Король Смерти

***

Тусклый свет от телефона светил прямо в скважину. Глэм открывал входную дверь, которую по своей же просьбе настоятельно рекомендовал запирать. Противоречить самому себе, но в благих целях так низко. Будто он не знает, что происходит на самом деле, и строит из себя заботливого семьянина. Мужчина проник в дом, и снял с себя свое бордовое пальто, вешая на крючок. Обувь полетела на танкетку, а ключи от машины на журнальный столик. Туман в голове не давал покоя. Ди должен был вернуться около часа назад, после весёлой «прогулки» по ночному городу. Черт, как же так. Он устал, а завтра ещё подписывать договор на провоз наркотика по подземке, кошмар. Сколько же тонн этого дерьма употребляет только в одном городе, а гибнут от этого миллионы людей по всему миру. Сквозь сон все услышали, что глава семейства вернулся со своего «офиса», где прописан как сотрудник, что выполняет бумажную работу. Ничего, скоро выходной, и тогда будет время отвлечься на что-то более ценное, чем ангельская пыль. Как ни посмотри, семья остаётся на первом месте, и если его когда-нибудь поймают, то в первую очередь нужно уберечь родных. Они единственные кто может помочь. Король прошел наверх, чтобы проверить, находиться ли старший сын на месте, или же отправился прямиком в полицейский участок, чтобы сдать того с потрахами. На удивление, он не соврал. Спит без задних ног, но весь грязный и растрёпанный. Убегал. Не удасужился толком переодеться поприличнее, и завалился в чистую кровать, в испачканной одежде. Ладно, это неважно. Глэм просто опасался, что зря дал тому испытательный срок. Сложно было разговаривать с сыном так, будто он ничтожное создание из низших слоев общества. Как так вышло, что он попал в его логово, и кто пропустил подростка в секретное здание? Этому умнику надо голову прострелить, чтобы больше не допускал ошибок. Ему было отчасти жаль тех людей, что умирали от его рук. У каждого своя семья существует, и его жена, наверное, ждала на ужин, а дети играли в соседней комнате, а он лежит уже в его машине, которая едет в лес. Ну, или же его проносят в город, и оставляют лежать на дороге, чтобы другой водитель проехался по трупу. Папы больше у них нет, а вместе с этим и мужа. Но с другой стороны, сам виноват, что полез туда, куда его не просили. Не его вина, что этот неизвестный решился на такой глупый поступок. Не каждая жизнь человека заканчивается веселой иллюзией достатка, до самой старости, и Глэм не исключение. Сейчас стоит сходить в душ, а после лечь спать. Завтра ещё один день и полночи впереди.

***

Утро было пасмурным. Это не очень полезная информация, ведь погода не будет влиять. Парень проснулся от звука будильника, как типично. Он и дольше гулял в ночное время, но сегодня было особенно дерьмовое чувство. Черт, надо поесть. Мысли были слегка сбитыми. Частые шаги за дверью, предвещали нелегальный пролом двери в его комнату. Хэви никогда не научится стучаться, ни-ко-гда. Боль в висках, звук скрипящей двери и звонкий голос брата. Фу, хуже чем его будильник! Он то хотя-бы просто играет тихую мелодию, а не трещит по швам, разрываясь на части. – Выйди.! – Юноша и слушать не стал, что говорит младший. Эта информация ему не полезна вообще. Зеленоглазый на миг притих, а после послал брата на три советские буквы, выбегая. И дверь не научится закрыть тоже никогда. Хах, юноша невольно вспомнил одно выражение. На кухне тихие ругательства, в сторону отца. А чего удивляться? Виктория понимает, что работать нужно, но и с семьёй время проводить тоже важно. Глэм уже в неизвестно какой раз обещает провести выходные дни в их окружении, но каждый раз его срочно вызывают, и мужчина мчиться выполнять свои бумажки. Почему он перестал работать на дому? Так ведь было намного удобнее. Блондин прошёлся до шкафа, и начал одевать на себя уже знакомый наряд состоящий из черной футболки, поверх которой белая рубашка, а так же свои поношенные джинсы. Как же это все иногда надоедает ему. Каждый день практически одно и тоже, не считая вчерашнего. Может, с того дня все измениться, и это добавит красок в будни. Хвост был уже переплетен в размышлениях, а значит надо идти в ванную и смыть этот позор с лица. В свои шестнадцать лет голубоглазый часто размышлял о абстрактных вещах. Психология очень интересная наука со своими фишками. Он давно подозревал, что с отцом что-то явно не так в психологическом плане, но не решался спрашивать о таком. Это за километр видно, по его лицу. Ватный диск полетел в мусорку. Мальчик взглянул на себя в зеркало, и провел рукой по щеке, оценивая. Как говориться, «первый блин комом». Макияж скрывал все его недостатки в виде кругов под глазами, и этих белобрысых бровей, которые приходилось закрашивать в более темный цвет. Ещё ему очень не нравилась его форма лица. Массивная челюсть просто была как одна большая ошибка. Если бы папа не приложил столько усилий, и его ген не был доминантным, то этого не было бы. То ли дело Хэви. Смышлёный, весёлый, энергичный и ужасно тупой. Таких любят все, даже двуличные мрази. Он то не знает, что такое жизнь. Не в том смысле, как она проходит. В смысле, насколько она бывает с тобой жестока. Даже в пример взять самого Ди. Он просто подросток, который считается самым умным среди сверстников, но в тоже время является чей то игрушкой в руках кукловода. Им управляют как душе угодно, лишь бы делал что говорят. Учителя, родители, связи, а теперь ещё и ублюдок в маске. Неприятно осознавать, что ты являешься для кого-то только пешкой. Все равно, умрёшь или останешься жив, главное, что защитил ферзя. Глупо сравнивать жизнь с шахматами, но в этом есть смысл. По дороге вниз, он заметил Хэви который обсуждает с родителями какую-то ну очень важную тему. Как обычно, без него. От его мнения ничего не измениться, поэтому смысла открывать свой рот не было. Подросток прошел мимо стола, подходя к чайнику. Хорошо что ещё теплый, можно не ждать когда закипит. Рыжий до сих пор не одет? Растяпа мелкий. Все одним, а другим ничего. Ха, прямо как в библии. Для жизни единиц, необходимо смерти тысячи...

