Император

Мысли Натаниэля улетали далеко и заставляли представлять лезвие и огонь на своём теле. Он поначалу даже не заметил, что отец отчего-то пошатнулся сильнее ожидаемого и засадил нож куда глубже, чем мог для начала пытки. С губ Младшего сорвалось пара стонов, а дальше крик после осознания произошедшего. Больно. Кровь уже потекла, причём обильно и быстро. Отец в последний момент вытащил нож, доставив этим ещё больше неприятностей Нилу. Подлец спрятался за какой-то из столбов подвала. Грады пуль поразили тела свиты Мясника, а сам Натаниэль только и смог, что отползти к стене, куда пальба не могла спокойно достать. Постепенно звуки стихли. На фоне этого у Нила в ушах постепенно появился шум, а затем и до боли знакомый, окрашенный испугом голос Стюарда Хэтфорда, приставившего пистолет к виску своего шурина. Натану уже успели прострелить колено, отчего тому оставалось лишь сидеть, ожидая своей участи, да стонать в унисон с истекающим кровью сыном. — Натаниэль? — в глазах британца застыл ужас, отчего внутри Младшего появилось ощущение, что дядя сейчас видит Мэри в нём. Раненую, загнанную в угол и истекающую кровью сестру. Стюарду ещё никто не успел донести о смерти сестры, а сам Нил не знал, сможет ли вымолвить хоть какие-то слова через жалкие пару минут чужого промедления. Кровь растеклась по полу слишком далеко, теряя возможность питать собою надежды. — Ублюдок! — Хэтфорд грозно и испуганно рявкнул на Мясника. Тот лишь истерично оглядывался, постепенно понимая, в каком положении находится. В незавидном. Море пушек направлены прямо на него, а пистолет бриташки больно ударялся о висок, заставляя сдавленно шипеть. — Это вы виноваты! — Натан взглянул вверх в поисках глаз Стюарда. — Вы прервали меня! А ведь он не лукавил в своих оправданиях. Лишь благодаря облаве Натаниэль иссякает на глазах. Хотя… всё ли можно сваливать на ситуацию? Внутри Нилу казалось, что нет. Отец бы всё равно лишил его жизни… А сейчас он голосит только об упущенной возможности поиздеваться над ненавистным беглецом.

***

Ичиро боялся, что что-то не так, что совсем близко с его Нилом происходит плохое. Оставалось надеяться лишь на то, что такое ему только кажется. Не хотелось, очень сильно не хотелось лишаться такой хорошей пешки. Не хотелось лишаться того, кто зажигает внутри необъяснимый огонь, идею. Мысли путались, мешались. Ощущения тоже кружились в непонятном водовороте. Циничность сталкивалась с безразмерной любовью, а предвзятость наглым образом старалась побороть заботливую одержимость к этому маленькому рыжему беглецу. У Мориямы не было даже мысли о том, что все эти хорошие чувства в отношении непонятного наглеца — лишь наваждение. Он не представлял ситуации, которая могла бы их развеять. Он мчался на встречу к неизвестному концу погони.

***

— Чёрт… — Хэтфорду была понятна развязка ситуации. До боли понятна, но мириться с подобным не хотелось. Он повернулся к своим парням и сказал: — Берите его, — британец кивнул на племянника, — а с этим ублюдком я сам разберусь, — рука Стюарда крепче взялась за оружие, и оставалось только лишь нажать на курок, но… — Не прикасайтесь, — твёрдый тон и приятный голос гулом отозвались в ушах угасающего Натаниэля, которого только и успели, что аккуратно поднять на руки, а все присутствующие обратили внимание на высокую фигуру в чёрно-красном костюме. На лице Натана появилось более отчаянное выражение, чем до этого. Поначалу ему показалось уместным пропустить слабую ухмылку, празднуя спасение более сильной фигурой на шахматной доске, но нет. Король всё слышал. И он зол. Мясник тихо заскулил, как бешеная собака, загнанная в угол. По подвалу раздавался стук небольших каблуков мужских туфель. Их обладатель внешне выглядел гордо, но измученно. Он правда искал Натаниэля или же Нила… В его голове сейчас всё путалось. Раньше его не трогали подобные исходы многих бандитских встреч, как в фильмах, так и в жизни, но сейчас… Кровью истекал не какой-то расфуфыренный актёр, а его кукла. Игрушка, которую он так хотел беречь и не отпускать от себя. Сердце сжимало в своих тисках какое-то непонятное чувство. Заставляющее тело то гореть, то дрожать от несуществующего холода. Припозднившийся Морияма принялся доставать что-то из кармана, отчего многие заволновались. Тем самым немногим становился Нил, уже готовый закрыть глаза и наконец уснуть. Тогда его уже ничего не будет беспокоить. Это будет единственный его спокойный сон. Ичиро, как многие и боялись, достал из кармана какой-то старый револьвер, который приставил к виску Натана Веснински. Тот попытался извернуться, но не преуспел в этом. Две пули пронзили его череп, а телу лишь оставалось, что упасть на пол, издав последний хрип. Тихий вздох — и Стюард срывается с места, подбегая к бледному племяннику. Слёзы на лице Натаниэля всё никак не останавливались. Он продолжал плакать, но уже не от боли. Хэтфорд понял, что вот-вот наступит конец. Натаниэль принялся шептать, пока Дядя старался не проявлять паники. Британец прислушался, подойдя ближе. — Поищи её… — он правда старался хоть что-то сообщить, пока время не истекло, — в песках Калифорнии. Она осталась, — прерывистый вдох снова слетел с уст Младшего, — там… — Хэтфорд прислонился лбом ко лбу племянника, после чего откуда-то со стороны раздался цокающий звук. — Спасибо, милый, — Натаниэль кивнул, — ты хочешь спать? — Нил вновь сделал кивок, — Тогда спи… Мальчишка прикрыл глаза, а в подвал спустились люди с носилками. Стюард не смог держаться. Когда грубые руки наследника оттолкнули того, то присутствующим открылось лицо Хэтфрда со следами слез. Он, кажется, снова потерял родного человека. Медбратья стали проводить все операции над телом, которые могла позволить им ситуация. Но, как оказалось, она ничего не собиралась им позволять. Пульс не прослеживался, кровь уже текла медленнее. Они зафиксировали дату и время смерти. Ичиро охватила паника. Он, старавшийся сохранять всё это время жестокое спокойствие, присел рядом и несколько раз ударил остывающего Ната по щекам. Хэтфорд пытался что-то возразить, но его заткнули. Несмотря на все старания «Императора», Нил не очнулся. Глаза не уследили. Игрушка сломалась.

***

Одержимость. Это что-то странное, навеянное чем-то внутри. Ичиро чего-то не доставало. «Это что-то, — подумал Ичиро, — можно заменить на ничего непонимающего беглеца». Он попытался. У него получилось. Ему стала небезразлична судьба младшего, но… Это перестало быть таковым, когда тот умер. Игрушка со сломанным моторчиком предала его ожидания.