Эпилог
9 января 2022 г., 13:21
В темном помещение отдельной пятой палаты находились двое человек, которые приходились друг другу словно братья, с самого рождения проведшие время вместе. Фактически так и было. Они не могли обходиться друг без друга. Будь то садик, где они впервые встретились; одна и та же школа; любые соревнования или кружки – они всегда были вместе. И каждый из них боялся потерять другого, боялся, что их пути разойдутся, и они больше не смогут понимать друг друга.
Рыжеволосый Элияр, который за время, проведенное в коме, знатно похудел и побледнел, лежал на койке и сжимал руку друга. Синдер все так же спал рядом, на стуле. На плечах была накинута темно-зеленая куртка с легким пуховиком, а под ней виднелась его любимая футболка с изображением головы робота. Насколько Элияр помнил, он эту футболку уже года три носит – так она ему полюбилась. Рядом раздавался звук его собственного пульса, а также спокойное посапывание Синдера. Присмотревшись к лицу друга, Элияр заметил слюни, стекающие с приоткрытого рта.
«Ну точно ребенок» — промелькнуло в голове Элияра. Он улыбнулся забавному виду Синдера. Видеть родного друга, вместо надменной и паршивой копии в его сознании, было так прекрасно, что Элияр все же не выдержал и заплакал. Слезы потихоньку текли по его щекам, а он продолжал улыбаться. Разумеется, будить Синдера не хотелось, но увидеть реакцию друга и просто поговорить с ним хотелось гораздо сильнее. Ничего, успеет он отоспаться. К тому же самому Элияру спать совсем не хотелось.
— Синдер, – тихо позвал Элияр, но сразу же закашлялся из-за хриплого голоса. Пытаясь подавить кашель, он взял подушку и стал заглушать звук в ней. Не хватало еще, чтобы врачи пришли на шум и начали приставать с разными вопросами. Но Синдера это еще как разбудило. Он выпрямился и начал в недоуменной сонливости глядеть на Элияра. Пока осознание, что происходит приходило к парню, Элияр успел успокоиться и отдышаться. Правда теперь горло болело, но сейчас это не важно. Как только Синдер понял кто перед ним, его глаза заблестели, широко открывшись. Даже в темноте они ярко сияли и отражали в себе голубое летнее небо.
— Элияр! – прикрикнув, бросился обнимать друга Синдер. Крепко его сжимая в объятиях, он сказал: — Я так скучал!
От этих нескольких слов и глупых объятий, сердце Элияра болезненно сжималось, и он понимал, что тоже жутко соскучился по настоящему другу. Такому родному и близкому другу. Элияр похлопал по спинке Синдера, так же обняв, и прошептал:
— Тшш, давай потише, дружище, — предупредил и улыбнулся Элияр, прижимая к себе Синдера. Обнимая его, он чувствовал спокойствие. В конце концов, он теперь знает, что Синдер в безопасности. Он тут, рядом. Лже-Синдер просто блефовал, говоря, что настоящий Синдер мертв. А по сути, он и не мог знать, жив тот или нет, ибо сам Элияр не знал этого. Но это уже не важно, важно то, что сейчас он вместе с ним. — Я тоже очень соскучился.
— Ты так долго не просыпался, — говорил встревоженным и слегка дрожащим голосом Синдер, все еще сжимая друга в объятиях. Но все-таки ему пришлось отстраниться, отставляя холодное расстояние между ними. Однако, Элияр все еще ощущал тепло на теле. Как же он хотел подольше побыть в объятиях Синдера. — Я каждый день к тебе приходил, а ты все спишь и спишь. А позавчера ты начал барахтаться, как сумасшедший, вот я и остался сегодня тут. Мало ли что случится. Ах, да, навещать тебя могут только родственники, так что я сказал врачам, что я твой брат. Как здорово получилось, что именно сегодня ты проснулся, как раз в мою смену, хех!
