Замерзшие отражения

Иргенфьорд уцелел в ходе нашествия Жнецов. Это был скромный земной город на севере, не отличающийся значительной инфраструктурой или населением. Для боевых машин Жнецов он представлял мало интереса, за исключением использования его обитателей в качестве «сырья» для переработки. Некоторые горожане смогли найти убежище в обширной системе горных туннелей и разработок. Эти подземные проходы в горах образовывали огромную многоуровневую оборонительную систему, способную выстоять прямое попадание из главного орудия Жнеца и адаптированную для ведения широкомасштабной партизанской войны. Там были устроены подземная больница, склады с обширными запасами оружия, техники, продовольствия и медикаментов, рассчитанных на десятилетия проживания. Кроме того, здесь находились жилые помещения, лаборатории, мастерские, зоны отдыха и даже собственная электростанция. Мобильные диверсионные группы внезапно появлялись, уничтожали охрану, освобождали пленных из лагерей переработки, а затем бесследно исчезали в глубинах подземелий по знакомым только им тропам. «Моллюскообразные» Жнецы, которые ранее не сталкивались с партизанской войной во время своих предыдущих циклов, были искренне интригованы столь отважной, дерзкой и упорной борьбой людей. Попытки затопления комплекса укреплений или продувания токсичными газами успеха не имели из-за отсутствия точной схемы укреплений. Ее составлению мешали горные породы и меры экранирования. Одурманивание отдельных людей и их заброска в партизанский тыл давали лишь ограниченную информацию, а пытавшиеся разведать подземелья патрули хасков оставались там навсегда. Почти не пострадавший Иргенфьорд быстро вернулся к обычной жизни. Земное правительство приложило силы для быстрого восстановления инфраструктуры планеты. В нетронутом войной городе быстро возвели космопорт, через который доставляли на планету ресурсы и специалистов, участвовавших в восстановлении планеты. Теперь кроганы, азари, саларианцы и даже ханары стали обычным явлением на улицах и уже не вызывали ни у кого удивления. Сам поселок превратился в большую перевалочную и логистическую базу. На набережной в центре располагалось неприметное офисное здание с небольшой вывеской «Dry Dock Logistics & Brokerage». О том, что компания представляет из себя на самом деле, знали лишь несколько адмиралов Альянса. Лиара, тяжело переживавшая уже вторую по счету гибель Шепарда, хотела остаться жить на Земле и использовать свои ресурсы Серого Посредника для помощи этой израненной планете. Формально предприятие занималось оптовой реализацией гражданских товаров, осуществляло инвестиции в ценные бумаги, занималось недвижимостью и перевозкой грузов. За видимой активностью, заключением сделок и участием в тендерах скрывалась тайна. На самом деле эта компания была лишь маской, под которой земное правительство вынуждено было вести свои скрытые махинации, добывая от Посредника уникальные и часто нелегальные технологии, прикрывая их под обычные товары и услуги. Для Альянса было жизненно важно иметь связи с загадочным Серым, однако контактировать с ним в открытую было невозможно. В этом смутном и коварном игроке, который скрытно оперировал в тени, лежал потенциал для созидания и разрушения. Таким образом, прокси-компания стала наилучшим решением, позволяющим установить контакты без официальных связей. Лиара, снова испившая горькую чашу утраты, нашла покой в своей работе, при которой она могла забыть о своих личных муках, уйдя с головой в любимое дело, которое, впрочем, иногда надоедало. Для прикрытия в компании числился штат сотрудников и подставные учредители, которые, естественно, не имели какого-либо отношения к Посреднику или Альянсу. Де-факто «сотрудников» было всего трое: сама азари, дрелл Ферон и Глиф. «Как в старые добрые времена» — подумала девушка. — «Ты сегодня какая-то задумчивая», — отвлекшись от своего инструментрона, заговорил дрелл. — «Слишком много навалилось», — спокойно ответила Лиара, пытаясь уследить сразу за двумя десятками мониторов, в