Последствия третьего свидания

      Чайльду нравился Чжун Ли. Он был чуть ниже ростом и выглядел моложе своих лет (вот же взял себе молодое тело, старикан), обладал тихим и смиренным нравом, но, как заметил про него Тарталья, мог часами говорить о чем-то, показывая свою начитанность. И ещё у него был тот самый тяжёлый и твёрдый взгляд, который навсегда врезался в память. Когда они встречались, в глазах Чжун Ли зажигался особенный золотой блеск. Когда между ними происходил какой-нибудь разговор, Чайльд всегда отводил глаза, сложно с ним играть в гляделки. Но иногда Чжун Ли засматривался на него дольше, и тогда начинало казаться, что его взгляд проникает в душу. Это, конечно, было просто наваждением. В чем было дело, Чайльд не понимал. Вроде ничего такого между ними не было. Однако они встречались почти каждый день. Это объяснялось, видимо, тем, что их встречи сами по себе значили очень много, и Чжун Ли не мог от них отказаться. Не мог, и все тут. Кто же не захочет поесть на халяву?       Чайльд догадывался, что его кошельком нагло пользовались. Но продолжал платить за мужчину, лишь бы с придыханием наблюдать, как тонкая полоска губ Чжун Ли поднималась в лёгкой улыбке. Неулыбчивый и скрытый за каменной стеной, он был скуп на эмоции, оттого оставалось ловить каждую новую проявленную эмоцию как кристальных бабочек — с особым трудом. Эти мгновения ощущались как озарение, как осознание. Чайльд попал. Он попал в Гео Бездну. И падение это больно дастся. Больно далось и предательство. Предательство с передачей сердца Бога. Чайльда использовали, сделали шутом, который бегал за хвостом дракона, да никак поймать не мог. А потом выставили главным врагом, уничтожителем Ли Юэ. Проглотив ком обиды, Предвестник пообещал себе: он умыкнет по-товарищески человеческое сердце бывшего Гео Архонта.       Уже на следующий день о разносе ресторана гавань стояла на ушах. Как так? Почему? Столько разговоров, столько версий. А знаете, кто главный злодей? Правильно. Чайльд Тарталья. Спросите «почему»? Ну, конечно же, по слухам некого господина Мин Фенга, торговца сладких бобовых булочек напротив, он самолично видел одиннадцатого Предвестника у порога заведения. Очевидно же!       Чайльд игнорировал слухи, на грязные сплетни не вертел ухом. Пущай говорят, что пожелают. Главное, что свидание не удалось, но есть надежда — второе пройдет получше. Взяв на себя роль организатора, Чайльд искренне понадеялся, что в этот раз всё пройдет по высшему разряду. Даже не поскупился и раскошелился. — Значит, ты арендовал целый Бисерный паром, чтобы провести самое обычное свидание? — Чжун Ли диву давался. Порою неразумные траты его заморского друга умели удивлять и шокировать, но сейчас вместо этих чувств у него было в голове только одно: «продолжай, не останавливайся».       На пароме были они одни, а ещё прислуга, капитан и его верный помощник. Это было настоящее чудо, что паром выкупили на несколько часов, отсыпали щедро золотых монеток, а что пожелает заказчик — то и исполняй.       Они сидели за широким круглым столом, на котором были поданы все самые лучшие и дорогие блюда. Кроме них, никто не мог любоваться ужином. Совместно их обслуживало десять с гаком слуг. Слуги были готовы сделать все от них зависящее, чтобы хорошее впечатление не испортили никакие подозрения и сплетни, собравшиеся вокруг их главного хозяина этого вечера — Одиннадцатого Предвественика Фатуи.       Пока стол заполнялся яствами, Чайльд попутно достал из внутреннего кармана пиджака футляр прямоугольной формы. Зоркий взгляд Чжун Ли сразу распознал, что это. Не удержавшись, он прокомментировал: — Вижу, что подарок всё ещё при тебе. Как успехи? — Ужасно, — небрежно бросил парень. В руке, купаясь в лучах полуденного солнца, лежала пара палочек. Достаточно дорогая вещь, любезно подаренная Чжун Ли за счет Чайльда. Как любезно и мило. Щедрость не знает границ. — Весенняя картинка, не иначе.       