Никогда.

***

      Какой-то звук отвлекает Руслана от его самобичевания. Кто-то зашёл в помещение.

«Бля, я чё дверь не закрыл?»

      Тушенцов уже слышит, как незваный гость спускается по небольшой лестнице, отделяющая подвальное помещение — логово — от шумной улицы. Нужно предпринимать какие-либо действия против существования незнакомца в этом помещении. Руслан, аккуратно сполз с барного стула и уже подошёл ближе к проходу, разделяющий коридор и само помещение. Но далеко он не ушёл, остановился около холодильника, так как незнакомец уже пришёл, куда так целенаправленно шагал.       — Ты? — Как выяснилось гостем стал Даня. Руслан нахмурил бровки, поджал губы, и как ни в чём не бывало плюхнулся на чёрный диван, чуть не ударившись головой о стену. — Что ты тут забыл? — Может это два глотка алкоголя так пробудили невозмутимость и самоотверженность в этой бедной головушке?       — Я хотел с тобой переговорить — Рыжий сделал два шага, и встал напротив своего друга. Бывшего друга.       — Ну давай — Руслан с таким холодом это произнёс, что Даня даже заволновался, по его спине пробежали мурашки, но он быстро собрался с мыслями. — И о чём же ты хотел поговорить? — Кашин рваным движением, наклонившись, упёрся руками по обе стороны от головы Руслана, и задерживая свой взгляд на карих глазах, что тут же округлились от происходящего.       — Что ты…?! — Продолжить свои возмущения Руслану не дали. Его губы, тут же накрыли чужие. Их первый поцелуй. Такой напористый и одновременно трепетный. Тушенцов начал грубо пихаться, выражая свой немой протест, из-за чего Рыжему пришлось отстраниться. — Сдурел? — Брюнет соскочил с дивана, на что Данил услужливо пропустил того, чтоб мог спокойно побеситься. Руслан отлетел к барной стойке, глотал воздух ртом, как рыба воду, хотел что-то сказать, но ничего не придумав хотел было сбежать. Это немного не соответствовало планам Дани, поэтому Тушенцова отдернули за руку, чтобы не дать этой истеричной Золушке сбежать. — Ты пьян? — Никаких других причин для посещения он не видел. Сейчас Руслан кажется протрезвел, его пробирал страх изнутри, начиная от грудной клетки, что сейчас жадно поглощала воздух, заканчивая холодными кончиками пальцев рук.       — Да, я пьян… — На полном серьезе, с каменным выражением лица и блестящими глазами произнёс в ответ Данила на вопрос Руслана.       — И чем же ты так сильно нахуярился, что аж полез ко мне? — Грубо спросил Тушенцов, не ожидая какого-либо ответа на свой вопрос.       — Любовью. — Кашин отпустил запястье друга.       — Чт-… — Руслан облокотился на барную стойку, не понимая что сейчас происходит, и что дальше. А Рыжий в свою очередь времени терять не стал. Он снова приблизился к брюнету, заглядывая в его большие потерянные глаза, с надеждой увидеть в них нечто большее, чем простая ошарашенность ситуацией. Дане хотелось видеть тепло, то огромное тепло, что он когда-то по глупости потушил.       Кадык Руслана дёрнулся, сглатывая вязкую слюну, что заполняла весь его рот. Большая ладонь Дани мягко легла на впалые скулы вейпера и поглаживающим движением перешла к подбородку, приподнимая его чуть выше, заставляя Тушенцова нуждаться в опоре. Руслан полностью перенёс свой вес на стойку, лишь бы не падать от волны воскреснувших чувств и мурашек, пробежавших от челюстей по шее, заканчивая свой путь на груди. Томный и одновременно ласковый поцелуй объединил их тела, затем и души. Они полностью друг другу открылись, ничего более не боясь.

Желание.

      Руки шально разгуливали по телу, изучая каждый сантиметр, разгоняя табор мурашек по спинам. Параллельно тому, как Даня осыпал шею Руслана поцелуями, брюнет захлёбывался пьянящим запахом рыжих волос и забывался. Страсть разгоралась всё сильней, ей не было границ. Рассудок покидал ребят на долго, и думать о последствиях очень не хотелось. Хотелось только одного.

Жадность.

      Слетела кофта и вторая. Неприятный холод, окутавший тела, не успел завладеть вниманием парней. Жар — от близости, от прикосновений, от шумного дыхания. Они согревают друг друга. Это, как слияние опасных химических веществ, вызывающие разгорание и взрыв. Цепочка мокрых поцелуев, сменялась на укусы, когда сползала всё ниже и ниже. Сбившееся дыхание не отвлекало, не отталкивало, а только больше подначивало и возбуждало до головокружения и стука в висках. Руки с талии плавно спускались к бёдрам…

Ожидание.

«Что, почему ты остановился…? »

«Я сделал что-то не так…? »

«Он не хочет делать этого сейчас…? »

«…? »

      Напряжение уже давненько забралось и теснилось в штанах у этих парней. Ожидание убивает. Кашин томно, выжидающе и будто играючи, взглянул на своего сильно-обожаемого друга, кажется, даже выискивая разрешения на совершения чего-то столь безумного для них двоих, чего они ещё никогда не пробовали в своей жизни. Данила резко, без предупреждения спустил узкие джинсы вместе с трусами, из-за чего это немного перепугало юного Руслана. Рыжий уже облизывался, глядя на чужой член, от чего Тушенцова осенило, его рот невольно приоткрылся, глаза округлились, а лицо тут же сменило несколько оттенков начиная от бледно трупного заканчивая чуть ли не пунцово красным цветом.

