Ногти цвета моей первой любви

Антон мирно лежал в постели, где-то глубоко внутри себя мысленно наслаждаясь этим моментом тишины и покоя в доме. На улице завывал холодный таёжный ветер, дом стонал под его напором. Хоть домишка и был старый, но он как-то по-домашнему грел и оберегал от суровой погоды. Из-за этого создавалась уютная, домашняя атмосфера, и казалось, что эту гармонию невозможно ничем нарушить. Но знакомый звук будильника заставил блондина открыть глаза. Пару секунд он продолжал лежать, уткнувшись лицом в подушку, потому что просыпаться и собираться не было абсолютно никакого желания. Но нельзя было подолгу валяться, а то так и проспать можно. Хоть Антону и было шестнадцать, он всё равно оставался «почти» приличным мальчиком. Старался учиться на отлично, всегда посещал все уроки и даже оставался на дополнительные занятия. Насчёт внешкольной жизни — он даже ни разу не притрагивался к алкоголю, чего нельзя было сказать о сигаретах. Конечно, он не курил на постоянной основе, но пробовал. Можно сослаться на подростковый интерес, не более. Петров протянул руку к прикроватной тумбочке, чтобы выключить этот ненавистный будильник. Наконец избавившись от раздражающего звука, он смог вздохнуть с облегчением. Не убирая руку далеко от тумбочки, парень включил небольшую лампу и взял очки. Не мешкая, Антон нацепил их и потянулся, стараясь отогнать остатки сна. Наконец-то, более-менее проснувшись, он спустил ноги с кровати, ища наощупь тапочки. Спустя некоторое время он нащупывал их краем ноги, пододвинул поближе и через большое нежелание встал. Тут же тело обдало холодным воздухом и Антоша недовольно поморщился, потирая ладонями предплечья, чтобы отогнать холод. Когда организм кое-как привык к окружающей среде, вечно мёрзнущий мальчик решил заправить постель, чтобы она не манила его своим наиприятнейшим теплом. Тут его взгляд упал на колючий, немного потрёпанный плед. Поразмыслив, парень накинул его себе на плечи и продолжил застилать постель. Как только постель была застелена, Антон быстренько собрал рюкзак со всеми нужными учебниками на сегодня и так же быстро надел школьную форму и вышел из комнаты. Он старался делать всё максимально тихо, чтобы не разбудить ни Олю, ни родителей. Со всей осторожностью блондин спустился вниз и заглянул на кухню. Протянув руку к выключателю, он остановился, подумав: «А зачем лишний раз свет включать? Разбужу кого-нибудь из родителей, заставят завтракать нормально, а мне это нафиг не надо». Убрав руку от выключателя, парень заметил небольшой свёрток на столе. «Наверное, кто-то из родителей оставил» — подумал он. Подойдя к нему и развернув кулёк, парень убедился в своих догадках: в бумаге были завёрнуты бутерброды с колбасой, а рядом лежала записка. «Антон, мама приболела, я не нашёл некоторых лекарств в аптечке, поэтому уехал в город. Пожалуйста, когда вернёшься из школы, помогай маме, как можешь. И я оставил кулёк с бутербродами, так что не сиди голодным с утра. — Папа» — Заболела значит… Хорошо вчера в гости сходили, видимо, — сказал парень и закинул свёрток с бутербродами в портфель. Завтракать не было особого желания, но хотелось попить горячего чая. По-быстрому заварив кружечку чёрного, Антон уселся за стол и начал рассматривать узоры на окне. Присмотревшись получше, в узорах начали вырисовываться маленькие сюжеты. Вот стоит волшебный домик, а позади расположился гремучий лес. А если смотреть чуть ниже — можно заметить замёрзший ручей в сугробах. Такие сюжеты можно было искать и распознавать хоть до вечера, но чашка незаметно для парня опустела. Встав из-за стола, он поставил чашку в раковину и направился в прихожую. Надев тёплую зимнюю куртку Антон начал завязывать ботинки и заметил, что забыл стереть ногти. — Блять! — выругался он. Парень, забив на ботинки, начал думать, что делать с этой незапланированной проблемой. Поразмыслив, он начал искать жидкость для снятия лака, но её, как