Сладости могут забрать твою душу

К скрипящей двери легко привыкнуть. Она всегда скрипит, когда соседская беспощадно хлопает, разнося по подъезду неприятное эхо. У кого-то уже на протяжении многих месяцев утро выдается не самое лучшее, раз весь гнев вымещается на несчастном куске металла. Стены, к сожалению, тонкие. К скрипящей двери легко привыкнуть, но, когда в семь утра раздается пронзительное «БАМ!», добрый по своей натуре Чон Хосок желает соседям смерти. Желательно самой страшной. Нелюбимая работа не стоит того, чтобы настолько сильно злиться так рано. Именно работа. Куда еще эти люди могут идти, когда Хосок топится в мягкой и теплой подушке? Прямиком в ад, разве что. Впрочем, однажды это прекращается. На часах уже восемь, Хосок ногой скидывает одеяло на пол, позволяя легкому осеннему сквозняку окутать сонное тело. Минималистичный настенный календарь сообщает, что сегодня среда. Неужели кто-то все же умер? Парень задумывается, но на помощь не спешит, прокручивая в голове разные возможные сценарии смерти соседей. Если их убили, то Чона наверняка придут о чем-нибудь спрашивать. Надо бы подготовить ответы, чтобы не выглядеть подозрительно или, что еще хуже, радостно. Обо всем этом он размышляет, конечно, не веря всерьез в смерть живущих за стенкой людей. Это было бы слишком жестоко. Хосок не такой. — Buon giorno caro (доброе утро, дорогой), — приветствие своего ноутбука является неотъемлемой частью рабочего процесса, потому что без этого все пойдет хуже некуда. Хосок не пробовал, но он чувствует. — Ora di lavorare (время работать). Сколько себя помнил, Хосок мечтал об удаленной работе, чтобы можно было самому строить свой график, не вылезать из постели до обеда и с презрением смотреть в окно на идущих на работу взрослых, попивая кофе и зевая в рукав своего халата. Халатом он к двадцати четырем так и не обзавелся, но в остальном устроился очень хорошо. Чон Хосок — переводчик видеоматериалов с итальянского на корейский и обратно, хотя последнее у него почти никогда не заказывают. Что удивительно. Впрочем, главное, что сбылась мечта. Окно прямо напротив, а рядом большая кружка кофе и булочка, которую парень купил еще вчера, но так и не набрался аппетита на нее. Мучного почему-то хочется утром. Он открывает блокнот и открывает файл с видеоконференцией, которую ему заказали. Длится она полтора часа. — Этот день будет долгим, — вздыхает Хосок уже на своем родном. — Приступим. Как и любой другой в истории человечества, этот день подошел к концу. Парень отправил перевод и тут же получил оплату. Такой способ заработка ему безумно нравился. Он чувствовал себя человеком, нашедшим какую-то лазейку, какое-то слепое пятно. С детства Чон слушал о том, как ужасна работа и как он будет страдать за копейки, занимаясь нелюбимым делом. А если найдет должность, связанную со своим хобби, то и хобби тоже возненавидит. Сейчас Хосоку кажется, что воспитывали его какие-то пессимисты. Либо люди, совсем не умеющие жить. Потому что парня все устраивало. В семь часов уже понемногу темнело. Чон не был приверженцем здорового образа жизни, но старался каждый день выходить на улицу хотя бы ненадолго. Дышать воздухом, разминать ноги. При его работе легко засесть дома на месяц и пользоваться доставкой продуктов, чтобы вообще не высовывать нос за порог. Поэтому своим решением пройтись по городу Хосок даже гордился. Деревьев в городе было много, они покрылись разноцветными пятнами, опадающими на аккуратно уложенную плитку. Натянув теплый свитер на водолазку, Чон аккуратно, что очень важно, закрыл за собой входную дверь, и уперся взглядом в ковыряющегося в замке соседей молодого парня. Он бы подумал, что тот совершает взлом, если бы не заметил в его руке ключ. Хосок никогда его не видел, но выглядел парень довольно беспомощно, у него никак не получалось повернуть ключ. Возможно, он поворачивал не в ту сторону. Незнакомец еще несколько секунд он повозился с замком, а потом выпрямился и расстроено вздохнул. Хосок решил поздороваться. — Привет, — он сунул руку в карман коричневых брюк, рассматривая спину парня. — Нужна помощь? Позади парня стоял большой чемодан. К родственникам приехал что ли? Если так, то Хосок ему не завидует. Тот обернулся и, увидев Чона, испуганно дернулся. Кажется, стоял парень слишком близко. — Оу, — Хосок поднял руки. — Я ничего не делаю, не бойся, — попытался оправдаться он. — Просто хотел предложить помощь. Кажется, ты крутишь не в ту сторону, — на вопросительный взгляд незнакомца Чон изобразил открытие двери, показав нужные движения. — Ты крутил не в ту сторону, вот ничего и не вышло. Двери непонятно как делают, я тоже долго привыкал. Просто попробуй иначе. Парень глянул на свой ключ и кивнул, снова повернувшись к двери. Замок поддался моментально. — Ты живешь здесь? — спросил Хосок, осторожно заглядывая в квартиру, оказавшуюся самой обыкновенной, без трупов или плакатов в поддержку хлопанья дверьми. — Надолго? Надеюсь, твои родственники отсюда уехали. Не пойми неправильно, но они жутко- Дверь закрылась. Аккуратно, почти бесшумно. С той стороны щелкнул замок, и Чон сделал вывод, что его новый сосед совершенно не дружелюбный, но хотя бы тихий. — Così ci siamo incontrati (вот и познакомились), — вздохнул Чон и одернул свитер. И все же в нем заиграл интерес. Не то чтобы Хосок сильно интересовался другими людьми, но и связи с миром не терял. Если люди, мучавшие его на протяжении полугода, куда-то бесследно исчезли, а на их место пришел симпатичный парень, блондин с отросшими корнями, то почему бы не поболтать с ним. Судя по недавней реакции, о дружеском разговоре думал только Хосок. Ну и ладно. Non proprio necessario (не очень-то нужно).