«Чт-что?!»

      Даня обхватил член рукой, слегка сдавливая, и высунув полностью язык он провёл им от самого основания до конца. Он поднял глаза, на его лице проскочила самая довольная ухмылка, ведь то, как наблюдал Руслан, какого цвета было его лицо, а его сбившееся дыхание… Всё это давало понять самую простую вещь в мире, они движутся в правильном направлении. Кашин притормозил, оставил минет на сладкое, на потом. Сейчас же он мучительно наяривает (золотой — как думал сейчас Руслан), рукой и разглядывал с низу своего друга, каждый раз усмехаясь, когда слышал резкие недо-стоны сверху.

«Это так смущает…»

      Данила устроил своему партнёру настоящие американские горки, то ускоряя, то замедляя темп. Глаза Руслана невольно закатывались от удовольствия. Барная стойка всё также верно служила опорой для парня. Ещё пару движений по члену, вверх, вниз, и Руслан резко прогнулся, чувствуя неприятную боль в позвоночнике, буд-то ещё чуть-чуть и все позвонки, начиная с центра, по цепочке лопнут в дребезги. Брюнет стал задыхаться, Кашин вошёл во вкус и забылся.       — Я-я сейчас…! — Через силу вымолвил Руслан, опрокидывая голову назад, ударяется ей о столешницу. На лице у Дани тут же появилось выражение лица, так и говорящее это неловкое «— Упс!». Рыжий остановился, и сжал руку у основания набухшего органа, но не до болезненных ощущений, создавая ещё большее напряжение и не давая раскрасневшемуся парню кончить. Сверху прозвучало недовольное мычание. Главный искуситель направил взгляд выше, ожидая, когда ему ответят взглядом в ответ.

«Зачем ты меня мучаешь?»

      Немного отдышавшись, Тушенцов поднял голову, и вопросительно молящим взглядом посмотрел вниз на своего рыжего суккуба. Даня поднялся и не успев что-либо самостоятельно предпринять, Руслан тут же начал самый влажный поцелуй. Их языки переплетались, изучали друг-друга и никто уже ничего не стеснялся. Вот она, долгожданная расслабленность и раскованность свободы действий.

Возбуждение.

«Сделай уже то, что задумано!»

      Даня резко прервав поцелуй позволил себе немного грубости. Он резко схватил брюнета за бёдра и перевернул его к себе спиной. Такими же рваными движениями Руслана нагнули, но тут же в качестве извинений, в виде ласки, выцеловывали каждый позвонок по очереди, спускаясь всё ниже и ниже. Вейпер, казалось, частичкой своей души уже понимал, к чему идёт дело, и что с ним не будут так хорошо сдерживаться в порыве страсти. Всё будет, куда грубее, чем хотелось бы. Но, как считал Руслан, оно в любом случае будет стоить того, поэтому он старался расслабиться на столько хорошо, как только он мог себе позволить. Первый палец вошёл легко, к удивлению двоих, ведь себе они такого даже представить не могли. Даня даже мельком задумался и кажется даже в этих думах забралась ревность, точно ли у Руси это в первый раз? Что время зря терять, рыжий сразу ввёл и второй. Приглушенный стон приласкал ушные раковины Дани в роли дирижера (в неком смысле). Руслану резко стало стыдно, но он старался изо всех сил это перебороть, и послушно подставлял свой зад. Третий палец. Новый стон. Ох, ну и сильно же будет завтра болеть спина Брюнета. Но это будет завтра. Сейчас никто об этом старается не думать. Они оба наслаждаться друг-другом. Собственническое чувство охватило юного Данила. Убедившись до конца в хорошей подготовке своего партнёра, он убрал пальцы и схватился за бёдра друга, после беспощадно, дважды отшлёпав. Руслан в изнеможении облокотился грудью на столешницу и оттопырив зад он посмотрел через плечо на Кашина.       — Пожалуйста. — Вот оно, слово убивающее остатки трезвого рассудка. Данил тут же достал из кармана своих штанов презерватив. Он был готов к сексу заранее, но он почему то не озаботился приобрести смазку. Рыжий сразу снял с себя штаны, ох, как давно он об этом мечтал, надел свой мобильный костюм (это гандон) и мысленно себе пообещал, следующий раз будет точно со смазкой. Так как рассудок и вся сдержанность был уже давно растеряна, Данил долго не думал, он вошёл.       — АХ! — Стон. Оглушающий стон. Глаза обоих стремились прокрутиться вокруг своей оси. Пару секунд и Руслан привык, почувствовав это, Данил продолжил движение. Невнятное бурчание, вздохи, стоны и жёсткие удары кожи о кожу, всё смешалось в эту похотливую симфонию. Это мгновение хотелось продлить, как можно дольше. Движения стали чаще, сдерживаться стало всё труднее и трудней. И вот член проехался по той самой точке, заставляя Руслана чуть ли не кричать и сильнее сжаться, что на время остановило Данила.       — А! — Ещё раз. Боль на шее. Данил жаждал этого, как никогда раньше. Он вцепился в тонкую кожу Руси, как самый голодный вампир. Они оба уже стали сбиваться с ритма. Пара секунд. Разрядка. Первым кончил Даня, следом за ним и его сердечный друг.       Холодный пол и замученная барная стойка, последние, кто удерживает развалившихся ребят. Шумное дыхание сходит на нет. И Даня всё же начинает диалог, как изначально и планировал.       — Я хотел сказать, что не могу без тебя… — Голова Руслана упала на плечо Данила.       — Ты больше не уйдёшь?       — Никогда.

***