четыре ряда навешанных на кронштейнах у стены — «может напиться вечером? Достало уже все!» — вопрос больше походил на намерение. — «Пить в одиночестве это как справлять нужду в компании. Стыдно и неловко. На дно пойдем вместе, сегодня будем пробовать земное пойло!» — Ферон решил и в таком деле не оставлять босса в одиночестве. — «Тебе лишь бы повод был!» — азари заметно повеселела, но не отрывалась от мониторов и что-то нажимала на консоли. Дрелл любил повеселиться и знал, что босс сама не прочь сбросить накопившийся стресс на дискотеке или сходить пострелять на голо-арену Армакса, или просто в офисе распить земного вина. Земной алкоголь действовал на азари иначе, чем на людей. Он не дарил эйфорию и не притуплял сознание, а изменял восприятие времени, вводя в некое подобие транса или медитации, но при этом она продолжала воспринимать и понимать, что происходит вокруг. — «Как тебе вообще удается уследить за всеми этими экранами и при этом еще обрабатывать входящие сообщения и отвечать на них? Да еще и принимать решения, и знать на память все: от цепочек поставок до кличек наемников и информаторов», — Ферон сменил тему разговора. — «Я же говорю, я занимаюсь любимым делом и поэтому преуспела. Иногда хочется все бросить к чертям, как сегодня, но потом вновь появляется мотивация. Еще с тех пор, как продавала информацию на Иллиуме». — «А я все никак не могу научиться правильно пользоваться твоей консолью, но я честно старался!» — с легкой насмешкой в голосе, но невесело воскликнул Ферон. Дрелл выполнял функции личного помощника. Он же отвечал за всю «белую» часть работы: закупал различные товары, искал сбыт, занимался юридическими вопросами, покупал и продавал недвижимость, делая все, чтобы упорно имитировать деятельность неприметной многопрофильной компании средней руки, давая Лиаре полностью сосредоточиться на уже знакомой ей до боли роли Посредника. Иногда он помогал ей и в теневой части ее работы. «Все-таки, она забавная», — отметил про себя Ферон, продолжая изучать голографическую модель истребителя, партию которых предстоит многократно обменять через несколько подставных фирм и множество посредников на кучу ненужного хлама и только затем на так нужные строительные наноботы, которые были запрещены во всех известных системах, но тайком использовались для быстрой сборки различных конструкций. И таких сделок было множество. Черный рынок, связи в среде нелегальных биолабораторий в Терминусе и невероятный интеллект азари-посредника позволяли достать абсолютно все. Как таковой общегалактической экономики больше не существовало, на ее место пришел бартер и натуральный обмен. Дрелл снова заговорил: — «С тобой хочет поговорить один человек…» — «А почему я должна с ним разговаривать», — не отвлекаясь от мониторов, спросила азари, — «у меня же есть помощник?» — «Ты его хорошо знаешь, говорить он будет только с тобой». Девушка сразу поняла, о чем, а точнее, о ком речь. Офис был отлично экранирован и защищен от прослушивания, но на всякий случай имя Стивена Хакета, куратора и основного контакта от Альянса, вслух не упоминали даже здесь. Обычно все общение происходило через коммуникационный сервер, которым тоже занимался Ферон, освобождая Лиару от необходимости мониторить еще и его. Дрелл передавал ей лишь наиболее ценные сообщения и заявки. Лично Хакет приезжал регулярно, но не очень часто. Лиара вышла на улицу, поправив подол алого платья. Вдохнув летний приморский воздух, она направилась к стоянке гравикаров, где ее ждал любимый «Блэкаут». Адмирал не указал конкретное место встречи, но оно было оговорено заранее. Они были друг для друга чем-то средним между друзьями и родственниками. Вспоминая ворчливого, но доброго старика с улыбкой, она добралась до стоянки. Адмирал обращался к ней по-отцовски, поддерживал и заботился, возвращал ей веру в любимое дело и смысл жизни. Глиф рутинно просканировал машину на предмет каких-либо опасностей. Затем девушка с легкостью запустила программу взлета, и автопилот послушно установил нужный курс.