Полёт бабочек

N минут назад

*щёлк* *скрип двери* — Так, и зачем меня вообще… Его выражение лица и вовсе изменилось после всех сказанных им слов. На стуле возле врачебного стола сидела его мама, перепуганная до слёз этим несчастным случаем. Она уже была готова наброситься на доктора, что зайдёт в кабинет, но вдруг увидела своего сына, такого ещё маленького мальчика. Голова будто закружилась, но она гордо встала и прижала его к себе. И плакала, затапливая всю его толстовку. Ему нельзя плакать. Доказать самому себе, что не больно. Хотя… стоит ли этого? Нет, не стоит. Он обнимает её так же крепко, гордо проливая слёзы. Его мама многое перенесла. Материнское чувство не лжёт. Когда мама уже успокоилась, она отпустила сына и подробно расспросила обо всём. Боль, будто сгорает тело. Дрожь, пробивающая колени. Их разговор был наполнен такими моментами. О нём беспокоятся. Это лучшее, что он знает. — Я переживала, правда. Милый, как ты…? — единственное, что смогла нормально вымолвить Софи, его мать. Они ещё долго обнимались, рассказывая обо всём. Удивительно лишь то, что парень был в коме две недели, хотя во сне прошёл только день. За это время ничего особо в её жизни не поменялось — обычные серые будни, да ещё и сын в больнице. Она приходила несколько раз его навещать, но добиться точного ответа от врачей не смогла, они всё также твердили что-то типа «всё будет в порядке», хотя это никак не успокаивало и без того обеспокоенную своим единственным родным человеком женщину. Как отмечает Райан, его мама и впрямь хорошая, понимающая, но…стоит ли ей рассказывать о Рэе? Поймёт ли она? Голову постоянно терзают мысли, и хочется верить, что всё будет лучше прежнего. Он всё-таки решил рассказать о своём сне. Мама, как и ожидалось, выслушала его рассказ и успокоила. От её ласковых объятий явно потеплело на душе. — Мам… я видел сон в коме. Осознанный. Помнишь, я ходил в лагерь? У меня были друзья оттуда. И один из них…был во сне… — Рэй, да? Он такой хорошенький, я помню его. Постоянно с друзьями играл, а вот к тебе как-то… не подходил, что-ли. — Да, было такое. Он меня немного побаивался. Он вообще боялся новых людей, не привык просто. Я постоянно ходил по берегу, собирая ракушки и мелкие драгоценные камни. Он это тоже любил. Да и просто побыть на берегу — там красиво, дует ветер, фиолетовый закат… красивый такой, вечерний. — Вы были похожи, но раньше просто этого не замечали. — Ну, мы с ним не разговаривали, а во сне… — Во сне ты делал то, что не успел в реальности. — Мам, он… — Он тебе нравится, не так ли? Почему ты раньше не признался? — Не было времени…я боялся его потерять. — В следующий раз не поступай так. Мама неспешно поцеловала парня в лоб. — Где же он сейчас, дорогой? — Если бы я знал… — Ох, мне жаль, милый. Но я сделаю всё возможное, чтобы вызволить тебя отсюда и позволить с ним увидеться. Как же дети быстро растут, — мама смахнула слезинку и выбежала из кабинета, на прощание оставив сыну продукты и свой шлейф ароматных легких духов. — Мам, ты волшебная, сказал он ей вслед. Казалось, он бы услышал её призрачный смешок и почувствовал потрёпывание по голове. Она уже ушла, но обещала вернуться. Куча работы, что дома, что на работе дают о себе знать, и он это понимал, поэтому заставлял себя ждать решения врача для обследования и дальше.