***

Он не был виновен, но кто сказал, что нельзя? Жертва была привязана к стулу тугими узлами из канатов. Жестоко? Это только начало. У него не только руки будут отказывать, но и все его тело. Король сидел напротив,и вертел в руках свой пистолет, напевая последнюю мелодию. Что-то в стиле его годов, только намного раньше. Таймер тихо тикал, а он все ждал ответа. Ну чего же так огорчать? Мог бы и повырываться для приличия, а то скучно. – Какой твой любимый цвет? – Ну а почему бы и нет. Поговорят хоть о чем то. Прорези на глазах смотрели на бедного полицейского, что отчаялся окончательно. Джон был хорошим человеком. Доблестный воин, на страже правопорядка, и старший сержант в погонах. Теперь он не такой смелый, как показывает телек. А то зазнался маленько, и решил поймать ещё одного. Только не рассчитал свои силы, идиот. – Психопат.. – Хриплый голосок. Фу, ещё и курит, как противно. Смерти это не понравилось. Не ответил на заданный вопрос, и уже целился в его опущенную голову, но.. – Тик-так. – Ах, он так любил это говорить, когда таймер издает похожий звук. Жертва печально глянула в глаза своему страху, и попросила последнюю нужду. Чтож, Глэм не настолько жесток, чтобы не дать позвонить. У него есть шанс ее справить. Обычно, человек произносит последние слова, но не в этом случае. Умный дядька. Телефон Главы был кнопочным, и с специальной прошивкой, чтобы не отследили, если его просекут. Мужчина диктовал номер, а после пошли громкие гудки. Все было громкой связи. По ту сторону, послышался женский голос. Жена? Он и не знал, что сержант женатый. Ему ведь только двадцать пять лет. Они вели диалог, по типу «что приготовить на ужин?», а после, он сказал ей прощальные слова, в которых просил прощения за все, а потом прозвучал длинный гудок. – Прости. – Как бы он не хотел, его придется убить, Король направил орудие на висок, и поставил палец курок. Покойся с миром, Джон Ворс. – Один, два, три...

— Милый.?

***

Глаза быстро бегали по лицам. О нет, снова это. Почему он не может его забыть... Виктория потрясла мужа за плечи, говоря о том, что ему нужен выходной. А что если, на месте того типа, был он? Если бы это он говорил все своей жене, детям. Ди также обратил на это внимание. Отец вообще не реагирует на слова. Оставив кружку с недопитым кофе на столешнице, мальчик потянул чокер отца на себя, со спины. Почувствовав, как его кадык что-то сжимает, гитарист обернулся. – Совсем спятил. – Огрызнулся Ди. Он с признанием смотрел на отца, а после с шлепком отпустил аксессуар, возвращаясь назад. Ди вовсе не хотел говорить такое, но это не нормально, когда ты смотришь в одну точку, не реагируя на крики собственной жены. Правильно мать говорит, ему нужен отдых с семьёй. Но кого этот старик теперь послушает, пф. Отец стал просто бесчувственным куском офисного дерьма.