В твоих ладонях

Солнце стояло довольно низко, отдавая тусклым рассеянным светом. Время уже близилось к вечеру. Холодный воздух пробирал до костей. В кабинете, единственной уютной комнате всего помещения, было спокойно и тепло. Конан, оперевшись о деревянный стеллаж, покрытый толстым слоем лака, избавлялась от тщетно приобретённых протоколов. Как оказалось, торчать здесь весь день - весьма утомительное занятие, нежели сражаться на поле боя. Но женщина понимала, что если она не возьмётся за эту кропотливую работу, никто не возьмётся, а бумаги продолжат скапливаться, занимая много места. Дверь слабо скрипнула.       — Ох, Нагато, с возвращением, — запоздало произнесла она, отрываясь от очередного просроченного документа. — Есть новости о поимке хвостатых? Я слышала…       — Всё по прежнему тихо, — перебивает мужчина с нажимом. Но, флегматично ступая вперёд, оступается, замечая в заботливых, весьма уставших глазах отголосок страха. — Что с тобой?       — Ничего, — быстро выдаёт Конан, бегло отводя взгляд. Но это лишь подливает подозрений.       — Не лги мне. Я слышу, что твой голос изменился, а ещё большие перемены ощущаю в чакре. Женщина, уместив последнюю папку, подошла к рабочему столу и тяжело опустилась на стул.       — Да уж, скрыть от тебя что-то и впрямь невозможно, — грустно отметила она. — Вчера вернулись Какузу с Дейдарой, — её голос поник, стал куда мрачнее, а внутри словно активировали запретный барьер, не позволяющий произнести следующие слова. — Сасори пропал. Нагато мгновенно напрягся, а его без того бесстрастное лицо и вовсе окаменело, не пропуская ни единой эмоции.       — В каком смысле пропал? — в голос ополчился красноволосый, вторяя её слова. Несмотря на позицию, Нагато, учитывая свой каверзный характер, следовало узнать об этом самым последним. При всём своём уважении к напарнику, Конан не желала поднимать кипишь к концу рабочего дня, исследуя причину исчезновения. Она планировала сообщить об этом завтра в спокойной дневной обстановке, без лишне потраченных нервов. Но голос сам её выдал, а значит, ничего другого не остаётся, кроме как разъяснить ситуацию и свести разговор в нужное русло.       — Его похитили? Или…       — Не знаю, — честно призналась она, не рискуя поднять глаза, дабы в очередной раз не наткнуться на пустотой взгляд напротив. Порой его безразличие просто пугало, вне зависимости от давних уз, которые когда-то скрепил Яхико. Сейчас ей больше всего хотелось видеть в них опору, былое стремление изменить мир, а не сплошную ледяную глыбу. — Думаю, после стольких лет, проведённых в организации, он не стал бы бездумно сбегать, оставляя годы упорных тренировок и практики позади.       — Да, здесь не поспоришь. Он не из тех, кто живёт завтрашним днём и наверняка просчитал всё, вплоть до ненужных мелочей. В этом деле он всегда был куда более рассудительный, нежели другие, — конечно он имел в виду не всех, скорее только самых легкомысленных. Но Конан на секунду показалось, что это было сказано с теплотой, с сожалением, с грустью. Неужто сам пытается убедить себя в том, что Сасори не причастен к своему исчезновения? — Но у нас нет на это гарантий.       — Его так же могли и похитить. В любом случае не стоит рубить с плеча. Для начала попытаемся его найти. След от чакры должен быть свежим, учитывая, что прошёл всего день.       — Не дури! — взбрыкнул Нагато, возвращая взгляду стальной вид. — Кому понадобиться похищать никуда не годное тело?       — Сам знаешь кому, — взгляд как никогда остро обжигал своей проницательностью, что на секунду затормозило мужчину. Оба замолкли. Конан знала, как он на это отреагирует. Знала, что всё касающиеся ползучего гада в итоге оставит мутный осадок. И реакция была соответствующая. Нагато явно не оценил её домыслы, да в добавок ещё и упомянутый фрагмент из прошлого.       — Ты имеешь в виду...       — Верно, Орочимару, — согласилась женщина, на что тот лишь хмыкнул. — Ведь он единственный, кто знает обо всех запрещенных техниках и страшных проклятиях. Только ему ведомо, что можно сотворить с пустой оболочкой тела.       — Возможно. Но это могли сделать и шиноби других деревень. В целом, за его голову дают весьма приличную сумму. Почему именно он?       — Потому что никто, кроме него не пойдёт на такие меры. Да и кому, как не Орочимару, может понадобиться мёртвое тело. Для кого-то пустышка, а для кого-то визуальный способ поэкспериментировать.       — Пожалуй, в твоих словах есть логика. Но сомнения о том, что Сасори мог предать меня, не покидает голову, — проговорил он, подходя к двери, а после добавил. — Это мой личный приказ. Собери всех сегодня в полночь в главном зале.       — Конечно. Но... — вспоминая, что уже успела отправить двоих на миссию, она опешила. — Какузу и Хидан сейчас на пути в Скрытое Облоко. Их тоже? — получив в ответ кивок, женщина выпрямилась, возвращая лицу привычный хладнокровый оттенок. — Будет сделано, — без толики сомнений возразила Конан, после чего силуэт рассыпался на множество бумажных слоёв, которые тут же взмыли, позволяя обладательнице свободно передвигаться в пространстве.