— Я тоже рад, — тихим голосом сказал Элияр и ненадолго задумался. — Расскажешь, что случилось, пока меня не было?
— Да-да, обязательно, мне же столько нужно тебе рассказать! – взмахнул руками Синдер, заерзав на стуле. Видимо он волновался от счастья и переизбытка чувств, такое с ним иногда бывало. Да и все же он не мог ни с кем поговорить, пока тот был в коме. Сколько же Элияр проспал? — Фух, так. С чего же начать?
Элияр удобнее устроился на кровати, взяв подушку в руки, пока Синдер молчал и раздумывал о том, что происходило раньше. Через пару минут он, наконец, начал свой рассказ. Говорил парень более спокойно, видимо энергия в нем поутихла. Пока что. Если коротко, опуская отдельные детали, возгласы, возражения и раздражения Синдера, то вот как все было: В Синдера правда попала стрела, чудом не задев сердце. После того, как его госпитализировали, он потерял сознание от шока, а пришел в себя уже с вытащенной стрелой. Всё, что от неё осталось – швы на груди, да конфискованные обломки для следствия.
Примерно в то же время, пока Синдер находился без сознания, Элияр впал в кому. Через какое-то время, после пробуждения, Синдеру сообщили об этом.
— Ты даже не представляешь, как я испугался! – взмахнул руками Синдер. – Готов был тотчас сбежать из больницы, но меня, естественно не выпустили. Родители потом так на меня накричали, ух-х, – поникнув, на его лице промелькнула хмурость.
— Ну уж извини, дружище, – слегка улыбнулся Элияр. Он чувствовал легкую вину за то, что Синдер так беспокоился о нем, но в то же время ему было приятно. Это лишний раз доказывало, что он важен другу.
— А еще позже я узнал, что кома случилась из-за морального истощения и перенапряжения, – пропустил мимо ушей слова друга Синдер, внимательно смотря на того. — Но ты, Элияр, должен лучше знать, не правда ли?
— А… ну да, – он отвел взгляд. Теперь предстояло ему вести рассказ. Волнение сковывало легкие, не давая подбирать слова. Несколько раз Элияр неуверенно начинал с «ну-у», «в общем», «короче», «эм-м» и другими подобными словами, роясь в своей голове, пока твердо не решил покончить с этим здесь и сейчас. Если он не сделает это, то будет только хуже. — Помнишь, как ты сказал, что любишь меня?
Медленно, не спеша, Элияр рассказал ему всё, вплоть до самых незначительных мелочей. О том, что он чувствовал после признания друга, о том, как волновался после случая со стрелой и, конечно же, о том, что происходило в его голове, пока он находился без сознания. Синдер внимательно слушал, не перебивая, иногда на его лице выражалось удивление, сомнение, вина, а на некоторых моментах он и вовсе тихо хихикал, но чему, Элияр понятия не имел.
— Эх, Элияр-Элияр, – после окончания рассказа, вздохнул Синдер. Вовсе не разочарованно, а наигранно, ведь уголки его губ были подняты вверх. – Знаешь, меня даже удивило не то, что происходило в твоей коме, а то, что ты полная глухомань.
— Чего? – переспросил Элияр, удивленно раскрыв глаза, совершенно не понимая, о чем говорит Синдер.
— Думаю, твоя внутренняя часть, ну та, которая была в виде меня, была в каком-то смысле права, – изрек Синдер, потирая рукой лоб. – По-моему ты просто отключился в тот день, ушел в себя и даже не дослушал меня. А я-то думал, чего ты так поспешил к себе домой. Идиот ты, Элияр.
— Да-да, знаю я, – слегка раздраженно бросил Элияр, смотря в сторону и сжав в объятиях подушку. – Всякое бывает.
— Ну я же не по злому, — наклонил голову Синдер, — и вовсе не виню тебя. Просто я думаю, что ты правда не дослушал меня. Вот ты помнишь, что я сказал после «признания»? – он сделал в воздухе кавычки и, затем скрестил руки на груди.
