Рыцари наживы

Гермиона ни о чём не могла думать, кроме как о письме матери, опасном деле, в которое она ввязалась, о состоянии брата и скрытности Поттера. Даже учёба отходила на задний план, девушка уже второй день появлялась без домашнего задания, удивляя преподавателей и однокурсников. Гарри отмалчивался, за весь день изрекая лишь «да», «нет», и прочие междометия. В очередной раз Гермиона пыталась разговорить лучшего друга, моля его поделиться тем, что у парня накопилось на душе.   — Со мной всё в порядке, — в который раз талдычил Поттер, на этот раз двигаясь по коридору третьего этажа, дабы добраться в аудиторию, где проходит следующий предмет.  — Это всё из-за Ордена? — осторожно спросила Гермиона, поравнявшись с другом, после того как в неё врезался рассеянный второкурсник.  — Гермиона! — раздражённо выдохнул избранный, резко тормознув, и повернулся к подруге. — Отстань от этой темы. Ты мне обещала, что не будешь лезть в дела Ордена. Или ты забыла? — и двинулся дальше, даже не соизволив дождаться ответа Гермионы.  — Нет, не отстану! — с прославленной упёртостью, продолжила Грейнджер. — Гарри, ты даже не хочешь объяснять мне свои мотивы! Это нечестно! — схватила друга за плечо, останавливая.  — Хорошо, сейчас очень напряженная ситуация в министерстве, есть подозрения, что шпионы до сих пор засели внутри системы. Довольна? — раскинув руки в стороны, воскликнул Поттер, своим жестом ударив ученика из курсов помладше по уху. Когтевранец, лет тринадцати, уже яростно обернулся к обидчику, но узнав в его лице Гарри Поттера, стушевавшись, бросил извинение, и убежал. Избранный и «Золотая девочка» же не обратили на мальчишку никакого внимания. Гермиона лишь закатила глаза, и двинулась дальше, оставляя друга за спиной. Какой же он невыносимый в последнее время!   — Ты прошла наш класс! — крикнул вслед Поттер, на что Гермиона не ответила, упрямо двигаясь вперёд.  — Передай профессору Макгонагалл, что мне нездоровится, — кинула она мимо проходящему Рону, на что он удивлённо воззрился на подругу.  — Что случилось? — остановившись, искренне поинтересовался Уизли.  — Живот, — кинула Гермиона, на миг обернувшись к другу. Последнее, что она хотела сейчас делать — это сидеть на трансфигурации, а тем более — встречаться с Теодором Ноттом на сдвоенном занятии. Лучше продумать, как провернуть недельное отсутствие из школы. Нужно же ещё что-то сказать друзьям…   — Ну, конечно, как же без этого, — пробормотала себе под нос Гермиона, когда завидела вдалеке высокую фигуру Нотта с растрёпанной шевелюрой. Уставившись в затылок идущего перед ней парня, Гермиона сделала вид, что максимально не заинтересована в происходящем, однако, избежать столкновения с Ноттом, как бы девушка не старалась, не удалось. В мгновение ока, схватив девушку за левое запястье, слизеринец всунул в ладонь гриффиндорки бумажку и, как ни в чём ни бывало, прошагал дальше, непринуждённо болтая с Асторией Гринграсс, которая шла по правую сторону от него и, видимо, ничего и не заметила. Слегка убавив темп ходьбы, Гермиона разжала кулак и увидела на ладони маленький скомканный лист пергамента. Прикусив губу, стремительно направилась в выручай-комнату и, попросив у Хогвартса уютную маленькую комнатку, прошла в образовавшуюся дверь. Кинув рюкзак рядом со входом, уселась в кресло прямо напротив двери, обойдя перед этим круглый стеклянный кофейный столик. «Завтра в шесть вечера будь в кабинете директора. Мы отправимся прямиком в мой особняк. Без опозданий. Возьми всё необходимое на неделю». Гермиона нервно засмеялась. Отправиться домой к Нотту?! Наверное, судьба издевается над гриффиндоркой. И, вероятно, эта поездка невозможна. Конечно Гермиона не хотела идти куда-либо с Ноттом. Больно не нравилось ей, что он явно не знаком с таким понятием как личное пространство. Однако, если она откажется, то и лишится шанса подарить жизнь Эдмунду. Слова Нотта о том, что обратного пути нет — что бы это могло значить? Что она не может отказаться? А что, если всё же пойдёт на попятную? Её убьют? Или заставят дать ещё штук десять клятв? Грейнджер окончательно запуталась в своих