я люблю все свои шрамы.

      про него все забыли. телефон молчит вот уже три дня. а вдруг ему нужна помощь? ну и что с того, что чимин всем своим подчинённым наказал не трогать его неделю и вообще отстаньте, у него больничный? мужчина озлобленно посмотрел в отмытое зеркало напротив, покривился и продолжил уборку своей квартиры, слабо надеясь, что кто-нибудь про него сегодня вспомнит и немного расшевелит.       командир отряда особого назначения жил один в двадцать пять лет и не имел в наличии даже кошки или собаки, которая его бы ждала предано дома. отличаясь общительным и весёлым характером, чимину было сложно находиться на вынужденном уединении с собой. две недели назад молодой мужчина получил ранение в плечо, плюс один к его рабочим шрамам. неделя больницы, неделя дома и вот завтра уже требуется выходить на работу, действовать и жить, решать чьи-то проблемы.       начинать работу после какого-никакого отдыха всегда тяжело. и даже если ты имеешь некоторые привилегии от вышестоящего начальства и просто упорядочиваешь компьютерную базу данных. в ранении был плюс — заплатят неплохо денег, иначе ради чего вообще подставляться под пули и был минус — позже это отразиться на его физическом и психическом здоровье.       работа спецагентом и военным была весьма опасна, что уж говорить. генералы то считали, что работа так себе, недооценивали работников, будто они тут мелкими частными детективами подрабатывали. ну что ж, подумаешь, опасного маньяка с кучей жертв поймать, предотвратить теракт ещё на стадии его планирования, убить снайпера, у которого заказ на важных и нужных людей. такое вот мелочи жизни и это ведь самое банальное, чем занимаются спецотряды. конкретно чимин и его ребята были на всех задержаниях больных и особо опасных ублюдков, но отправить могли куда захотят, начальство редко смотрит на специфику отряда и кидают людей иногда как слепых котят. кто выживет, тот выживет, кто нет… ну, тому не повезло.        многим раньше, когда всё в жизни было проще и спокойнее чимин, конечно, был информатором. милая мордашка, умение завести непринуждённый разговор, лёгкость в беседе, осторожность, крепкие познания в людской психологии — что ещё нужно информатору? много чего, это естественно, но и того что было, в целом, уже достаточно, чтобы наладить контакт с объектом и узнать какие-никакие важные и необходимые данные.        а потом всё обрушилось. а потом пришлось вылезать из здания организации чаще и уже применять не свой прекрасный и гениальный ум(самооценки чимину было не занимать), а физическую силу. копаться в проблемах, которые не разбирают власть имеющие. ну, такова цена за работу в этом месте и благополучие граждан города — спокойствие собственное. главное отличительное качество чимина — игнорировать свои проблемы, пока не захочется застрелиться. за это его ценили. мужчина работал всегда на износ, часто выполняя те дела, которые вообще должны делать другие люди. — чимин! — всегда и вечен вопрос: почему молодые сотрудники такие раздражающие, неугомонные, энергичные и громкие. чимин оторвал недовольный взгляд от экрана компьютера и посмотрел на молодого бойца. — чего? учти, на сложные задания не поеду, даже не думай. - молодой мужчина отклонился на спинку кресла и сложил руки на груди. — тебя начальник звал. весёлый весьма был, может чем порадовать хочет? — ах, как наивны молодые мальчишки, раз принимают веселье полковника за добрую весть. — ага, себя если потешить только собрался.       перед кабинетом главного всегда душно, много людей и слишком светло. народ стоит напряжённый, потому что никого начальник просто так не зовёт. стоит чимину подойти прыгающим, нервным шагом к кабинету, то все, до того сидящие, встают и приветствуют командира стройным галдежом, и, конечно, пускают без очереди.       в просторном, отвратительно белом, кабинете главного не только он сам (Боже, хуже быть уже не может, потому что знаем, плавали), но и ещё какой-то мужчина, выглядящий немного старше чимина, но последний не особо присматривался, сразу сел без разрешения в кресло напротив них обоих. полковник закатил глаза, вздохнул, сложил руки в замок. выглядел он так, будто собирался сказать нечто ужасное. — ну здравствуй. тебя пока дождёшься семь веков пройдёт. — начальство изволило шутки шутить. чимин кивнул на первое и пожал плечами на второе. — да, ты прав, давай сразу к делу. это ким сокджин, 28 лет, боец из соседнего города, знакомься. — хм, замечательно, новенький, организации давно не хватает сотрудников. он-то здесь при чём? хотя если посмотреть на возможные исходы ситуации, то стоит быть, наверное, немного вежливым и не показывать, что ему до новобранцев дела особого нет. — что ж, приятно познакомиться, я пак чимин. — ладно, хорошо, этот мужчина располагал хотя бы тем, что не пялился на него так много, сколько обычно смотрят на людей в маске на пол лица, когда на то нет видимых причин. — только я здесь причём, позвольте спросить? — догадки роились в его голове и ни одна из них чимину не нравилась. главный хмыкнул и сложил руки в замок. — а притом, что это теперь твой новый