Послышался сбоку смешок. — Очень смешно. — Давай приступим к еде, — ведь все мы собрались здесь ради еды.       Первое время пара наслаждалась ужином. Поджаренное до золотой корочки мясо, хрустело и таяло во рту. Острота соуса заставляла быстрее закусить салатом из свежих овощей, словно только что собранных с грядок. Помимо этого, на столе в качестве главного блюда была утка по Ли Юэ. Такая яркая, ароматная, с нежным, нежирным мясом. Кроме того, тарелок на стол прибывало все больше и больше. В какой-то момент пришлось доставлять стол дополнительный, чтобы разместить еду. — Ты не перестарался? — Чжун Ли всегда был за то чтобы вкусно и плотно поесть, но видя перед собой такое разнообразие в больших количествах — уже не был уверен, что сможет попробовать всё. — Это немного… — Самое то! — Чайльд же успел прикончить в желудке две порции жаренной лапши с рисовыми пирожками. Даже и не скажешь, что столько может поместиться в этом худом человеке. — К тому же, я слышал, что вы здесь не такой уж и частый гость. Почему не поесть? — Я слышал, что сердце мужчины лежит через желудок, но я предпочту другой вариант. — И какой же? — Мозг. — Ну да, ну да. Наш самый сексуальный орган — мозг, — а сам украдкой поглядел на мужчину. Он же слабо улыбнулся в ответ. Но вот взгляд приобрел недобрый огонек. Чайльд ничего не мог с собой поделать. Его завораживала эта картина и эти золотые глаза. Чжун Ли, как ни в чём не бывало продолжил трапезничать. — А что для тебя сексуально? — вот это совсем выбило из Чайльда всю уверенность, но он быстро собрался, заулыбался как последний придурок и выдал: — Голос и руки. — Любопытно. Почему так? — Все банально и просто. Руки — это рабочий инструмент. Он помогает вершить судьбы, ну и показатель силы, а голос… — его собственный дрогнул, — это уникальная вещь. Он позволяет людям взаимодействовать, говорить чудесные и не очень слова, а еще он…       Он совсем уж замялся. Говорить вот так откровенно Тарталья не привык, особенно перед субъектом твоей бывшей охоты, ведь так-то они редко говорили о чем-то подобном, да и после вторжения Фатуи в мирную гавань, они не говорили вот так просто, как обычные люди. — Предлагаю пройтись. Необходимо переварить информацию и пищу.       Они поднялись для прогулки, оставив стол подальше. Уж больно еда прилипла к желудку, не пуская новую. Чайльд чувствовал, что немного переел, хотя съел всего ничего. Обычно он мог и больше, если сильно устанет после тренировки. А вот его товарищ, хоть и был умелым бойцом, тоже страдал от последствий обжорства. Он немного сгорбился. «Наверно, это моя вина, — думал Чайльд, — надо было его отвлечь, отвлечь, отвлечь…»       В этот момент они вышли к носу корабля. В небе повис оранжевый диск солнца, а от воды отражался густой вечерний звон колоколов. Даже в душном воздухе повис дух благовоний, но Чайльд по этому случаю даже не поморщился. У него было такое чувство, что сейчас всё дело было в порыве ветра, бившем в лицо, и хотелось впитать этот ветер в себя как можно глубже. Его волосы растрепались, и ветер ласкал их. Он поднял лицо навстречу дуновению. Было восхитительно. — Вы снова на меня смотрите так пристально, — Чайлд покосился на Чжун Ли. Он довольно хмыкнул, но взгляд не увел в сторону. — Хотя узоров на мне нет, да и цветы не растут. Неужели я такой красивый?       И бывший Архонт, не меняясь в своем незыблемом лице, выдал: — Красивый. Очень даже красивый.       