siblings.

будний день начинается как ему и положено, с нудной рутины. первым делом, добравшись до работы и забравшись за стойку, Моника включает кондиционер, в прохладе которого она так сильно сейчас нуждается. в кофейне она пока что одна и ее мало это удивляет, сегодня у нее смена с Тони, а это значит, что он влетит в помещение ровно на пятнадцать минут позже положенного времени, спотыкаясь об свои же ноги, и обязательно запыханый будет кричать о том, что слишком долго с утра укладывал свои кудри дома перед зеркалом. а пока у нее ещё есть время до утренних страстей, девушка разгружает морозилку и раскладывает выпечку по противням. Фукс прилетает прямо как и предполагалось, ругается на непослушные кудри естественно и после уходит в рабочее помещение переодеваться. Моника только хмыкает, этот парень определенно милейшее создание из всех, с кем она была знакома. если бы ещё не лисий нрав, правда. пока в помещении приглушённо играет какая-то классика, пепельноволосая внимательно пересчитывает кассу со вчерашнего дня, хмурится и часто моргает. в помещении большие панорамные окна, из-за этого яркий солнечный свет почти ослепляет, страшно представить что здесь было бы, не будь хорошего кондиционера. - как прошли выходные? - внезапно раздается из-за спины и девушка вздрагивает, полностью сбиваясь со счета. раздражённо оборачивается на коллегу, пока тот только улыбается виновато. - тони... сколько раз я просила тебя не делать так, напомни. - ехе... прости, забываю каждый раз.. - ох... теперь все по новой пересчитывать, - раздосадованно бурчит Моника себе под нос, делая паузу и все же вспоминая о вопросе, который ей задали ранее, - выходные прошли... хорошо, даже очень. до сих пор не верится, это лучшие выходные за последние минимум 10 лет, если не больше. - ничего себе, это огромный срок... - да уж, - Моника только коротко хихикает, но кажется ее собеседник не выглядит удовлетворённым после ответа. - и... больше совсем никаких подробностей? - девушка четко слышит в чужом голосе заговорческий тон и намек. - в каком смысле?... - и наконец до нее доходит, - не тяни кота за хвост, Тони, какие конкретно подробности ты хочешь услышать? - ахахах, - рыжий смеётся уже в открытую, он до сих не знает, как Монике удается так легко читать его, но не то чтобы его это расстраивало, напротив, наверное это даже льстило, - просто на днях видел твоего брата. - а, вот оно что, - бариста не выглядит слишком удивленной, она отчётливо помнит, как отправила брата на прогулку и догадывается, что он вероятно побывал здесь, - странно, я не вижу синяков и ссадин. ты стал быстрее бегать? - да нет, - улыбка с лица парня все ещё не сходит, - он попросту меня не узнал. - это ещё более необычно, скажу по секрету, у Гила есть привычка помнить всех, кому он когда-либо хотел сломать лицо. - смех парня только нарастает, но Моника знакома с ним достаточно долго, чтобы почувствовать в этом смехе нервозность. Тони иногда раздражал ее этим - вечно улыбается, смеется, прячет настоящее и делает вид, что так ему и всем вокруг лучше. наверное в этой его черте характера она слишком явно узнавала себя, отсюда и раздражение. - вы так жестоки сегодня, мадмуазель, - вдоволь отсмеявшись, Фукс принимается прятать противень с выпечкой один за другим в печь. - все для тебя, мазохист. сразу после того, как Моника успевает закончить реплику по залу раздается звон колокольчика и в помещение входит стройная высокая девушка в черном шлеме с голубыми языками пламени по бокам. Моника задерживает на нем восхищённый взгляд, пока незнакомка вальяжно снимает его со своей головы обеими руками прямо на ходу и, тряхнув слегка головой, расправляет волосы. когда клиентка подходит к стойке, шлем она уже обхватывает одной рукой сбоку, прижимая к талии, второй же она небрежно поправляет белоснежные пряди на лице. времени, которое девушка тратит на выбор напитка баристе хватает с головой, чтобы восхититься по сотому кругу - и прекрасно уложенным карре даже под шлемом, и аккуратными чертами лица и абсолютно идеальной фигурой и убийственным стилем одежды. Фукс, молча наблюдая со стороны, догадывается, что его напарница в данный момент потеряла связь с миром. - сделайте пожалуйста айс-латте, хочется холодненького на такой жаре. - ...согласна, ваше каре выглядит сногсшибательно... - Моника не сразу понимает, что сказала и кому, но сконфуженный взгляд напротив приводит ее в чувство и под несдержанный смешок за своей спиной она заливается краской, как помидор в самом соку. - прошу прощения? - клиентка понимает не больше самой баристы, хотя конечно не сказать, что ей это не понравилось. - боже, что я... что я несу? простите, мне наверное в голову напекло... по дороге на работу. ох, то-то я думаю, так жарко... айс-латте, верно? одну минуту. - и пепельноволосая моментально ретируется к кофемашине дрожащими руками готовить заказ. объект восхищения тем временем, решая не смущать работницу сильнее, воздерживается от вопросов и пристальных взглядов, просто рассматривая саму кофейню. отдает заказ уже рыжий, поскольку сама Моника просто не в состоянии даже связно говорить после произошедшего, парень удивляется, как вообще напиток сделала и ничего не разбила. блондинка до последнего воздерживается от комментариев, за что ей большое спасибо, просто отдает плату за кофе и уходит. бариста только надеется, что она никогда больше не появится и ей не придется