подопечный, ученик, если хочешь. ну, а ты его тренер, соответственно. по заверениям прошлого начальства — он опытный боец, но там и город меньше, и опасностей, естественно, тоже. — рядом стоящий сокджин согласно кивнул. да, действительно, новость ужасная, можно идти стреляться, чимин на такие авантюры не подписывался. — ам, извините, а это теперь мой стиль по жизни — тренировать тех, кто меня старше или что? — да, случалось уже пару раз. потом доказывай этим «опытным бойцам», что он на одном месте вертел всех с их детскими обзывалками: сопляк, мелочь и далее по списку. чимин хмыкнул. под маской предательски зачесался нос. — ахах, ну, получается что так. к слову, он твой стажер всего на полгода, а там посмотрим. и да, в связи с этим я зарплату тебе подниму, не переживай...всё по-человечески — всё, вопрос закрыт, если он это делает за деньги, то и пусть ему хоть динозавра в ученики дадут, всех всему научит, всё всем покажет и объяснит.       начальник был спокоен, он знал сокджина по отзывам коллег и несколько раз общался с ним, пересекаясь на заседаниях или важных светских сборах. ему можно было доверить чимина и его нестабильность психики, полковник не сомневался.       ну что ж, теперь этот ким сокджин требовал более детального рассмотрения. это был мужчина, выглядящий немного моложе, чем был (хотя и чимин на свой возраст особо не выглядел, алкоголь приходилось отвоёвывать в магазинах, коли забыл паспорт), с тёмными волосами, высокий, гораздо выше чимина, с очень и очень приятной внешностью и добрыми, яркими глазами. видимо, его работа не сломала и любви к жизни не поубавила. чимина это поспешное наблюдение обрадовало, он неплохо уживался среди людей, но терпеть не мог вечно ноющих или постоянно недовольных. хуже конечно, если мужчина ошибся и несломленность окажется лишь маской того, что сокджин уже пережил травмирующий опыт и теперь всеми силам бежит от гнетущих чувств, стараясь опекать и спасать других. лучше бы новоиспечённому тренеру не ошибаться, он в своих проблемах не разбирается, а ещё чужие разгребать, тьфу ты. — гм, хорошо, разрешите идти? — более не было причин оставаться в этом холодном, режущем глаза своей белизной, кабинете, где для сотрудников редко произносились приятные новости. пора бежать, пока опять чего-нибудь этот власть имущий не придумал… — разрешаю, идите.       выйдя из кабинета и идя по полутёмному коридору, с редкими слабыми лампочками, пришлось завязать разговор. — ты, кажется, не слишком общительный? если хочешь, можешь звать меня джин. — да, голос тоже был приятным, бархатным. если бы чимин обладал более поэтическим складом ума или хотя бы вдохновенным настроением, то придумал бы эпитет получше. появилась мысль, что надо его поставить в информаторы, такой легко расположит к себе любого, неплохо, если интеллектом ещё и наделён. — перекрестись, тебе кажется. просто сегодня пока не в настроении. кем в прошлом городе работал? опыт, навыки? — пришла пора приступить к допросу, чтобы потом составить план работы, практики и тренировок. к работе чимин привык относиться со всей ответственностью. — в основном направляющим, тем самым голосом в наушнике, а иногда был телохранителем для важных шишек. у меня с силовыми тренировками не очень, я делал ставку на психологию, всё хотел в информаторы, да там и без меня их хватало. — при разговоре джин улыбается и возле глаз собирались милые морщинки. чимину понравились. — теперь будешь, потому что на головную часть у нас их слишком мало. вот, заходи, твой, мой, наш кабинет. — чимин решает быть приветливым, открывает дверь и впускает мужчину вперёд себя, и тот включает большой свет, яркий, ослепляющий первое время глаза. как же командир последнее время ненавидел свет.       наступило длительное молчание. сидя за своим столом, чимин пробивает сокджина по базе, узнает нужные и нет сведения и без лишней болтовни. джин вежливо молчит и нового наставника пока не беспокоит. — хороший ты, судя по всему, человек. завтра приступаем к тренировкам, выясним пробелы. сейчас пошли, покажу что у нас тут и как. — командир решил не растягивать весь процесс на долгие дни, знакомство там, привыкание. нет, это лишнее, лучше сразу работать, а там стерпится-слюбится уже. — хорошо, понял, готов выполнять. ничего же, что я сразу на ты? — ну молодец, только спохватился. — любишь чай или кофе? — сокджин придвигается на кресле к столу чимина и это выглядит забавно. мужчины смеются. — не, не люблю я всей этой официальщины, отвлекает от работы. да и мы в конце концов теперь работаем вместе, так что лишние заморочки создавать не будем. здесь их и так хватает. а напитки… хм, я предпочитаю чай, зелёный, но люблю, если хочешь знать, горячий шоколад. ты в нашем общежитии живёшь сейчас или где? — чимин думает о том коротком промежутке времени, когда жил в этом месте, будучи новичком, и тепло улыбается. это были чудесные времена. в маске душно. — не, у меня здесь небольшая квартира есть, когда-то была нужна, потом сдавал. она прям вот недалеко отсюда. — ким сокджин обезоруживает своей простой честностью. чимин ищет в этом человеке второе дно.