черный огонь

      В комнате стояла темень. Шторы плотно задвинуты, не пропуская свет уличного фонаря, что был неподалеку. Морияма расположилась на полу, выбравшись в центр комнаты, и сидела, скрестив ноги. По ее ладони плавно перекатывался огонек, за которым она наблюдала как завороженная, контролируя поток энергии.       Не зря говорят, что можно вечно наблюдать, как горит огонь. Особенно, если ты им управляешь.       Пламя колыхалось, проливая мягкий оранжевый свет по комнате, и подсвечивало лицо Манон. Она крепко задумалась о чем-то, наблюдая за прирученной стихией, и даже не заметила, как в комнату постучали.       К ней вошел Сугуру. По-соседски, как это частенько бывало, чтобы выпить чаю, к примеру, или просто поболтать. В основном, это Манон уже пристрастилась заходить к нему вечерами, чтобы обсудить победы или рассказать о задании, делясь бурлящими эмоциями. Он слушал это с нескрываемым и неподдельным интересом и давал советы, когда она просила или находилась в замешательстве. Помогать было приятно: сразу чувствуешь себя немного сильнее вместе с желанием рассказать обо всем, что знаешь.       Гето практически бесшумно прошел вглубь комнаты, закрыв за собой дверь. Морияма заметила его краем глаза и ничего не сказала, давая молчаливое разрешение и приглашение присоединиться. Второкурсник уселся на полу рядом с Манон, наблюдая за огнем в ее руке.       — Как думаешь, огонь создан, чтобы нести хаос и смерть, — немного философски спросила она, нарушив тишину, в которой стоял лишь тихий звук огня, выжигающего кислород, — Или это все-таки символ тепла и уюта? Типа, семейный очаг…       Сугуру наблюдал за пламенем, танцующим на коже Манон. Она так спокойно управляла им, не транслируя никаких эмоций на своем лице, что Гето даже не знал, на что больше хочется смотреть: на огонь или же на нее.       — Как по мне, все зависит от эмоций и ситуации, — подумав, ответил он. — Тот же камин в доме может навевать спокойствие, а огромный лесной пожар нести в себе страх и разрушения, где-то даже и смерть.       Морияма многозначительно хмыкнула, приподняв уголок губ. Моргнув, она перевела взгляд на Гето и посмотрела на него поверх танцующих языков пламени. Черты его острого лица, слабо освещенного огнем, становились куда мягче, а и без того черные распущенные волосы — еще темнее. Он тоже поднял глаза, глядя на ее залитое мягким, как лучи утреннего солнца, оранжевым светом лицо. Ему казалось, когда Манон управляла огнем, ее янтарно-золотые глаза становились ярче, уходя в светлый золотой оттенок.       — Какой огонь горит во мне, как думаешь? Кроме того, какой нельзя называть.       — А что ты чувствуешь, когда вызываешь его?       Задумавшись, Манон перебрала пальцами, а огонь на секунду вспыхнул выше, отбросив искры, от которых Сугуру едва успел увернуться, боясь, что опалит. На его реакцию она тихо и бархатисто рассмеялась:       — Не бойся. Мой огонь не причинит тебе вреда. Можешь даже поднести руку — он не обожжет.       Гето на секунду сдвинул брови, пока Морияма буквально подстегивала его это проверить, указывая глазами на огонек в своей руке. Нерешительно протянув ладонь, он поднес ее к маленькому костру и практически ничего не почувствовал — на коже ощущалось лишь слабое тепло, которое было даже приятным.       Это никак не вязалось с картиной того, что он видел: у Манон в руках настоящий костер, но его не обжигает.       — Если я отвечу тепло, то это будет банально. Огонь — моя проклятая стихия, я должна злиться, используя его, чтобы он был мощнее. Наверно, я — разрушение? Он столько хлопот мне доставил… Раньше я его ненавидела, потому что он убивает. Кажется, он больше война и смерть, чем семейный очаг и все в этом роде.       — А сейчас?       — Сейчас, — эхом повторила Морияма, после чего сконцентрировала энергию и заставила весь огонь собраться на кончике ее пальца, как на фитиле восковой свечи. Потом тот быстро рассыпался по ее ладони, скатившись по пальцу, и вновь превратился в небольшой костер, только без дров. — Сейчас он часть меня. Так было и всегда, просто сейчас я его больше принимаю. И, кажется, мне даже нравится его разрушительная черта.       — Твой огонь не разрушителен сам по себе, — заверил Гето, на что Манон недоверчиво хмыкнула. — Он становится таким, каким ты ему приказываешь быть, и подчиняется. Стало быть, он может быть спокойным пламенем, как сейчас, а может выжечь все на своем пути.       — Может, ты и прав, — вздохнула она, после чего сжала ладонь — огонь потух и в комнате вновь воцарилась темнота. — А ты чего тут? Что-то случилось?       — Не мог уснуть, решил зайти к тебе. Ты обычно допоздна сидишь.       — Потому что тоже не могу уснуть, — улыбнулась Морияма, поднимаясь с пола. Наощупь дойдя до стола, она щелкнула кнопкой лампы и включила ее. Теперь в комнате хотя бы что-то видно. — Все думаю о том, о чем мы говорили. Так значит, я сама выбираю, каким огнем мне быть: разрушительным или спокойным?       — Именно так, — Сугуру улыбнулся, поднявшись следом. — Твоя стихия очень сильная, и только тебе под силу ее подчинить. Ты еще это изучишь, поэтому не волнуйся. Ты здесь именно для этого.       — Иногда мне кажется, что ты гораздо старше своего возраста.       Они рассмеялись. В Гето и правда сидел мудрый сенсей. Морияма часто думала о том, что из него получился бы прекрасный мастер, когда он закончит колледж.       — Ладно, не буду грузить тебя своими мыслями. Может, чаю? У меня тут осталось что-то из сладостей, которые Годжо приносил. Я их не ем, так что, может, тебе что-то понравится.       — Честно, я тоже не фанат сладкого, — признался Гето, подойдя ближе. — Обычно, если мне в руки что-то такое попадает, я сразу отдаю это Сатору.       — Значит, мы в этом похожи.       Чай быстро появился на полу, где они сидели до этого. Разгребать стол было слишком долго, как и перетаскивать, поэтому было принято решение пойти по пути меньшего сопротивления и усесться прямо на полу, спинами опираясь на стоящую рядом кровать.       — Не думал стать учителем после того, как закончишь колледж? — Морияма озвучила свой вопрос, который вертелся в ее голове каждый раз при подобных разговорах с Сугуру.       Парень засмеялся, после чего сделал пару глотков черного чая.       — Не мое, — ответил он, закидывая руку на кровать и поворачиваясь корпусом к Манон. — А почему вдруг учитель?       — Ты даешь кучу важных советов, когда я спрашиваю. Объясняешь так, что переспрашивать не приходится. В тебе умирает прекрасный сенсей после слов «не мое», Сугуру! — с восторгом рассказывала Морияма, жестикулируя свободной от чашки рукой. — Вы с Годжо — сильнейшие. Не думаю, что Сатору планирует податься в преподавание, но у тебя точно есть к этому талант. Ты можешь многое дать таким начинающим магам, как я.       — Решила засмущать меня такими речами?       — Ага, ты уже покраснел!       Гето как-то автоматически схватился за щеку, отчего Морияма заливисто рассмеялась, запрокинув голову назад. Потом он понял, что она буквально его подколола, и не смог сдержать улыбки.       Дотянувшись, он пощекотал ее, проведя пальцами по ребрам, спрятанным под футболкой, отчего Манон дернулась, чуть не разлив остатки чая на пол.       — Эй, запрещенный прием!       — Заслужила!       Отставив чашку с чаем подальше, Морияма накинулась на него в ответ. Пронять Гето было тяжело: тот мастерски укрывался, когда она хотела его защекотать, чтобы заставить почувствовать то же, что и она. В комнате стоял смех, пока оба буквально боролись на полу. Манон все еще не была мастером ближнего боя, особенно в партере, но с занятий запомнила пару приемов, которые помогли ей справиться в силу своей комплекции, что меньше чем у ее противника.       