Помоги мне

      Нил, закутанный в плед, сидел на втором ярусе своей кровати. В комнате стояла стеклянная тишина; никто не смел разрушать её — ни Нил, ни его страхи. Команда оставила Джостена, по его просьбе, на сутки: Ники пришлось спать у девушек, Кевину у Мэтта с Аароном, куда пойти Эндрю никто не знал, да и не знали, где он находится.       Нил сильнее закутался в плед, натягивая капюшон толстовки, в которой он был, сильнее на голову. Обманчиво-детская наивность Нила разыгралась с ним в ужасной шутке. Толстовка, что принадлежала Эндрю, словно железный кокон, защищала Нила от ужасной реальности. Это успокаивало. Эндрю нет рядом, да и Нил вряд ли в ближайшее время подпустит кого-то ближе к себе, но запах Миньярда — сигареты, коньяк и безопасность, — вплелся в мягкую ткань настолько сильно, что стал с ним нерушимым, и дарил фантомное присутствие; а Эндрю всегда успокаивал Нила.       С приезда из больницы прошло три часа. Нил не спал все дни в больнице. Он не мог вновь погрузиться в пучины боли и насилия; он не мог вновь почувствовать сильные руки, сжимающие запястья до хруста костей, шершавый язык, скользящий по позвонкам и за ухом, горячее дыхание на шее и острые зубы, впившиеся во все части тела. Нил не спал уже трое суток. Нил не ел уже два дня. Нил пил кофе и пытался научиться дышать спокойно, не оглядываясь по сторонам, вот уже месяц. Ему нужен психотерапевт. Ему нужно к Бетси.       Нил достал телефон и просмотрел все контакты. Номер Бетси там был, но он точно помнил, что удалил его. Видимо Эндрю вбил заново. Нил не стал задумываться о том, что Эндрю копался в его телефоне и, видимо, искал что-то говорящее о состоянии Джостена. Нил не стал об этом задумываться и нервно сглотнул, унимая панику в груди.

***

      За окном бушевала гроза. Эндрю так и не вернулся, хотя часы показывали три часа ночи. Нил, свернувшись калачиком, пытался заснуть. Он не боялся грозы, никогда. Нил не боялся темноты с приезда в Пальметто в прошлом году. Сейчас, лежа на втором ярусе и закутываясь все сильнее в толстовку, Нил пытался заснуть. Он не мог. Закрывая глаза, мозг рисовал душное помещение, но холодный бетонный пол. Нил пытался прислушаться к мерному шуму дождя и изредка гремевшему небу, но продолжал слышать скрип ржавых петель и треск старых досок под тяжелыми ботинками. Нил встал выпить кофе.       Свет на кухне ярко освещал помещение. Кофемашина приятно гудела, когда варила кружку самого крепкого кофе. Нил слушал гудки в телефоне, прежде чем на другом конце сняли трубку.       — Нил, чем я могу помочь? — мягкий голос Бетси был немного искажен.       — Я могу сейчас приехать к вам? — голос Нила звучал надломленно; он не пытался это скрыть.       — Да, конечно, — возможно, женщина и удивилась, но Нил не заострял на этом внимание.       — Спасибо, — прошептал Джостен, вставая со стула.

***

      В доме Би было тепло. Пол, застеленный мягким, бежевым ковром, не скрипел. Петли тоже. Нил утопал в сером кресле, допивая третью кружку невозможно крепкого кофе; Бетси это никак не прокомментировала. Нил продолжал рассказывать про тот ужас. Он не заботился о скрытности, не заботился больше не о чем. Нил просто хотел выплеснуть эту историю кому-нибудь, чтобы этот кто-нибудь сказал, что с ней делать. Би внимательно слушала, не перебивая. Нил продолжал говорить все от корки до корки. От первого похищения, до столкновения в лесу.       — … И я тут, — тихо закончил Нил. — Только не надо больше ничего, хорошо? Я справлюсь сам, я сильный. Правда.       Наверное, это был самый честный рассказ, который он когда либо говорил, не вынужденный обстоятельствами. Ну почти.       Бетси медленно кивнула. Её профессионализма было достаточно, чтобы сказать Нилу о нужной ему помощи. Но её глубокого понимания было больше, чтобы не отпугивать такого как Нила — человека, который так ненавидит «мозгоправов», и так честно рассказавший все одному из них.       — Ты можешь остаться у меня на ночь. — предложила взамен Добсон, принимая правила Нила. — На улице такой ливень.       Джостен отрицательно покачал головой. Он не мог сейчас спать с кем-либо в одной комнате. Нет. Он не мог сейчас вообще спать, а кто-либо в комнате только усугубит ситуацию. Нил попрощался с Бетси, мягко кивнул на прощание, и пошел в общежитие, как будто за окном не идёт ливень. Как будто на своей спине он не чувствует слишком пронзительный и, до боли в костях, тяжелый взгляд сильно знакомых глаз.