— Эм-м, да вроде нет, — неуверенно ответил Элияр. — А что ты сказал?
— Ну… я сказал, что люблю тебя, а потом через минуту добавил, что люблю как брата, что ты мне как брат-близнец, которого у меня никогда не было, — проговорил Синдер и тихо закашлялся, чувствуя смущение. Выражать свои чувства близкому человеку непросто, но он смог найти смелость внутри себя. Во второй раз было легче, да и это же Элияр. Он ни за что его не осудит, разве что в шутку упрекнет. Так что Синдер был спокоен, в отличие от Элияра, у которого в голове была полная каша.
— О боже… – осознание сказанных Синдером слов потихоньку приходило к нему, – ты прав, я идиот.
Элияр спрятал лицо в подушку и откинулся на кровать. Хотелось раствориться и исчезнуть от стыда. Всё это время какая-то его часть подсказывала правду, но он боялся в нее поверить и поэтому начисто отрицал. И теперь посмотрите, во что это вылилось! Стрела, кома, недопонимание – во всём этом был виноват он, Элияр. Это он заварил кашу, которую расхлебывать пришлось именно ему. Пряча лицо в подушке, он думал о том, как хотел бы вернуться назад и всё исправить. Разумеется, бесполезно о таком думать, но он ничего не мог с собой поделать.
Синдер не мог сдержать смешок, наблюдая за другом, который всеми силами зарывался в подушку.
— И чего ты там ржешь? – буркнул Элияр, всё так же не смея взглянуть в глаза друга.
— Да ничего, – отмахнулся темноволосый, улыбаясь. – Просто забавно наблюдать за тобой.
— Ага, забавно, как же, – холодно сказал Элияр. Приоткрыв глаза, он больше не прятался, а только обнимал мягкую подушку и закрывал половину лица. – Ему забавно, а я тут сгораю от тупости самого себя.
— Да не парься ты так, – легко бросил Синдер, снимая свою куртку и вешая на стул. Из рюкзака, который всё это время лежал рядом с койкой, он достал бутылку воды и отпил немного. На слова друга Элияр только тяжело вздохнул и снова уткнулся в подушку. Смотря на него, Синдер покачал головой. – Я серьезно, дружище. Ну чего ты зря переживаешь? Разве не хватило страданий в коме? Все будет как обычно, не переживай. Это были просто слова, я даже не знаю зачем их сказал, просто подумал, что никогда такого не говорил, а надо бы. В общем, все будет хорошо, приятель, – и широко улыбнулся. Взглянув на него, эту родную улыбку, у Элияра на душе сразу потеплело. Что ж, ладно, он поверит ему сейчас, а потом посмотрит, как они будут вести себя друг с другом.
— Ладно-ладно, – с наигранным недовольством сказал Элияр, но сразу же улыбнулся. На что Синдер ещё шире улыбнулся. Вспомнив кое о чём, Элияр нахмурился и произнес серьезным тоном: – Слушай, Синдер, а сколько я спал?
— Оу, – опешил Синдер и задумался. – Так-так, получается где-то почти два месяца, я бы даже сказал полтора.
— Ого, – удивился рыжеволосый и уставился в одну точку. Он и представить не мог, что потерял почти два месяца жизни. Но по сути, он жил всё это время в своём мирке, пусть и абсолютно нереальным, но он не был настолько ужасным. – Так получается сейчас уже ноябрь?
— Ну… – протянул Синдер, – почти. Завтра тридцать первое октября, то есть Хэллоуин. И чтоб ты знал, у меня теперь есть большие планы на этот день.
— Ну знаешь ли, вряд ли меня выпишут прямо завтра, – сказал Элияр, пожав плечами.
— Не будем терять надежды, – улыбнулся Синдер. – А даже если не выпишут, то это не остановит меня!
