bring me to the stars
1 ноября 2021 г., 17:55
Послышится только слабый крик, только слабый всплеск, и мы, оказавшись на дне Мёртвого озера, исчезнем навсегда.
А. Линдгрен (Мио, мой Мио)
Весь день они смотрели фильмы в домике из одеял и подушек. Уже ближе к десяти вечера они разобрали свой шалаш, Федор опять измерил температуру. — Ну что там? — 37.3, всё нормально. — Ага, если ночью не поднимется, — изрёк блондин и лег рядом. Он накрыл их обоих пледом, развернулся лицом к Федору, теперь они лежали напротив друг другу. Дыхание ловит ритм. В животе появляются бабочки, хочется кричать и плакать в подушку. Воздух в комнате наполняется искренностью и чем-то непонятным, но очень трепетным и нежным. Свет луны из окна падает на люстру, из-за чего тени планет расплываются по комнате, падают на пол, на стены, на кровать, на одеяла и пледы. Создаётся ощущение, будто они два потерянных в космосе космонавта. Сзади звёзды и планеты. Так они и заснули, глядя друг другу в глаза и путаясь в мыслях. *** Утро началось с того, что на кухне свистел чайник, брюнет присел на кровати. Он чувствовал себя более менее нормально, кости немного давали о себе знать, что в принципе как и всегда, но это не столь важно. — О, ты уже проснулся, цветочек. Рановато, — Федор бросил взгляд на часы. 8:02. Коля, как и всегда, находился в приподнятом настроении. — И тебе доброе утро! — улыбнулся первый, обычно с утра у него не слишком хорошее настроение, но сегодня по-видимому случилось какое-то исключение. — Ты кушать где будешь, на кухне, или тут? — поинтересовался Николай и присел на угол кровати, — А и ещё, измерь температуру. Ты вчера пил таблетки, которые я оставил? — Да, хорошо, да, — как на автомате ответил Федя, — И да, давай на кухне. — Ладно, сначала померь, а потом приходи. Федор в ответ лишь кивнул и потянулся за градусником. Прошло около пятнадцати минут. — Ну, сколько там? — раздался голос из кухни. По-видимому Николай там что-то готовил, так как до Феди доходили звуки брызгов масла на сковороде, и доносился приятный лёгкий запах. — Все нормально, 36.8, я здоров. — Ага, ну хорошо! Но все-таки выпей таблетку после завтрака. Федор зашёл на кухню. Коля стоял у плиты, его волосы были распущены и немного взлохмачены, видимо сразу, как проснулся, пошел готовить. Сам блондин был в нежно-голубой пижамке с котом Гарфилдом. Длинные штаны в пол, а на ногах меховые носочки розового цвета. Федор стоял и немного отрешённо смотрел на эту картину. Затем несвойственно ему хихикнул, Коля обернулся, а лицо выражало искреннее непонимание — что так развеселило его парня? — Что? — Ты такой домашний… — единственное, что смог проговорить Федор Он до сих пор стоял в дверях кухни и пытался сдержать смех. — Какой-какой? — ещё больше не понимал и недоумевал Коля. –Ну-у… — начал пояснять брюнет, — В этой пижамке ты такой типа… «домашний мальчик». Он опять хихикнул, но при этом уже не пытаясь этого скрыть. Коля пришел в лёгкое замешательство. — Ты без завтрака остаться хочешь? — смешно держа лопатку для сковороды в руке пригрозил он. Вскоре они сели завтракать, блондин приготовил омлет и заварил чай. — Ты любишь готовить? — спросил Федор, отпивая чай. — Ну, да, есть такое, — отозвался Коля, — А что? Федор положил кусочек омлета в рот. — Блюдо довольно простое, но очень хорошо приготовлено. Рука набита, — завершил он. — О, кхм, спасибо. Да, я с детства готовить люблю… После того как они поели, Коля все-таки заставил Федора выпить таблетку. Федор чувствовал себя уже хорошо, как обычно. И так как сегодня у них был выходной, Коля предложил пройтись прогуляться. После они зашли в кофейню, выбрали самый дальний столик на двоих в углу. За