В твоих ладонях

      Сасори поморщился сквозь сон, чувствуя гул чужого топота и множественные взгляды, от которых продолжать спать было, как минимум, некомфортно. Но самый аффект поджидал в конце, когда глаза были уже открыты, а перед ним стояло трое, нет, четверо человек, разглядывая его, как антиквариат. Среди них мужчине заприметилась блондинистая голова, но это был не Дейдара. Кто-то знакомый.       — Наруто, спокойно, — осадила девушка, слегка придерживая за плечо. Точно, Наруто, так его звали. А это розоволосая девушка - та самая куноичи, с которой Сасори выдалось столкнуться в бою, и, даже потерпеть поражение. Правда, за счёт мастерства бабушки и её блестящим умением владеть собственной техникой. Но это не отменяло того, что сама куноичи поистине стойкая, да и в таком увядшем состоянии, Сасори ей точно не чета. Но что случилось? Как они сюда попали? И где, чёрт возьми, Дейдара?       — Да как я могу быть спокоен, когда передо мной.. — он впал в исступление, поминая былой пассаж, приключившийся совсем недавно. — Убийца Гаары и бабушки Чиё?! — девушка мысленно согласилась, что одно нахождение здесь - довольно не просто, а смотреть на тех, с кем однажды сошёлся в смертельном бою - та ещё задачка. Но что-то здесь не чисто, и прежде чем Наруто выбьет из них всю дурь, стоит узнать, что здесь произошло.       — Я не убивал свою бабку, — сиплым голосом подал Акасуна, тут же смекнув, что его мнение не рассматривается, и ему вообще следует отмалчиваться.       — Верно, не убивал, отчего она решила отдать свою жизнь за того, кого убили вы двое. Сакура, если он ещё хоть слово скажет, извини, я не сдержусь, — тело окутала зловещая аура, возгораясь словно спичка о коробок. Так уж сильно он желал закончить всё здесь и вернуть должок за Гаару.       — Это из-за тебя Караши, проникшего в Коноху и избившего двух чунинов, чуть не заключили в тюремную камеру? Если бы только Цунаде-сама знала.. — Сакура замолчала, понимая, что ещё немного и сама станет в одну очередь с Наруто, желающую истребить погрешного. — Тебе придётся пройти с нами, — она сократила дистанцию, выдергивая Акасуну из постели и ставя на ноги.       — Саншо мы передадим, что забрали в операционную Конохи, а если хоть слово пикнешь, прикончим прямо на месте. Твоего дружка тоже схватили, он сейчас с Ино, добровольно передвигается в том же направлении, с условием, что с тобой ничего не случится. Но это уже тебе решать, если вздумаешь самовольничать, в миг на куски порежем.       — Могу я хотя бы с тётушкой на прощание повидаться? — удивляя сразу двоих, сулил мужчина.       — Да как ты смеешь.. — Наруто пригвоздил его к стене, силой вдавливая в твёрдую поверхность, и напрочь отбивая все желание разговаривать. — После того, как сотворял такие вещи, зарекаться об этом, словно ничего прежде не существовало? У тебя ретроградная амнезия? Мне напомнить..       — Наруто, хватит. Мы уходим. Караши, спасибо, мы дадим знать, в случае чего, — она помахала на прощание и вышла из комнаты. Сасори смиренно молчал, чувствуя, как зыбкое, аморфное состояние накрывает сполна, от чего в ногах прибавляет тяжести. Только вчера он обещал настучать Тсукури по голове и поколотить за такую непреклонность. Но, видимо, совсем скоро это сделают за него, если тот возымеет идею выкинуть какую-то ахинею. Юные ниндзя вышли в прихожую, где Харуно миленьким голосом соотнесла что к чему, и они вместе покинули селитьбу чужого дома. По внешнему состоянию Сакура не питала нужды сковывать руки верёвкой и просто велела следовать за собой. Позади, грозной молнией надвигался блондин, не смыкая с преступника глаз, словно заточая в несводимый купол. Тело покрывалось испариной, стоило почувствовать на себе испепеляющий взгляд, равносильный тысячи мелких иголок в спину. С