назло, не было ни в ванной, ни на туалетном столике. Пока блондин метался по дому, он, конечно же, не следил за временем. Зайдя на кухню, Антон кинул взгляд на часы — «7:45». Если бы он продолжал искать жидкость для снятия лака, то опоздал бы на 1 урок. А первым уроком была алгебра, при этом ещё и контрольная. Блондин никак не мог пропустить контрольную работу и поэтому ему пришлось принять радикальное решение и пойти с накрашенными ногтями в школу. Он понимал, что массового буллинга ему не избежать. Глубоко вздохнув, парень на скорую руку оделся и вышел на крыльцо дома. На улице стоял колкий мороз, от перепада температур очки запотели. Недовольно побурчав по этому поводу, Антон закрыл дверь и быстрым шагом направился в сторону посёлка. Его окружал мрачный тёмный лес, который когда-то в детстве его пугал. Парню виделись страшные силуэты в тенях деревьев, но сейчас он уже привык и ходил через него без всякого страха. Теперь его пугало лишь то, что у него накрашенные ногти и что прийдется весь день как-то это скрывать. Потому что не дай бог это увидит Смирнова. Если староста видит то, из чего можно раздуть дурной слух, она не упустит такой прекрасной возможности. Но было ещё кое-что страшнее, чем Катя… И это был Бабурин. Ведь, как выяснилось, «педиков» он терпеть не мог. И неважно, являешься ты им или нет, одно сходство с такими (по его представлению) и считай, что ты сам подписал себе смертный приговор. Он со своей новой бандой в крысу мог избить любого до полусмерти. И как-то спастись от Семёна было почти невозможно. От мыслей о Бабурине и избиении до полусмерти у Антона встал ком в горле. Парень остановился ненадолго подышать воздухом, чтобы успокоить самого себя. Спустя пару минут, с новыми силами он двинулся в сторону школы. До урока оставалось 7 минут, вдалеке красовалось до боли знакомое серое здание. С каждым шагом в сторону школы хотелось забить на всё и развернуться домой, но внутренний голос «хорошего мальчика» говорил: «Иди и учись, несмотря ни на что». И вот парень стоял перед входом в это мерзкое старое здание. От накатившего страха сердце забилось в ускоренном ритме, но блондин взял себя в руки и неуверенно вошёл в школу, пряча руки в карманах. Пока всё шло довольно гладко. В раздевалке на него никто не обращал внимания, так как у каждого свои дела и никому не было интересно рассматривать людей вокруг себя. Переодевшись, парень вновь сунул руки в карманы штанов и направился к расписанию, чтобы узнать, в каком кабинете будет алгебра. Но тут прозвенел звонок на урок и Антон, едва успев узнать кабинет, поспешил на урок, молясь внутри себя, чтобы никто не заметил этих несчастных красных ногтей. Зайдя в класс, ему стало как-то легче на душе. Ни Смирновой, ни Бабурина не было в классе, а это значит, что один урок он может не волноваться о своей сохранности. На парте уже лежал листок с контрольной работой. Петров был уверен в себе и начал усердно писать в тетради примеры. *Спустя 45 минут* Сдав тетрадь, парень вышел из кабинета, направляясь в столовую, так как большая перемена стояла сразу после первого урока. И на большой перемене у каждого были свои дела: первоклашки играли в догонялки, старшеклассники курили на крыльце школы, наплевав на школьные правила. Кто-то повторял уроки, кто-то рассказывал друзьям увлекательную историю, а кто-то, как и Антон, направлялся в столовую. Купив себе стакан чая, парень уселся в угол столовой, подальше от всех остальных и достал кулёк с бутербродами. Позавтракав, он направился к кабинету биологии. Но, позабыв о ногтях, шёл как ни в чем не бывало, высунув руки из карманов. И тут же об этом пожалел, услышав знакомый омерзительный голос. Волна страха нахлынула на парня с новой силой. Он быстро спрятал руки в карманы и в порыве страха ускорил шаг, но тут блондина останавила рука, мощно схватившая его за плечо. — А ну-ка стоять, мудила, — сказал, явно не из хороших побуждений, Семён…