окном начали сыпаться хлопья пушистого снега. Сегодня было солнечно, но солнце было холодным и морозным. Лучи переливались, солнечные зайчики падали через стекло на столик кофейни. Оба заказали по средней чашечке латте, и пока ждали заказ, Федор спросил: — Коль, а что ты помнишь, из того что я тебе рассказывал? — Ты про что? — сначала не понял тот. — За всё это время, мои рассказы про химию, галактику и подобное. — Хм, ну я помню, ты многое рассказывал о Вселенной, допустим, звезду 34 Tauri обнаружил астроном Джон Флемстид в декабре, я не помню какого года, а ещё он смог рассчитать время солнечных затмений. — Да-да, правильно, — сказал Федор с полупрозрачной улыбкой, — Так, а теперь… У Феди на лице теперь была хитрая усмешка. — Теперь назови мне химический элемент, протонное число которого три? — Ээ, Литий? — Николай был немного в стороне от такого вопроса. — Да, молодец, правильно. Теперь скажи мне название самого сильного неметалла. — Фтор? Да? — Ага, правильно, а какое у него протонное число? — Э. Вроде девять? — Да, молодец. Какой самый сильный металл? — Франций. — Назови мне характеристики этого элемента Зачем все это, Николай не понимал, но был совершенно не против по отвечать на вопросы. — Атомное число 87, обладает максимально высокой восстановительной химической активностью. — Да, именно так. У какого химического элемента протонное число 89? — Актиний? — Ага. Какая формула у гидроксида алюминия? — Al(OH)3? — А растворимость? — Соляная кислота, щелочи, серная кислота. — Да, все правильно. Потом они просто сидели и смотрели в окно. — Пойдем? — Да, идём. Они собрались и вышли из теплой кофейни на морозный воздух. Снега насыпали немного, но все-таки в некоторых местах он лежал. — Едем ко мне? — предложил Коля. — Ну, почему бы и нет Федя не хотел возвращаться в свою унылую, пропитанную страхом смерти и обречения на страдания квартиру. Хоть он и прожил в ней всю жизнь, она всё равно ассоциировалась у него с гнилой могильной землёй, воспоминаниями об ужасных ночных приступах, бедности и боли. Они приехали к Коле, и решили как вчера построить домик из одеял и подушек, включили очередной фильм. Примерно на середине фильма они оба заснули. Проснулся Коля в одиночестве. Он не понимал, куда делся Федор. Засыпали же вроде вместе… Где он? Почему ушел? На часах 18:04, он выполз из домика. Рядом с кроватью на тумбе обнаружил небольшую записку: «Ты так мило спал, решил тебя не будить. Не злись, пожалуйста, что я ушёл. Ты лучше приходи к моему дому к 20:00. Жду тебя! И оденься потеплее. P.S. это сюрприз» Коля ничего поначалу не понял, но решил сделать так, как написал ему Федя. Он расчесал волосы, заплел новую косу и стал собираться. В мыслях всё крутилось — «Что он такое задумал?» К положенному времени Николай подошёл к подъезду Феди. Он набрал номер парня. Гудки. — Ты пришел? — Да, я тут — Всё, я спускаюсь! — голос Федора в трубке был на удивление радостным. Спустя пять минут Федор спустился, в его руках была какая-то ткань, видимо очень плотная, темно-синего цвета. — Зачем это? — недоумевал Коля. — Так, ты не против? И, не дожидаясь ответа, Федя завязал эту самую ткань ему вокруг головы так, что она плотно закрывала глаза. — Ээ, ты что делаешь? — Это сюрприз, потерпи пожалуйста. Я же тебя не собираюсь убивать. — Ну, как знать… — Расслабься, пожалуйста, и доверься мне. Напутствовал брюнет, он аккуратно взял Николая за под руку с одной стороны, и придерживая с другой рукой за плечо с другой стороны, повел его куда-то влево. Они шли примерно семь минут, после чего Федор предупредил, что далее поворот налево. — Сейчас поворот налево, далее примерно три шага вперёд и остановись. — А