Сугуру оказался на лопатках, прижатый к полу Мориямой, которая уселась на его бедрах сверху, блокируя все движения.       — А говоришь, плоха в ближнем бою, — продолжая смеяться, напомнил Гето и попробовал дотянуться до ее ребер, но она быстро вильнула в бок и, поймав его руку, прижала к полу вдоль корпуса.       — Советую бросить попытки издеваться надо мной этим мерзким способом, — распаленная Манон хмыкнула и сдула прядь волос с лица.       Короткая челка, что обрамляла девичье лицо по его бокам, стала импульсивным решением, которое на днях помогла осуществить Сёко — отмахнула подруге ее пряди канцелярскими ножницами. Вышло очень даже неплохо, но к этому нужно было привыкнуть.       Сдуть пряди не получилось: они вновь упали на глаза.       — Замри на секунду, — попросил Сугуру. Морияма свела брови на переносице, а парень, воспользовавшись этим промедлением, заправил пряди пальцем свободной руки ей за уши. — Так лучше?       — Лучше, но ты буквально не можешь держать свои руки при себе, когда дело касается моих волос, — Манон прищурилась, слегка нагнувшись вперед.       — Чего плохого в том, что мне они нравятся? Это твой натуральный цвет?       — Нет. Мой — каштан ближе к медному. Но он меня бесит, поэтому я закрашиваю. «Повезло» же большинству Мориям уродиться рыжими!       Су хохотнул. Наличие рыжеватого оттенка волос у хранителей огненных техник было чем-то банальным и предсказуемым. Это немного объясняло, почему Манон его закрашивает. Также он вспоминал о том, как она говорила, что не в ладах с кланом. Это тоже могло сподвигнуть ее к смене цвета волос. Что-то вроде бунта против кровной принадлежности.       — Не смейся! — Морияма вновь нахмурилась. — Это правда жизни. Тем более, тебе должно быть не до смеха: тебя победила девчонка, что в два раза меньше по комплекции.       — А кто сказал, что она победила? — Сугуру ухмыльнулся, на что Манон закатила глаза и фыркнула, мол, все очевидно, я пригвоздила тебя к полу. — И ее не смущает, что она слишком быстро это сделала?       — Признай уже поражение!       Буквально через пару секунд уже Морияма оказалась спиной к полу со всеми заблокированными конечностями. Теперь Гето прижимал ее к полу, ловко извернувшись и сумев выбраться из-за того же превосходства в комплекции: поднять ее не составляло никакого труда. Она даже не успела понять, как это произошло, когда почувствовала, что приложилась лопатками к полу, так что смогла выдать только «ой!».       — Что говоришь? Поражение?       Сугуру самодовольно ухмылялся, смотря на нее сверху вниз. Тогда Манон и вспоминала одну из главных тактических фраз: «дать сопернику подумать, что он победил». И он этим с легкостью воспользовался, а она даже не успела заметить, подумав только о простой победе или хотя бы о том, что он поддался.       — Тебе просто повезло, — она демонстративно отвела взгляд, слегка надувшись.       — Ты научишься. Когда-нибудь тебе правда удастся победить меня в ближнем бою.       — Если это вообще возможно. Сильнейший, чтоб тебя… И вообще, слезай. Ты достаточно тяжелый!       Гето послушно слез, поднявшись на ноги, и протянул руку Манон, чтобы та встала следом.       — Все-таки, если бы мы использовали техники, я бы тебя одолела, — не унималась она, принимая протянутую руку помощи и поднимаясь на ноги. — С трудом, но одолела бы.       Морияма резким движением подтянула растрепавшийся хвост иссиня-черных волос и вновь заправила пряди челки за уши.       — О, в этом я не сомневаюсь! Твой барьер не дал бы мне к тебе приблизиться.       Наклонившись, Манон подхватила свою кружку с пола и допила остатки чая одним большим глотком. Подняв уже пустую свою, Сугуру протянул ее ей.       — Я же уже говорила, что мой огонь тебя не обожжет, — вздохнула она, опустив взгляд на протянутую кружку. Забрав ее, оставила обе на рабочем столе, что был и без того завален. — Не причинит зла или боли.       — Если ты этого не захочешь, — вставил ремарку Гето, подняв указательный палец.       — Что такого должно случиться, чтобы я захотела тебя сжечь? — прищурившись, Манон наклонила голову вбок, изучая глазами острые черты его лица. Черные радужки его лисьих глаз забегали по девичьему лицу напротив, ища в голове ответ на вопрос.       — Что-то крайне плохое.       Оба замолчали, изучая друг друга. Морияма машинально облизнула губы. Этот вопрос застал ее врасплох: она и правда не знала, при каких обстоятельствах должна так разозлиться на него, ведь злиться на него невозможно.       Ее глаза скользнули по тонким губам. Когда она подняла их, то заметила, что Сугуру сделал то же самое. По телу пробежал приятный и слегка волнительный импульс. Оба немного придвинулись друг к другу, продолжая бегать взглядами по лицам. Чужое дыхание начало опалять кожу, а глаза осторожно закрываться.       — О, вы оба тут! Удачно я зашел.       Дверь комнаты открылась, с глухим грохотом ударившись об стену. Морияма отскочила, вернувшись к пустым чашкам на столе, за которые схватилась с намерением налить еще чая. Годжо появился неожиданно и без стука — как всегда, только на этот раз крайне не вовремя.       — Я слышал грохот. Кто-то из вас шлепнулся на пол?       — Странно, что ты услышал грохот, живя на другом конце коридора, — слегка раздраженно проговорила Манон, прикладывая ладонь к еще теплому чайнику.       Энергия собралась в руке, вызывая повышение температуры и нагревая каленое стекло стенок электрического чайника, отчего вода в нем начала закипать за считанные секунды.       — Чайком балуетесь? — Сатору прогулочным шагом пересек комнату и упал на кровать Мориямы звездочкой. — На меня кружка найдется?       — Отдам тебе свою, мне уже хватит, — закончив нагревать чайник, Манон разложила новую заварку для друзей по кружкам и залила кипятком. От высокой температуры вода кипела и бурлила, клубясь паром, — в ней можно было вполне кого-нибудь сварить.       Морияма не поняла, что произошло, но она конкретно разозлилась на Годжо, и это вылилось в ее энергии, вскипятившей воду до колоссально высокого градуса. Даже больше, чем нужно. Он явился не вовремя, как это любил, не дав посмотреть, что будет дальше.       Они были в считанных миллиметрах друг от друга, живот наполняло волнующее чувство бабочек, какого Морияме еще никогда не удавалось испытать. Но эти бабочки буквально сгорели от ее внутреннего пламени, когда послышался удар двери об стену от слишком резкого открывания.       Всплески проклятой энергии сейчас ни к чему. Оба парня без проблем это почувствуют, поэтому она приняла решение успокоиться как можно быстрее. Стоя спиной к друзьям, она прикрыла глаза и тихо выдохнула, медленно выпуская весь воздух из легких. Пока заваривался чай, у нее была небольшая фора, чтобы прийти в себя.       — У меня остались сладости с прошлого раза, ты будешь? — уже спокойным голосом спросила Манон, через плечо покосившись на Сатору, разложившегося у нее на постели.       Он не замечал того напряжения, повисшего в комнате, когда вошел, либо упорно сделал вид, что не замечает. Лучшим был первый вариант, потому что это помогло бы избежать кучи вопросов. По крайней мере, Годжо не отпустил ни одного прикола на этот счет, что было очень на руку.       — Что сладкое, все мне. Конечно, буду!       Закончив с чаем, Морияма залезла в ящик стола, где остались все те сладости, что принес Годжо в прошлый раз. Она их не трогала: настроения на сладкое у нее совсем не было, поэтому все дожидалось следующего визита Сатору. Хотелось надеяться, что он справится со всем этим за один раз, чтобы освободить ящик.       Раздав чашки, Манон уселась на кровати, подобравшись ближе к спинке, и поджала ноги к себе.       — Ты правда пришел, потому что услышал грохот? — поинтересовалась она, глядя, как Сатору распаковывает какие-то неизвестные ей конфеты.       — Не только, — ответил он, звучно отхлебнув чай. Следом в его рот отправилась шоколадная конфета. — Просто захотелось пижамной вечеринки. У вас тут она и была, пока я не пришел. Мне слегка обидно, что меня не позвали!       Морияма покосилась на Гето, что сидел на прежнем месте — на полу, где они и были до прихода Годжо. Тот коротко взглянул на нее в ответ и сделал глоток чая, предпочитая не вмешиваться.       — Не было вечеринки. Я игралась с огнем, а Сугуру просто зашел.       — С огнем шутки плохи.       Со спокойным лицом Морияма выставила ладонь, что моментально вспыхнула пламенем, отбросившим мелкие яркие искры, от которых Сатору отклонился, чтобы того не задело.       — Да-да, я понял! С тобой тоже. Убери лучше это, зажигалка, пока ничего тут не сожгла. Тебе же тут жить!       Хмыкнув, Манон послушалась и сжала ладонь, гася в ней пламя. Странное прозвище, небрежно брошенное Годжо, засело в голове. «Зажигалка» в принципе описывало ее. Главное, чтобы не приклеилось к ней по желанию самого его создателя.       Остаток чаепития прошел почти молча.

***

      Так как Манон грозило повышение уровня, ее стали чаще отправлять на задания, чтобы убедиться в том, что она действительно к нему готова. Миссии стабильно появлялись через каждые два-три дня, и на них Морияма стала ездить уже одна, без помощи первокурсников. Только она и сопровождающий ее человек из Окон.       В этом были и свои прелести: полагаешься только на себя, так как кроме тебя это делать некому — ты только одна наедине с этим проклятьем. А иногда даже и с двумя.       Из-за этого она стала чаще бывать в городе. И в один из таких раз, справившись со своей миссией, Морияма попросила сопровождающего не везти ее сразу в колледж. Маршрут был изменен в сторону старой квартиры, где она не появлялась уже несколько месяцев с момента своего переезда в магическую школу.       Начало стремительно холодать; куда сильнее, чем еще совсем недавно, поэтому нужно было забрать некоторые вещи по погоде, которые Манон не брала, уезжая, ведь не думала, что это приключение так затянется.       Квартирная дверь навевала как приятные воспоминания, так и не очень. Последняя ночь здесь выдалась достаточно странной и какой-то тревожной. После нее все кардинально изменилось и встало с ног на голову. Достав связку ключей из форменного пиджака, девушка подобрала нужный и принялась вставлять в замок, но он не подошел.       «Что еще за черт?» — подумала она, скривившись, и попробовала еще раз, перевернув ключ другой стороной. Но он так и не подошел — замок сменили. Морияма не сразу заметила его внешние отличия от прошлого.       Сердце забилось немного чаще. Все кажется слишком странным. Больше ключей от двери не было — замок в ней всего один, и ключ к тому не подошел. Осмотрев дверь, она удостоверилась, что номер на ней верный, как и этаж. Что-то здесь нечисто.       Двери лифта открылись. Из него вышла женщина с большим бумажным пакетом, доверху нагруженным продуктами. С краю торчал лук порей, что закрывал ей обзор и заставлял вертеть головой в стороны, чтобы видеть хоть что-то и случайно не упасть. Эту женщину Манон видела впервые. Она не была соседкой — соседей по этажу Морияма знала всех.       — Извините, а Вы к кому? — поинтересовалась женщина, достав связку ключей из куртки, и подхватила пакет с продуктами крепче. Она ловко вставила ключ в замок двери и повернула его.       — А Вы… Живете здесь? — выдавила Морияма, кивнув в сторону квартиры. Нужно было крайне осторожно выбирать слова, чтобы не вызвать подозрений и не показаться чересчур наглой.       — Да.       — А как давно?       — Около месяца. А что такое? Что-то не так?       — Простите за странный вопрос, а… Вы купили ее? Или снимаете?       — Девушка, я не совсем Вас понимаю, — неловко улыбнулась женщина, осматривая студентку. На ней была достаточно странная синяя форма, где-то перепачканная темными пятнами, похожими на кровь, что еще не до конца высохла. — Вы по какому вопросу и что Вам нужно от моей квартиры?       — Я раньше жила здесь. Почти три месяца назад. Почему-то я рассчитывала, что все еще живу здесь, — Манон подняла связку своих ключей, держа тот, что должен был подойти к двери. — А оказывается, Вы новая хозяйка.       — Кажется, я поняла, о чем Вы, — опустив пакет на пол, проговорила женщина. — Я купила эту квартиру месяц назад. Ее продавали срочно, сказав, что прошлая хозяйка скончалась. Как я поняла, делом занималась ее дочь. Вы чем-то на нее похожи, только та была рыжая.       — Ее фамилия, случайно, не Морияма?       — Да, кажется, так. В документах написано точнее, но, вроде так.       Манон глубоко вздохнула, нервно обведя глазами лестничную площадку. То, что говорила новая хозяйка квартиры, вполне имело место быть и звучало достаточно правдиво. Стало быть, после смерти Мивы ее младшая дочь, Марико, приходящаяся Манон тетей, занялась жилищем, посчитав, что оно простаивает просто так, раз племянница стала студенткой магического колледжа.       — Все в порядке?       Женщина заметила, что ее гостья немного зависла в прострации и слегка злилась — ее руки сами сжались в кулаки. Между пальцев торчала резьба серебристого ключа.       — Да, извините за беспокойство. Видимо, у меня была недостоверная информация по поводу жилья, — Манон выдавила улыбку, стараясь не выдавать кипящих внутри чувств. — Еще раз прошу прощения!       — Ничего страшного, с кем не бывает.       Первокурсница удалилась в сторону лифта и скрылась в его кабине за зеркальными дверями, все еще сжимая серебристый блестящий ключ в своей руке. Его резьба неприятно впивалась в кожу, но это не мешало продолжать его сжимать. Она смотрела на себя в зеркало и чувствовала, как энергия внутри нее закипает. Стоило приехать сюда перед миссией; тогда изгнание проклятья прошло бы куда быстрее.       Морияма не понимала, почему ее так просто списали со счетов, даже не предупредив об этом. Откуда они знали, что она больше не живет в квартире и вообще давно там не появляется? Ситуация выглядела крайне некрасиво, но вполне себе реально.       Выйдя на улицу, Манон вернулась в машину к сопровождающему и попросила отвезти в колледж. Единственное, чего она сейчас хотела, это добраться до комнаты и найти книжку с номерами клана. Хотелось прояснить пару вопросов, а настроение было слишком злобным. Хотелось что-нибудь или кого-нибудь сжечь.       Дорога до магического колледжа тянулась дольше, чем обычно. Глядя в окно, Морияма постукивала пальцами по пластику подлокотника двери, иногда вцепляясь в ее ручку, если накатывал порыв злости.       — А если мы превысим скорость, нас сильно отругают? — неожиданно поинтересовалась Манон, нарушив тишину, и взглянула на своего водителя, с которым она, кажется, приехала в колледж в первый раз.       Тот вел машину слишком аккуратно, боясь превысить и получить штраф. Но текущее состояние Мориямы буквально не выдерживало этой педантичности.       — Думаю, будет немного неприятно, но, в теории, сильно не получим.       — Тогда, может, погоняем? Как считаете?       Представитель Окон немного занервничал. Предложение студентки было странным. Хотя он начинал привыкать к этому, подвозя Годжо: тот ненавидел медленную езду и постоянно подговаривал водителя ехать быстрее, угрожая тем, что усыпит его и сам сядет за руль, если тот не выполнит просьбу.       — Просто у меня есть очень важное дело, которое лучше выполнить поскорее. Иначе случится пожар.       — Пожар?       — Ага.       — Хорошо, я постараюсь ехать быстрее.       — Благодарю!       Просьбу водитель не сильно исполнил, но немного прибавил ходу, и добраться до колледжа получилось немного раньше. Покинув машину, Манон побежала в свою комнату. Оказавшись в ней, она даже не закрыла за собой дверь, толкнув ее так, что та с грохотом ударилась об стену.       