Право на силу

Ночь после решения проблемы Разрушителей флагов пролетела для Баки Барнса быстро — даже привычного кошмара увидеть не успел. Встав с первыми лучами солнца, он умылся, ненадолго остановился у входа в комнату, что сейчас занимал вернувшийся накануне Стив Роджерс, и усмехнулся, увидев, как тот мирно спит, заняв ровно половину разложенного дивана. Стив практически не рассказывал о своей жизни в альтернативном прошлом и даже обручальное кольцо сразу положил к другим памятным вещам. Признался только, что исполнил всё задуманное, затем неохотно согласился омолодиться при помощи частиц Пима и с куда большим энтузиазмом ввязался в секретную миссию от генерала Росса на новой станции на Луне. Но теперь Луна осталась позади, Тадеуш Росс велел ждать новых указаний, а у Баки как раз закончилась эпопея с возвращением щита Сэму Уилсону, так что обоим можно было отдохнуть. Постараться сделать это как-то... не публично, ведь жителям планеты сообщили, что битву с Таносом Стив не пережил. Кто же тогда знал, что миссия на Луне получится настолько короткой? — Поспал бы ещё, Бак, — не открывая глаз, сонно пробормотал Стив. Этот парень всегда чувствовал, когда на него смотрели, и Баки, улыбнувшись, ушёл на кухню. Хотел бы он, как в очень далёкие годы, уметь по-настоящему хорошо высыпаться, хоть раз встать около полудня, ещё лучше позже, но увы. Воспоминания о кровавых миссиях Зимнего солдата не отпускали, пусть даже он питал слабенькую надежду разобраться-таки со списком имён, вычеркнуть их все — вдруг психотерапевт Кристина Рейнор и Сэм Уилсон окажутся правы, и это поможет перестать думать о них?.. Он включил автоматическую кофеварку и достал хлеб, чтобы приготовить сэндвичи. У первоклассного кофе было очень полезное свойство: его аромат приманивал Стива в срок от трёх до пяти минут, будил в нём желание что-то сделать для завтрака (обычно — пышный омлет), и в результате на кухонном столе появлялось достаточно еды для двух суперсолдат. Обычно они включали телевизор ради сводок новостей, но в этот раз Баки изменил традиции, не желая вновь слышать речь Сэма на тему непременного атрибута Капитана Америки — светлых волос и голубых глаз (будто Стива супергероем сделала внешность, какая чушь!). Впрочем, Стив, заняв привычное место за столом наискосок от Баки, в сторону телевизора всё же глянул, после чего выдал укоризненное: — Я в порядке. Баки только пожал плечами на эту глупость и начал есть омлет. Он слишком хорошо знал друга и понимал, что так быстро Стив ту речь Сэма не забудет. — Капитан Америка теперь не я, Бак. Сэм может говорить, что угодно. Баки промолчал. — То, что считает нужным. Баки кивком указал на нетронутый и остывающий омлет. Помедлив немного, Стив с досадливым вздохом взял вилку и свободной рукой пододвинул тарелку к себе. Кофе, омлет и сэндвичи — прекрасное сочетание для тех, кто не желает зацикливаться на ненужных вещах. Но звякнул мобильник слева от Баки. Полминуты ему хватило, чтобы прочитать входящее СМС от Сэма («Ты уже видел?»), пройти по присланной им ссылке и ознакомиться с новостью. — Земо убил тех Разрушителей флагов, которых собирались переправить в Рафт, — прокомментировал Баки для Стива. — Дотянулся. — Там так написали? — Нет, но тут не нужно гадать. Он несколько раз говорил, что суперсолдаты не должны существовать, Стив. И у него остался верный дворецкий Оезник, — Баки хмыкнул, оценив иронию. — Представляешь, у нас убийца — дворецкий! Стив тоже улыбнулся. — Как в лучших детективах. — О, да. Чем планируешь заняться, кстати? — Разберусь с бумагами и счетами. Росс сказал, нужно зайти и подписать, так что... — Ясно. Звони, как освободишься. Пройдёмся. Стив ткнул вилкой в омлет. Вроде бы даже с вернувшимся аппетитом и не думая о новостях, что было кстати. — Конечно, Бак. *** Джон Уокер чувствовал себя великолепно в новом костюме Агента США до тех пор, пока не прочитал новости. Слов жены: «Валентина сказала, это Земо», — хватило ему для того, чтобы отключиться от реальности, ощутить нечто близкое к панике, а потом, напрочь позабыв о супруге, убедить Баки встретиться. Джон выдохнул лишь уже в баре, усевшись на высокий стул и увидев входящего Баки, когда осознал, что тот действительно пришёл. — Баки, — привстал Джон, протянув руку. Остановившись перед ним, Баки помедлил секунду, но руку всё же пожал. Затем сел рядом. — Ты написал: «Вопрос жизни и смерти». Чьей? — Нашей с тобой, — взволнованно выпалил Джон. — Слушай, не знаю, в курсе ты или нет, но тех Разрушителей флагов, что мы заманили в ловушку, взорвали! Они не попали в тюрьму. — Я в курсе. — Знаешь, кто это сделал? — Догадываюсь, — хмуро кивнул Баки и заказал себе пива. Спохватившись, Джон тоже сделал заказ. — Есть подозрение, что