— Так, вижу хищные глаза. Кое-кто что-то замышляет, – сузил глаза рыжеволосый.
— Даже не спрашивай. Я все равно ничего не скажу, – с весельем проговорил Синдер. Он мысленно воздвигнул стену, показывая этим, что ни за что не расскажет свой план. И Элияр это понимал.
— Окей, приятель, тогда я просто терпеливо дождусь, – улыбнулся в ответ Элияр. – Слушай, меня интересует ещё один вопрос: помнишь ты упоминал какое-то следствие? Это на тех работников?
— Ну да, – подтвердил кивком Синдер. – Их курсы точно прикроют, а того, кто у них главный, как минимум, оштрафуют, если уже этого не сделали.
— Вот и правильно. Какой недоумок придумал использовать настоящие острые наконечники стрел на курсах, вместо, не знаю, пластиковых? – с упреком сказал Элияр и взмахнул кистями рук. – Знал бы ты, как я ругался на них после того, как тебя увезли.
— Насчет этого я даже не сомневаюсь, – хихикнул Синдер. – Ты всегда ругаешься, когда злишься. До сих пор помню, как ты обругал воспитательницу в детском саду за халатное поведение. Она тогда не уследила за Крисом, и он сбежал в лес. А тебя это выбесило, и ты разругался. Да уж, странным ты был ребенком.
— Помню, помню такое, – потер подбородок рукой Элияр, вспоминая то время. – Я просто дружил тогда не только с тобой, но и с Крисом, вот и испугался за него.
В детстве Элияр подхватил ругательства у особо не следящих за языком взрослых. Парень находился в слишком раннем возрасте, чтобы понять, что описывать все подряд матом – не так уж и круто. Но все обошлось. Как только отец Элияра заметил некрасивые слова, вылетающие изо рта сына, он предпринял меры. Провел разговор, показал, что все должно быть в меру и вооружил книгами. А затем отец снова стал вечно занятым работой.
— Ага, но мне этот Крис не нравился, – недовольно поджал губы темноволосый, – И не зря же.
— Да, приятель, да, – зевнул Элияр, чувствуя легкую усталость от прошедшего двухчасового разговора.
— Что, спать захотелось? А мне тоже между прочим. Взял и разбудил меня, пока я сладко спал, – подхватив зевок друга Синдер.
— Да ты бы потом обижался на меня из-за того, что не разбудил я тебя, – сонно ответил Элияр и слегка подтянулся.
— Что правда, то правда, – пожал плечами Синдер. – Так что, спать?
— Не знаю как ты, но меня силы уже покидают, – он потер глаза и укрылся одеялом до подбородка. – Не хочешь пойти домой?
— Не хочу, – быстро бросил Синдер, – Да и как я доеду домой? Автобусы еще не ездят, а пешком тащиться – нет уж, увольте. Может дашь мне хоть подушку, я на стуле подремлю пару часов. А потом поеду домой спать, всё равно каникулы начались.
Элияр долго не думал и протянул подушку Синдеру, это меньшее, что он может сейчас дать другу. Саму-то ему досталась целая кровать, а Синдер еле как спал на стуле.
— Спасибо, – коротко поблагодарил темноволосый и взял подушку, обняв ее. Повезло, что она была достаточно большой и мягкой, чтобы спать с ней. – Ну что, сладких снов?
— Да, сладких снов и спокойной ночи, – снова зевнул Элияр и повернулся на бок в сторону Синдера. Хотелось подольше поговорить, но глаза предательски закрывались. Оставалось только подчиниться усталости и погрузиться в царство Морфея.
А сам Синдер смотрел на засыпающего Элияра и прислушивался, как постепенно выравнивалось дыхание друга. Какое-то время парень выстраивал план к празднованию Хэллоуина, но вскоре и его одолела сонливость. Синдер откинулся на спинку стула и уткнулся щекой в мягкую подушку.
Он засыпал с надеждой, что все будет отлично.