желаниях, девушке стало страшно от мысли, во что она взялась. Как человек в здравом уме может согласиться на такое, тем более, когда такое безумство предлагают три давних врага, странная метаморфомаг, которая с полным обожанием и покорностью глядит на, не менее странного и непонятного, Дариана. Гриффиндорка застонала, обняв ноги и уткнувшись в колени. Безумно ужасный год. События войны, словно чернилами, отпечатались в сердце Гермионы. Душа ныла и кричала, в надежде вернуть время вспять и предотвратить массовую гибель волшебного населения Великобритании. Год скитаний по лесам отрицательно сказались на душевном состоянии героини войны, а кошмары периодически возвращались в сознание девушки, вновь вороша болезненные воспоминания. В последний месяц сновидения стали настолько реалистичными, будто Гермиона вновь вернулась в прошлое и проживала все события по второму кругу. Так хочется поскорее Рождество, уехать к родителям и расслабиться в кругу семьи. Подождите-ка! Осознание, что, вместо семейного праздника, Гермионе нужно будет ехать в закрытую страну, преодолев материк, где придётся пойти на преступление, как громом ударило, и, вновь застонав, девушка не сдержала слёз. Конечно, гриффиндорка не рыдала, и не билась в истерике, но, не сумев сдержать порыва, дала волю эмоциям. Всхлипнув, свернулась калачиком на кресле, понимая, что сама выбрала такой путь. В таком положении девушка и уснула, даже не дав понять кому-либо, что находится здесь. У девушки затекло всё что можно из-за неудобной позиции, и, чертыхнувшись, гриффиндорка сделала первое движение после длительной неподвижности.  — Святой Мерлин! — протянула девушка, соскальзывая на пол и растягиваясь на ровной поверхности. — Господи! — пробормотала, взглянув на часы, и увидела, что часовая стрелка приближается к одиннадцати ночи. Если учитывать то, что заснула она ближе к трём по полудню, то этой ночью про сон можно и не думать.

***

 — Грейнджер, ты сбрендила? — через час появляясь у дверей Выручай-комнаты, было первое, что проговорил Нотт.  — И тебе доброй ночи, — буркнула Гермиона в ответ, следом взглянув на Забини и кивнув ему. — Проходите, быстрее, — кивнула в сторону двери в волшебную комнату "так и сяк". Нотт, раскрыв дверь, остановился, невозмутимо глядя на девушку. Гермиона, закатив глаза, прошла первая, пока слизеринец придерживал дверь, пропуская гриффиндорку вперёд по всем правилам этикета.  — Да уж, с фантазией у тебя туго, — пробормотал Забини, оглянув простенькую комнату и усаживаясь на невзрачный пуфик.  — Тебя никто не держит, — не осталась молчать Гермиона, которая просила прийти только Нотта, и то, больше надеясь, что он не явится, хоть и безумно хотела обсудить один момент.  — Говори, что хотела? — оставшись стоять, бросил Нотт, спрятав руки в карманы брюк. Гермиона на пару шагов прошла вперёд, отдаляясь от Теодора, и, скрестив руки на груди, обернулась к слизеринцу.  — Я не желаю ехать к тебе домой, — вздёрнув нос, провозгласила Гермиона.  — У тебя кто-то спрашивал? — лениво отозвался Теодор, без всякого интереса разглядывая комнату. Гермиона чуть не задохнулась от возмущения. Да как он смеет?! Она не безвольная марионетка! Если она согласилась участвовать в этой сомнительной затее, то это не значит, что ей могут указывать что делать, куда ехать, и где бывать! Но вслух Грейнджер смогла высказать лишь:  — Почему? Нотт нахмурился.  — Не понял?  — Почему мы должны ехать к тебе? И почему должны ехать вместе? Мы можем просто разойтись, как в море корабли…  — Грейнджер, давай без поэтических сравнений, — скривившись, прервал Нотт, и двинулся к девушке, которая успела напрячься, но парень лишь прошёл мимо. Опустился на пуфик напротив Блейза, достав из кармана пачку сигарет, закурил одну. Гермиона раздражённо выдохнула. Желание задушить этого слизеринца с каждым часом нарастало всё больше и сейчас, видимо, достигло своего апогея.  — Я буду тебя контролировать, — выдохнув клубок дыма, наконец раскрыл карты Теодор. Гермиона сдержала возмущённый выдох и, развернувшись к слизеринцам, яростно глянула на Нотта.  — Я не нуждаюсь в няньке! — уверенно изрекла девушка. Присутствие Забини явно придавало ей некой смелости, если учитывать, что при предыдущей встрече с Ноттом, Гермиона даже дышала несмело.  — Да не дрейфь ты, Грейнджер! — вмешался Блейз, который закинув ноги на столик, развалился на мебели. — Он не съест твоё сердце, — усмехнулся своей шутке, и хотел было что-то добавить, но два красноречивых взгляда заставили его заткнуться.  — Как я могу с тобой куда-либо ехать? — продолжила Гермиона. — Я же тебя даже не знаю!  — Так узнаешь, — безучастно отозвался Нотт, будто мыслями блуждал где-то вдалеке.  — Ладно, допустим, я согласилась…  — Без допустим, Грейнджер, — глянув прямо на девушку, вновь прервал парень. Ещё одна его черта начала раздражать Гермиону — он постоянно прерывает собеседника.  — Каким образом ты договоришься с директором? — нервно усмехнулась. — Как ты убедишь Макгонагалл?  — Завтра и узнаешь. Это всё? — потушив сигарету о стол, Тео поднялся, и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Тогда спокойной ночи, Грейнджер. Не опаздывай завтра. Блейз? — обернулся к явно скучающему другу. Забини без слов соскочил с места и двинулся за однокурсником. Снова Нотт оставил Гермиону в замешательстве с осознанием того, что она снова не смогла достойно противостоять наглому слизеринцу-самодуру, который явно считает себя выше Гермионы Грейнджер. Опустившись на пуфик, где моментом раньше сидел Нотт, Гермиона ощутила еле уловимый аромат его парфюма и, прильнув к спинке, попыталась яснее прочувствовать его. Запах был настолько знакомым, что Гермиона еще сильнее прильнула к коже предмета мебели, пытаясь вспомнить где его чувствовала. Резко соскочила с места, поняв, чем она занимается. Не хватало ещё нюхать предметы, которых касался этот кретин. Закинув сумку на плечо, Гермиона кинула последний взгляд на столик, заметив пачку сигарет Нотта, скривилась, будто увидела что-то непристойное, и, развернувшись, пошагала к выходу, ещё не зная, что через минуту вернётся и заберёт эту пачку себе.

***

Гермиона снова расхаживала из угла в угол комнаты, только на этот раз гостиной Гриффиндора. Время было только два часа дня, а гриффиндорка уже была как на иголках, и, заламывая руки, мельтешила перед немногочисленными сокурсниками по факультету.  — Гермиона, отвлекаешь, — недовольно пробурчал Симус, оторвавшись от чертежей по астрономии. — Сядь уже, что случилось?  — Если отвлекаю, иди в свою спальню или в библиотеку, — без тени любезности, отозвалась Гермиона, вновь проходя мимо него. Единственное, что её волновало, это разговор с Роном и Гарри на тему недельного исчезновения Грейнджер из школы. И проблематичным было то, что Гермиона, конечно, могла придумать легенду про работу, и пойти к директору, но Нотт, по своей вредности, не поделился с сообщницей никакой информацией, и Гермиона попросту боялась разойтись в показаниях, если вдруг это узнает кто-нибудь, кроме самих зачинщиков и Макгонагалл. Потом придётся очень долго объяснять лучшим друзьям, почему Гермиона Грейнджер их обманула. Наконец, проём двинулся с места. В гостиной объявились два неразлучных друга — Поттер и Уизли.  — Гермиона? — завидев подругу, произнёс Рональд. — Что происходит с тобой. Ты больна? — приблизившись, коснулся лба подруги. Лицо девушки тронула улыбка. Было безумно приятно осознавать, что лучший друг, у которого явный напряг с проявлением эмоций, так волнуется за Гермиону, ничуть этого не скрывая.  — Всё хорошо, правда, — переглянулась с Поттером, который явно не понимал: они с Гермионой поссорились, или всё в порядке?  — Гарри, Рон, — спрятав руки за спиной и заломив пальцы, обратилась девушка. — Нам нужно поговорить. Лично.  — Хорошо, — неуверенно покивав, отозвался Поттер. — Может, в выручай комнату?  — А, может, прогуляемся? — слишком громко, чем это того требовало, предложила Гермиона, не сумев совладать с голосом, и резко дернулась на месте, на мгновение поднявшись на цыпочки и опустившись обратно. Рональд потерянно потоптался, поражаясь поведению подруги.  — Мы сходим за верхней одеждой, — натянуто улыбнувшись, сообщил Поттер, и утянул Рона в мужское крыло. Гермиона с непониманием нахмурилась, глядя вслед двоим парням в осенних олимпийках. Хотя, это даже лучше, так как Гермиона ещё не придумала что скажет мальчишкам, будет время собраться с мыслями. Однако, как говорится, перед смертью не надышишься, и, уже бредя по берегу озера у Хогвартса, Гермиона никак не могла выдавить из себя предложение: «Меня не будет в Хогвартсе неделю, почему — не спрашивайте». Пока парни увлечённо обсуждали события последней тренировки по квиддичу, а точнее какой уверенный удар у нового загонщика, Гермиона молилась небесам, чтобы всё это дерьмо в её жизни как-то само рассосалось.  — Рон, Гарри, — в очередной раз призвала парней Гермиона. — Я должна вам сказать, что, — сжала губы, удручённо вздохнув, — я должна уехать из Хогвартса, — подняла от земли взгляд на Гарри. — Ненадолго! — резко воскликнула Грейнджер, когда Рональд с круглыми глазами раскрыл рот. И сдвинув к переносице брови, ожидала реакции.  — Так, — протянул Поттер, почесав затылок, — почему? Это из-за Эдмунда? Гермиона кивнула. Отчасти это так и было, и, когда-нибудь, Гермиона точно признается им во всём. Когда-нибудь, но не сейчас, и не завтра, и даже, возможно не через два года, если её, конечно, не посадят.  — Ему стало хуже? — полюбопытствовал Рональд.  — Нет, — живо ответила Гермиона, на миг улыбнувшись парню. — Слава всему святому, его состояние стабильно, просто родители разрешили мне проведать его, вот я и… — не договорив, опустила глаза.  — Э-э, ну хорошо, — слишком жизнерадостно и заметно растерянно, изрёк Рон. — Мы тебя дождёмся, — поддерживающе улыбнулся, похлопав Грейнджер по плечу.  — Да, — Гарри приподнял уголки губ. — Когда ты уезжаешь?  — Сегодня, в шесть, через пару часиков.  — Почему ты так поздно сообщила нам?! — воскликнул Гарри, привыкший, что Гермиона всегда оповещает о своих планах чуть ли не за месяц. Она же лишь пожала плечами, отвернув горящее со стыда лицо от друзей, которые недоверчиво глядели на Грейнджер, которую знали как облупленную.

***

Гермиона старалась идти как можно медленнее к кабинету директора, но встретивший её по пути Нотт разрушил все её стремления оттянуть прибытие в его жилище.  — Грейнджер, — Нотт кивнул, остановился перед гриффиндоркой, и, скривившись, поправил съехавший галстук девушки.  — Что ты делаешь?! — Гермиона отскочила от парня как ужаленная.  — Почему ты в форме? — проигнорировал выпад сокурсницы Нотт, наблюдая, как Гермиона сдвинула галстук чуть вбок, вновь устанавливая в предыдущем положении. Нотт скривился, вновь потянув руки к шее гриффиндорки.  — Да что с тобой?! — не могла понять Грейнджер, и хлопнула слизеринца по бледной руке.  — Моя девушка должна выглядеть идеально, вот что, — критически разглядывая растрепанную причёску Грейнджер, сообщил Нотт. Гермиона подняла бровь, пытаясь переварить реплику Теодора.  — А я тут причём? — Легенда, Грейнджер, — забрав небольшую дорожную сумку Гермионы и вешая на своё плечо, заявил Нотт.  — Подожди, — покачала головой. — Ты скажешь, что я твоя девушка?! — наконец, разродилась гриффиндорка.  — Именно, — лениво пробежался взглядом по стене коридора. — Пошли.  — Подожди! — стряхивая руку слизеринца с плеча, упёрлась Гермиона. — А ничего другого ты не придумал? В ней просто кипело негодование, что она запросто могла ошпарить им Нотта.  — Точно, если что, у тебя умерла прабабушка и мы едем на её похороны, — уверенно дополнил Нотт, и, схватив ошалевшую гриффиндорку за запястье, двинулся по коридору, проигнорировав вытянувшееся от удивления лицо младшего гриффиндрца, который проходил мимо парочки. — Так что постарайся изобразить убитую горем внучку.  — Да как ты можешь?! — негодовала Гермиона, пока парень тащил её в сторону горгульи.  — Успокойся, — кинул через плечо слизеринец, — иначе всё дело запорешь. И Гермиона замолчала, уткнувшись взглядом в серый свитер парня, пытаясь решить, по прибытии на место вмазать ему только по лицу, или сразу по голове, чтобы он понял, что нельзя врать на такую тему.  — Феликс Фелицис, — чётко сказал Нотт, и перед магами появилась лесенка вместо горгульи, в образовавшийся проём Нотт потянул Гермиону, которая, уставившись в одну точку, абстрагировалась от происходящего, дабы поменьше думать о том, в какой заднице она оказалась.  — Мистер Нотт, мисс Грейнджер! — до этого изучавшая грузный фолиант Макгонагал подняла взгляд к ученикам. — Присаживайтесь, — директор указала на два стула у рабочего места Минервы.  — Спасибо, директор, — Нотт за плечи приобнял Гермиону. — Но я думал сразу отправиться, — глянул на потухший камин.  — Разумеется, молодые люди, — Макгонагал вышла из-за стола и подошла к окну, задумчиво вглядываясь вдаль. Гермиона обратила внимание на усталый и полный отчаяния взгляд директрисы. Было видно невооруженным взглядом как Минерва увязала в болоте боли.  — Сначала дождёмся письма от родителей мисс Грейнджер, — изрекла Минерва, подойдя обратно к столу, схватив лежащее на столе перо и что-то начиркав на пергаменте. Гермиона подняла лицо к Нотту, который совершенно спокойно взирал на директора, как в то время глаза Грейнджер выражали полную растерянность и испуг. Ну всё, сейчас придёт письмо от матери, что все прабабушки Гермионы уже давно скончались, и она понятия не имеет, почему её дочери заблагорассудилось покинуть школу. Её обман раскроется и Гермиону выгонят из школы, и этот волшебный мир останется лишь в её воспоминаниях, если их, разумеется, не расчистят. Наверное, это всё выразилось на лице девушки, что Нотт поспешил успокоить однокурсницу.  — Всё под контролем, — лишь шепнул он на ухо Гермионе, и та лишь вздохнула и подняла взгляд на Макгонагалл.  — Всё же присядьте, молодые люди, — настояла директриса. — Моя сова прибудет с минуты на минуту. Нотт, натянуто улыбнувшись, покачал головой.  — Извините, может мы пока пойдём, а как придёт ответ от миссис Грейнджер, Вы нас позовёте, — предложил Нотт, ненамеренно сильнее сжимая плечо Гермионы, заставляя ту поморщиться.  — Что с Вами, мисс Грейнджер, — пронзительно глядя на гриффиндорку, поинтересовалась Макгонагал, приспустив очки. — Вам нехорошо? Сердце Гермионы пропустило удар. Ну всё, сейчас директриса догадается, что это всё обман. А если она легиллимент?! Девушка мысленно застонала, там же зарывшись в одеяло брата, где ещё маленькая Гермиона часто пряталась от подкроватных монстров, которые часто чудились ей по ночам.  — Сомневаюсь, что она хорошо себя чувствует, — отозвался Нотт, после двухсекундного молчания со стороны гриффиндорки. — Я сейчас про моральное состояние, — демонстративно горестно вздохнул, сильнее сжав плечо сокурсницы. Будут синяки.  — Ну, Вы понимаете, — вновь вздохнул, поцеловав гриффиндорку в висок. Глаза Гермионы не то, что расширились, они чуть не вывалились из орбит, но заметив внимательный взгляд профессора, гриффиндорка постаралась себя успокоить. Это ведь всего лишь легенда. Ещё немного потерпеть, и будет свободна. Вспомнила о месте назначения — чуть не застонала вслух. — Разумеется-разумеется! — Макгонагал понимающе кивнула. — Куда вы отправитесь, мистер Нотт? — Для начала мы заглянем в мое поместье, где я смогу забрать необходимые для меня вещи, и следом, прямиком оттуда, направимся домой к мисс Грейнджер, — как ни в чём ни бывало врал Нотт, заставляя гриффиндорку поражаться его бесстрастностью ко всему происходящему. На кону ведь обучение в школе и их будущее, а он будто монолог в пьесе репетирует. Минерва кивнула. — А, вот и моя сова, — соскочив с места, директор приблизилась к устроившейся на подоконнике тёмно-серой сипухе с привязанной к лапе бумажкой. Погладив почтальоншу и кинув угощение, Минерва отвязала послание от миссис Грейнджер, и, под беспокойные взгляды учеников, села на место за столом, принимаясь за чтение. На миг подняв глаза на семикурсников, вновь переключилась на послание. Директор угукнула, свернула бумажку в трубочку, отложила в сторону.  — Миссис Грейнджер уверяет, что ровно через неделю вы будете уже вновь стоять передо мной в этом кабинете, так что не вижу причин Вас задерживать молодые люди, — и, кивнув на камин, протянула Нотту мешочек с летучим порохом. Гермиона облегчённо выдохнула, следом с непониманием взглянув на Теодора. Как он всё это провернул?