такой ненавистью на него ещё никто не смотрел, или, быть может, собственное бессилие сделало его таким падким к чувствительности? Они продолжали следовать в тишине, не обмолвившись ни словечком, пока на полпути не возникли серьёзные трудности. Мужчину стала раздирать веская боль: сначала он замер, пытаясь сфокусироваться на ломоте и на том, что вдруг зародило её движение. После чего слепо упал на колени, скрючившись и по инерции обвив руками живот. Спустя несколько секунд, адская боль обострилась, и Сасори без сил рухнул на землю, продолжая издавать странные звуки, похожие на скулёж издыхающей собаки. Изнутри тело огнём прожигало, как Ранмару однажды выразился: - «..превращая внутренние органы - в пищевые добавки для супа. А чакра, словно бульон, раскипятившийся засчёт скачка давления». Всё происходило в точности, как по описанию, внутри него бурлил раскаленный суп, выламывая рёбра и перекрывая все дыхательные пути. Эти симптомы были далеки от вчерашних, ведь сейчас всё происходило намного быстрее, а мозг не успевал с той же скоростью оценивать выпады, чтобы защититься от саморазрушения и предпринять хотя бы что-то. Ребята с трепетом подбежали. Госпожа Пятая замолвила, что ситуация критичная, но они не предполагали, что прям настолько, что мужчина вот-вот готов двинуть кони. Куноичи второпях принялась маневрировать ситуацией, ведь, как-никак, это высокоценный присужденный, от которого многое предстоит выведать и терять сейчас нерентабельно никому. Цунаде навряд ли обрадуется, засекав на своих владениях членов преступной организации, но зато их можно будет эксплуатировать в собственных целях и выяснить немало полезного, что сгодится за крупный плюс. Сакура поручила Наруто раздеть его по пояс и перевернуть на спину, а сама в это время стала разогревать мышцы, мысленно подсчитывая сколько энергии и времени уйдёт на воплощение перспективы.       — Нам нужно будет выжечь чакру, — пояснила она глядя, как на лице Наруто всплывает огромный вопросительный знак.       — Сделать что? — потрясенно заверещал блондин. — Выжечь? Но как?       — Мы не будем выжигать её всю, лишь выжжем ту, что струится по каналам чакры и немного затронем источник. После этого мы будем выжигать кровь от микроорганизмов, что являются зачинщиками болезни.       — А мне что делать?       — Для начала, создать клона. Вдвоем мы с тобой не управимся. Нам необходимо стабилизировать его состояние, чтобы болезнь перестала тянуть жизненные силы и чакру. Клон, садись под дерево и обопрись на него спиной. А ты, Наруто, подними Сасори и положи так, чтобы спина прикасалась к груди.       — А эта болезнь вообще под силам медикам? И вообще, как они лечат систему циркуляции чакры или лечат вообще?       — Лечат, конечно, но не таких, как этот. Ему никакой ирьёнин уже не поможет. Здесь нужна максимальная точность.       — А как же мы будем лечить его? — паника в голосе Узумаки была почти осязаема.       — Будем действовать через кровь. А ещё нужна будет чакра Девятихвостого. Ты, главное, будь в сознании и старайся как-то стабилизировать поток чакры, — пояснила девушка. — Сообщи, если хвостатый даст о себе знать и захочет вырваться, я использую печать. Наруто дважды кивнул, скорее для храбрости, ведь из слов Харуно смог вычленить только «создай клона». Клон достал кунай и сделал два надреза на груди бессознательного мужчины. Тот, едва слышно, простонал, почувствовав помимо внутренней пожирающей боли ещё и телесную. Блондин так же молча достал свой кунай и сделал два небольших надреза вдоль ладони, преподнося к чужой груди, где багровым цветом сияли раны. А замер, ожидая дальнейших наставлений девушки.       — Видимо, кто-то подселил паразита в чакру или перекрыл тенкетсу, — прокомментировала Харуно, контролируя процесс. — Я бы сказала, что постарался кто-то из Хьюг или Абураме, но это не они. Не их стиль, да и сведений о его местоположении не было. Этот кто-то был предварительно подготовлен и досконально обучен. За несколько лет, куноичи продвинулась далеко вперёд в практике медицины, правда с таким столкнулась впервые. К ним ни раз поступали больные, с разновидными приступами, но все они не шли ни в одно сравнение с тем, что ей довелось увидеть сейчас. От её приказа зависит чья-то жизнь, пускай гнилая, пускай черствая, словно иссушенная буханка хлеба, это не отменяло угрызения совести, которое будет тяготить её долгое время, если этот никчёмный нукенин сейчас помрёт. Наруто боязливо положил кровоточащие ладони на грудь, страшась сделать что-то не так. И в ту же секунду, когда кровь смешалась, пространство вокруг точки соприкосновения окуталось ярко-оранжевым сиянием. Куноичи сразу узнала её - чакра Девятихвостого лиса.       — Ни за что не отпускай. Боль для него будет адской, и начнется ломка. Тело будет сопротивляться, как и сознание, нервная система выйдет из-под контроля, а тело будет неуправляемо. Он будет пытаться вырваться. Не смейте допустить этого. Наруто, используй всю свою силу и, самое главное, не разрывай контакта крови. Этого нужно избежать любой ценой, иначе все наши усилия будут напрасны, и он умрёт. Спустя несколько десятков секунд, когда кровь Наруто поступила в организм врага, тот закричал и выгнулся дугой. Джинчурики видел, что мужчина невыносимо страдает, но ничего не мог поделать, кроме как удерживать его с помощью клона, не давая прервать контакт. Трое наблюдали за потоком чакры: та волной проносилась по телу и начала концентрироваться в источнике чакры. Раны от разрезов зверски болели, Наруто держался из последних сил. Чакра Кьюби заполнила каждый участок тела. Она постоянно двигалась, словно в замкнутом круге: из Наруто в Сасори, совершала круг по его телу и обратно к Узумаки. Блондин, как мог, пытался стабилизировать поток чакры, не давать ей хлестать фонтаном или стоять на одном месте. Его собственные силы убывали с катастрофической скоростью, и он, не стесняясь заимствовал чакру биджу. И, когда они наконец приостановили судорожные боли и ломкость по всему телу, потребовалось немедленно доставить его в Коноху и оставаться надеяться на вмешательство госпожи Пятой.

***

      — Даю тебе время на объяснения, после чего ты будешь отправлен в темницу под присмотром анбу, — голос не терпел возражений, а сама Хокаге ходила из стороны в сторону, наблюдая за поведением преступника.       — Не знаю наверняка, но к этому точно причастен Орочимару. Когда двое наших пособников возвращались с миссии, засекли неподалёку от больницы.       — Знала, что без него не обойдётся, — тяжело вздохнула женщина, не теряя бдительности. — Выходит, спонсор этого представления змей, а Сасори подопытная крыса? Что с ним хотели сделать?       — Не знаю, за этим нам и велели выследить след саннина. Мой напарник как раз занимался поисками, а вот я решил действовать иначе.       — Ты знал, что Сасори болен?       — Я знал, что он лежал в больнице и ему требовалось хирургическое вмешательство, но по поводу этого.. Лидер не вдавался в подробности, да и в целом, всегда немногословен. Если спросить любого члена организации, они ответят ровно так же.       — Н-да.. — она прикусила краешек ногтя, углубляясь в свои размышления, пока блондин перебирал стопку фотографий, разложенных вдоль стола. — Ну что? Среди них есть те, кто присутствовал в больнице? Как считаешь, могли они вступить в сговор и провернуть грязное дельце?       — Нет, насколько знаю, врачи были подкуплены лидером, им тщетно предавать нас, ведь платили достойно и предоставляли все условия для роскошной жизни. К тому же, после всего - они оказались убитыми. Это исключительно дело рук Орочимару, и опровергать факт того, что именно он подселил болезнь в тело Сасори - нет смысла. Змей единственный подозреваемый, а Сасори.. больше не состоит в организации, так же как и я! Отпустите его.       — Смело, — достаточно искренне удивилась Цунаде. — Но даже, если и это так, вы по-прежнему остаётесь разыскивающими головорезами ранга S. И отпустить за просто так того, кто по всему миру славится своими преступлениями? Думаешь одними раскаяниями перед народом, который вы все эти годы массово убивали, спасешь свою репутацию?       — Ничего такого я не думаю. Можете запереть меня здесь хоть на всю жизнь, пытать, морить голодом, казнить, но Сасори.. Он заслуживает хорошей жизни. Дайте ему волю.       — С чего бы вдруг?       — А вы сами взгляните. Что человек, который растерял призвание всей жизни, всех родственников, валяется в больнице, чуть-ли не при смерти, может учудить? Сомневаюсь, что он вообще когда-нибудь сойдётся в бою или начнёт пользоваться чакрой. Он даже ложку в руках держать не может..       — А что позволишь делать с его тёмным прошлым? Чем ты перекроешь то лиходейство, которое он вытворял, будучи в организации?       — А что, если я скажу, что у него не осталось другого выбора? Вы ведь сами не понаслышке знаете, что нами управляет один человек. Это он даёт указания, наводит свои порядки и решает, кто достоин своего звания. Наша организация полна шиноби, переживших в прошлом что-то весьма тяжелое, после которого простое убийство и подвергание опасности жизни и жизни других - не ставится ни во что. И Сасори был одним из них. Вы ведь и сами понимаете, о чем идёт речь. Женщина на удивление молчала, не перебивая и не упрекая блондина в чем-либо. Что-то затронуло её до глубины души. Быть может, слова казались искренними, или же, что рассказ всплыл в её подсознание, как образ бывшего напарника, ступившего по кривой дорожке.       — Я подумаю над твоими словами, как и о том, что делать дальше.       — Мне разрешено будет навестить его?       — Об этом позже, — Цунаде закрыла железную калитку ключом и откланялась. Дейдара с надеждой в глазах опустился на липкий каменный пол, покрытый сырость здешнего запущения. Всё в этом месте провоняло запахом ржавчины и крови, а на стенах даже присутствовали отпечатки недавних пыток. Словно не срок заточения, а само нахождение здесь - сплошное наказание провинившихся.

***

Собственное размеренное сердцебиение и чьё-то настойчивое пиликанье - бились в одноголосье, смешиваясь с пустотой, которую Сасори видел перед собой. Он не дремал и не спал, словно находился в непроницаемом вакууме, окружённый тьмой собственных переживаний. Мужчина выдержал чей-то тернистый затяжной вздох, мерно поднимая увесистые веки, как в голову тут же ударил жгучий приступ мигрени, а запах бактерицидных растворов лишь подлил остроты в чрезмерную чувствительность на едкие препараты. Весь этот бедлам напомнил случай с побегом, когда он впервые открыл глаза и обнаружил себя в больничной койке. Сасори внезапно воспрянул, решив, что всё это время ему снился длинный сон, и никакого бегства на самом деле не было. Но стоило шевельнуть корпусом, как кардиомонитор, к которому он был подстегнут, взвыл, заверещал и забил тревогу, толдыча вычерченными, красными и извилистыми линиями на мониторе, подзывая внимание посторонних.       — Не дергайся, если не хочешь заработать септический шок, — внезапно выдала темноволосая женщина, не старше средних лет, корректируя введенный в вену катетер. — Если хоть один из этих проводников отсоединится - тебе не жить. Сасори послушно охладил пыл, однако не отступал окончательно. Множество вопросов терзали голову, борясь с желанием озвучить и проглотить их, вместе с чужой напускной помощью. Конечно, он понимал, что все эти люди - враги и не стали бы переживать за сохранность, не будь он в чём-то пригоден.       — Что происходит?       — Это бы я хотела узнать. Что здесь происходит? — повторила недавний вопрос Сасори женщина, вошедшая в палату.       — Почему бы просто не дать мне подохнуть? Я зачем-то вам нужен? Я не стану ничего говорить, хоть об стенку бейтесь.       — Эй-эй, — прикрикнул блондин. — Не руби с плеча, а то мы за зря что-ли два часа жопу рвали, чтобы ты копыта не отбросил? Цунаде-сама красноречива и не из слабохарактерных. Одно неверное движение, одно грубое слово, и наши труды на смарку, а ты сляжешь возле могилы своей бабушки. Уж постарайся не облажаться.       — Как-будто мне есть до этого дело. Вы хотели выпытать из меня информацию, а затем добить. Так вперёд, дерзайте.       — Мне рассказали, что ты уже не часть организации.       — Быть может и так, но то, что я не хочу раскрывать свои карты, не обязательно означает преданность Лидеру, это мои собственные причины.       — Не хочешь говорить сам? Тогда это всё упрощает. Шизуне, зови Иноичи Яманака, скажи, что для него завалялась небольшая работёнка. Темноволосая женщина кивнула, тотчас покидая резиденцию. Остальные же продолжали смотреть и поражаться нахальству пациента. Сасори замолк, оглядываясь по сторонам. Дважды один фокус не прокатит, да и тут гораздо выше, нежели в той двухэтажной, полуживой постройке, называющей себя больницей. Пейн скупился на персонал, но не на реконструкцию.       — Даже не думай, — словно читая мысли, процедила женщина, оставляя Акасуну на присмотр молодым чунинам. Повисло неловкое молчание. Блондин пытался понять, что именно он сейчас чувствует: жаждет возместить ущерб, причинённый в день похищения Казекаге или же сочувствует, видя в каком состоянии пребывает мужчина, очевидно не ожидая, что это могут быть его последние минуты в жизни.       — Наруто, не мог бы ты принести стакан воды?       — Но там на тумбочке лежит..       — Встал и принёс воды, живо. Узумаки мысленно перекрестился, прытью выметаясь из палаты. Он давно для себя уяснил, что злить Харуно - опасно для жизни.       — А теперь, когда мы остались наедине, ты расскажешь мне, что на самом деле произошло. Твой приятель либо превосходный лжец, либо действительно не посвящён в курс событий. Каким образом ты выжил и оказался в доме той бабушки?       — Дейдара не лжет, он в самом деле не знает, также как и я. А насчёт Саншо, она сказала, что нашла меня в лесу и, перепугавшись затащила в дом.       — То есть, блондин там оказался случайно? Я думала, вы действовали сообща, но не могла понять мотив.       — Говорю же, Тсукури здесь не причём.       — И что мешало тебе сказать это перед госпожой Цунаде?       — Да ничего не мешало. Просто я.. Не хочу вновь погружаться в тот омут, что сопутствовал со мной все годы..       — Хочешь сказать, ты сожалеешь?       — Я.. В палату врывается Изумо, следом догоняет Котецу, очевидно собирающиеся сообщить важную новость.       — Там.. — затяжные и глубокие вздохи, желающие нормализовать дыхание. — Возле ворот..       — Что? — девушка скептически нахмурила брови, готовясь к неблагоприятным вестям, и даже попыталась прикинуть в голове, насколько плохо все может быть.       — Шиноби из деревни скрытого звука.. Посланные Орочимару, — договорил за друга Котецу, наконец выравнивания дыхание.       — Что?! Немедленно сообщите другим! Они серьёзно настроены на бой?       — Нет, они предлагают поговорить. Наруто долго не возвращался, Сасори исподтишка поглядывал на троих, делая в голове собственные выводы. То, что пришли исключительно за ним, не было тайной. Девушка растерялась, ведь Хокаге просила проследить за состоянием некунина и не покидать палату до её возвращения.