Я все отдам, чтобы приблизиться к твоим губам

— Лёша, — голос Арсения едва слышно отдаётся от стен. Сам он лежит на коленях Антона, сидящего на подоконнике, и то и дело перехватывает у него сигарету, чтобы затянуться, — его звали Лёша. Мне было семнадцать, ему — двадцать один. Он играл, а я влюбился. Предки говорили, что он совратил меня, но я не был против. А потом он сказал, что ему просто было интересно каково это. И ушёл. А потом разбился на машине вместе со своей девушкой после того, как нажрался наркоты. — Мне жаль, — тонкие длинные пальцы скользят по волосам, и Арсений жмурится. Давно не было так хорошо и спокойно. — Антон? — М? — Шастун вздрагивает — все ещё не может привыкнуть к голосу Арсения. Это его новый фетиш — низкий тягучий голос с соблазнительной хрипотцой. Блядское порно для ушей. — Я тебя, кажется, люблю. Внутри груди расползаются чернильные пятна, заполняя собой дыры. На гниющем подсознании чёткими отпечатками прорисовываются черты лица парня, который сейчас тянется за поцелуем и дарит такое тепло, на какое ни один алкоголь не способен. И Арсений отвечает, и отдаётся сам, и растворяется, позволяя крыльям трепетать. А потом, когда Антон засыпает, оглядывает комнату, с улыбкой останавливаясь на вещах Антона, берет кисть и замирает перед холстом. Он снова готов творить. Он снова счастлив жить. Он снова любит. Он снова летает.