Любовь и слёзы Тарна.

Сколько помню себя, я никогда не плакал. Отчаянье, влюблённость, боль, счастье, горе, радость, обида... Множество чувств и эмоций испытав в жизни, я не плакал. Теряя близких, испытав боль, с разбитым сердцем и истерзанным телом, я не плакал. Никогда! Ни при каких условиях. Я улыбался... Улыбался всегда и всему. Улыбка стала моей защитой и моим спасением, она стала моей визиткой. Любое чувство можно выразить улыбкой или спрятать за ней. Кто сказал, что негатив нельзя выразить улыбкой? Улыбкой можно уничтожить и возродить к жизни. Но сейчас всё изменилось. Безумное отчаянье, безысходность разбивали сознание на мелкие осколки. Предательская слеза прожигала лицо. Мир возродился и рухнул в одно мгновение. Человек, который был мне бесконечно дорог и любим, навзрыд плакал на моей груди. Как же он был близок в этот момент и бесконечно далёк одновременно. Тайп... Его исповедь о событиях детства ядом проникала в каждую клеточку моего сознания, не оставляя и капли надежды на то, что он когда-либо примет мою любовь. Но сейчас это не имело никакого значения. Мне отчаянно хотелось отгородить его от всего мира, защитить ото всех и принять всю горечь и боль пережитого на себя. Отчаянное желание высушить его слёзы, целуя любимое лицо, стало недостижимым. Он ненавидел... Ненависть поглотила его и единственным на кого он мог излить её, дав себе возможность жить дальше, был я. И я был готов уничтожить всех и всё, что принесло эту боль и горе дорогому человеку. Я готов был разрушить себя... Слеза, раскалённым железом обжигая глаза, медленно катилась по моей щеке. Казалось, боль всего мира собралась в ней. Мгновение, и она покинула моё лицо, оставляя холодок безысходности. Мгновение и она упала на раскрасневшееся лицо Тайпа, смешиваясь с его слезами. Мгновение и моя рука дрогнула в стремлении как можно быстрее стереть эти слёзы с лица Тайпа, коснувшись разгорячённого лица, стёрла большим пальцем часть влаги. Мгновение и глаза Тайпа, полные чёрной боли, распахнулись, встретившись с моим взглядом. Мне пришлось отдёрнуть руку, чтобы не нарушить его хрупкий мир. Его мир, полный горечи, боли, страданий и мои мгновения горького счастья близости любимого. Не помню когда я понял и принял себя. Нет, я никогда не бежал от своих чувств, взглядов. Мне очень повезло в жизни, моей опорой и поддержкой стала семья. Мои родители и старший брат Торн поддерживали меня. С любовью, уважением относились они ко мне и с пониманием - к моему мировоззрению. Сколько помню себя, мне не нравились девочки. Не то что бы я шарахался от них, но их назойливость по отношению ко мне раздражала. Считая меня красавчиком, они одаривали меня чрезмерным вниманием, это порой бесило. Наверное это первые ощущения. Я ещё не понимал, что мне нравятся мальчики или меня тянет к чему-то иному. Первый раз, когда я проявил какие-то чувства, произошел в конце начальной школы. Это была закрытая школа для мальчиков. Его звали Пит. Мы учились в одном классе. О таких говорят "милый малыш". Невысокого роста, смуглый, тихий отличник живущий в своём мире. Чуть длинные, волнистые волосы прикрывали шею, лоб и порой уши мило топорщились между тёмных прядей. Небольшой, вздёрнутый нос, губы на зависть девочкам, пухлые и красные как переспевшая клубника. Возможно именно тогда я впервые подумал о том, какие они на вкус. Никогда и ни к кому до этого у меня не возникало такого чувства, хотя в школах такого типа, как моя, не была чем-то странным симпатия между мальчиками. Всё в Пите было прекрасно, особенно глаза. Огромные, тёмные, тёплые омуты в обрамлении длинных, пушистых ресниц. Мы часто проводили время вместе, болтали ни о чём, бродили по городу и нам всегда было интересно друг с другом. Даже просто молчать с ним мне казалось чем-то чудесным. Мир сиял яркими красками и наполнялся прекрасной музыкой, когда мы были вместе. Однажды на выходных мы гуляли в парке. День был жаркий, я купил нам мороженое и мы присели траву на берегу пруда. Себе, как всегда, я взял шоколадное, а Питу ванильное. Всё радовало. Мы смеялись, шутили и наслаждались жизнью. Я нечаянно испачкал мороженым кончик носа, отчего Пит расхохотался и упал на траву. А когда, приподнявшись на локте, давясь смехом, он попытался лизнуть своё мороженое, тут его и настигла моя маленькая месть. Я подтолкнул его руку с подтаявшим мороженым, из-за чего вся нижняя часть его миленького личика покрылась белым кружевом молочной пены. Он расхохотался ещё громче и влепил остатками своего мороженого мне в подбородок. Липкая сладость стекала по шее, прокладывая себе дорожку под футболку по разгорячённому телу. Сердце бешено колотилось. Я замер. Возле меня лежал Пит и с торжествующим взглядом счастливо улыбался. А я не мог отвести взгляд от его губ. Словно клубника во взбитых сливках. Всё произошло молниеносно. Я не думал или не хотел думать, просто отчаянно желал прикоснуться к этим губам. Они были мягкими, влажными и липкими, пахнущими свежими ягодами и ванилью. Этот запах обволакивал смешиваясь с моим запахом шоколада. Прошли секунды или вечность, разум пытался достучаться до рассудка, но блаженство опьяняло меня. Сердце безумно стучало в груди и откликалось во всём теле. И тут оно остановилось. Пит... Я оторвался от таких желанных губ и встретился со его взглядом. Прекрасное лицо Пита замерло. На нём не было ничего, никаких эмоций. Только глаза... я не мог понять, что я видел в этом взгляде. Укор, вопрос... я отчаянно искал ответ. Пауза затянулась, сердце ухнуло камнем, я только и смог, что буркнуть себе под нос "прости" и резко встав спустился к пруду. Смочив платок в воде, я долго не решался повернуться. Страх что я всё потерял сковал моё тело. За спиной зашуршало. Я обернулся. Кан сидел опустив голову. Я подошёл и присев на корточки протянул ему платок. Вытирался он медленно. Шея, щёки, нос и подбородок, он как будто избегал своих губ. Моё сердце гулко колотилось. Опустив руку, Пит долго смотрел на платок, затем медленно поднёс его к губам и нерешительно остановился. Вдруг он не торопясь облизнул свои губы, будто пытаясь что-то понять. -"Вкусно..." Его голос даже не прошептал, а прошелестел, как дуновение ветра в моих ушах. Он вернул мне платок. Я обтёр своё лицо. Всю обратную дорогу мы молчали. Мы попрощались с ним до завтра, я махнул рукой, он кивнул в ответ. Сделав несколько шагов он обернулся. - "Спасибо", тихо сказал он и улыбнулся. Мысли путались, за что он благодарил? Но эта улыбка согрела моё сердце и осветила мир вокруг. Я улыбнулся в ответ, Пит ещё раз кивнул и ушёл. Я смотрел ему вслед, продолжая глупо улыбаться, пока он не исчез за углом. Пока не исчез... из моей жизни. Если бы я тогда знал...