Тарталья довольно закивал, будто бы соглашаясь с вынесенным вердиктом, но через некоторое время лицо меняется на изумлённое и даже ошарашенное, а в воздухе так и останется это непроизнесённое «что?». Порой достопочтенный Чжун Ли умел удивлять людей настолько, что они испытывали настоящий шок, при этом ощущая ничего кроме истинного интереса, мол, а что не так? В этот раз Чайльд отвернулся, не посмев развивать тему, пускай вопросов в рыжей голове станет только больше. Молча постояв рядом ещё минуту, он повернулся обратно и промолвил следующее: — Пойдёмте со мной, — у него был план. Коль у них пауза, то почему бы не провести её за приятным делом с использованием рук? Так Чайльд и поступил. Схватив мужчину, даже не дождавшись от него ответа, юноша потянул его за собой в ходовую рубку. Самого капитана не было на месте, ровно как и старпома, зато был открытый доступ к штурвалу… — Боюсь представить, что ты задумал, — о да, Чжун Ли определенно не стоило это говорить, поскольку ответственный за сегодняшнее свидание уже всё решил.       Пройдя к приборной панели, Чайльд не поверил своим глазам. С виду обычный корабль, где все зависит от команды, а он, оказывается, напичкан технологиями из самого Фонтейна и Снежной! Самая передовая модель и управление паромом здесь раз плюнуть. Уж Чайльд, сын технологий и боёв, успел во время учебы в военной академии прикоснуться к автоматическому управлению небольшого катера… А тут целый паром. Звучит как нелёгкая задача, но будто это остановит от задуманного. — Чайльд, это плохая идея, — начало было Чжун Ли, как раз в момент, когда шустрые пальцы его друга прошлись по кнопкам. Те нажимались так легко и без проблем, что это было даже… Приятно? Да. Чайльд испытывал удовлетворение от этого процесса. — Чайльд? Остановись.       Где-то снизу запустился двигатель внутреннего сгорания, а само судно пришло в некое подобие движения. Якорь поднимался наверх с морского дна. Уже из иллюминатора пара успела увидеть, как цепи якоря за долгое время простоя в гавани успели покрыться илом и водорослями. — Чайльд! — Чжун Ли бросился останавливать бога разрушения и коллапса, но куда там. Он с самодовольной улыбкой повернулся и жестом остановил панику. — Я знаю, я умею этим пользоваться. К тому же, небольшое приключение нам не помешает!       Корабль был готов к отплытию, да вот жаль, что его команда была против. Выбежав в носовую часть, люди кричали, махали руками, пытаясь обратить на себя внимание, но Чайльд и Чжун Ли просто не могли их увидеть. У кормы суетились рабочие — они пытались сбросить вспомогательный якорь, чтобы совсем уже не уплыть в открытое море, но было слишком поздно. Корабль уже начал отплывать, пускай и не так стремительно, как хотелось бы. Вторая часть команды бросилась в рубку для перехвата управления, но дверь заклинило. Как удачно… — Чайльд, ты перешел грань. Остановись. — Да не будьте вы такой занудой. Мы просто сделаем круг и вернемся в гавань! А судно покинуло гавань под крики работающего состава. Всё резко пошло наперекосяк и когда эта точка невозврата произошла — непонятно. — Я полагал, что ты получил разрешение, — Чжун Ли бросился к штурвалу, оттолкнув несильно Чайльда. Тот попытался направить судно обратно, но хваткая рука Предвественика не позволила. — Прекрати. Это уже не забавно. — Да ну? Всё равно никто ничего не узнает.       Чжун Ли выдохнул шумно через нос. Эта потасовка напомнила цирк с конями, жаль, что коней не позвали. Зато принесли рыжее горе. Чайльд продолжал пытаться что-то сказать, но бывший Архонт не слушал доводы. И так хватит на сегодня приключений. Так они и тянули штурвал на себя. С каждой минутой судно удалялось от гавани, а суматоха у команды только набирала обороты. Оказалось, капитан так удачно остался с помощником на берегу. А хорошая новость? Новость просто замечательная! Штурвал оказался оторван от крепления. Первым поломку обнаружил Чайльд, у которого штурвал и остался в руках. Видя все это, Чжун Ли не выдержал и бросил: — Что ты натворил? Ты хотя бы понимаешь, в какие неприятности мы попали? — Ну… Гулять так гулять, — нашелся быстро Чайльд, отбрасывая в сторону деталь. Затем отряхнул ладони друг о друга и был таков. — Да и к тому же, мы сейчас плывем в скалу. — Что? — бровь Чжуна невольно поднялась. Улыбка его друга опустилась. Оба вперились в окно. Паром мчался к скале, о чем кричала паникующая команда. Их шум даже до сюда доходил. — Чайльд!       