Подлетев к тумбочке, она опустилась на колени и принялась ворошить ее верхний ящик, мысленно ругая себя за то, что хранит в нем слишком много не нужного. Когда заветная книжка оказалась в руках, Манон, прикусив губу до крови, начала в ней копошиться. Нужный номер телефона оказался под пальцем, и девушка достала телефон.       Наспех набрав цифры, она прижала телефон к уху, будучи не совсем уверенной в том, что получит ответ. В любом случае, если трубку никто не возьмет, Манон была уже настроена начать обзванивать все записанные номера, пока не достучится до кланового дома.       На удивление гудки закончились быстро.       — Привет, младшая! — послышался игривый женский голос, который даже немного насмехался, произнося прозвище. — Какие-то проблемы?       — Марико, что за черт?! — прорычала Манон, нахмурив брови.       Тетя в трубке бархатисто и немного издевательски рассмеялась. Ее явно забавлял враждебный тон звонящей.       — Почему я приезжаю в свою квартиру, а мне говорят, что она продана месяц назад?       — Потому что ты там не живешь, чего не понятного? — хмыкнула Морияма-старшая. — Мы знаем, что ты в магическом колледже — недавно прислали запрос на разрешение повысить твой уровень. Раз в квартире ты больше не живешь, то почему бы не превратить ее в деньги, верно? Деньги — всегда приятно.       — Почему бы просто не предупредить меня об этом? Ради банального приличия? Хоть бы смс написала! И где вообще мои вещи? Если ты скажешь, что ты выкинула все, что там было…       — Все до последней крошки перевезли в дом, так что поумерь свой пыл, дорогая, и не забывай, с кем разговариваешь.       Спокойный тон Марико раздражал. Выводил из себя. Свободная рука сжималась в кулак, пока пальцы, держащие телефон, белели от хватки. Чувствуя вновь начинающую кипеть энергию, Манон глубоко вдохнула. Эта женщина умела разжечь огонь, оставаясь спокойной: издержки ее происхождения, которые младшей пока не давались. Старшая Морияма была тем еще превосходным провокатором.       — Как мне их получить? — стараясь успокоиться, проговорила Манон и прикрыла глаза, надеясь, что приходит в себя.       — Приезжай и забери, — Марико расплылась в хитрой улыбке, пока первокурсница со злостью хлопнула по матрасу кровати. — Понимаю, что ты крайне занята колледжем, но это в твоих интересах.       — Я услышала тебя.       — Тогда до встречи!       Сбросив вызов, Морияма с силой швырнула телефон на кровать и закрыла ладонями лицо, потерев его до покраснения кожи. Ладони нагрелись, но их тепло не чувствовалось.       «Боже, ну почему я?»       По двери за спиной постучали. Морияма быстро вспомнила, что не успела ее закрыть, влетев в комнату, как ураган. На пороге стоял Годжо, который пока не совсем понимал, что происходит. Тот решил зайти к первокурснице на чай, но заметил, что ей крайне не до этого, раз она даже забыла закрыть за собой, чего обычно никогда не допускала.       — У тебя все в порядке? Ты дверь забыла закрыть.       — Нет, — сквозь ладони промычала Морияма.       Энергия внутри бурлила и накалялась. Внутренний огонь превращался в неконтролируемый пожар, который мог навредить, если с ним что-то не сделать, и начать выжигать все изнури. Самым хорошим вариантом было его просто выпустить, но для этого нужно достаточно большое открытое пространство.       Сатору тихо и достаточно медленно подошел и плюхнулся на край кровати перед Манон, что сидела на полу. Убрав ладони от лица, она провела ими по волосам от лба к затылку и перевела слегка прищуренный взгляд на парня. Годжо любил появляться в ненужное время в ненужном месте, но на этот раз он зашел как нельзя кстати.       Еще разок вздохнув, чтобы окончательно прийти в себя, Морияма резко склонила голову вбок, продолжая смотреть на блондина недобро горящими глазами:       — Потренироваться со мной не хочешь?