***

Стиль Хидана не переставал удивлять, но в то же и время ужасать своим исполнением. Это было жутко и красиво одновременно. Его битва была похожа на танец, а партнером в ней была коса, которая послушно выполняла любое движение и не подводила мужчину. Тот был полностью поглощен восторгом боя - сильный соперник, упрямо дерущийся до конца - что может быть лучше? Особенно, если ты уверен в своей победе. Упрямство нукенина вызывает уважение. Несмотря на бессмертие и что ему любая рана ему была нипочём, Хидан не подставлялся, ловко и хитро увиливая из линии удара. И вот, он уверенно чертит кровью врага на земле символ в виде круга с треугольником внутри. Ритуал начался. Секунды текли медленно, он растягивал удовольствие, наслаждаясь болью в суставах, которые уже успел благополучно пронзить концом одного из лезвий. Боль распространялась постепенно, начиная от кончиков пальцев, заканчивая гулко стучащим сердцем. И вот, символ готов, враг почти повержен, трёхлезвийная коса заносится для решающего удара. «Остановитесь». — внезапный, резкий голос, которой сразу отвлек от представления, заглушенного громкими всхлипами и сбившимся дыханием. Какузу, который весь бой являлся лишь наблюдателем безумной игры своего напарника, сразу устремил взгляд в сторону. А вот Хидан замешкался, застыв с занесенной для удара косой. Он настороженно оглянулся в поисках источника голоса, пока не наткнулся на небольшое, рассеянное облако, где плавно вырисовывался образ знакомой куноичи. «Сегодня в полночь, Пейн желает всех видеть. Поторопитесь». — помимо женского очертания, в воздухе повисло недовольное мычание. И прежде чем один из них стал возмущаться, образ куноичи растворился, оставляя после себя рассеянный туман.       — Непременно, но, — буквально пропел Хидан, вознося косу над головой. — Как только я разнесу здесь все к чертям, — замахиваясь для удара, он уже был готов подставить грудь, дабы позволить лезвию вонзиться как можно глубже, побеждая врага, и принося Великому Джашину-саме ещё одну аппетитную жертву. Однако, что-то тяжелое и вязкое сковало его занесённый удар, оставляя остро-режущее лезвие в паре сантиметрах от собственной груди, а после эта же серая масса оттащила за шиворот, выволакивая из убийственного символа. А именно - одна из масок на спине напарника. — Эй, Какузу, ты что творишь?       — Ты не расслышал? Лидер нас вызывает, оставь свои ритуалы, пойдём, — сдавливая руку в локте. Резким рывком Какузу заставляет того выронить оружие, после чего маска возвращается на прежнее место.       — Но ведь я мог покончить с ней прямо сейчас! — продолжал сетовать Хидан, подхватывая косу с пола. — Тебе стоило подождать всего пару минут, а после мы бы схватили её и высвободили двуххвостого!       — Раз нас вызывают, значит что-то серьёзное. У нас каждая минута на счету. Мы ещё успеем с ней расправиться, шевелись, — добавил он и грубо дёрнул того за плечо, волоча за собой.       — Эй, ты, там, — окликнул он женщину.— Считай, что тебе чертовски повезло сегодня. Но мы непременно вернёмся, чтобы забрать твоего хвостатого дружка, — направляясь к выходу из пещеры, прикрикнул он. Хидан недовольно оскалился, ненасыщенный тем, что преждевременно окончил бой. Путь до места назначения занимал не меньше семи часов ходьбы, но из-за громкого напарника, Какузу пришлось вести их по тайным тропам, по максимуму сокращая путь. За это время Хидан успел порядком надоесть, донимая напарника одними и теми же вопросами. К счастью, они повстречали всего нескольких шиноби, явно не превышающих уровня генина, потому, скрыться от них оказалось проще простого. Они торопились, бесполезные драки не были в их планах.       — Я до сих пор не понимаю, какого хрена ты не позволил мне завершить ритуал?! — седоволосый нукенин сделал для себя открытие, что обычная ходьба изматывает куда сильнее, чем быстрый бег. К тому же, когда веселье прерывают на таком интересном моменте, идти куда-то - нет желания от слова вообще.       — Твои ритуалы чудовищно долгие и занимают много времени. Если бы я позволил тебе продолжить, обратно бы мы вернулись только к утру, — обходя стороной ямы, он украдкой глядел на напарника, который уже несколько часов не закрывал свой рот.       — Что? Не неси чепухи. Какузу, всего пару минут. От пары минут, наш поход не затянулся бы на несколько часов.       — Чепуху несёшь только ты, остолоп. Порой, даже одна минута - способна решить многое. Если бы я не поторопил и дал закончить, быть может, тем временем к генинам присоединились бы сопровождаемые джоунины.       — Да пусть хоть сто. Мне они нипочём, — гордо заявил парень, высоко задрав подбородок.       — И ты бы предпочёл сражаться с грузом на плечах? Что ж, количество действительно не имеет значения, но время бы мы занятно потратили, — он выдержал небольшую паузу, прежде чем продолжить. Порой, такие беседы - утомляли. И причём не малость. Конечно, из них двоих, только Какузу приходилось напрягать мозг, чтобы корректнее разъяснить заданный им вопрос. Он бы продолжил молчать, если это имело хоть какой-то эффект. Но язык у напарника точно был без костей. Проще было ответить, ведь тогда он скорее затыкался. Но на этот раз, видимо, решил взять реванш. — А с самомнением у тебя, я вижу, проблем нет. Только вот это тщеславие однажды тебя и погубит.       — Говорит тот, у кого на уме одни деньги и прибыль. Завались, умник. Да, к слову, Какузу выбрал очень интересную дорогу: то они переходили огромное озеро, чтобы сэкономить время, которого у них с убытком, то они шли через болото и трясину, то обходили ловушки, созданные другими шиноби. Однако о последнем Какузу не стал предупреждать, дабы тот навернулся, и откусил себе язык.       — Ты что там застрял?! — вспыхнул Какузу, замечая, что напарник не плетется следом за ним, а стоит в двадцати метрах. — Я не собираюсь выслушивать выговор за опоздание, только потому что ты вдруг решил остановится на привал.       — Нет же, — его лицо обрело несколько настороженный вид, а ноздри то и дело вздымались, словно пытаясь что-то уловить. — Я кое что заметил…       — Не имеет значения, сейчас мы должны…       — Да помолчи, ты! — лихо перебил Хидан, выставив вперёд ладонь. — Подойди! Нехотя, Какузу развернулся, сокращая дистанцию. Если это очередная шутка, ему не поздоровится. Хидан тоже это понимал, потому, не стал бы тогда так откровенно напрашиваться на лезвие.       — Ты тоже об этом подумал? — неожиданно для обоих, резко выдал Хидан, серьёзным, до сих пор настороженным, голосом. Какузу лишь слабо кивнул, прислушиваясь к ощущениям. И впрямь, это чувство ни с чем не перепутать. — Стоит доложить об этом лидеру?       — Безусловно!       Поспешно войдя в главный зал, пришедших тут же встретил угрюмый кашель главы и гневный взгляд глаз, принадлежащий каждым попарно. Какузу остановился в паре метрах, в то время как напарник медленным строем плёлся позади.       — Приношу свои извинения, — поклонился Какузу. Замечая, что напарник не следует его примеру, он слегка пнул под колено от чего тот по инерции согнулся, что тоже сгодилось за поклон.       — Занимайте места. Раз все в сборе, предлагаю начать, — первые слова звучали не особо приятным тембром, ясно, он не в духе. — Предпоследняя миссия, по захвату Ичиби, думаю все осведомлены. Немало известно, что после завершения, логово было разрушено, вследствие сражения одного из участников, которого в результате нашли мёртвым.       — Нам удалось выяснить, что жизнь можно спасти, — продолжила сереноволосая куноичи. — После трёхдневного пребывания в больнице, состояние начало стабилизироваться. Однако позже выяснилось, что пострадавший пропал, а медики были убиты, как и малейшие намёки на след. Убийство, совершённое до или после операции, ещё не известно, но тела мы уже отправили на экспертизу, так что скоро это выясним. Что более важно, где сейчас находится Сасори.       — Ваша задача найти и привести его сюда. Дело в том, что он, как и вы, обладает секретной информацией. Если вдруг Сасори решил сменить сторону, необходимо будет стереть ему память. Этим займётся Итачи, — он глянул в сторону Учихи, а тот молчи кивнул. — По возможности, вернуть обратно в организацию. Опытные бойцы не помешают, однако, если тот будет противиться - без сожаления убить. За поимку будет возложена награда, триста тысяч йен, — все присутствующие переглянулись. — Думаю, достойная награда. Начинайте с рассвета, указания дам позже. Будьте готовы к столкновению с другими шиноби, ведь шанс того, что его также разыскивают, велик. Какузу покорно дождался, пока остальные разойдутся, дабы поговорить лидером с глазу на глаз.       — Пейн-сама, у меня к вам личный разговор, не могли бы вы задержаться ещё ненадолго?       — Задержаться? Ненадолго? — возмутился мужчина, окинув того укоризненным взглядом. — В чём дело? По моему, вы и так всех не малость задержали.       — Это очень важно, — он видел, как лидер в недоумение вскинул бровь, явно поражаясь наглости подчинённого.       — Слушаю. Короткий стук в дверь и женщина без зазрения ступает в чужую комнату. Дейдара, сидящий к ней спиной, от неожиданности дёргается, сунув обе руки в карман, а затем, медленно разворачивается.       — Из всех, у тебя одного горит свет, — она подошла ближе, и пристроилась рядом. — Завтра вам всем предстоит трудный день, советую не тратить время попросту. Ляг и отдохни. В бою - моральные силы тоже важны.       — Спасибо, — Дейдара позволил себе улыбнуться. Только в присутствии Конан, он мог вести себя так непринуждённо и открыто. Но уголки губ дернулись, стоило ощутить, как по локтю только что скатилось что-то горячее, и двумя густыми пятнами капнуло на пол. Он тут же приставил ладонь к месту, где красовались два багровых пятна. Глаза испуганно скользнули вниз, не рискуя нарваться на угрюмый взгляд женщины. Но опасность прошла мимо, она не заметила ничего подозрительного. Тсукури облегчённо выдохнул, пожелав Конан «Доброй ночи», а сам пошёл отмывать и обрабатывать руку. Для Дейдары, эта ночь была беспокойной. Сколько бы он не ворочался, сна не было ни в одном глазу. Глупые мысли роились, клубились, путались и блондин кажется уже в край запутался. А также, рука болезненно ныла, приходилось ложиться так, чтобы это не приносило дискомфорт. Он пролежал так до утра, а как начало светать, смирился и встал. На рассвете в условленном месте уже по парно стояли нукенины.       — Какого черта… — уже собрался возмущаться Дейдара, но услышал тяжёлый вздох очередного, нового напарника. Он сам мечтал скорее найти Сасори, другие напарники надоедали, а тот хоть и был занудным, не осуждал за его. — Почему снова ты?!       — Потому что так вновь распорядился лидер, — не менее раздражённо ответил Какузу. — Уж не подумай, что я горю желанием таскаться с тобой. Одного полудурка хватает, но по приказу, он был отстранён от этой миссии и сейчас на пути в деревню Скрытого Облака. Я просто выполняю приказ, быстро и немногословно. Советую и тебе поучиться держать язык за зубами, а то гляди, от них ничего не останется. Уж это я тебе гарантирую. Хотелось высказать всё в худшей форме, но нарываться на неприятности, в частности с применением грубой силы - не имелось желания. Конечно, угроза не оказала на него влияние, но в отличие от Хидана, он не бессмертный, а заканчивать также печально, как предыдущие напарники Какузу, не хотелось.