Тарталья бросился к панели. Раз уж тут все почти что на автоматике, то и управление… Ан-нет. Управление заблокировалось и теперь впереди ждет их всех участь одного заморского парохода… Опять получилось. Почему-то Чжун Ли пришла в голову одна мысль, которую он сразу же и высказал: — Щит! — Волны! — поддакнул Чайльд. Кажется оба сообразили, что делать.       Они сбежали обратно к носовой части корабля, минуя паникующих матросов. Кто-то уже бросился с корабля, кто-то укоризненно смотрел на парочку, что умудрилась устроить такое. Кажется, доступ на паром им теперь будет заказан. Если от него что-то останется!       До скалы оставалась добрая сотня метров. Если и действовать, то сейчас. Обменявшись быстрыми кивками, люди совершили задуманное: Чжун Ли призвал щит, что покрыл судно медовым свечением. У Чайльд задача была посложнее: он использовал Гидро стихию, чтобы созвать волны огромных размеров и такой силы, чтобы смочь сдвинуть паром обратно в гавань.       Получалось не слишком, но для этой части плана тоже подходило. Увидев происходящее, матросы притихли и, поняв, что можно не рассчитывать на их помощь, скрылись с глаз долой. Вызвав массовую панику, обе стихии, без сомнений, способствовали достижению цели. По мере приближения к скале постепенно подходили сильные волны. Шуму стало намного меньше, зато в лицо брызгало всё сильнее. Когда судоходное было уже достаточно близко к скале, но это еще не мель, здесь Чжун Ли усилил щит, заставляя пройти Гео резонанс. Получив толчок, паром с рокотом поехал назад. Волны толкали паром с усиленной скоростью. Чжун Ли усилил щит до предела.       Чайльд же с особым напором направлял волны, чтобы судно, подобно маятнику, качаясь, плыло обратно к гавани. Результат превзошел все ожидания. У них получилось. Все остались довольны!       Уже в гавани, когда паром почти пришвартовался к причалу, Чжун Ли заметил за спиной как его крепкий щит дал трещину. Но он был уже не в силах что-либо сделать, да и времени у него не осталось. На ясно золотой поверхности начали появляться мелкие трещинки, которые вереницей прошлись по всему периметру конструкции. Чжун Ли вздрогнул, но устоял, хотя от следующего толчка стал на несколько футов отходить назад, до боли в колене упираясь ногами в палубу. Чайльд старался уменьшить волны, но вода это стихия непредсказуемая и вот так сразу все убрать в никуда — невозможно.       В какой-то миг волна поднялась выше носа корабля, заходя на борт. Мокрой была не только обувка. Уже новая волна была выше и сильнее. По достоинству её оценили рухнувшие в воду тела Чжун Ли и Тартальи.       Они оба свалились в воду, зато корабль, судя по сильному треску щита и крикам матросов, пришвартовался аккуратно и без потерь. Ну почти. — Это было ужасно, — наконец произнёс Чайльд, когда его тело оказалось на суше. Теперь оно такое мокрое. Одежда ужасно липла к коже, а волосы, как назло, закрыли обзор. Откинув те назад, парень выдохнул. — Солидарен. Однако, это не так ужасно, как могло быть, — а вот Чжун Ли выглядел даже не расстроенным. Будучи мокрым, грязным, он все равно оставался великолепным образцом привлекательного мужчины, и он сам это знал. — Однако же, боюсь, что вход на Бисерный паром нам закрыт навсегда.       Организатор их ужасного и дорогого свидания недовольно свалился спиной на землю. Руки и ноги были расставлены в разные стороны. Чайльд напоминал грустную и расстроенную звёздочку. Видя все это, Чжун Ли улыбнулся невольно и склонился над человеком. — Но я вынужден сказать, это было весело.       Ну точно показалось. Ослышался. Настоящий Чжун Ли бы такого ни за что не сказал. Чайльд приподнялся, чтобы удостовериться в словах, но фигура того уже медленно растворялась вдалеке. И лишь немое «что?» витало в воздухе…

Вот тебе и арендовал приключения на свою задницу.