краснеть от стыда каждый раз. спойлер, надеется она зря. до конца дня больше никаких инцидентов не происходит и Моника с Тони просто спокойно закрывают смену. перед уходом девушка вспоминает спросить, не рассказывал ли напарник ее брату, что она тоже работает здесь, на что получает отрицательный ответ и тогда они расходятся по домам. заходя в дом, пепельноволосая чувствует, как гудят ноги и ее одолевает желание сразу доползти до комнаты и уснуть, но ужин сам себя не приготовит, поэтому приходится ползти на кухню. не успевая дойти до двери, Моника чувствует... вкусный запах? девушка старательно пытается вспомнить, не просила ли она Сакуру помочь ей с ужином сегодня, но такого точно не было. тогда что или кто это может быть? волнение в груди нарастает непонятно от чего, сбитая с толку, девушка заходит на кухню и застает своего старшего брата за плитой. кажется, она прямо сейчас готова поверить в инопланетных существ. Шмидт. за плитой. парень что-то усердно ковыряет в сковородке и стоит к девушке спиной, он вероятно настолько сконцентрирован, что даже не услышал как она вошла. - Гил?... - о! ты пришла... - старший тут же реагирует и резко разворачивается лицом к вошедшей сестре, в его движениях хоть и очень слабо, но прослеживается нервозность, - а я тут... попробовал сделать яишницу, на ужин, да - и в голосе сестра тоже быстро улавливает нервозность, потому решает подойти и посмотреть что же такого происходит в этой сковородке. запах кажется приятный, не мог ведь спалить. стоит только пепельноволосой подойти Шмидт сразу же смиренно двигается в сторону, сжимая в руках лопатку для помешивания и бегая глазами с плиты на младшую и обратно. готовкой в доме с самого детства и по сегодняшний день всегда занималась Моника, Гил только и мог разве что пожарить яишницу. но вообще-то она у него получалась очень даже вкусной, парень мог гордиться своими навыками в готовке яиц. ну, когда-то мог... растерял видать мастерство. для человека, который всю жизнь только то и делает что бросает себе вызова постоянно, это настоящее поражение. да ещё и продукты перевел... - всего-то пару скорлупок уронил и столько нервов? - младшая тут же своими словами прерывает поток мыслей в голове брата и снисходительно мягко улыбается, берет из его рук лопатку. у нее сейчас вместо злости в груди только детская радость. - оставь, просто закажу что-нибудь через доставку... не стоило даже браться, я давно это не делал... - прекрати, он ведь не испорчен. все поправимо, не будь так категоричен к себе. вот, смотри. буквально десять секунд и вся скорлупа была благополучно вытянута из яишницы и теперь она действительно выглядела достойно, а пахла и того лучше. Гил даже повеселел на удивление, это был очень редкий случай, когда у младшей получалось поднять ему испорченное настроение. - ты волшебница.. - пепельноволосой только благодарно улыбнулся, принимаясь раскладывать все по тарелкам, пока сестра умостилась поудобнее за столом. - разве? я ведь только... - девушка затормозила на полуслове, подумав наверное, что один раз можно просто позволить себе просто принять комплимент и благодарность брата, это ведь не будет преступлением, - ... спасибо. - и тебе. расставив тарелки на стол, Гил сам присел напротив сестры и они наконец принялись есть. старший на удивление чувствовал себя нормально, как-будто ужин, который приготовил он сам, за одним столом с сестрой - это абсолютно обычная обыденная вещь, а вот у Моники было странное ощущение помутнения. как-будто... это не с ней происходит. последний раз, когда они вот так ужинали за одним столом вдвоем в такой уютной семейной обстановке был... когда они были детьми, конечно. она и не помнит толком того времени, оттого наверное вся эта ситуация и кажется каким-то сюром. но она реальная от начала и до конца и все по-настоящему и яишница, приготовленная братом9г335 тоже по настоящему вкусная, как та, которую он в детстве готовил им на двоих в школу. - Моника? что такое? - отвлекаясь от жевания, девушка растерянно смотрит на обеспокоенного Шмидта, он выглядит напугано и она не может понять причины, парень отставляет в сторону тарелку и подвигается ближе, - ты чего? настолько не вкусно? не надо в себя пихать, если не нравится, просто сказала бы!! - ...что? - ты плачешь, дурочка... что случилось? ты в порядке? - только после этих слов Моника чувствует на щеках прохладную влагу, а глаза тут же щиплет от слез. - о... да, я-- - я понял, просто отставь это в сторону и все-- - нет-нет, дело не в этом... это очень вкусно, правда, вкусно... прямо как в детстве, в школе. - девушка просто отсутствующим взглядом смотрит на тарелку, будто находится не здесь и Гил сразу все понимает. он подвигается ещё ближе, вытирает с лица сестры скатывающиеся капельки слез. - ох и ты из-за этого... глупая, я тебе миллион таких яишниц нажарю, зачем плакать то? - старший аккуратно берет лицо сестры за подбородок и поворачивает мягко к себе, заставляя смотреть в глаза, теперь его очередь улыбаться мягко и подбадривающе. на младшую это действует настолько безотказным образом, что она тут же успокаивается и даже чувствует в себе смелость крепко обнять брата в благодарность. это ведь тоже не преступление? ей кажется, что даже если и преступление, ей все равно, ведь в объятьях родного брата, все остальное кажется... такой мелочью. - больше не пугай меня так, пожалуйста... - прости я не нарочно...