это был Земо, Баки. Он дотянулся до них даже из Рафта. Ты не думаешь, что следующими станем мы? Мы же вроде последние с сывороткой в крови. Получив своё пиво, Баки сделал глоток, не торопясь отвечать. Глядя на это, Джон испытал смешанные чувства: от страха до безумной надежды не остаться с проблемой один на один. Было жутковато даже просто сидеть, не зная, с какой стороны прилетит смерть. — Нам нужно что-то делать. Ты знал Земо дольше меня. Как он действует? Что им движет? — Стремление не допустить того, чтобы суперсолдаты стали угрозой, — пожал плечами Баки. — Он винит сверхлюдей в гибели своей страны. Не выносит, когда они превращаются в террористов. — И за это он убил людей Карли... — продолжил мысль Джон, машинально поворачивая запотевший бокал с пивом между ладонями. — Кем он себя возомнил? — Судьёй. И сторожевым псом для тех, кто перешёл черту. Земо очень последователен в своей мести, Джон. Если не хочешь подорваться, как те ребята вчера, оставайся на правильной стороне. — Откуда мне знать, что я уже не стал угрозой для него? — спросил Джон, глядя Баки в глаза. — Ты всё ещё жив, — негромко ответил тот. Затем вернулся к выпивке, будто во всём мире не осталось ничего, кроме его бокала. Он вёл себя настолько уверенно и небрежно, что Джон, слегка задетый этим, тем не менее почувствовал, как немного отпускает страх, становится легче дышать. И да, он ведь и в самом деле всё ещё дышал. — Это что-то вроде договора? Между тобой и Земо? — уточнил Джон, глотнув пива. — Почти. Он знает, что я не хочу превращаться в Зимнего солдата снова. Я знаю, что он... где-то есть. — Не думал изменить это? — полюбопытствовал Джон. — Я имею в виду, мы оба знаем, что ты устроил ему побег из тюрьмы в Берлине. Так неужели не добрался б до его камеры в Рафте? — Не имею такой цели и тебе не советую. — Почему? Баки ответил долгим испытующим взглядом, потом допил своё пиво и со стуком поставил бокал. — У тебя не выйдет, Джон. В твоих же интересах, чтоб не вышло. — Он под твоей защитой? — Вопрос не в защите. Вопрос в том, что ты собрался делать с сывороткой в твоей крови. Ты ведь её принял сам. Там, в Риге, захотел стать таким, как я. Ради чего? Мести? Джон медленно покачал головой. — Нет. Нет, я... хотел иметь больше силы, чтобы делать правильные вещи. Чтобы защитить людей от таких, как Карли. Решать проблемы. — А сейчас? На тебе новый костюмчик, я вижу. — Да, это... — проследив за взглядом Баки, Джон осознал, что даже не переоделся в гражданское. — Я теперь Агент США. Снова в строю. Америке нужные герои. — Правое дело? — Правое дело. — Тогда тебе не за чем думать о Земо, ему интересны только те, кто сходит с пути. — Уверен? Баки серьёзно кивнул. Джон расслабился. Порадовался тому, что смог поговорить с человеком, разбирающимся в ситуации, и расплатился за выпивку для обоих. — Ещё увидимся? — Возможно, — спокойно ответил Баки. — До скорого. Хлопнув его по плечу, Джон вышел, ощущая вернувшуюся уверенность в себе. *** Дверь бара закрылась с глухим щелчком. Поразглядывав с минуту свой пустой бокал, Баки вполголоса спросил: — Надеюсь, вы передадите Земо всё, что услышали, Оезник? И повернул голову вправо. Сидящий на соседнем стуле седовласый старик в отглаженном костюме и накрахмаленных белых перчатках почтительно кивнул и заверил: — О, не беспокойтесь об этом, сержант Барнс. Барон узнает всё в деталях. — Уокер может рассчитывать на свой шанс? Вежливая улыбка пропала с лица Оезника, взгляд сделался жёстким. Не без усилий выдержав его, Баки в итоге увидел, как Оезник мягко коснулся кармана своего пиджака так, что обозначились контуры пистолета, а потом ровным голосом ответил: — Он всё ещё жив, — повисла пауза. — Всего доброго, сержант Барнс, — участливо пожелал Оезник и неторопливо вышел на улицу. Оставшись один, Баки с силой протёр ладонью лицо и запрокинул голову, испытав колоссальное облегчение. Час назад, получив эмоциональную просьбу о встрече от Джона Уокера, он имел лишь догадки о теме разговора. Но увидев дворецкого Земо всего в паре шагов от пришибленного Джона, не на шутку встревожился, постарался не выдать своей осведомлённости и одновременно навести собеседника на нужные мысли. К счастью, Джон не оказался идиотом и всё, что требовалось, произнёс — у Баки не было желания влезать в перестрелку и крушить мебель в такой мирный день. Да и пиво в баре подали приличное, не хотелось доставлять хозяевам проблем. Телефон просигналил о новом СМС. От Стива — он написал, что почти освободился, и Баки ответил кратко: «Иду». В конце концов, благодаря его небольшому вмешательству, где-то всё ещё ходил и дышал один Агент США, новый плюсик в колонке спасённых Джеймсом Барнсом людей, и Баки грело осознание того, что он в этом преуспел.