зачем это всё? — никак не унимался Николай. — Говорю же, это сюрприз, только не подсматривай. Коля был уверен на сто процентов, что в этот момент его проводник улыбался. Было немного страшно, но гораздо больше было интригующе и любопытно. Послышался скрежет и резкий щелчок. Видимо, это открылся замок. — Так, дальше лестница, аккуратнее, — предупредил Федор. — А куда мы? Николай пытался не выдать своего волнения, но голос всё равно подрагивал. — Эй, тише-тише, ты чего, боишься? Федя повернул Колю лицом к себе и крепко-крепко обнял его, потом поцеловал в макушку, одновременно вдохнув запах мятного шампуня. — Всё, идём, ступеньки здесь стандартные, поэтому не думаю, что будет очень трудно. Коля только тяжело выдохнул и послушно пошел вверх, Федор все ещё придерживал его за руку. Уже восьмая, потом двенадцатая, четырнадцатая ступень. Они шли молча, Коля только тяжело дышал. — Всё, пришли. Повязку снимешь, когда я скажу, пока что постой тут, — попросил ведущий, он поцеловал его опять и продолжил, — Такс, подожди минутку. Опять щелчок, уже не такой резкий, но Николай все равно вздрогнул. — Всё! Проходи вперёд, примерно на пять шагов. Блондин сделал так, как ему и сказали. Вдруг он почувствовал, что в лицо подул лёгкий ветер, под маской было жарко, а этот ветерок был очень кстати. Он раздувал лёгкие волосы и было странно тихо. Сзади послышался голос Феди: — Так, почти готово, подожди еще примерно пять минут пожалуйста. — Ага…***
— Всё, давай я развяжу, — пальцы Федора стали аккуратно развязывать узелок на затылке парня. Он снял повязку и сказал: — Всё! Готово! Николай огляделся. Крыша высотки. Внизу, далеко-далеко сверкает бело-желтыми огнями город. — Посмотри наверх, — то ли указал, то ли посоветовал Федор. Он поднял взгляд. Огромный тёмно-синий небосвод рассекают яркие белые звёзды и оставляют после себя длинные полупрозрачные хвосты. Крышесносное зрелище. Они летят, мчатся, в одном направлении, под одинаковым наклоном. Прекрасно находят орбитали, и прекрасно подстраиваются друг под друга. Безжалостно режут темное небо, отравляют взгляд немыслимой красотой. Николай стоит открыв рот, Федор позади. Они ничего не говорят, слова сейчас не нужны. Звёзд много, они отражаются в хрусталиках глаз. Небо кажется белым из-за их огромного количества. Кажется, что видишь сразу всё: и Млечный путь, и Галактику Андромеды, и сразу всю Солнечную Систему. Под открытым небом, безнадёжные и без единой защиты. Слёзы, ледяные и жгучие скапливаются в уголках глаз, перекатываются по ресницам; губы, искусанные в кровь, дрожат; пальцы теребят манжеты куртки. Ветер задувает, пробирается под слои одежды и от этого невыносимо холодно. Федор подошёл к нему и взял за руку. — Я принес одеяло, давай сядем? — мягкая и теплая улыбка озарила его лицо так же, как звёзды сегодняшнее небо. — Ага… — Коля согласился, все ещё не в силах оторвать взгляда от неба. Они присели на мягкое и огромное одеяло. Они задыхаются в огромном, ледяном галактическом пространстве рассекающих метеоров. Поют космические киты; замёрзшие, состоящие из трещинок губы соприкасаются. Боль Федора не унимается, бьётся в жилах и воет в мягких словно перина костях. Пар исходит от горячего дыхания, слёзы щиплют и колют глаз, они выдыхают друг другу в поцелуи. – Ну как? – Это… Это прекрасно, слишком прекрасно для человеческого зрения. Они сплетаются в пылких, жарких поцелуях. Поцелуях со вкусом колы и вкусом галактики. The stars show us the Greatness and beauty of the Universe, in which we, the eternal wanderers of space, strive to find our star. я ⲅⲟⲧⲟⲃ ⲟⲧⲇⲁⲧь ⲧⲉⳝⲉ ⲥⲃⲟⲉ ⲥⲉⲣⲇцⲉ, ⲟⲏⲟ ⲗυⲭⲟⲣⲁⲇⲟⳡⲏⲟⲉ υ ⳝⲟⲗьⲏⲟⲉ, ⲏⲟ ⲉⲥⲗυ ⲟⲏⲟ ⲡⲟⲙⲟⲿⲉⲧ ⲧⲉⳝⲉ, ⲧⲟ ⳅⲁⳝⲉⲣυ ⲉⲅⲟ
