтᴇл нᴀ ʏᴘᴀн:)»
Ниже написано: «я в магазин, если что то надо бери, не стесняйся»
Федор усмехнулся, после чего взял градусник, лежавший с другой стороны и измерил температуру.
«38.1… Ладно, жить буду,» — подумал он. После чего уже более тщательно оглядел комнату, встал с кровати и прошел к комоду возле противоположной стены. Там стоял небольшой макет атома, чуть меньше ладони, далее книги, различная фантастика, экшен, довольно странно, но там же и романы с призами, стихами и подобным. «Ну, хоть буду знать, что он любит,» — пронеслось в голове. В квартире так тепло и приятно, под босыми ногами мягкий коврик.
Далее, за книгами, стоит небольшой кактус и на этом комод кончается. На стенах картины, в них изображена природа, в одной вытянутой — лес, в другой — водопад. Потом ещё одна, и там туманный Биг-Бен.
Он прошел на кухню, там все так же, все аккуратно и минималистично. Раздался хлопок двери, вернулся Коля.
— О, ты не спишь? Ты как? Температуру измерял?
— Да, 38.1
— Мда… Не самая приятная новость, но у меня небольшой сюрприз! — Коля продолжил, — Я когда в супермаркете был, решил, что надо тебя как-нибудь развлечь, в общем, я купил всякой вредной фигни. Ну, то есть еды.
Блондин хихикнул:
— И колы, ты любишь колу?
— Ну да…
Федор немного был озадачен, но и рад одновременно. Коля начал из огромного пакета доставать упаковки с чипсами, различным печеньем и под конец бутылку колы.
— А…
Федор ничего не успел сказать, Коля подбежал к нему, обнял, параллельно поцеловав, и крикнул:
— Неси всё это в комнату! — сам он уже был в спальне и продолжал, — Так! Помогай мне! Вот ту подушку ставь сюда, а я её этой подопру.
— Коль, а собственно, что мы делаем?
— Так, давай ещё ту, — Коля не ответил должным образом, а перехватил одеяло, — Так, держи за те два угла, а я за эти, и сверху накрываем. Раз, два!
— Так это… — пришел в недоумение Федя.
— Да! Как тебе? Домик из подушек и одеял, или шалаш. Называй как хочешь, — Коля, не дождавшись ответа, сказал, — Бери комп и залазь внутрь.
Они оба легко поместились в домике, в комнате выключили основной свет, и подключили люстру, от чего на стены и пол падали четкие тени планет, и самой Солнечной Системы.
Они включили продолжение «Бегущего в Лабиринте» и захрустели чипсами. Холодная кола течет по горлу, согревает присутствие любимого человека рядом, и большего тебе не надо.
Метеоры рассекают ледяное ночное небо, начинаются звездопады, звёзды взрываются, пульсары извиваются и кружат. Все болезни проходят стороной. Всё это происходит вокруг них. Поцелуи — горячие и пылкие скрываются за горами подушек и одеял, слова, которые они шепчут друг другу, заглушают звук фильма, но главное, что они слышат друг друга.
Как бы они не отрицали, счастливыми их делают именно такие моменты. Они — две звёзды, два клочка космоса, запертые в человеческих телах, два метеора.
Я не устану повторять, что счастье они нашли друг в друге. Хоть и сами могли не до конца это понять.
Атомы и химические вещества растворяют друг в друге, находят новые элементы и сходятся. Никакие формулы мира, не объяснят эту безрассудную, космическую и необъяснимую обществу, трепетную, как крылья мотылька, любовь.
The formula of dynamic love will dissolve even the coldest planets.
фоᴘмʏлᴀ химичᴇской люҕви ᴘᴀствоᴘит в сᴇҕᴇ дᴀжᴇ сᴀмыᴇ стылыᴇ плᴀнᴇты.
